Sending shivers right down your spine

Gerard's POV

— Я не боюсь тебя, Джерард, — улыбаясь, сказал Фрэнк. — С чего бы мне бояться, если ты сам сказал, что я нужен тебе, ты не сделаешь со мной ничего такого. — Твоя боль держит меня в сознании, а не ты. — Я слышал у вас там вечеринка наверху, — пробормотал парень, будто совершенно забыл о том, что говорил ранее. — Тип того, — Фрэнк улыбнулся ещё шире. — Уверен, что твой брат прямо сейчас кого-то трахает и при этом выстанывает МОЁ имя, — он получил удар в грудь и снова посмотрел на меня. — Не думаю. — Почему ты так уверен? Его старший брат — чёртов педик. Готов поспорить, что ты сейчас сидишь в этом подвале, потому что в глубине души хочешь другого по отношению ко мне, чем просто издевательства, — Фрэнк буквально оскалился, а я только сделал ещё один глоток своего виски. — Мне кажется, что ты здесь единственный, кто хочет трахнуть парня, в частности меня. — Иди к чёрту! Я натурал! — выкрикнул парень. — Но, ты сам сказал, что тебе понравилось целоваться с моим братом. Это должно отождествлять тебя с натуралами? — Я не грязный педик! — Докажи, — я опустился на колени перед ним, сделал ещё один глоток виски и убрал его подальше от Фрэнка. Посмотрев прямо в глаза парню, я насильно впился в его губы с поцелуем. Он сопротивлялся, но, как мне кажется, сдался слишком рано, отвечая. Я придвинулся ближе, буквально наваливаясь сверху, списав эти действия на наркотики в организме. Фрэнк продолжал целовать меня, всё больше раззадоривая, пока я не отстранился тяжело дыша. — Говорил же, что ты чёртов педик! — злясь больше на себя, прорычал я. В его глазах мерцали слёзы. — Я не знаю, как так вышло. — Бред, — и Фрэнк получил очередной удар в лицо. — Нет, пож-пожалуйста, — взмолился он, — не делай мне больно. — Ты же сказал, что не боишься меня, — его речи развлекали меня больше, чем что-либо иное, я даже позабыл о том, что происходило за пределами этой комнаты. — Я такой никчёмный, ненужный, бесполезный, — Фрэнк буквально разрыдался. — Наверное, я всё-таки заслуживаю быть здесь. Ты прав, никто и никогда не будет по мне скучать. Я улыбнулся своим результатам. С помощью наркотиков или нет, но я добился своего, Фрэнк был сломлен. Он прав, ведь он действительно заслуживает всего этого. Вся его жизнь — ложь. Всеми своими действиями он пытался быть лучше, чем был; носил одежду, которая делала его красивее; причинял людям боль, чтобы его боялись больше, чем кого-либо. Я был его спасителем, тем, кто спустил его с небес на землю. Признаю, что мои действия достаточно грубые, но только так я смог заставить его понять. Теперь, когда он осознал всё в полной мере, Фрэнк мой, я могу манипулировать им так, как только взбредёт в голову. Все стены, которыми он ограждал себя от реальности — рухнули, теперь он сможет добить себя и самостоятельно. — Именно, Фрэнк, ты ничтожный человек. — Я ненавижу твою улыбку, — этими словами парень застал меня врасплох. — Что? — Я ненавижу твою улыбку, — повторил он. — Почему ты говоришь об этом сейчас? — я просто в замешательстве. — Потому что она чертовски красивая, Джерард. У такого больного человека не может быть такой привлекательной улыбки. — Я ненавижу людей и улыбаюсь только когда им больно, — признался я, делая очередной глоток виски. — Я ненавижу тебя, Джерард. — Я знаю, — без единой эмоции признал я. — Я ненавижу то, как ты разговариваешь со мной. Ненавижу, как ты смотришь. Я ненавижу твои дурацкие военные ботинки и то, как ты читаешь мои мысли. Я ненавижу тебя настолько, что это делает из меня больного. Но, кажется, я перестаю это чувствовать, будто немею. — Это наркотики. — Что за