В ритме танго

Нога еще болела, но благодаря морфию боль почти не чувствовалась. Главное — продержаться двадцать минут, потом можно будет расслабиться. Эль нанесла немного румян на скулы. «В прошлом ты была лучше», — из его уст это прозвучало как суровый приговор. Откуда ему было знать, что тогда она была лучше, чем сейчас? Шерлок провел в ее обществе всего лишь несколько часов, и вряд ли он успел понять, что она за человек. Альба вздохнула, может быть, лучше она была тогда потому, что очень хотела быть похожей на англичанку? Трудно сказать. Она не слышала, как в спальню кто-то вошел. Вдруг их взгляды встретились. В холодных голубых глазах она прочитала нечто похожее на удивление. Эль слабо улыбнулась, похоже, действительно Бьянка сшила для нее самое лучшее платье для танго. Лиф был сшит из голубых атласных лент, по цвету напоминая аргентинский флаг, причудливо сплетенные в узор, переходящие в юбку, напоминающую чем-то набедренные повязки дикарей из тонких полосок ткани. — Садись, — она показала Шерлоку, чтобы он садился на стул у зеркала. Она зачесала его волосы назад, закрепила гелем, подкрасила ему брови, чтобы они казались ярче, приклеила усы. Так его точно никто не узнает. Девушка подала детективу шляпу, обязательный атрибут их выступления. Альба еще раз взглянула на себя, главное, чтобы ее не узнали, поэтому пришлось для этого вечера, ярко накраситься и вместо пучка сделать хвост. Она надела пальто с мехом, повязала на голову платок. Что ж, кажется, они готовы. От волнения поджимались пальцы на стопах, и Эль шла на полусогнутых ногах до черного входа в клуб. Шерлок держал ее за руку, явно понимая причину ее волнения. Он ощущал свою правоту, когда говорил относительно нее и Бордеса. Да, она боится встретиться с ним на этом вечере, и Шерлоку придется сделать все, чтобы этого не произошло, иначе все провалится. Они зашли в свою комнату. Им повезло, если отодвинуть штору, то можно разглядеть часть зала. Альба сняла пальто, небрежно кидая его на спинку стула. Она украдкой стала разглядывать гостей. Шерлок подошел к ней, ему были интересны имена тех, кого она могла назвать. Бордес приехал с женой. Филипп Карлос со своей дочерью. Рамиро Сальвадоре был один. — Генри Ротс, Эван Блэк, Натан Грин, Рамсей Олдс, — начала перечислять Эль. Шерлок внимательно следил за легкими движениями ее головы. — Эдвард Мортон, Тони Грандж, Стивен Лостс. — И со сколькими из них ты переспала? — колко, надменно, холодно спросил Шерлок. Она слегка повернула к нему лицо. В ее карих глазах он заметил легкое раздражение, но на лице была улыбка. «Почему она никогда не улыбается по-настоящему?», — подумал Шерлок. Вот почему ему было всегда трудно понять ее, потому что она никогда не была искренней с ним. — Я не буду отвечать на твой вопрос, — она снова отвернулась от него. «Потому что со всеми названными», — ответил за нее про себя Шерлок, и этот ответ почему-то не понравился ему. — Что она здесь делает? Шерлок устремил свой взор к Бордесу и его собеседнице. Энтони Бордес говорил с Ирэн Адлер. Она была сегодня, как всегда, ослепительна: в черном платье в пол, которое, как перчатка, облегало ее туловище. На ее фоне Альба Альварес в своем откровенном платье из лент просто меркла. — Она явно не оказывает Бордесу эскорт услуги, — заметила Эль. — Насколько я знаю, она потакает прихотям всяких извращенцев, которые любят чувствовать себя униженными. Какие же они ничтожества. — Есть люди, Эль, которые просят пощады и которые никогда ее не будут просить, — услышала она. — Профессия мисс Адлер весьма занимательна. Она не обычная содержанка, как ты. — Конечно, ты-то у нас все тонкости знаешь, — подколола его девушка. Нетрудно понять, что она имела в виду: она прочла блог Джона и дело про Ирэн Адлер. — Ты спал с ней. Он даже не вздрогнул от этой фразы. Как она могла догадаться, если совсем недавно она смеялась над ним и его отношением к сантиментам. «С такими, как ты, я не имею дело», — вспомнил Шерлок. И теперь после всех заявлений она уверена в том, что она только что озвучила ему. Он не стал ей не возражать, ни соглашаться с этим, решил оставить последнее слово за собой. — Не отрицаешь и не соглашаешься, — вдруг продолжила она. — Хочешь знать, как я сделала такой вывод? Я на секунду посмотрела на тебя и заметила, как ты на нее смотришь. Так обычно смотрят на женщину, которой восхищаются и которую презирают за это восхищение. Именно в этом презрении и выражается скрытая любовь. В блоге Джона очень много белых пятен. Все считали ее мертвой, а она жива. Ты ведь ее спас. — Не понимаю, о чем ты сейчас говоришь, — Шерлок отошел от Альбы, она сразу же повернулась к нему. