Аквилон

Прошло ровно шесть лет с тех пор, как не стало Джонина. Нет, вы все правильно поняли. Перестал существовать привычный: добрый, отзывчивый, порой чересчур эмоциональный или тревожный, заботливый и искренний Ким Джонин. Остался лишь доктор Ким, к которому так обращались все – как пациенты, так и коллеги лишь на работе, а еще холодный до колючих мурашек Кай. Так прозвал лучшего друга Лухан, когда прошло около года после трагедии. Тогда Джонин лишь кивнул на такое предложение от друга. Ему, в принципе, было все равно. На работе этого никто не узнает, дома его некому так звать, а сам он был полностью согласен со сравнением его с человеком с ледяным сердцем. Хотя, думал сам Ким, что он, скорее человек без сердца, конечно, не физически. Морально. Даже на работе он не старался хотя бы пытаться выдавать из себя хорошего человека. Могло показаться, что он вовсе и не врач, а мясник, работающий прямо в морозильной камере, чтобы, якобы, экономить время и силы. Минимум общения с пациентами и по максимуму загруженность бумажной волокитой и операциями. Всего лишь за шесть лет Джонин, казалось, прооперировал все известные миру случаи аномалий и повреждений головного и спинного мозга человека. Он сам даже думал, что уже может делать многие операции с закрытыми глазами, но рисковать таким ему не позволили бы. Правда, как бы этого не хотелось Каю, уважения от больных и коллег было хоть отбавляй. То он однажды просто так отработает за сменщика день или даже два, то безвозмездно поможет начальству с документацией или проверкой, а бывало, просто молча просидит всю ночь возле пациента, который проходит через восстановление. А после, когда ему предлагали помощь, услугу или награду взамен, отдавали кучу благодарностей или просто хвалили, Джонину становилось тошно от того, что эти люди уважали в нем лицемера. Хотя и не знали вовсе этого. Ведь Ким оказывал помощь всем в больнице со своими корыстными целями – лишь бы меньше находиться в той самой двухкомнатной квартирке. Он не смог, да и не хотел продавать проклятую самой судьбой жилплощадь, хотя и была возможность, но Джонин в последний момент передумал. Слишком дорого ему было такое проклятье, и он хотел пронести его всю жизнь с собой. Также, частыми стали выходы в клубы с Луханом. Примерно раз в месяц. Даже это для Кима была непривычная роскошь. И пока старший собирал вокруг себя множество ярких или просто пьяных людей, Джонин, наблюдая и усмехаясь над ними, напивался до потери сознания. После чего непутевого друга приходилось брать под руку Лу, вызывать такси и ехать с тем до самой квартиры. Иногда хён оставался прямо у Кая, потому что он словно вампир высасывал у него все силы. Правда, утром он испарялся даже раньше, чем Джонин просыпается, оставляя после себя лишь стакан с водой и таблеткой на тумбочке. Как-то несколько раз после подобных вылазок с другом, Лухан заставал его утром с ужасном настроении – казалось, у Кима с утра всегда все обстоит намного хуже, поэтому больше он рисковать собой и своей нервной системой не хотел.

***

Начало сентября. Самое время для изменений и, возможно, новых людей в коллективе больницы. Сегодня у Джонина смена с утра, поэтому он в 7:00 уже на работе. Вдруг в ординаторскую заползает уставший Лухан, с ночной смены, и непринужденно улыбается другу. Они в помещении пока только вдвоем. – Доброе утро, Кай, – растягивает старший и приземляется рядом с другом на диван, склоняя голову тому на плечо. – Очень доброе, ага, – привычно для хёна отвечает Ким и тут же интересуется: – Много внеплановых было? – А разве по мне не заметно? – хмыкает Лу. Джонин молчит, значит, ему требуется полный рассказ. – Две с половиной операции на спине. Я упыхался. Не хочешь поработать за меня завтра? Он знал, что ответит друг, поэтому уже даже не предлагает ничего взамен – все равно без толку. – Завтра… – задумался Кай и почесал подбородок. Лухан сначала даже немного напрягся. – Да расслабься, хён, без проблем. – Он периодически любил подшучивать над старшим, все же некоторые привычки из прошлой жизни сохранились, как и сам друг. "Немного" из того, что смог оставить в новой жизни Джонин. – А почему