For the sake of You

Казармы оказались действительно Казармами. С большой буквы. Хоть это и был Дворец, но всё же здесь ухитрились создать условия, знакомые Минхо и большинству претендентов ещё со времён обучения в армии. А двадцать человек в комнате, было вовсе не так уж и много, а даже вполне себе терпимо. Спали и всем скопом на полу после попойки. И ничего, высыпались. Тем более что для Минхо придержали уютное местечко – приличный и не драный футон головой к окну, по соседству с Никкуном, но подальше от ЫнХэ. О лучшем Минхо и мечтать не мог. Пока Минхо разбирался с письмом брата и становился свидетелем того, что видеть ему не следовало, ребята разместились, и казармы стали напоминать славную холостяцкую берлогу пополам с оружейной палатой. Минхо будто бы никуда и не уезжал из дома. Все участники отбора собрались в одной комнате по пять, а то и по десять человек на футоне. - Парни! Парни! – закричал, привлекая всеобщее внимание, Донхэ. – Гляньте, кто пришёл! Минхо закатил глаза и прошёл к своему футону, расталкивая ногами тушки своих будущих соперников. Усевшись по-турецки, он бегло сверился с табличкой, отодранной им от столба на входе. - Что это у тебя? – поинтересовался Никкун, через плечо заглядывая в табличку. – Ого. Свод правил? Где взял? - Да ладно! Дай посмотреть! – со всех сторон к Минхо потянулись руки. Никому не хотелось так же напортачить, как Минхо в первый же день. - Стойте-стойте! – замахал руками Ынхек. – Так мы ничего не узнаем. Пусть Минхо, как наш генерал, а заодно и первый нарушитель, зачитает их для всех. Ну, или перескажет. Давай кратенько, ладно? Минхо снисходительно хмыкнул. Но, действительно, перечитывать длинный список, подытоженный размашистой подписью Джинки и огромной печатью, было незачем. Ничего, особо отличающегося от армейских порядков, в Своде правил не было. - Донсэн, не обижайся. – Никкун похлопал Минхо по плечу. – Ты всё равно собрался быть нашим командиром. Раз так – привыкай быть главным и ответственным. - Значит так! – громогласно начал Минхо, подражая командному голосу Джинки, и, когда все к нему обернулись, продолжил уже чуть тише. – Перво-наперво, соблюдаем режим. Встаём по команде на рассвете, выполняем указания офицеров, обед-ужин по расписанию, сухой паёк обещали. Джинки обещал, так что можно поверить. Отбой на три удара гонга. После первого все должны быть в казармах. После второго – готовы ко сну. После третьего – в своих постелях. В своих постелях, повторяю для некоторых! - Себе повтори, - проворчал Кюхён, подвигая футон Сонмина к своему. – Кто со мной спорит, что завтра на рассвете я вытряхну из футона Минхо три десятка хёнов? Зазвенели отсыпаемые монеты, кто-то с кем-то хлопнул по рукам. Минхо наудачу кинул в толпу сапогом. Кажется, даже куда-то попал, но точно не в Кюхёна. - После отбоя по казармам не шастать, - невозмутимо продолжал Минхо, когда сапог к нему вернулся с торчащим из голенища списком поспоривших. – Дебошей не устраивать. Дурманного курева и хмельного не потреблять. Распутных девок не водить. - Донхэ, пошёл вон! – немедленно среагировал Ынхёк, пихая возлюбленного ногой. Комната потонула в гоготе и свисте. - А что? – шутливо оправдывался парень. – Мне же штраф из-за него влепят. - Девок, значит, нельзя... – задумчиво протянул Кюхён, смерив взглядом Сонмина, который уже сторговал кому-то своё одеяло, рассудив, что им хватит и одного. – А что там с юношами? Минхо глянул ещё разок в список: - Про юношей ничего нет. - И про распутных нет? – уточнил Ынхёк, удерживая разобидевшегося Донхэ за лодыжку, чтобы тот не уполз с футона. - Ни про каких нет. - Ладно, можешь оставаться, - смилостивился Хек, «случайно» роняя Донхэ себе на колени. – Генерал Чхве мне тебя разрешил. - ... офицерскому составу не грубить, - заканчивал с пересказом самых важных правил Минхо. – С фрейлинами не заигрывать. С Наследником – тем более! Особенно некоторых здесь касается. - Тебя что ли? – выкрикнул издалека Чонмо, сразу прикрываясь одеялом, чтобы не словить карающий сапог. - Тебя! – не остался в долгу Минхо, но обувь решил не переводить. – И ещё кое-кого, на кого я не буду показывать пальцем. Он поискал взглядом Кая, желая вперить в него красноречивый взгляд, и неожиданно для себя обнаружил беженца чуть ли не на своём футоне, внимательно слушающего и, кажется, немало смущённого его последней репликой. «Когда только успел войти и подобраться сюда? И никто ведь не заметил...» – подумал Минхо, рассуждая, а не японский ли шиноби этот мальчишка. - И упаси вас Боги пытаться пробраться в сам Дворец. За попытку даже не штраф поставят – просто выкинут с отбора! - Ясно-ясно... – прокатилось нестройным хором по комнате. Конечно, возражений не было. А были неизбежные вопросы. Минхо и сам понимал, что они последуют, причём вопросы эти не будут касаться правил поведения. - Донсэн? – как бы невзначай и будто бы не заинтересованно обратился Донхэ. – А