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Раз ты знаешь, что такое смерть и секс, то прошу тебя быть настоящим со мной хотя бы двадцать минут, дальше можешь сколько угодно прятаться за своими масками, — потребовала Эль. — Танго — это слияние секса и смерти. Я хочу, чтобы это мы показали публике. — Морфий совсем затуманил тебе голову: видишь то, чего нет, — нашелся Шерлок, опуская глаза вниз. Он думал, что сейчас Альба пошлет в него очередную шпильку, но она подошла к зеркалу, чтобы поправить прическу. Сделала опять вид, что не расслышала его, ее прежнее самообладание вернулось к ней. Больше они ни о чем не говорили. Шерлок оставил Эль одну и отправился в зал. Ему было необходимо подслушать разговоры гостей, это будут лишь крупицы информации, но с помощью них можно будет составить картину. Его не покидало ощущение, что Бордес что-то задумал, на этом вечере он собирается провернуть сделку. «Он не убийца», — промелькнуло в голове. «Мы оба знаем, на что ты можешь быть способен», — это, кажется, сказала Бордесу Эль в «Савойе». Шерлока всегда не покидало ощущение, что она знает намного больше, чем говорит. Но вызвать ее на откровенность почти невозможно, Альба никого не хочет впускать в свою жизнь, тем более его. «Ты мне не нравишься». Шерлок снова посмотрел на Ирэн, она живо разговаривала с Рамиро Сальвадоре. Он смог прочитать по губам, понял их разговор. Они говорили о коллекции кубков, о том, что знают людей, которые бы с удовольствием купили их. Испанский акцент Сальвадоре мешал до конца разобрать их речь. Взгляд Холмса упал на часы, нужно идти за Эль. Можно отказаться от выступления, все равно они попали на это закрытое мероприятие. Цель достигнута, но как сказать Эль, что он не собирается с ней танцевать? — Где ты бродишь? — накинулась на него девушка. — Отвертеться не получится, — сказала она, словно читая его мысли. — Мы должны это сделать, иначе нас заподозрят. Альба посмотрела на него из-под опущенных ресниц, он заметил в ее темных глазах какие-то непонятные ему эмоции. На губах появилась полуулыбка. Рука уверенно легка к нему на плечо. Вторую ладонь она вложила в его. В ее взгляде была уверенность и одухотворенность. В ней горел свет, как и всегда. Зазвучала «Li 6»(1), зал затаил дыхание, внимательно наблюдая за ними, следя за каждым их движением. Шерлок замечал, как тень боли иногда мелькала на спокойном лице его партнерши. Он вколол ей малую дозу морфия, чтобы она не стала потом морфинисткой, ведь Эль уже была зависимой. Зависимой от танго. Но то, что у нее болит нога, замечал только он, остальные этого не видели. После первого танца гости громко аплодировали. Заиграла медленная композиция «Tzigane Tango»(2). Только сейчас Альба ощутила, как между ними полыхали чувства. Сердце бешено билось в груди, дыхание сбилось, мысли спутались. Она старалась сохранить беспристрастный взгляд, но чувствовала, что улыбается Шерлоку глазами. В животе начали порхать бабочки. Такое чувство эйфории с ней было дважды: когда Энтони заговорил с ней в их саду и когда впервые в жизни станцевала танго с незнакомцем. Неужели?.. Нет, она не может ничего чувствовать по отношению к нему. Это просто секс-танго. Это не нежная симпатия, не влюбленность, не жгучая страсть. Нет, она ничего не чувствует к нему. Альба думала, что когда начнется быстрая часть их программы, это наваждение пройдет. «Tzigane Tango» сменило ее любимое «Мистическое танго»(3). Ей показалось, что искры стали лететь от них еще сильнее. Этого не было, когда они репетировали поздними вечерами на Бери-стрит. Эль тряхнула головой, вспомнила слова Борхеса: «Танго делало с нами