50 оттенков Джека

      Забравшись внутрь «Гелиады», Тимоти глубоко вздохнул. Он сразу же направился в уборную и умыл лицо, попутно смывая тональный крем. Он его сегодня жутко подставил. Выйдя из ванной комнаты три на три метра, он отправился на место пилота, попутно захватив с полки пачку своего любимого печенья. Он немного успокоился, но его голова тут же заполнилась другими проблемами. Он должен будет надирать зады на «Гелиосе»? Интересно, ему выдадут более безопасное оружие? В контракте есть страховка от взрывов? Потерявшись в своих мыслях, Тимоти на сразу заметил медленно меняющуюся обстановку вокруг. Грубые металлические куски внутренней обшивки плавно перетекали в платиновые сверкающие пластины, какие были в самых дорогих космических кораблях. Сидение под Тимоти тоже сменилось: стандартная сидушка превратилась в ещё более мягкую и приятную. Этого двойник не мог не заметить. Он многозначительно хмыкнул с набитым ртом и взглянул на кресло. Но его взгляд тут же был перехвачен другой новинкой в его временном транспортном средстве. На втором кресле сидела та самая девушка, которую он видел в том ахренительно-красивым помещении. Она подогнула одну ногу под себя и обвила её руками. Тимоти был крайне удивлён. Хотя это мягко сказано. Он проглотил вместе со своим испугом печенье, так и не прожевав его до конца. – Ч-то ты тут делаешь? Как? – Ты ведь хотел меня забрать на «Гелиос», папочка, – последнее слово Ангел намеренно выделила. – Но я же сказал, что всё отменяется, – не замечая скептицизма в голосе своего пассажира, сказал Тимоти и обвёл шаттл взглядом. – Это ты сделала?       Тимоти хотел буквально засыпать девушку вопросами, но сдерживался, ведь мог сболтнуть лишнего. То, что знал наверняка Джек, он в свою очередь мог не знать. – Кто же ещё? Знаешь, ты можешь не притворяться моим отцом. – Что? – Тимоти снова уставился на Ангела и оказался парализован её яркими голубыми глазами, полными укора.       Его разоблачение состоялось, и он ясно видел себя со стороны сейчас: выгнутые брови, что походили на дуги радуги, создающие глубокие морщины на лбу, приоткрытый рот, крошки печенья на подбородке. Жалкое зрелище. Если бы раньше Ангел не догадалась о его истинной сущности, то сейчас бы точно поняла, что перед ней не её крутой папочка. – Может, ты не знаешь, но дети достаточно хорошо знают своих родителей, – проговорила Ангел, скрещивая на груди руки. – Даже если редко их видят.       Тимоти не знал, что ответить, поэтому забегал глазами по кораблю, судорожно струшивая с себя крошки. – Во всяком случае, я устала сидеть взаперти. Кажется, на «Гелиосе» должно произойти что-то интересное.       На минутку Ангел показалась Тимоти взбалмошной девушкой-подростком, пытающимся выбраться с-под домашнего ареста. – Ты что, идёшь против Джека? – сболтнул Тимоти неожиданно для себя. – Я знаю, что нужна ему там больше, – просто сказала девушка, как будто подготовила ответ заранее. – Но ведь я не могу ослушаться. Он сдерёт с меня кожу. – В крайнем случае – твой жакет. Потому что ты его полностью… испортил. Он не хотел бы, чтобы его двойник выглядел как… ну, вот как сейчас. Это ведь шоколадная стружка? – Н-нет, вообще-то нет. – Что же тогда? – Ну, мои вкусы очень специфичны. Ты не поймёшь. – Так посвяти меня в них. – Это изюм. – Больной ублюдок. – Эй, не все любят шоколад! Ну, хотя бы те, у кого от него сыпь. – Классный, наверное, из тебя двойник, – заключила Ангел и повернулась к панели. – Станция «Гелиос». «Запрос принят». – Что? Так просто?! А почему меня постоянно унижали? «Потому что ты лошара». - Ты ведь выполняешь приказы только от Джека! «Девушки мне нравятся больше». Тимоти уставился на Ангела, но та только пожала плечами. «Гелиада» с возмущённым пассажиром внутри и одной прекрасной девушкой покинула парковку и устремилась к станции.

***

– Итак, – протянул Тимоти, нарушая тишину. – Ты что-то типа киборга или…? Вообще я не представляю себе, как можно получить такую, как ты естественным способом. Ну, это ведь… – Я не киборг. И не ИИ. Это на тот случай, если ты собирался задать ещё один глупый вопрос.       Тимоти на самом деле хотел спросить нечто подобное, но ему дали ответ наперёд. Теперь он просто глазел на свою спутницу. Её лицо казалось ему детским: большие, немного наивные глаза, конопатые щёки, нос картошечкой. Ангела выдавал голос. Он был, как показалось двойнику, несколько грубоватым. Хотя возможно Тимоти просто хранил образ малышки, которую видел на фото. – Я сирена. – Это на тот случай, если я снова решу задать вопрос? – Да, – пожала плечами Ангел и слегка улыбнулась. Но уголки её губ почти сразу опустились и приняли прежнее положение.       Разглядывая мимику лица Ангела, двойник постепенно приходил к выводу, что ошибался. В её глазах было больше грусти, чем радости и юношеского позитивизма. Тимоти ко всему прочему толком не знал, что значит «сирена». Он знал, что это те девушки, которые могли бы запросто свернуть ему шею, если он сделает что-то не очень хорошее. Причём, не марая рук в прямом смысле. Ещё раз оглядев, теперь уже красивый корабль внутри, не только снаружи, он понял, почему Джек не заморачивался насчёт интерьера. Это был его личный корабль, для каких-то своих целей, а девушка была пассажиром#2 здесь, после Джека, разумеется. Ангел – его дизайнер и проектировщик, его организатор личного пространства, могущественная сирена и по совместительству дочь. А ещё это неплохая экономия, особенно для тех, у кого постоянно меняются вкусы. Джек такой? Тимоти совершенно перестал видеть во всём этом какой-то чувственный отцовский порыв перевести дочь поближе к себе, под родительское крыло. Кажется, она нужна была ему для чего-то другого. Вспоминая унылую станцию, Тимоти решил, что Джек и правда использует дочь, как личного бесплатного дизайнера. Но тогда, стало быть, она должна быть привязана к новому месту, снова пребывать взаперти, погружённая в свои мысли, одиноко сидящая в своём уютном кресле. Примерно как сейчас. Тимоти надеялся, что это не так.