Натуральный брак в искусственных условиях

Билл не комментировал свои действия, не объяснял причины поступков, и в конце концов Тони смирился с текущей ситуацией. Любопытство имело свойство притупляться, вот и у Тони оно заползло в дальний угол и свернулось там калачиком в ожидании следующих шагов Билла. Единственное, что Тони понимал — альфа не будет лезть к омеге, если тот ему безразличен. А Билл очень даже лез: все так же обнимал и уже настойчиво целовал почти каждый вечер, что они проводили вместе. Тони ничего против поцелуев не имел — ему нравилось закрывать глаза и представлять, что он кому-то интересен. Каждый сеанс просмотра очередного фильма заканчивался церемониальным чмоком в губы. Однажды, когда это уже постепенно начало превращаться в рефлекс, Тони сам потянулся к сворачивающему окошко фильма на экране Биллу. Неловко получилось. С Биллом было общаться не так легко, как с тем же Фредом, и это угнетало Тони, мечтавшего, что когда-нибудь он сможет стать мужу другом. Не получалось. Они смотрели фильмы вместе, завтракали и ужинали вместе, смеялись, ехали на работу тоже вместе. Но это была совсем не дружба. Тони знал, как она выглядит; у них же с Биллом были хорошие отношения, неясная мотивация альфы, размытое будущее и недосказанность с обеих сторон. И перечисленное к дружбе не имело никакого отношения. Что тогда между ними было? Тони и сам хотел узнать. Он не претендовал на место возлюбленного, прекрасно понимая, как нелепо это даже не выглядит — звучит. Хотелось поговорить об этом с Биллом, но каждый раз, когда Тони пытался завести разговор, чтобы расставить фигуры на доске, супруг раздражался и бросал привычный текст, что они семья, и если Тони что-то не нравится, он мог сказать об этом до замужества. Тони даже не знал, что возразить этому упертому созданию, и нужно ли возражать. Если Биллу так удобней, стоило ли ему мешать своими комплексами и скептицизмом? И Тони не стал. В конце концов, Билл был большим мальчиком и сам решал, с кем ему встречаться и делить постель. Не хотел бы — сам бы настоял на том, чтобы родить ребенка и вручить друг другу право на свободные отношения. За очередной месяц Тони окончательно привык спать в одной кровати с кем-то еще: от этого было тепло. Не физически, нет. Зачем дети берут в постель игрушки? Явно не потому, что им холодно. Затаскивая зайца в кровать, они хотят иметь под боком что-то родное, убаюкивающее одним своим присутствием. Вот и Тони было тепло и спокойно в постели, когда там лежал Билл. Однажды, когда тот задержался на работе и пришлось засыпать в пустой постели, Тони час ворочался, сбивая простынь и заматываясь в одеяло под разными углами, чувствуя себя подростком, играющим в мумию.