где это ты так задержался? Минхо выразительно взглянул на него, но тот отставать не собирался. Никкун, непонятно когда оказавшийся позади него, заломил ему руки. - А вы думаете, я там клинья к Его Высочеству подбивал? – пропыхтел Минхо, согнутый пополам и буквально висящий на своих вывернутых локтях. - Конечно, - отвечал за всех Никкун, легонько пнув донсэна. – Чем ещё ты мог заниматься? - Кстати, малыш Кай тоже задержался, - заметил Ынхёк, и Кай, поняв, что все взгляды устремлены к нему, чуть улыбнулся, опустив взгляд. - У меня было дело, - проговорил он, неуверенно пожимая плечами. - Да, дело! – саркастически подтвердил Минхо и вывернулся из рук Никкуна. – У меня тоже было дело. Я соединял два влюблённых сердца! - Если ты по уши влюблён в Его Высочество, - насмешливо заявил Чонмо, пробиваясь к Минхо и в шутку толкая его в грудь, – это вовсе не значит, что он ответит тебе взаимностью. Кай вскинул на Минхо быстрый взгляд, и тот окончательно уверился, что что-то неладно с этим беженцем. - Я не про себя! – воскликнул Минхо, смеясь, когда вокруг зазвучали шуточные утешения. – Я передавал письмо моего брата его ненаглядному Хичолю. - Ты видел Ким Хичоля?! – вскочил с места Ханкён и моментально оказался рядом с Минхо. – Быть не может! Минхо покачал головой. Ханкён был действительно особенным в их компании. Кто-то пошёл в гвардию под ручку со своими амбициями, кто-то (и таких было немало) за расположением будущего Императора, причём как в интересах продвижения по службе, так и из интересов сердечных. Ханкён явился за Хичолем. Была у него такая надежда, что столь же прекрасный, сколь и ветреный Ким Хичоль не выдержит долгой разлуки со своим женихом и найдёт себе нового Рыцаря. Разумеется, Минхо не собирался помогать ему в этой миссии. Он ратовал за личное счастье брата. - Не видел. Передал письмо через первую фрейлину Его Высочества. - Первая фрейлина? – заинтересовался Никкун. – Это та высокая? Вторая слева? Минхо ухмыльнулся, вспоминая надменное лицо первой фрейлины и снобистское негодование, искажающее изящные черты лица всякий раз, когда Наследник обращал своё внимание на Минхо. На Кая. На кого угодно. - Нет. Помнишь парня с серёжками в ушах и крашеными волосами? - Да ладно?! – поперхнулся Никкун. – А я хотел познакомиться уж... Разве этот парень не любовник Принцессы? Слово «любовник» прозвучало странно и даже неуместно, упомянутое рядом с Его Высочеством. Минхо поморщился. - Кстати, насчёт «принцессы»! – застучал по полу Донхэ. – А никто кроме меня не подозревает, что это на самом деле женщина? - С чего бы вдруг? – Минхо ткнул неугомонного хёна лицом в футон. - Да ты же больше всех пялился! – Чонмо обличительно ткнул в Минхо пальцем. – Ты видел фигуру? Походку? Эти роскошные одежды? Эти тонкие белые руки? Воспоминание о тёплой руке Наследника и мимолётном, нечаянно нежном прикосновении захватило сознание Минхо. Может ли у мужчины быть такая тонкая фарфоровая кожа? Могло ли прикосновение мужской руки так вскружить ему голову и заставить мурашки побежать по телу? Минхо прикусил язык, не позволяя себе сомневаться. Будущий Император не мог быть женщиной. ...тогда он действительно по уши влюблён... - У вас большие проблемы, парни, - прокомментировал Кюхён. – Отбор превращается в европейский турнир за сердце Прекрасной Дамы. Ему было легко говорить. Он свою «Прекрасную Даму» давно нашёл и на отбор явился со скуки и от нежелания терять на три года набор жертв для своих издёвок. В дверь громко постучали. Зычный голос одного из офицеров объявил: - Парни, в одной комнате не рассиживаемся! Имеете общее собрание – выходите в зал. Или валите на полигон, тренироваться. - Есть! – гаркнули все, не успев и подумать. - Тренироваться так тренироваться. Кто со мной на полигон? – предложил Минхо, воодушевляясь. Донхэ зевнул, и Ынхёк прикрыл ему рот ладонью. Кюхён с размаху плюхнулся на футон и демонстративно повернулся задом. Несколько парней занесли было ногу для пинка, но благоразумно передумали. - Остынь, генерал, - хмыкнул Чонмо. – Дай нам выдохнуть. Лично я планирую спать до завтра, чтобы быть свежим и бодрым и славно надрать твою самоуверенную задницу. Минхо закатил глаза. Да ради всего святого, пускай отдыхают! А он не собирается терять ни минуты. Минхо не терпелось сравнить дворцовые полигоны с теми, что он построил в поместье Чхве. К тому же, полигоны были прямо под окнами Дворца с западной стороны. Если верить сведениям разведки (они же городские слухи), именно в западном крыле находились личные покои Его Высочества. А вдруг Принц выглянет, а Минхо здесь усердно тренируется? Вот была бы удача! - Эм-м, Минхо? – негромко обратились к нему, вырывая из размышлений. Минхо вопросительно взглянул на Кая. - Можно потренироваться с тобой? - Конечно, - отвечал Минхо. У него были вопросы к Каю. Им нужно было, как минимум, поговорить. И, если потребуется, разрешить все недоразумения по-мужски.