две с половиной операции? – Последняя девушка… мы не успели ее спасти. Не смогли. Было уже поздно. – Тогда Ким вопросительно промычал. – Серьезная авария… Нам фактически привезли труп… Лу не успел придумать красивой лжи, поэтому пришлось сказать коллеге правду. Он знал, что уже шестой год Джонин ненавидит все, что связано с автокатастрофами. Из-за этого даже передумал покупать машину. Велосипед – еще один его лучший друг, уже многие привыкли. Плюс, сколько денег сэкономил. Но все равно, особенно с его профессией нейрохирурга, он почти каждый раз сталкивается с пострадавшими в авариях. И каждый раз представляет то, как бы он любыми способами спас Сехуна, вытащил его с того света, пусть бы даже с некими жертвами, стоящими хотя бы меньше человеческой жизни… – Прости… – Лухан не хотел возвращать Кая в тот день, но этим самым он хотел добиться иного результата. Ему думалось, что чем больше Джонин увидит и сделает подобного на практике, тем меньше боли будет испытывать с каждым днем. Но, кажется, его друг был неизлечим. Хотя со временем, конечно, становился чуточку мягче к людям и жизни в целом. Ким только встряхнул головой и отнекался, что, мол, все хорошо. Тут вдруг раздался звонок мобильного, который заставил обоих вздрогнуть. – Друг, не возьмешь трубку? – обратился Лухан к Каю и кивнул головой на карман белого халата. – А то я даже перчатки еще не снял и руки не помыл. – Он встал и тут же отскочил к раковине, как только Джонин взял телефон. – Да? – привычным холодным тоном ответил Ким, но больше ничего не говорил. Кажется, ему попался болтливый собеседник. – Э-э-э… это не Лухан, но я сейчас его дам. Джонин был крайне удивлен красивым голосом парня, который потревожил утро Ханя, но тут же подмигнул другу, как только передал трубку. – Бэкхён! – воскликнул Лу. – Как же я мог про тебя забыть? Конечно, нет. Ни в коем случае. – А сам при этом смотрит на Джонина и глазами просит помощи. Младший лишь машет на него и откидывает голову на спинку дивана, прикрывая глаза. Видимо, выслушав тираду от звонившего и ответив пару раз тому утвердительно, Лухан разбудил Кима своим громким приземлением. – И что же это за Бэкхён? – интересуется Джонин, не поднимая головы. – Пару лет назад мы спали с ним, аж, чуть больше недели почти каждый день. Представляешь? он до сих пор думает, что мы встречались! – оба тут же усмехнулись. – Но секс был потрясающий. Незабываемый. Мы решили остаться друзьями, ну, это предложил он. Но милый Бэкхён не знает, что я со всеми, с кем сплю, остаюсь хорошими друзьями. И вот, несколько недель назад он вновь вспомнил о нашей дружбе, попросил помочь ему устроить своего друга-юриста на работу. Говорит, тот окончил университет и даже три года стажировался где-то там. Я сказал, что спрошу у главврача, что и сделал в тот же день. И знаешь, как им повезло со мной? Доктор Чхве как раз отправляет нашего старичка-юриста на заслуженную пенсию, хотя уже давно подыскивает ему замену, да все пока не то. А так наш старик подучит юного… Ой, забыл, как там его зовут, и он будет работать на нас всех. Так сказать, защитничек от обозленных жизнью и избалованных деньгами пациентов. – Да-да, конечно, это полностью твоя заслуга, хён. – Равнодушно произнес Джонин. – Кай, вот ты припоминаешь хоть одно дело, которое выиграл наш юрист? – Лухан проигнорировал глупый комментарий от Кая и продолжил свое. – А такое вообще было? – Риторический вопрос. Не было. – Радуясь чужой неудаче, ответил Лу. – Не повезло мужику. – На этот раз Джонин даже хмыкнул немного с сочувствием. – Зато теперь повезет нам. Скоро наше поколение заменит всех пожилых людей, а потом и еще моложе, – радуясь своим словам, словно плану по захвату мира, потирая ладошки, произнес Лухан. – Че-е-е-ерт!.. – Ну что еще? – возмущенно поинтересовался Ким, словно спрашивал это вовсе не потому, что интересно. Он узнал этот тон, за ним частенько следует еще просьба. – Я же сейчас ухожу и меня не будет весь день, – миленько скривил лицо хён. – И? – А сегодня придет этот друг Бэкхёна – юрист! – друг подталкивает Джонина к логической цепочке. – Лухан, ну нет! – фыркает Кай и недовольно скрещивает руки на