Натуральный брак в искусственных условиях

Утро началось недобро. Продолжение незадавшегося вечера тоже оказалось незадавшимся, несмотря на то, что вроде бы мудренее должно было быть. Не стало. Обида поулеглась, сглаженная ночью, но Тони даже не удивился, когда не нащупал пальцами отметины на шее. Это было закономерно. Кажется, логика метки становилась более или менее понятной. До носа долетал запах готовящегося завтрака. Тони заправил постель, щелкнул по носу гнома на столике и направился в ванную. Причина собственного негодования относительно присланных Фредом фото пыталась найтись. Разум, нацепив очки на нос и постукав указкой по доске, демонстрировал слова «плохо» и «измена». Эмоции перематывали в режиме замедленной съемки Билла, говорящего — и не единожды! - что ничего у него с этими модельками-картинками не было. А еще Тони пытался понять, с каких пор его стало трогать, что муж с кем-то развлекается. Он же сам не был против! И это было всего месяц назад. Да, он хотел, чтобы гулянки Билла происходили не на его глазах, но считается ли статичное изображение поводом устраивать дни траура? Нужно было определиться хотя бы для себя: можно Биллу гулять от него или же нет. Решение давалось тяжело. Пока Тони принимал душ, в его голове происходило сражение всех против всех. Когда он вытирался, раненых уносили с поля в палатки, где оказывалась первая помощь. Умирать и сдаваться никто не спешил, ответ давать не собирался. Кажется, пока побеждал холодный расчет. - Доброе утро, - Билл выложил омлет по тарелкам и снял фартук, с которым довольно-таки органично смотрелся в паре. - Спасибо, - Тони сел и не успел протянуть руку к сахарнице, как ее с готовностью придвинули ближе. Билла все-таки нужно было проверить на предмет способности читать мысли. Завтрак проходил в тишине. Тони и Билл синхронно пережевывали пищу, первый все старался найти решение. Теоретически, Тони любил мир больше напряженных отношений. Следовало ли закрыть глаза на прошлые, а возможно, и настоящие с будущими, похождения Билла? Наверно, так было бы лучше. Супружеский долг Тони все равно не собирался исполнять в ближайшие дни, да и брак у них по договору. От Тони не ласка с теплом требовались, а ребенок. И если бы не стремление Билла создать из них семью, Тони согласился бы со старой линией поведения. Но они пытаются сблизиться, смотрят фильмы, ведут себя как парочка. Что это? Зачем? Биллу нужен друг и союзник в его лице — это почти несомненно, а не любовник. Или... - Я не понимаю, - решился озвучить свои мысли вслух Тони, роняя с вилки кусок омлета, - ой. Ну да ладно... Я не понимаю, Билл. Кем мы хотим стать друг другу? - Как это? - Билл уставился на Тони, как на редкого тугодума. - Я уже говорил, мне нужны муж и дети. Мы — семья, Энт... - О, нет, не называй меня так! - Тони махнул рукой, сбивая кружку с чаем. Та упала на пол, разбиваясь. Чай полил кафель и тумбу. Тони простонал, проклиная свою врожденную неуклюжесть, которая даже должный выглядеть серьезным разговор превратила в клоунаду с ним в главной роли. - Давай я уберу, - Билл легко шлепнул его по рукам, которые собирались убрать керамику с пола. - Тони! Я сам. А то с твоей ловкостью мне еще и забинтовывать тебя придется. Тони рассудил, что опасения Билла небезосновательны, а потому сходил за тряпкой. Билл повернул голову вслед за его ногами, скользнув по ним шевелюрой. - Ты не хочешь в шортах дома ходить? Тепло же, - супруг кашлянул, выбрасывая осколки. - А? - Тони собрал чай тряпкой. - Зачем? Демонстрировать свои сексуальные нижние конечности Тони точно не желал. И с какой