***

Дэн предложил сходить в бильярд — и это не обсуждалось, так как Дэн умел быть убедительным. Тони не стал говорить о нем Биллу: сказал только, что он и Дэн собираются погулять вечером и ужинать муж будет один. Биллу хватило и этого, чтобы беспечная улыбка на лице сменилась серьезным взглядом из-под чуть нахмуренных бровей. Да, при всех замечательных качествах, которые Тони находил в супруге, тот обладал, как и всякий живой человек, своими минусами, подкармливая ими личных тараканов. Так, он недовольно двигался по квартире, когда Тони болтал с Фредом, настойчиво хватал Тони за руку, когда тот разговаривал с Джеффри дольше двух-трех минут, и не разговаривал с омегой весь вечер, когда пропадала метка. Жуткое собственничество иногда давило на нервы и душило не хуже полотенца. Потому Тони и решил сохранить в тайне слово «бильярд»: Билл мог неадекватно отреагировать и напридумывать невесть чего, хотя вроде бы Тони не давал повода сомневаться в себе. Но кто ж знал Билла! Можно, конечно, было позвать его с собой, чтобы избежать ненужной конспирации и ощущения сокрытия любовника в пустом шкафу, но... Во-первых, они слишком часто были вдвоем, чтобы не желать иногда проводить время по отдельности, а во-вторых, Тони, пусть и привыкал к мужу, все еще не дожил до совместных походов под ручку по кафе, кино и развлекательным центрам. На это тоже нужно было время. Дэн пританцовывал у такси — в ушах были наушники, и грохот музыки услышал даже приблизившийся Тони. - Хей, привет! - громче, чем было нужно, крикнул Дэн. - Тебя услышала вся улица, - Тони вынул из ушей друга наушники и сдержанно улыбнулся обернувшему на вопль старичку. - Дэнни, я должен вернуться до двенадцати, потому что... - ...с последним ударом часов твоя карета превратится в тыкву? - наигранно ужаснулся Дэн, залезая в такси. - О такой версии я не думал. Нет, просто я Биллу обещал. Как-то он не очень нормально реагирует на мои гулянки, как будто я — первый распутник в штате и иду не с тобой, а с толпой альф. Дэн, я же не такой... Что за недоверие? Тони не хотел жаловаться, но голос сам решил, как ему прозвучать. - Можно подумать, ты сам ему сильно доверяешь, - хмыкнул Дэн совершенно как брат. - Ты замужем за ним уже четыре месяца. Да, вы еще не слишком хорошо узнали друг друга, но... Ой, что тут скрывать, тоже мне — тайна! Его просто коробит, что метка не приживается. Это же явный ответ на вопрос о твоем к нему отношении. - Мы обсуждали это до свадьбы, - вздохнул Тони. - К настоящей метке мы оба не готовы — это полностью противоречит первоначальной сути нашего брака. Я вышел за него, потому что мне не предоставили выбора, Дэн, да и твой брат не был от меня в восторге. Я же не какая-то там кинозвезда с шикарным телом и толпой облизывающихся на мою физиономию. - Да я про временную и говорил. Интересовался недавно у одного врача: временная может оставаться у омеги годами, если он не равн... Ну, ты понял. Если омега чувствует что-то. А то, что твоя исчезает каждые неделю-две, — прямое доказательство холодности к Билли. Вот он и нервничает. Вроде хороший симпатичный парень, а собственному мужу не интересен. - Дэнни, - Тони покачал головой, - почему ты так уверен, что это я холоден? Думаешь, Билл спит и видит меня во снах? Дэн потрогал лоб Тони, а потом выдал: - Дорогуша, если бы ты ему не нравился, он бы никогда не взял тебя в мужья. Уж поверь опытному человеку. Что вообще с тобой такое? - Нравился... Я? Нравлюсь? - Тони долго жевал губы, глядя на затылок водителя. В голове как-то очень резко стало пусто. - В смысле, как омега? А как это? Я не... Чушь... - Ты не заболел? - обеспокоился Дэн. - Я... - думалось плохо. Тони зажмурился, пытаясь раскидать мысли по полочкам. - Но ведь... Я думал, что он из вежливости пытается стать мне ближе, потому что не хочет, чтобы мы в браке были соседями. Я не могу ему нравиться, Дэнни, ты что-то путаешь. Слова «нравится» и «Биллу» в одном предложении, рядом друг с дружкой, звучали неестественно, ненатурально. Все равно, если бы Тони сказал что-то вроде: «Мой папа кормит бездомных животных» или «Фред принял постриг», или «Дэн страшный». Билл целовал его, приучал к себе, как Тони — хоть и в триллионы раз быстрее — приучал Арчи после переезда. Но Тони и не воображал, что может быть интересен Биллу не только как личность; он вообще старался не раздумывать над мотивами, которые побуждали Билла к незамысловатым ласкам, чтобы не сойти с ума, потому что субъективность мышления не дала бы точного ответа на вопрос; он считал, что прикосновения берут свое начало в желании, но отсутствии альтернативы, а на месте Тони все равно предпочитали бы видеть изящную куклу с блюдцами-глазами, на которую хотелось бы смотреть и пускать слюни. Да как Тони вообще мог нравиться Биллу?! Это ведь столь же реально, как единорог, пасущийся под окнами. Дэна тормошить не хотелось: людям, состоящим в каких-либо отношениях с истцом или обвиняемым, судить не позволяли. Дэн... В конце концов, он мог быть и неправ.