груди. – Разве ты не можешь остаться и подождать его? – Не могу. Правда. К тому же, я не знаю, в каком часу он подойдет, это еще не уточнялось. А так я передам через друга ему твой номер, он, когда подойдет, позвонит тебе. Ты спокойно встретишь и проводишь его к доктору Чхве. И всего-то. – А один он разве подойти к нему не может? – задал вполне ожидаемый вопрос Джонин. – Не может, как уверил меня Бэк. Вот ты и посмотришь, что это за чудо-человек такой, – Лу рассмеялся после своих слов и начал потихоньку переодеваться. – В долгу не останусь, – напомнил он. – Господи, да что ты мне опять предложишь? – закатил глаза хирург. – Да хоть что. Хочешь, устрою свидание вам потом с этим юристом?.. – Лу, только вот без этого! – строго и быстро отрезал Кай. – Ты знаешь, что я об этом всем думаю. Вернее, уже даже не думаю. – Я то знаю, да вот только не перестаю сдаваться, сражаюсь за твою личную жизнь, как за свою. А ты неблагодарный… – Лухан театрально стер невидимую слезу с уголка глаза и показал другу язык. – И вообще, с чего ты взял, что он обязательно будет геем? – Ким окинул хёна скептическим взглядом. – Да господи, стоит человеку только взглянуть на тебя! – Казалось бы, предложение не закончено, но Лу даже с долькой доброй зависти произнес эти слова. Он полжизни знал Джонина, и сколько помнит его, тот всегда был чертовски привлекательным для всех без исключения. Прямо-таки плэйбой. А про себя продолжил отмечать: «К тому же, кто бы говорил, магнит для геев с опытом, как минимум, в пятнадцать лет». – Ой, всё, Лухан, ты мне надоел, – Джонин как раз подождал, пока переоденется и соберется друг, а после этих слов он просто вытолкнул друга за дверь, бросая что-то на прощание.

***

А Лухан ведь не соврал – после обеда, только расправившись с легким перекусом и историями болезни, Джонину позвонил молодой юрист и сообщил, что уже находится где-то на первом этаже. Хирург не успел даже уточнить, где именно он остановился, потому что в трубке сначала раздалась чья-то невнятная болтовня, а затем и короткие гудки. Ким не любил, когда его игнорировали, поэтому тянуть не стал и отправился вниз, чтобы поставить кое-кого на место. Только оказавшись у регистратуры, Джонин понял, что совершенно не знает, как выглядит этот мягкоголосый парень. Вспомнив, что у него теперь есть сотовый юриста, Кай решил не задерживать процесс посвящения человека в больничную атмосферу. У молодого человека, вокруг которого столпились несколько медсестер, и, кажется, один или даже два ординатора, зазвонил телефон, как только Джонин набрал вызов последнего абонента. Но тот был слишком увлечен разговором, продолжал жестикулировать одной свободной рукой, а второй сбросил вызов. Хирург был вне себя от такой наглости. Уверенность, что это был нужный ему человек, только усиливалась с каждым шагом, что приближал того к блондину. Да, мало того, что он привлекал внимание своим сладким голосом и завораживающей интонацией, так еще и в блондины заделался, паршивец. – Ты даже не представился! – Джонин подошел сзади, убедившись, что он выше юриста, и что его слышно, он прокашлялся, для создания того самого необходимого образа. – О… – Обернувшись, блондин никак не ожидал увидеть высокого молодого врача. – Это вы? – Ну вот, ты даже моего имени не знаешь, – безразлично хмыкнул Джонин и попытался схватить младшего (а юрист был явно младше его) за локоть, чтобы оттащить от создавшейся уже толпы народу. Но тот лишь отмахнулся, вывернув руку и вернув ее себе, и решил, видимо, закончить разговор с персоналом. Кай только было хотел что-то сказать ему, нечто колкое и недоброе, но юрист уже обернулся на Кима, встал точь-в-точь напротив и начал изучать нахмуренное лицо. – Доктор Ким, – парень озвучил надпись на бейдже хирурга и вновь уставился на лицо, немного задирая голову. – Теперь знаю. Мы сразу на ты? Хотя, да. Работать же вместе будем. Быть может, я как-нибудь спасу вашу карьеру, а вы спасете мне жизнь. – Начал тараторить юрист. – Ты мне не нравишься. – Сделал для себя вывод вслух Джонин и направился в сторону, откуда недавно появился. – Нельзя делать таких выводов при первой встрече! – блондинчик начал догонять