радости Билл вообще стал решать, что ему носить? - Серьезно, Тони, выдвигай одно свое требование. Чего бы ты хотел от меня? Тони покосился на тряпку, с которой капал чай. Нужно было поторопиться в ванную, пока он снова не залил пол. Поэтому, и только поэтому, а вовсе не из-за того, что готов был продать за них одну четвертую души, Тони выпалил: - Каждую субботу ты готовишь на завтрак панкейки. - Отлично, - быстро согласился Билл и самодовольно улыбнулся. - А ты ходишь в том, что выбираю я. Требование за требование. Идет? - У меня ощущение, что я в детском саду, - сказал Тони, возвращая тряпку на положенное ей место. Билл пожал плечами, наливая Тони новый чай. - Думаю, эти правила позволят нам сблизиться лучше. Кстати, ты что-то спрашивал. Тема еще актуальна? Я готов обсудить почти все и прийти к консенсусу, - Билл важно откусил вафлю. Тони против воли улыбнулся, рассматривая сидящего перед ним руководителя сети кафе и одного из акционеров в отцовской компании. У руководителя остались крошки в уголке губ. Билл был хорошим человеком, но все еще чужим, чтобы Тони мог поручиться за него. Субъективная оценка действительности порой мешала рассуждать в соответствии с логикой. Чужие действия и слова трактовались в том смысле, в каком крутилась система мировоззрения Тони, не позволяя заглянуть за занавес. Где-то там были другие системы. Жаль, что в чужую голову не залезть: половину приходится додумывать, и не факт, что правильно. - Я хотел поговорить с тобой о нас. Ну, конечно, не как о паре, а как о союзниках, - Тони поспешил уточнить, чтобы Билл верно расценил слово «нас» и не решил, что ему навязываются. - Мы с тобой планируем стать семьей, верно? - Самой натуральной, - кивнул Билл. - Отлично. Тогда... ты ведь против измен. И нет-нет, я тебе не изменял, не смотри так! Я полагаю, что вправе требовать верности и от тебя тоже, да? Почему он спрашивал, а не утверждал? Почему предложения выстраивались так, словно он чувствовал себя неправым? Тони понятия не имел, откуда взялись вопросительные интонации у него в голосе. Ни логика, ни эмоции, ни принципы не сознавались в причастности. Билл не выглядел недовольным, но смотрел куда-то поверх плеча Тони. Или он скрывал недовольство? - Разумеется, вправе. И я ни с кем не спал, повторюсь еще раз. - Я и не... - Не говоришь, но думаешь! - повысил голос Билл. - Что я, слепой? Я понимаю, что ты можешь мне не доверять после того, что видел или слышал, но, черт побери, я не скачу из постели в постель. Секс у меня был в последний раз еще до нашей свадьбы. Да, не все альфы спят и видят, как бы перепихнуться. Удивительно, правда? Зато хотя бы не стереотипно, как мышление некоторых. Сарказм в голосе Билла зашкаливал. Тони возмущенно прервал излияния мужа. - Я не обвинял тебя! Почему ты кричишь? - Потому что я уже признал свою вину. Да, расслабился, но ты в то время даже не жил со мной! Будешь теперь мне до глубокой старости припоминать один раз в компании другого? - Да почему ты так завелся-то? - Тони начало колотить от злости. - А почему ты мне настолько не доверяешь? Что за идиотские предрассудки? Я тебе не изменяю, Тони, и не изменял. И не собираюсь. Какие доказательства тебе нужны? Я тебе уже предлагал, давай переведем отношения на известный нам обоим уровень. Так ты хотя бы будешь уверен, что у меня нет причины искать кого-то на стороне. Билл поднялся и шагнул к нему. Тони неловко отскочил от стула. - Ты чего? На какой уровень? - Постельный, - сказал Билл. - Мы взрослые люди. Станем любовниками? Если бы Тони мог провалиться под пол или слиться со стеной — он бы