***

- Здравствуйте, мы заказывали стол на восемь... Ага, Марлоу. Пока Дэн общался с администратором, Тони огляделся. Типичный недешевый развлекательный центр, и люди, посещающие его, выглядели соответственно. Омеги с шикарными телами и укладками играли с альфами в боулинг: самый красивый из них — в шортах выше колена, оголяющих ровные загорелые ноги, - выбил страйк и повис на своем парне с криком победителя. Один брюнет в компании четверых альф и бет, чьи глаза были устремлены только на него, потягивал коктейль из трубочки и изящно поправлял волосы, улыбаясь и что-то рассказывая; позже к нему подошел гораздо более блеклый друг и тенью присел рядом. Тони подумал, что выглядит так же серо на фоне яркого Дэна. Тот сразу по приходу завоевал заинтересованные взгляды в свою сторону. Тони чуть опустил голову, глупо поправляя карманы на джинсах. Одежда соответствовала месту: на поясе сверкали стразы, новая футболка до середины бедра по-старому оголяла плечи, - и все же Тони казалось, что что-то не так, словно все видели, какая он белая ворона, а попытка замаскироваться никого не обманывала. Глупости, конечно. Никто здесь его не знал, однако, ощущение никуда не девалось. - Тони, чего застрял? Себя рассматриваешь? Да хорошо ты выглядишь, хорошо. Знаешь, какие у тебя глаза при этом освещении? Просто вау! - Красиво? - Тони едва не запнулся, пока выговаривал это слово. Надо же, столько времени храбрился, пытался избавиться от чувства неполноценности, а на деле все оказалось сложней. Стоило посмотреть на красавчиков, как уверенность испарилась, подобно пирожным в доме сладкоежки. - Да не то слово: ты вообще конфетка сегодня. Спорим, в ближайшие полтора часа тебя попытаются склеить? - Спорим, - Тони не смог сдержать усмешки. Никто не станет его клеить, он был уверен. - На желание. В бильярд ни один из них играть не умел: то есть, по шарам били, а с правилами знакомы не были. Дэн беспечно махнул рукой и заявил, что он знает правила настольного тенниса, и они будут играть по ним. Сказано — сделано. Спустя час Тони уже с азартом целился в шар под номером «восемь», прикусив язык и нагнувшись над столом. Дэн комментировал процесс и желал Тони промахнуться, так как тот пока вел и вполне себе шел к победе. Тони облизнул губы, сосредоточился и... - Есть! Ха! - Тони победно подпрыгнул и нечаянно ударил кием по лампе над столом, едва не выронив его. - Ой. - Аккуратней, омежка, зашибешь, - засмеялись сзади. Тони обернулся и увидел рыжеволосого альфу за соседним бильярдным столом, что стоял позади них с Дэном. Там играла компания из трех альф: двое сейчас поедали пиццу, а один держал кий и смотрел на Тони. - А ты меткий, - сказал альфа. - Вы с другом здесь одни? Может, присоединитесь? Вместе поиграли бы. - А? - Тони растерялся. На него смотрели с интересом. Глаза альфы прогулялись по его телу, задержались на ногах и вернулись к лицу, дабы сделать вид, что они не пялились — ни в коем случае! - а просто изучали местность. - Он замужем, извини, - рядом нарисовался Дэн, спасая ситуацию. - Оу, - альфа понимающе кивнул, - ну, понятно. Вот же мне не везет. Всех нормальных омег уже утащили под венец, - голос прозвучал грустно. - Ладно, может, когда встретимся вновь, ты уже будешь разведен. - А если у меня будет ребенок? - ляпнул Тони. Альфа улыбнулся. - Когда нравится омега, дети — не помеха, поверь. - Гордон, давай уже играть! Альфа по имени Гордон подмигнул, отсалютовал кием и вернулся к друзьям. Дэн