Кая. – Меня зовут Ким Джунмён. У нас с вами даже фамилия вот одинаковая. – Глупое и бесполезное замечание, прошу заметить, – старший на секунду оглянулся назад, на будущего коллегу, и продолжил: – А я придерживаюсь мнения о том, что первое впечатление о человеке – самое верное. – Тогда, как думаешь, какое мнение у меня уже успело сложиться о тебе? – по-доброму улыбнулся Джунмён. Почему-то он казался таким наивным. Джонин ни за что бы не подумал его нанимать на работу, и никогда бы не доверил ему вести его дело. Хотя, до сих пор никто никогда даже не жаловался на работу хирурга – ни единого иска в суд. Никто из пациентов, разумеется. Как и обещал Сехуну, он спасает каждого, кто обращается к нему за помощью и ложится на операционный стол. – Мне абсолютно наплевать на твое мнение. – Грубо ответил Кай и, резко обернувшись на позади идущего, окинул его презирающим взглядом. – Это ты пришел в нашу больницу устраиваться на работу. Между прочим, ты еще не получил её. Но даже если получишь, ты никогда не посмеешь взяться за мое дело! Потому что я не позволю. Блондин лишь громко сглотнул. Этот молодой врач вызывал у него очень противоречивые, но самые настоящие чувства. Он был прав, хотя и выражался довольно грубо, от чего холод из его слов проходил мурашками по коже младшего. Однако его первое мнение никак не совпадало с мнением Джонина о Джунмёне. Дальше они шли молча. Правда, чуть погодя, Кай понял, почему этому странному парню нужно было сопровождение. Как только на их пути появлялся сотрудник больницы, будь то санитар, медсестра или же интерн и врач, Джунмён старался познакомиться с каждым, заинтересовать персонал своим появлением. Он был невыносимо общительным – еще один вывод сделал для себя Джонин. Приходилось оттаскивать его без лишних слов и замечаний, на что не было много времени. У кабинета главврача они оказались спустя целых 15 минут. Джонин держал Джунмёна под руку, чтобы тот не испарился прямо у него на глазах в белоснежной толпе. Мало ли, на что он был еще способен? Наконец, отпустив свою железную хватку, Ким отправил юриста в кабинет. Хотел бы он предупредить доктора Чхве о том, что парень слишком странный, да передумал. Вдруг блондин бы подумал, что он устраивает заговор против него. Когда дверь перед ним закрылась, а за ней исчез Джунмён, Кай присел на мягкую лавочку напротив кабинета, решив дождаться окончания собеседования. Буквально через 20 минут счастливый блондин покидает кабинет, бросая на прощание главврачу: «Спасибо и до скорой встречи!» Минуя доктора Кима, этот странный Джунмён чуть ли не вприпрыжку удаляется в сторону выхода. А обескураженный Джонин, глядит ему вслед и медленно продвигается ближе к белой двери. – Доктор Чхве, вы действительно его наняли? – без приветствий и каких-либо подобных процедур поинтересовался Джонин, почесывая при этом затылок, который начало немного тянуть. – Кого? Джунмёна-то? А что с ним не так? Мне кажется, он идеальная кандидатура. Лухан все же был прав. – Мужчина лишь легко улыбнулся и вновь окунулся в свои бумажки. – Но он ведь какой-то псих болтливый… – Непонимание на лице Кая возрастало. – Совсем безответственный, бестактный и глупый. – Во-первых, доктор Ким, я попрошу быть не таким смелым в выражениях. – На это замечание Джонин лишь постарался сделать выражение лица попроще. – Во-вторых, кажется мне, юрист таким и должен быть. В смысле, разговорчивым. В общем-то, что вы назвали первым, – зачем-то уточнил мужчина. – И, в-третьих, вы словно говорите о каком-то другом человеке вообще. Этот юноша зарекомендовал себя как умный, понимающий, внимательный, талантливый и смелый специалист. Нам давно не хватало в больнице такого юриста… По пути в ординаторскую Джонин все пытался осознать смысл слов главврача. Как же блондин мог быть таким, если был совершенно другим? А эти слова, сказанные доктором Чхве, так и бились эхом: «…понимающий… талантливый… специалист». Он даже не знал, что теперь думать. То ли человек и правда может быть разным при общении с людьми и при деле, то ли стоит броситься обратно и отговорить принимать этого блондина на работу…

