Невозможное

Это был чистой воды идиотизм. Майкрофт едва сдерживался, чтобы продолжать сохранять хорошую мину при плохой игре. То место, куда Лестрейд себя загнал, было ужасно по всем параметрам: начиная от жуткого криминогенного района, в котором явно будут не рады инспектору Скотланд-Ярда, и заканчивая квартирой, которую назвать домом язык не поворачивался. Вот ведь упрямец! Майкрофт вздохнул, кинув взгляд на окна, за которыми остался Грегори, и забрался в салон автомобиля, размышляя о том, как обеспечить безопасность инспектора, чтобы тот не заметил это проявление заботы. Может, блокпост в соседней квартире организовать? Откинувшись на сидение, Майкрофт поджал губы. Сложности с «Коброй» не решились, скорее наоборот, все усугубилось и нависло над ним дамокловым мечем. Играть в догонялки со строптивым инспектором сейчас было ох как не с руки… Но не для того Холмс выкуривал Грэга из вполне нормальной сферы обитания, чтобы подвергать его жизнь опасности в этих трущобах. Дьявол! Как все не ко времени! Люди Майкрофта упустили опасного человека, и если в ближайшее время ошибка не будет устранена, последствия для страны, вверенной его заботе, могут быть весьма неприятными. Майкрофт раздраженно постукивал зонтом по полу. Он терял хватку, поддаваясь эмоциям и распыляясь на игры с Грегори, но как бы то ни было, мистер Холмс полагал, что заслужил свой кусочек счастья, олицетворением которого был инспектор. Майкрофт сделал для этой страны слишком много, пора сделать что-нибудь лично для себя. Вот только нужно разобраться с Коброй. Мысли о деле не желали задерживаться в гениальной голове, их полностью вытеснял оттуда образ инспектора: растрепанный, растерянный, но совершенно несгибаемый и твердый. Да… Майкрофт улыбнулся. Чертов упрямец! И занесло же его в такую дыру, где мистер Правая-Рука-Премьера не должен был показываться вообще, но придется – слово Холмса не пустой звук. Он явился на следующий день, перепоручив важные дела Антее, и наказав помощнице оповещать его обо всех изменениях и новостях. Ужин в трущобах… на это было способен только Шерлок. Располагая к себе бродяг, брат частенько отирался в подобных районах Лондона и иногда делил трапезу с бездомными, а так же раскуривал с ними «трубку мира», наполненную чем угодно, только не табаком. Правда, это было до того, как в жизни младшего появился Джон. Живите долго и процветайте, доктор Уотсон! Нет, Майкрофту совершенно не улыбалось даже заходить в это жилье, не говоря уж о том, чтобы ужинать там. А потому, появившись на пороге клоповника Грегори, мистер Холмс, оценив внешний вид только что вернувшегося домой инспектора, подхватил его под руку и поволок к выходу, не дав толком войти в дом. - Что происходит? - зло упирался Лестрейд. - Нас ждет столик в одном очаровательном ресторане, Грегори, - Майкройт удвоил хватку и, обворожительно улыбаясь, добавил, - это всего лишь ужин. - Твою ж… - Смирись и получай удовольствие, я обещал о тебе позаботиться так вот, для начала нужно тебя откормить. - Чтобы потом съесть? - Грэг невесело усмехнулся. - Ну это как пойдет, - Майкрофт мечтательно закатил глаза, - очень надеюсь. Грэг этого не понимал. Переезд по сути ничего не дал, Майкрофт… мистер Холмс не счел новое место обитания инспектора проблемой, и ежевечерне стал наведываться в эту жуткую дыру и бесцеремонно увозить Грегори в большой Лондон. Чаще всего это были ужины, казалось, Майкрофт знакомил его со своими любимыми ресторанами, изо дня в день кочуя по новым заведениям, среди которых, увы, не попадалось ни одного паба. Впрочем, ужинами дело не ограничивалось. Несколько раз Грегори с удивлением обнаруживал, что они просто гуляют по городу, а как-то раз Холмс извратился и затащил инспектора в театр, по счастью, не в оперный. Майкрофт всеми возможными способами давал понять Лестрейду, что не собирается сдаваться. Он вел себя предельно корректно - ничего неприличного, но Грэг чувствовал то жгучее желание сильного хищника, которое прятал Холмс под великосветской броней. Это было заметно, это будоражило и гипнотизировало. Грэг временами ощущал себя кроликом, застывшим под голодным взглядом льва, и это чувство заставляло его трепыхаться сильнее, сопротивляться, не поддаваться на зов своего тела. Он скорее умер бы, чем признался Майкрофту в том, как сильно тот его привлекает. Возможно, лев догадывался об этом сам, проницательностью Холмсы славились, но Грегори поклялся себе, что с его губ не сорвется ни одной просьбы. Так продолжалось некоторое время, пока однажды все не изменилось. Вернувшись как-то после работы в свои "хоромы", Грэг обнаружил, что в квартире его поджидал отвратного вида незнакомец. Холеный, наглый и пребывающий в полной уверенности, что он пуп Земли. - Добрый вечер, господин Лестрейд, - произнес бесцеремонно расположившийся на старом диване незваный гость, поглаживая рукой рыжую бородку, - вы невероятно пунктуальны. Это похвально. Пришелец слащаво улыбнулся. Лестрейд напрягся, чуя беду, и потянулся к висящей на поясе кобуре, в которой хранилось табельное оружие. Но стоило дернуться, как он тут же почувствовал укол в шею. Кто-то сильный, обхватив инспектора со спины, опрокинул теряющего сознание Грэга на потертый пол его единственной комнаты. Сознание ускользало мгновенно и единственное, что успел понять Грэг - это то, что он крупно влип.