Я здесь

- Ты называешь его «твой парень», «Эггзи» или никак. Почему до сих пор он не в первом эшелоне? У Харта взгляд тяжелый, тревожный. Эти часто и хаотично меняющиеся настроения почти пугали. Почти. Мерлин никогда не был пуглив. И его слабо волновали чужие эмоции. Эмоции – это слишком неуправляемая составляющая человеческой сути. И слишком склонная быстрым переменам. Стоит ли относиться серьезно к бесконечному непостоянству? Но с Гарри все шло напререкосяк. - Он в первом, - сухо отозвался Мерлин, подняв взгляд от монитора, - что тебя не устраивает? - Имя. - Это не первая необходимость. - Ты сам знаешь, что это не так. - Какое имя я должен ему предложить? Он не прошел испытания, не стал Ланселотом, но его действия в рамках Кингсмен дают ему право быть в первом эшелоне. Зачем множить сущее? Тем более сейчас, когда полный бардак во всем. - Пусть возьмет позывной "Галахад", - взгляд прямой. В глаза. Несколько вызывающий, и как обычно с мощным, нутряным ощущением своего права. Своей власти. Мерлин выдержал этот натиск и пожал плечами. - Он откажется. И потом ему будет неприятно и больно. - С чего ты взял. - Я немного разбираюсь в людях, не находишь? Твой парень... хм... Эггзи... он тебя любит. Думаю, он полагает тебя частью своей семьи, - Мерлин почувствовал приступ раздражения и немедленно его подавил. Глупо раздражаться на человека в тяжелой депрессии, - надеюсь, это не открытие для тебя? Естественно он ждет, что ты вернешься. - Я хочу, чтобы ты отдал ему мой позывной, Мерлин. - Как скажешь. Только объясняться с ним будешь сам. - Отлично. Наступившую тишину разбавлял только тихий шелест клавиатуры. - Что ты делаешь? – настроение снова переменилось. Теперь на осунувшемся, сером лице Гарри Харта возникло что-то вроде живого интереса. - Ты уволился из организации? - Да, почти... Не пудри мне мозги, Мерлин! Чем ты занят в моей постели? - Ты не имеешь доступа к этой информации, - Мерлин прикрыл крышку ноутбука, - ты не агент, а печальный стареющий пенсионер - инвалид. Я могу принести тебе Таймс и теплого молока. - Язва. Можешь отправляться на стул и там скрючившись строчить свои дурацкие писульки, - Гарри явно забавляла эта ужасная манера вести беседу. «Ничуть не изменился» - подумал Мерин, раздражение которого стремительно улетучилось. Как не было, - «надо просто немного подождать и... все будет хорошо» - Как скажете, сэр. - Куда это ты собрался? – хватка у начинающего пенсионера была если не железной, то вполне здоровой. Мерлин не стал сопротивляться, только скосился на схватившую его за предплечье руку с некоторым удивлением. - Тебя не понять, Гарри, - сказал он сухо, - ты как-нибудь уже реши, где мне заниматься совершенно секретными делами? - Да пиши, мне все равно, - фыркнул Харт, Презрительно скривив рот, - только не дергайся. Мне нравится на тебя смотреть. И мне совершенно не интересно на самом деле, что там у тебя происходит... - Верю. - Так что происходит? По старой памяти. Возможно, я смогу дать пару советов по полям. Все-таки большой опыт. - Ты еще не здоров, для того, чтобы заниматься делами. - Если у меня заболит голова, я скажу, давай сюда свои секреты. Так... - и уже через пять