это сделал. Какая жалость, что у людей нет способностей хамелеонов, и как обидно, что нельзя нажать на кнопку, остановить время, подумать, а уже потом отреагировать. Тони думал о сексе. Конечно, думал! И нет-нет, но посматривал на Билла, будучи, однако, уверенным, что такой красавец, как он, проживет долгую и счастливую жизнь девственника. Потому сильно не волновался. Но предложение Билла всколыхнуло как робкую, все никак не умирающую надежду на способность вызывать желание, так и досаду на свою внешность и несправедливо устроенный мир. - Я... я не знаю, - Тони заикался, выговаривая, - я не... не уверен. - Да что тут такого-то? Секс решит сразу два вопроса, - Билл с высоты своего роста не видел проблемы. Тони хотелось забиться в угол и прореветься как следует. Да, ничего такого не было, но у Тони вот-вот собирался случиться сердечный приступ. Он хотел, чтобы его хотели, но не мог поверить, что такое вообще возможно. Стоило заняться аутотренингом? Стоило закрыть глаза и шагнуть вперед? Или стоило в очередной раз затормозить на границе с занавесом, за которым крутились чужие миры? Тони не успел решиться ни на одно, ни на другое, ни на третье. Билл дотронулся до его талии, задумавшийся Тони дернулся, запнулся о ножку стула и полетел туда, куда недавно летала кружка. Локоть и губу обожгло болью. Билл падение остановить не успел, и Тони, умудрившийся выставить руку, спас голову от сотрясения мозга. Но разбил губу. - Вот черт! Тони, прости. - Вату дай, - Тони приподнялся, оценивая степень повреждения по количеству вытекшей крови. Кажется, не страшно, но все равно больно. Билл метнулся за аптечкой. Тони, меж тем, добрался до крана, где ополоснул руки и подбородок. Надо же было родиться таким недоразумением! Упасть на ровном месте только потому, что нервы ни к черту. Что теперь думает о нем Билл? Пошлет проверяться к психиатру, наверно. Билл удивлял. Он решил, что виноват в падении, принес аптечку, извинился, сам смешал перекись с водой, сам обработал ранку. Даже подул. - Все нормально, Билл, - Тони отобрал ватку, - просто я дерганый. Ты тут ни при чем. - Это я резкий... Мне жаль, - Билл зарылся пальцами в волосы, словно искал еще какие-нибудь слова. - Ты... Мы не говорили о сексе. То есть говорили, но не в такой форме. Ты что... Ты ведь спал с кем-нибудь? Тони махнул рукой на притворство и умалчивание. Небо на голову не упадет, если Билл узнает то, о чем он мог бы и догадываться. - Нет, не спал. У меня никогда никого не было. Тишина в ответ была доказательством того, что Билл и не воображал себе такого, и это шло вразрез с теорией Тони. Он-то полагал, что его внешность — прямой ответ на подобного рода вопрос. Выходит, это ложь. Тони и сам был шокирован не меньше Билла. - Ты удивлен? - спросил Тони онемевшего мужа. - А не должен быть?! - брови Билла взлетели выше. Тони решил прикусить язык: еще парочка подобных вопросов — и брови у мужа в принципе перестанут существовать. Он снова приложился ватой к ранке на губе. Билл поморщился. - Я поеду на работу, - сказал Тони. Билл открыл рот, чтобы, наверно, напомнить о метке. Тони помотал головой и ответил раньше, чем услышал мужа: - Метку потом поставим. Надену кофту с воротником — никто не увидит. Не хотелось оставаться в доме еще дольше. Уши горели от стыда. Продолжать разговор о неудавшейся сексуальной жизни Тони не был готов, особенно сейчас, после того, как выставил себя дерганым дураком. Может, Билл и не собирался развивать эту тему, но Тони хотел предупредить возможный диалог. Позже, все позже, когда и Тони, и Билл забудут об этой нечаянной стычке.