наркотики? — Те, которыми я злоупотребляю по отношению к тебе, — ухмылка снова вернулась на мои уста. — Спасибо, — искренне сказал Фрэнк. — За что? — За то, что боль прошла. Я сходил с ума от всего этого, от того, как он расслабился сейчас; больше не боялся меня. Кажется, я даже наслаждался этим разговором, хоть меня и бесило его благополучие. Я уже мысленно пообещал себе, что он за всё заплатит завтра, когда я вернусь из школы. Уже представляю, как не смогу обращать внимания на занятия, страдая от похмелья и генерируя идеи пыток Фрэнка. — Чувствую себя как-то странно, — пробормотал парень. — Наркотики прекращают действовать, — объяснил я, делая ещё один глоток. — Ты не дашь мне ещё одну дозу? — Нет, как бы мне хотелось продлить твою агонию, но не сейчас. — Пожалуйста! — Что? Ты не понимаешь, что тебе говорят? — Нет. Я просто хочу умереть. Почему ты не даёшь мне умереть? — Потому что я хочу, чтобы ты страдал. Ад недостаточен для тебя. Поэтому и существуют такие люди, как я, мы созданы, чтобы преврати твою смертную жизнь во что-то похуже Ада, — я поднялся с пола. — Ты будешь гореть в Аду, в самой глубокой яме, — выплюнул Фрэнк. — Конечно, буду рад увидеться там с тобой, — снова улыбнулся я и вышел из комнаты. — Кто-то найдёт меня! Иди к чёрту! Однажды ты окажешься в тюрьме, а я выйду отсюда, нахер! — кричал парень мне вслед. Наркотики прекращали действовать и он снова становился агрессивным. Я вернулся в гостиную, где столкнулся с Майки. — Эй! Где ты был? Мы уже начали беспокоиться! — Прости, Майки! Я выходил подышать свежим воздухом, всё нормально. — Ложь. Ложь. Ложь. Я чертовски хорошо умею врать. — Хорошо, я рад, что ты в норме. — Так мы идём? — спросила подошедшая к нему черноволосая девушка. — Да, конечно, сейчас пойдём наверх, — немного смутился Майк. В голове всплыли слова Фрэнка: «Уверен, что твой брат прямо сейчас кого-то трахает и при этом выстанывает МОЁ имя!». — Ты никуда не пойдёшь, — проворчал я. — Что? Почему? — Дорогуша, — окликнул я девушку, — ты всего лишь шлюха, поэтому убери свои грязные руки от моего брата. — Прости, Джерард, — смущенно убрав руку с плеча Майки, извинилась девушка. Мне нравится, как она испугалась меня. — Называй меня и Майки — мистер Уэй. — Да, мистер Уэй. — Хорошая девочка, а теперь свали, — девушка поспешила удалиться. — Что это было, Джерард? — обозлённо спросил Майк. — Ты мне нравился намного больше, когда всех ненавидел. — Но я и так всех ненавижу, мне просто нравится, как они меня любят, — улыбнулся мальчишка. Майки был милым ребёнком, не таким уродом, как его брат. — Я ненавижу твою улыбку, — я повторил слова Фрэнка. — Что? — спросил он так же, как и я спрашивал парня в подвале. — Потому что она чертовски красивая. У такого больного человека не может быть такой привлекательной улыбки, — Майки выглядел обескураженным, гордость и благоговение смешались на его лице. Я не знаю, что заставило меня произнести эти слова. Может быть, во всём виноват алкоголь, который пленил мой разум и тот повторял слова Фрэнка без единой запинки. — Спасибо, брат, — пробормотал Майки после длительной паузы. — Я такой никчёмный, ненужный, бесполезный, — продолжил я, как ни в чём не бывало. — Ты в порядке? — обеспокоился брат. — Нет. — Думаю, что с тебя достаточно алкоголя на сегодня. Не хочешь пойти отдохнуть? — Чтобы ты смог пойти и трахнуть какую-нибудь шлюху? — огрызнулся я. — Что? Нет! Я просто волнуюсь за тебя. — Пошёл ты. Я свободен и могу делать всё, что только захочу. И не тебе меня упрекать! Ты не заслуживаешь объяснений. Ты ничего от меня не заслуживаешь, — отталкивая брата, прорычал я, проходя в гостиную с намерением кому-то врезать.