Грани абсурда

      Перси Уизли сидел на хлипкой пристани, погрузив ноги по щиколотку в прохладную воду, и наслаждался долгожданным покоем. Прошел уже месяц с тех пор, как его брат Чарли сбежал в Румынию к своим драконам, но мама всё никак не могла прийти в себя после случившегося. Именно по этой причине, с многократно усилившимся рвением, она с удвоенной силой, взялась за них с Джинни. Билл на этих каникулах гостил у родствеников со стороны отца. С близнецами было сложнее. Они и так читали всё, до чего могли добраться, но то, что им казалось неинтересным, они забывали мгновенно. Поэтому основной удар взял на себя он, как будующий первокурсник и потенциальный наследник титула лорда Пруэтт. Ведь если Чарли не вернется в семью в ноябре, он уже не сможет стать главой рода, как рассчитывали родители, а значит, эта сомнительная привилегия доставалась Перси. И хоть его и радовала возможность научиться чему-то новому перед школой, заниматься с мамой было сложно: она стала ужасно эмоциональной и требовательной.       Со стороны дома донёсся крик Рона, которому явно не терпелось что-то рассказать. Очнувшись от раздумий, Перси, к своему ужасу, заметил маленького гриндилоу, тянувшего свои ручонки к лодыжке мальчика. Такой малыш ничего бы не сделал одиннадцатилетнему мальчику, но он был способен наставить ему синяков, поэтому Перси дернулся и вытащил ноги наружу. Маленький водяной недовольно сверкнул глазами и скрылся где-то в камышах.       В этот момент Перси услышал топот, скрип досок за своей спиной и сбивчивый голос брата, который, ещё не отдышавшись, начал говорить: — Мама зовёт тебя, и чем скорее ты придёшь, тем лучше! — судорожно вздыхая, сообщил Ронни. — А ещё она сказала, что сегодня к нам прибудут Поттеры! — восторженно вещал мальчик.       Завязав шнурки, Перси посмотрел на сияющего, словно галеон, младшего брата и в который раз позавидовал его жизнерадостности. Несмотря на его положение в семье, Рон был самым веселым ребенком из всех. — В таком случае не будем заставлять её ждать. Наперегонки до дома? — предложил Перси, поднявшись на ноги и потрепав брата по растрёпанными волосам. И, не дождавшись ответа, он побежал к дому сквозь заросший разнотравьем луг.       На пороге дома, в своей любимой позе — скрестив руки на груди, — стояла Молли Уизли. Рон, естественно, прибежал первым, и Перси в шутку пообещал, что в следующий раз он уж точно не проиграет. Когда они зашли в дом, мама печально сообщила, что их занятия по истории отменяются из-за приготовлений к приезду гостей, что ужасно обрадовало мальчика. Вместо этого после обеда они с Джорджем и Роном убирали территорию.       Работы было немного, но и мальчики не особо спешили, поэтому провозились почти до самого вечера. Так что неудивительно, что когда Перси наконец-то привёл себя в порядок — он делал это последним, — гости уже прибыли и с удобством расположились в гостиной.       На секунду в нерешительности замерев на пороге, а затем тихо поздоровавшись, мальчик мышкой скользнул к своему любимому креслу недалеко от входа и пробежался взглядом по собравшимся. К счастью, все уже были заняты: близнецы, которым мама настоятельно рекомендовала оставаться на виду, что-то тихо обсуждали над небольшой тетрадью, то и дело что-то туда записывая; мама сидела на диване и о чём-то говорила с красивой рыжеволосой женщиной, а младшие так увлечённо играли в настольную игру, что даже не обратили на его приход ни малейшего внимания — лишь избранный бросил на него беглый взгляд, даже не отвлекаясь от беседы со смущающейся Джинни. Рон же в это время помогал круглолицему малышу, на пару лет младше, разобраться с правилами игры, которая для него была немного не по возрасту.       Ещё раз оглядевшись по сторонам, Перси с чистой совестью достал из-под кресла книгу, которую начал читать ещё утром и отвлёкся от неё только когда над Норой раздался рёв, и дети, к которым Перси, разумеется, себя не относил, рванули к окнам. Несколько минут он старательно держал свое любопытство в узде, но размытые описания и всеобщий восторг заставили его уподобиться детворе, и он присоединился к ним.       Во дворе находились двое мужчин, а рядом с ними, стояло нечто между велосипедом и колесницей, что мальчик так и не смог опознать.       Перси внимательно осмотрел собравшихся: единственным, кто хоть что-то понимал, был избранный. И хоть он явно был удивлён, он всё же чуть ли не прыгал от восторга.       Дверь скрипнула и впустила в дом отца и странно одетого высокого мужчину, чьё лицо пересекало несколько свежих рубцов. — Сириус! — практически хором выкрикнули младшие Поттеры и помчались к косматому мужчине. Это было словно сигналом и все гурьбой налетая на него. Мужчина хрипловато засмеялся и что-то сказал, его слова потонули в гвалте приветствий.       Перси поморщился: он никогда не любил подобного и поэтому, подождав, пока всё стихнет, отправился на кухню вслед за всеми.       Во время ужина гость хотел было что-то рассказать о готовящейся поездке в Албанию, но его быстро остановил возмущенный окрик мамы — видите ли, не для детских ушей эта история. После речь пошла о странной повозке во дворе, которую Сириус назвал «мотоциклом», и Перси окончательно отключился от происходящего. Быстро доев, он, сославшись на усталость, отправился к себе в комнату. Это не было ложью — он и правда не очень любил большие компании, за то что они неимоверно утомляли. К тому же он чувствовал себя в них не в своей тарелке.       Ближе к полуночи родители привели в его комнату насупившегося Джона после его провальной попытки бегства. А он ещё и Рона с Джинни умудрился в это как-то втянуть. И всё это лишь потому, что его родители поехали куда-то без него. Перси недовольно покосился на нового соседа по комнате, крутящего в руках разноцветный, противно потрескивающий кубик.       Неделька намечалась длинной.