минут в мир вернулся прежний Галахад. - Нужно троих, - Харт задумчиво потер висок, - Ланселот и Эггзи в паре и третьего... Надо кого-то яркого, у тебя есть в обойме агент с южной внешностью? Что-нибудь жгучее, сальноватое? Ему придется поработать всеми частями тела. - Гадость какая, - Мерлин искренне поморщился. - Иначе мы к этой миссис - финансовый гений не подберемся. Насколько я помню, у этой женщины нет слабых мест. А вот у ее мужа есть. - Гарри, я тебя прошу... - Тебя смущают гомосексуалисты? – Харт удивился. Мерлину это искреннее удивление не понравилось. - Нет, но... - Но смущают? - Хорошо. Меня смущает такого рода задание для агента. - Прекрати, хороший агент выполнит задание, не доводя до крайностей. Если парню дорога его задница, будет стараться втройне вот и все. Больше доверяй людям, Мерлин. И вообще, что за ветхозаветные предрассудки? – в очках он выглядел совсем как прежний Гарри. Сосредоточенный, сильный, как чертов ядерный реактор, излучающий властную, непоколебимую уверенность, - Скажи еще, что ты несчастный гомофоб? Фу противно, какая гадость? Да? Еще чуть–чуть, и этот сукин сын вогнал бы Мерлина в краску. Пришлось как следует взять себя в руки, выдержать паузу и с полным равнодушием объяснить свои сомнения. - Так-то лучше, - кивнул Гарри, выслушав, - я не потерплю в своей постели гомофоба. Так... По составу группы нет возражений? Вести их будешь ты? Ну естественно! Я еще подумаю над деталями, так с наскока трудно все предусмотреть. - Ланселот, Галахад и Тристан, - сухо отозвался Мелин, щелкая клавишами. - Галахад? А... Да, точно! Эггзи, - Гарри чуть пожал плечами, - не забудь показать мне фотографию этого Тристана, я тебе доверяю, но тип может быть не тот, а на нем все держится. - И не забудь переговорить со своим парнем, - настойчиво ввернул Мерлин, - я не собираюсь никому утирать сопли. - Обойдемся без соплей. Скажи ему, пусть навестит своего старика.

***

- Он это серьезно? Мерлин хоть и не подписывался ни под одним документом, где было бы сказано, что он обязан жалеть людей, все таки испытал что-то сродни сочувствию. - Пока да. Ты что-то хочешь сказать по этому поводу, Галахад? - Не знаю... Погано все это, как по мне. Я не понимаю, как с ним разговаривать. Я попробовал объяснить, что... Не хочу на его место. - Подойди поближе... вот так, - Мерлин чуть наклонился и понизил голос до шепота, - агент Галахад, вы обязаны подчиняться и без обсуждений. Это мой приказ, беседы с мистером Хартом – это, так сказать, вне протокола и к сути отношения не имеют. И вот, что Эггзи, поищи в словаре значение слова «ждать» и примени на практике. Все ясно? Парень напрягся, готовясь к яростному спору, но внезапно просветлел ликом, ухмыльнулся в своей обычной манере и кивнул: - Посмотрю в словаре. - Отлично, агент Галахад, - Мерлин сменил его равнодушным взглядом и кивнул, - спасибо за понимание. И, я надеюсь, ты не забудешь зайти сюда после операции. Просто поболтать со старым другом. - Это само собой! Люблю поболтать... со старым другом. - Замечательная привычка, Галахад. - Фу, звучит стремно... - Разве? - Да... Нет, нормально, просто... - Тогда посмотри еще слово «смирение». Пригодится.