***

Забыли на трое суток. За ними пошли еще одни, и еще, и еще. Тони не заметил, как прошла неделя. Аврал на работе, Билл, приходящий только ближе к ночи из-за нового ресторана... Разговаривать было практически некогда. Отношения не сдвинулись ни в сторону прогресса, ни ухудшились, чему Тони был несказанно рад. За это время Тони успел подумать и вновь ни к чему не прийти. Слава Богу, Билл не поднимал больше тему интимной стороны их жизни, а потому изящный ответ, вроде «не знаю», и ковыряние носком пола демонстрировать не пришлось. Зато Тони позвонил Фреду. Беседа с другом прошла в напряженной атмосфере, хотя Тони и старался не ругаться. Однако мягко тоже не получилось. Фред не понимал, что плохого он сделал, Тони не мог ему этого объяснить, злился и пытался донести простую истину: никакого шпионажа и благих целей. Зачем вообще лезть в чужую семью? Да, Тони был готов признать тот факт, что Фред заботился о нем, но, поставив себя на место друга, он понял: сам бы в подобной ситуации выбрал сторону молчания. В итоге Фред обиделся, а Тони почувствовал себя злодеем из третьесортного фильма. В субботу Тони проснулся с осознанием, что вот он — долгожданный выходной. В планах было сходить с Дэном по магазинам, купить пончиков, поговорить с Биллом и поставить метку. Однако, планы слегка поменяли свой курс, когда Тони учуял запах панкейков. Казалось бы, что Билл должен был отдыхать после напряженной недели, но тот решил следовать их договоренности. На Тони накатило ощущение дежавю, когда он подходил к столу, чтобы привычно щелкнуть гнома по носу, но оно быстро растаяло, стоило увидеть сидящего рядом с ним друга. Этот гном был верхом на пони. Рука Тони замерла в воздухе, а Арчи выбрал подходящий момент, чтобы из соседней комнаты пропеть что-то, по мотиву напоминающее: Wake up in the morning With the sunlight in my eyes, But my head don't feel so bright, What the hell happened last night?* Тони натянул то, что он пообещал взамен панкейкам. Благо, рубашку Билла он и без того таскал в качестве домашнего одеяния. Билл расщедрился и подарил ему еще пару своих старых футболок и одну кофту. Тони не возражал: вещи были как новенькие, а Билл получал свое особое, непонятное удовольствие. - Почему ты не отдыхаешь? - сказал Тони вместо приветствия и съел еще горячий панкейк. - Сейчас, я быстро доделаю и лягу, - Билл выглядел уставшим, но отчего-то довольным. - Как губа? - Почти как новенькая, - Тони предпочел бы, чтобы его перестали спрашивать каждый день о состоянии губы, тем самым напоминая о фееричном падении в обоих смыслах этого слова. - Значит, целоваться можно? - Билл опять слишком быстро на него посмотрел. Как нашкодивший кот или провинившийся ребенок, ждущий, что вот сейчас его осадят. Тони предположил, что это обыкновенный шуточный вопрос. Стало быть, и ответить на него можно было в шуточной форме. - Доктор говорит «да», - Тони все-таки успел съесть еще один панкейк. Губы Билла ввели в легкий шок. Тони округлившимися глазами смотрел, как супруг почти невесомо целует его, словно проверяя, можно ли сделать что-либо посерьезней. У Тони были проблемы с отдачей команд телу, и то стояло, изредка моргая, в ожидании, пока главный сервер вновь предоставит доступ к базе данных. Билл, чьи действия были одобрены молчанием и неподвижностью, продолжил манипуляции с губами, бросив панкейки пригорать на плите. Тони же пытался понять, что он чувствует. Было здорово и странно, приятно и… очень странно. От губ по всему телу проходили провода, и когда Билл в очередной раз проводил рукой ему по лицу, убирая волосы за уши, и углублял поцелуй, ток доходил до кончиков пальцев на ногах. Глаза Тони сами собой закрылись, ловя наслаждение, но тут ноздрей коснулся запах горелого. Билл чертыхнулся и ушел снимать панкейки, а Тони быстро, насколько позволяли потрясывающиеся колени, ушел обратно в комнату. Новый гном смотрел на него с неодобрением. * 5 Seconds of Summer – Last Night