***

Просидев на работе чуть ли не до полуночи, Кай не заметил, как желание спать, а не работать, становилось все сильнее и сильнее. Тогда, решив, что сделал достаточно и что не хочет оставаться спать не в пустой ординаторской, он отправился домой. Ночная поездка на велосипеде немного взбодрила хирурга, и он вдруг вспомнил дневное происшествие. Происшествие по имени Ким Джунмён. Удивительно, но теперь, после проделанной внеплановой операции и остальной работы с бумагами, ему казалось, словно этого человека он видел и слышал так давно, что это уже начало расплываться в ненужных воспоминаниях, остающихся там без, какого бы то ни было, внимания. Для Джонина даже уже не показался удивительным тот факт, что на пороге квартиры его дожидался Чанёль. – Я удивлен тем фактом, как ты еще не украл у меня ключи от квартиры и не дожидаешься меня там. – Громко заявил Ким. – И тебе доброй ночи, Джо, – поздоровался Чан и даже сделал плие, чтобы поиздеваться, как всегда, над парнем. – Каким ветром тебя надуло? – поинтересовался Кай в попытках открыть дверь. Когда это ему удалось, он зашел в нее вместе со своим транспортом, и, впустив Ёля, закрыл дверь. Казалось, старший пришел надолго, раз в такое время все еще дожидался Джонина. – Ну, я явно не на радужном пони, поэтому с просьбой… – Очередной… – громко вздохнув, прокомментировал Кай. – Слушай, я до сих пор не простил тебе то, что ты сделал с моим братом. Так что будь любезен… – Прислуживать тебе за это до конца жизни? Да ты вообще имеешь хоть каплю сострадания?! – зло прорычал хирург. – Для меня твой брат был намного важнее постоянных игр и приключений на пятую точку. Ты не смеешь так говорить о нем и, тем более, винить в этом меня. – Хотя Джонин пытался защищаться от нападок Чанёля, но он и сам до сих пор не смог простить себе эту потерю. – Хорошо. – Чан странно взглянул на Кима, в глазах все того же сероволосого загорелись огоньки. – Может, договоримся? – О чем? – Мы больше не будем затрагивать эту тяжелую для нас обоих тему, а ты мне будешь иногда помогать? – предложил Чанёль и протянул руку Джонину. – Как будто все эти годы я тебя без внимания оставлял, – почти про себя обреченно произнес младший. – Хорошо, Чан, – пожал огромную ладонь и спросил: – Что тебе сегодня нужно? – Ночлег. – Бодро ответил Чанёль и устало потянулся. Казалось, он вот-вот достанет до потолка. Вот же дылда. – И все? – усмехнулся легкости просьбы Джонин. – По-любому ведь еще затребуешь с утра завтрак и денег на очередной проигрыш. – Без этого никак, – Чан бросил это брюнету, подмигнув, и отправился в душ. – Но, имей ввиду, у меня никакого мяса и молочки! – Ким крикнул уже закрывающемуся в ванной Чанёлю. Не то, чтобы Джонин был веганом по собственному желанию, нет. Так решил его организм, поэтому еще с детства он не переносит никакие продукты животного происхождения. Но он не жаловался, даже наоборот, привык и со временем стал разделять некоторые взгляды защитников живой природы. Пока Кай возился на кухне, пытаясь придумать заранее что-то простенькое на завтрак, Чанёль уже помылся и занял его место в гостиной на диване. А когда там появился уставший Джонин, то он сначала было хотел подвинуть старшего и улечься рядом, но тут же услышал страшный и громкий храп, поэтому развернулся на 180 и направился в другую комнату. Выбору было не много – оставалась их с Сехуном спальня. Не часто Кай туда заходил, если только прибраться: пыль стереть, поменять белье, помыть пол и огромное окно, выходившее на восток. Странно было этой ночью тут засыпать, особенно, если не делал этого уже 6 лет. Все запахи, что-либо напоминавшие, давно стерты обыкновенным стиральным порошком и хлоркой, но все же этой ночью Джонин долго не мог уснуть – воспоминания делали свое дело. А утром, когда из-за незакрытых штор появились первые осенние лучи солнца, еще теплые, почти как летом, он поначалу сморщился, отвернулся от яркого будильника и снова засопел. Но несколько минут спустя его окончательно разбудил телефон – самый настоящий, джониновский, будильник на работу. От Автора: Кажется, я на грани кризиса. Скоро написанные главы могут кончиться, если я не буду получать хоть какую-то отдачу и вдохновение... тт