же, нахмурившись, прокатил шар по столу ладонью. - Что за вопросы про детей? - спросил он. - Я чего-то не знаю о вашем с Биллом соглашении? - Я ему понравился? - Тони пропустил слова Дэна мимо ушей. Не давало покоя, что заговорили именно с ним, и даже когда была возможность переметнуться на более привлекательного Дэнни, Гордон этого не сделал. Так может... Тони укусил себя за губу, пытаясь спрятать идиотскую улыбку. Может, он не настолько страшен, как кажется самому себе? Не голливудский красавец, конечно, но и не Квазимодо. А может, его красит то, что после замужества он поправился уже на четыре килограмма и продолжает набирать? - Полнея, я становлюсь привлекательней? - спросил Тони у Дэна. Тот изобразил на лице недоумение: - И почему мне все время кажется, что ты считаешь себя совершенно непривлекательным? Тони, у тебя проблемы с самооценкой? Поговорим об этом? - Нет-нет, я в норме, - Тони помотал головой. - Так что? - Худоба тебе не идет, - без обиняков сообщил Дэн. - Я не говорю, что ты страшный, когда худой, но у тебя исчезают шарм и обаяние. А так — наоборот, прибавляются. Думаю, еще поправиться не мешает. Да и Биллу... эм... доски не нравятся. Поэтому, я нисколько не удивлюсь, если в скором времени его от тебя будет за уши не оттащить. У Тони вспотела ладонь, и он перебросил кий в другую руку. Сердце радостно мчалось в груди. Неужели и он может быть симпатичным, ловить взгляды, возбуждать? Вся его жизнь — доказательство противоположного, да и Блейк никогда не утешал сына сказками, что тот прекрасен. Поверить, что, спустя сотни проигранных боев, он снова может одним глазком взглянуть на ринг и даже войти в зал, держась возле двери, чтобы в случае чего сбежать, было сложно. Но Дэн не врал, факты не врали, и надежда уже пустилась в путь по венам, артериям и капиллярам: ей безразличен был страх хозяина проиграть в последний раз, окончательно и бесповоротно. Пока Тони предавался размышлениям, Дэн отошел поговорить по телефону. Вернулся с виноватым выражением лица. - Остин и Билл уже здесь, сейчас придут, - недовольно буркнул он. - Остин нас сдал. Но ты не волнуйся, я его на неделю без секса оставлю за длинный болтливый язык. - Что-что? - протянули рядом. - О, привет, солнце! - широко улыбнулся Дэн, а Тони сразу же поверил, что угроза воплотится в действие. А потом еще несколько раз воплотится. Билл подошел и с усмешкой посмотрел на кий, изъял его из руки Тони и, склонившись к уху мужа, шепнул: - Погулять, говоришь, пошли? Плохо врешь, Тони. Мочка была укушена и обслюнявлена. Тони уперся в стол позади себя, а рука мужа прошлась по его ногам, ощутимо сжала там, где в приличном обществе сжимать было не положено, и остановилась на талии. - Ты очень эротично смотришься рядом с бильярдным столом, - буднично поведал Билл тем голосом, каким обычно сообщали прогноз погоды. Тони судорожно втянул в себя воздух, когда рука супруга забралась под футболку и огладила кожу; горячая ладонь прошлась по захваченной территории с претензией завоевателя. - Эй, Остин, сразимся? - предложил Билл, отрываясь от Тони. Тони нервно поправил футболку. Действия мужа заводили, а тело, которому только теперь, на двадцать четвертом году жизни, довелось испытывать ласку, голодное и жадное, потянулось было за тем, кто эти ласки дарил. Тони осадил себя, но покрасневших щек он скрыть не мог. Дэн подтолкнул Тони в бок и усмехнулся, совсем как Билл пару минут назад. - А ты мне желание, кстати, проиграл.