все, что хотело, — и подстегивало, и пьянило, и вело за собой, и опять отдавало друг другу…»(4). Это все танго. Это все оно виновато. Именно это и не нравилось Альбе. За семь лет с ней такое происходило впервые. Она всегда внушала себе, что просто танцует танго с мужчинами и ничего более. Никакого влечения. Никаких чувств. Потому что нельзя любить всех, с кем двигаешься в танце. Это настоящая глупость, которую совершают только начинающие тангерос, как Молли Хупер. Молли. Нижняя губа дрогнула. Сейчас испытывая сильное влечение к Шерлоку, она предает ее. Но подавить это чувство в себе плохо удается. Последний танец. «El Tango De Roxanne»(5). Шерлок странно посмотрел на Альбу, гадая, что происходит с ней на самом деле. Всегда, когда она танцевала с ним, у нее было сдержанное выражение лица, но сегодня глаза искрились, на губах играла легкая еле заметная улыбка. Он старался не быть таким резким с ней, как она просила его несколько недель назад, потому что помнил, как она растянула ногу во время занятий. Эль была такой покорной в его руках, соглашающейся, слепо следующей за ним, принимая все правила его игры. «Танго — это где сильные мужчины и покорные женщины», — кажется, так она ему говорила. Почему-то ему нравилась не ее строптивость, не то, что ее нужно было обуздывать, не ее неприступность, не то, что ее необходимо брать, как самую защищенную крепость, а ее покорность, ее смирение, как у раскаивающейся грешницы. Она поймала его торжествующую улыбку, когда они разомкнули объятья, чтобы поклониться публике. Но торжество быстро смерилось раздражением. «Это все танец, — подумал Шерлок. — Слишком опасная близость Эль». «Один одинокий наивный мужчина, который почувствовал себя особенным…», — прозвучал в голове голос Майкрофта. Нет, Альба непохожа на Ирэн. Мисс Адлер была достойной соперницей, она вызывала у него восхищение, но Альба — это что-то совсем другое. Шерлок схватил ее за руку, но она стояла, как вкопанная. Холмс поднял глаза: Эль смотрела Бордесу глаза в глаза. Их взгляды говорили о многом: давние любовники не забыли о том, что происходило между ними много лет назад. Не было никаких сомнений, что он узнал ее. Шерлок потянул ее за собой, они стали пробираться через толпу. — Кто стоял рядом с Бордесом? — вдруг спросил Шерлок. — Барон Грюнер, — тихо произнесла Альба. — Он… — Довольно мутная личность, — закончил за нее Шерлок. — Насколько я знаю, он нечастный гость в Англии. О нем мало, что известно. — Да, — согласилась она, прислоняясь к стене. — Он узнал меня, но не узнал тебя. — Он сделал вид, что не знает тебя, — Шерлок сделал шаг к девушке. Он вспомнил, как она смотрела на Бордеса, тот странный взгляд, это оцепенение. Легкий укол ревности. Неприятные сантименты. То, что всегда приносит неудобства. Да, ему не нравилось то, как она смотрела на Бордеса. — Но использует этот факт как козырь против тебя. — Я его не боюсь, — спокойно ответила она. — Просто однажды он тебя сломает, — еще один шаг к ней. Эль стоит, склонив голову на бок, со смиренным видом. — Он уже сломал меня, — выдохнула она. Альба подняла на него глаза. Их взгляды встретились. Что-то щелкнуло в голове Шерлока. Он наклонился к ней, рука легла на ее обнаженное плечо. Губы коснулись его губ. В его поцелуе не было никакой неуверенности. Он точно знал, как найти ее губы. Точно знал, что нужно делать. Эль поддалась вперед к нему. Ладонь коснулась его волос, уложенных гелем, шляпа упала на пол. Шерлок толкнул ее к стене. Альба просто впечаталась в нее. Она оторвалась от его губ на короткий миг, чтобы набрать в легкие немного воздуха. Этот поцелуй был страстным, резким, почти диким. Кто бы мог подумать, что такой холодный человек, как Шерлок может так горячо ее целовать? Он не оставил им воздуха дышать, не оставил путей отступления. Это было похоже на прыжок в пропасть, шаг в неизвестность. Десять минут назад Альба предпочитала думать, что это просто влечение, которое возникает во время танго, но сейчас она так уже не считала. Она не хотела в него влюбляться и сделает все, чтобы этого не произошло. Шерлок резко отпустил ее от себя, смотря в ее карие глаза. Он заметил в