***

- Когда тебе это надоест, Мерлин? С ним трудно. Иногда кажется, что он здоров, что он прежний, живой, неудержимый Гарри Харт. Человек, который не умирал. И никогда не умрет. Но потом, словно кто-то резким движением вырубает электричество, мир погружается в тревожный мрак. Надежда мечется как буйный больной. И невозможно предсказать ничего больше чем на мгновение. - Это? – Мерлин отложил компьютер, и спустил ноги с кровати, развернувшись лицом к Гарри, - ты о чем? - О твоем времени. - Не понимаю, - ложь. Но, черт возьми, пусть даст работу мозгу и начнет объяснять свое состояние вслух, доступно для простых смертных. - Когда ты перестанешь приходить? - Когда ты поправишься и начнешь приходить сам. Молчание. И так частенько. Насколько оно затянется теперь? Может на секунды, а может и до утра. - Знаешь, мы с тобой идиоты, - обошлось без многочасовой тишины. Гарри или взял себя в руки или... Кто знает, что чувствует и как мыслит человек в его состоянии, - ты будешь спорить, но это просто болтовня, чтобы не разрушать иллюзию, что мы крутые воины добра и рыцари мира. Мы идиоты, Мерлин, потому что мы одинокие пни, которые полагали, что никогда не состарятся. Мы думали, что вечность в наших руках. Не ври мне, ты тоже такой! Вот скажи, что тебе мешало завести семью? - Мне не нужна семья, Гарри,- Мерлин равнодушно пожал плечами, - у меня нет времени. - Вот! – на сером, мрачном лице Харта зародилась живая эмоция. Что-то вроде апокалипсического веселья, - предсказуемый ответ, дорогой Мерлин. Я бы лучше не сказал. Нет времени. А еще «кто будет терпеть человека, которого никогда нет» верно? - А чего ты хотел? – пусть лучше этот странный тон, чем взгляд в одну точку и мертвое, страшное молчание, - сам посуди. Я так же могу спросить, Гарри, почему такой эффектный, красивый мужчина одинок? - Я не одинок, у меня есть моя сиделка. Бритая, опасная и вооруженная до зубов. - Где ты видишь оружие? - Я не вижу, но оно есть. - Ты хочешь серьезно поговорить или будем дурака валять? Или это твой способ уйти от ответа? Не выйдет. Так почему ты одинокий пень, Гарри? - Сам не знаю. Не вышло. - Не конкретно. Ты меня спросил – я ответил. А «не вышло» это детский лепет. - Мастер допросов, да? - Почему? - Не хотел. - А теперь захотелось? - Сам посуди, когда тебе надоест или кончится время, я останусь один. Да, я выберусь из этой чертовой больнички, заживу отлично в своей просторной квартире. С телевизором. С кроссвордами из «Сан»... - Есть сайты знакомств для пенсионеров, Гарри, - некоторого усилия стоило удержать на лице нейтральное выражение,- ты все еще очень неплох, а шрамы украшают. - У меня в голове две пластинки, я могу слушать радио не включая приемник. - Сейчас удивительные времена, людям нравится все странное. - Сайты знакомств для пенсионеров? – Гарри приподнялся и буквально вцепился взглядом в лицо Мерлина, - а ты уже бывал, я смотрю. И как? - Замечательно. - Кого ты искал? - Одного затейника, ты не вспомнишь, наверное. Дэна Шефнера. - Психопат-банкир из Дюссельдорфа. - Пластины тебе не мешают, не понимаю на что ты жалуешься. - Я надеялся, что ты искал себе пару. А, Мерлин? Ты не искал себе пару? - Нет. - Потому что нет времени? - И потому что со мной трудно уживаться. Мне все об этом говорили. Всегда. И ты первый, Гарри. - Бездоказательно. - Почему? У меня есть записи всех переговоров. - Значит ты просто меня доставал своим нудежом, Мерлин. Этого у тебя не отнять. - Соблюдение правил – это нудеж? - Да, я понял, понял... Но, женщины бывают еще упрямей. Среди них педантов на порядок больше. Ты мог бы подобрать себе отличную пару, Мерлин. Я просто вижу эту прекрасную семью – Гарри забавно жестикулировал и снова был самим собой, - «Дорогой, ты передвинул мои тапочки на четверть миллиметра на юго-запад, как ты мог?» «Дорогая, погрешность в 10% это уже ошибка. Там нет четверти миллиметра. А меж тем, ты прикасалась к моему пресс-папье. Метки сбиты, ты знаешь, как я этого не люблю!» Мерлин пожал плечами. - Мне не нравятся женщины. - В смысле? - Гарри пришлось отвлечься от своей великолепной фантазии и резко переключить внимание. Было заметно, что он растерян. «Вот и хорошо... Вот