них сомнение. Альба молчала, просто глядела в пол, стараясь не встречаться с ним взглядом. Шерлок выдохнул. Какой абсурдной была сейчас ситуация. Их взгляды с Бордесом чуть не довели его до ошибки. Он ничего не чувствует к ней кроме раздражения. Тогда почему ему не понравилось то, как она смотрела на своего любовника? Почему не понравилась та мысль, что имена тех мужчин, которых она назвала, были, возможно, когда-то в ее постели? Что это с ним происходит? «Главное, не впутывайся», — прозвучал голос Майкрофта. «Я не впутываюсь, — ответил Шерлок. — Между мной и ней ничего не может быть, потому что любые сантименты приведут к плохим последствиям». «Все люди делают свою работу, и конец света не происходит», — постоянно твердил Джон. «Заткнись! Я не все, Джон». Стук каблуков. Они оба затаились. Шерлок прижался к Эль, чтобы его не заметили, пусть думают, что они парочка, которой нравится обжиматься по углам. Холмс снова прильнул к ее губам, но продолжал внимательно слушать разговор людей, которые, скорее всего, их не видели. Это был Бордес. Шерлок сильнее прижал Эль к стене, его губы коснулись изгиба ее шеи. Она попыталась оттолкнуть его от себя, но он еще сильнее вжал ее в стену. Ей не нравилось все это, ей казалось, что сейчас над ней совершается своеобразное насилие. Шерлок зажал ей рот рукой, продолжая играть роль пылкого поклонника. Если их сейчас заметят, то хотя бы у них будет алиби, и в этом полумраке коридора Бордес не узнает Альбу. — Когда наше дело продвинется вперед? — спросил мужчина. — Пришлось уже убить двоих, раньше этого не происходило. — Убийство Чарли Мейсона не имеет никого отношения к нашему делу. Это совершенно другое, — услышала Альба голос бывшего возлюбленного. — Только не говори мне, что это было личное дело, — вспылил собеседник Бордеса. — Я обещал, что достану несколько кубков из коллекции Рамиро Сальвадоре, и сделаю это, — твердо ответил Энтони. — Я уже знаю, как достать их. — Не смешивай только дела и личное, — предупредил мужчина. — Я даю тебе месяц на решение этой проблемы. Он ушел, Бордес спустя время тоже. Шерлок отпустил Альбу. Она судорожно вздохнула, ощущая, как ее бьет дрожь. Бордес был в такой опасной близости с ней, что, если бы он ее заметил, то она бы себя выдала. Шерлок поднял шляпу с пола и пошел в зал. Следить за Бордесом. Он даже не посмотрел на нее, от былой страсти не осталось ничего. Только пустота.

***

— Эль, — Шерлок схватил ее локоть, когда она выходила из здания. — Я кое-что узнал. — Замечательно, — спокойно ответила Альба, пряча лицо в меховом воротнике. — Мне нужно домой. — Неужели, встреча с Бордесом так ломает тебя? — усмехнулся детектив. — Тебе этого не понять, — Альба прошла мимо него, Шерлок догнал девушку. — Без тебя ничего не получилось бы, — Шерлок заглянул в ее карие глаза, он взял ее за руки. — Спасибо. — Еще одно подобное мероприятие я не переживу, — Эль натянуто улыбнулась. Холмс коснулся пальцем ее щеки, тронутой легким румянцем. Она приподнялась на носочках, целуя его в уголок губ. Шерлок совсем не понял, что значит этот жест. — Окажи мне услугу, съезди со мной в Бененден на вечер. Джош уехал в Стокгольм, а я не могу пойти туда одна. — Хорошо, — легко согласился он, что поразило ее. Альба закрыла глаза и ее губы прикоснулись к его сомкнутому рту. Она ощутила, как он обхватил ее за талию. Дыхание сбилось. Ладони начали потеть. Ей стало не хватать воздуха, но прекращать этот поцелуй она не хотела. Шерлок еще крепче прижал ее к себе. Не было места, чтобы дышать двоим. Она сильнее стиснула его плечи, не желая отпускать его от себя. Ее просто омывало горячей волной, она ощущала, как знакомые чувства оживают в ней. Это было лучше всех поцелуев Энтони, прекрасней было только танго. Все перестало иметь значение. Важен был только этот миг. Эта минута. Они вместе совершали медленное падение. Сколько они так стояли и целовались, никто из них не знал. Казалось, прошла целая вечность. Эль оторвалась от Шерлока первой. Только сейчас он заметил на ее лице искренюю улыбку. — С наступающим Рождеством, Шерлок, — сказала Альба. — Я буду в Кентербери, ты знаешь, где находится мой дом.