и славно» - с облегчением подумал Мерлин, - «возможно, я зря так переживал. Глупость какая-то... Если бы он помнил, он бы уже острил на эту тему ». - Я уважаю, ценю женщин, но я не люблю их в том смысле, в каком их любишь ты, - максимально ровно, обыденно, без эмоций, - собственно, это все. - А! – Гарри с секунду помолчал, видимо переваривая информацию и выбирая дальнейший тон беседы, и наконец улыбнулся, - все ясно! - Вот и хорошо. Ты хочешь это обсудить? - Естественно, а ты как думал? Это сенсационное заявление. - Не вижу сенсации. Никого не интересует моя личная жизнь. - Наивно, Мерлин. - Здраво, Харт. Твоя личная жизнь тоже никого не интересует, если ты вдруг обольщаешься. - Уверен? - Она очень однообразная, Гарри. Ничего любопытного, если быть откровенным. - Много ты знаешь! - А ты ничего не скрывал, так что не требовалось специально добывать информацию. Гарри едва слышно фыркнул и лег, уставившись в потолок. Минуты через три полного молчания, когда Мерлин собрался продолжить работу, раз уж беседа закончилась, он изрек: - Нет у нас никакой личной жизни. У тебя позывной вместо имени, а я давно забыл свое, как не существенное. Есть только Кингсмен. Как ты правильно сказал как-то – секс только с работой. По-моему мы неудачники. - Не согласен. Работа вроде нашей – это образ жизни. И не худший. - Ты действительно так считаешь? Ты действительно уверен, что тебе достаточно? - Нет, - тихо сказал Мерлин. Странный разговор, странные эмоции. Предсказать Гарри слишком трудно. Он слишком нестабилен и болен. И никакие стратегии не работают. Это игры вслепую. Гарри чего-то ждал. Продолжения? Откровений? - Что ты хочешь услышать? - Когда тебе это надоест? Ходить сюда, терпеть мои заскоки. Пытаться меня вытащить. Когда кончится твое время? - Никогда. - Потому что: «Я люблю тебя Гарри Харт»? Мерлин сжал губы и уставился на блестящую крышку своего ноутбука. «Сколько отпечатков. Эти современные поверхности собирают всякую дрянь... Как не красиво... Надо заклеить какой-нибудь пленкой...» - Да, - наконец сказал он. Ровно, устало и без эмоций, - поэтому тоже. Гарри молчал и продолжал созерцать что-то на потолке. - Мне не стоило это озвучивать. Но я не знал, что ты меня слышишь. - Надеялся, что я не слышу? Доверил тайну покойнику? Я понимаю, Мерлин. - Это не важно. Действительно, совершенно не важно. - Для тебя? - Для тебя. - Ты так решил. - Я воспользовался логикой и здравым смыслом. Попробуй, это будет интересный новый опыт. - И как давно это продолжается? - Давно. Это оказалось тяжелым испытанием. Мерлин несколько раз проигрывал ситуацию так и сяк, с целью подготовиться и выйти из нее с минимальным ущербом. Ни один из вариантов не сработал. У Гарри были какие-то свои соображения. «Пожалуйста... Сведи все к шутке... Я прошу тебя...» - Знаешь, какая часть тебя совершенно невыносима, Мерлин? Ты все контролируешь. Контроль и единоличные решения – твоя мания. Ты какой-то... Сталин. - У меня не было никаких резонов выносить это на обсуждение. И какая разница, что происходит, если это ни коим образом не касается тебя? - Не касается меня? - Именно. Это моя проблема, Гарри. И мне с ней жить. - Чертов упертый Сталин. - Если ты думаешь, что оскорбил меня – ты ошибаешься. Гарри перевел взгляд с полка на столик рядом с кроватью. - Мне пора пить мои таблетки. Угостишь? Мерлин взглянул на часы и кивнул. - Приподнимись. - Спасибо. И опять молчание. Долгое и напряженное. Мерлин устал испытывать эмоции, но остановиться не мог. Это было выше его сил. И никакой чертов контроль не работал. Все дало сбой. Одним махом его внутренний порядок обратился хаосом. Работа. Во что действительно спасает от любых проблем. Еще большие, глобальные проблемы. - Ты постоянно бегаешь от себя. Прошло где-то полтора часа тишины, и голос Гарри, сонный, слабый, заставил Мерлина вздрогнуть и резко повернуть голову. - Я думал, ты спишь, - он быстро взял себя в руки, поправил очки, собрался, - это было бы кстати. - Ты постоянно бегаешь от себя, - повторил Харт жестче и четче, - но не вздумай бегать от меня. Мерлин чуть пожал плечами и снова уткнулся в свой компьютер. Работа спасет мир. А в этот раз не только внешний.