Я научу тебя любить

Бандиты вытащили из повозок меха и тюки с зерном, отобрали у альф оружие, которым все сыгандары неплохо владели, но все равно предпочитали нанимать охранников. Вот и Бахти должен был охранять караван своего отца и не справился. Два его старших товарища теперь были мертвы, и это могло грозить и другим членам его семьи. Альфа медленно выкручивал руки из держащих его веревок и проклинал себя за невнимательность и за то, что не смог защитить своих. Высокий крупный альфа лет сорока обошел связанных пленников: шестерых альф и трех бет — и остановился рядом с усаженными на землю омегами. Сахи выглядел помятым, вероятно омега пытался сопротивляться. Наби же был бледен, и Бахти скрипел зубами, когда чужак приблизился к его омеге. Понимание, что Наби может оказаться среди кыпчаков, горячило кровь. Поговаривали, что кыпчаки каннибалы и любят пожирать молоденьких омег. А тех, кого они не ели, забирали для развлечений, которые могли быть пострашнее, чем быть съеденным. От мыслей об этом все тело загудело, готовое сорваться с места и биться, пусть и это будет заранее проигрышный бой. Но Бахти не мог позволить кому-либо коснуться Наби. Но предводитель бандитов не задержался рядом с омегами и вернулся к пленным альфам. — Ты тут старший? — спросил он у Гудло, который действительно выглядел более богато и уверенно, показывая, что он владелец этого каравана. — Я, — ответил отец Бахти. — Где твое золото, погонщик? Я видел, три месяца назад ты вел большой табун, так куда припрятал золото? — Атаман приподнял голову Ганиба за волосы. — Или обменял всех на этих красавцев? — криво усмехнулся бандит, указывая на испуганных братьев. — Ты пожалеешь, что связался с сыгандарами! — выкрикнул Дарко, и разбойник ударил его по лицу наотмашь. Помощник Гудло упал на землю, отплевываясь кровью, и караванщики зашумели, пытаясь подняться и выбраться из сковывающих их пут, но кыпчаки тут же успокоили их тумаками и вернули на место. — Возможно, ты будешь более разговорчив, если я позабавлюсь перед тобой с твоими приобретениями? — разбойник подошел к Сахи и, схватив омегу за плечи, вздернул на ноги. — Такой очаровательный мужчина сможет позабавить не только меня, но и всех моих ребят. — Не тронь его! — отчаянно выкрикнул Шуко, попытался встать и снова получил удар, а разбойник, рассмеявшись, швырнул Сахи на землю. — Значит этот не твой. Тогда займусь вторым. Еще более нежным. Наверно, даже не повязанный нераспустившийся бутончик… Бандит не успел договорить или коснуться испуганного Наби. Бахти не чувствовал своего тела, не замечал своих движений, все происходило на автомате, и ему казалось, что время остановилось, потому как за считанные секунды альфа успел вывернуть руки из пут и, выхватив из-за пояса кыпчака палаш, подскочить к атаману. Первым резким движением Бахти отрубил ему кисть, что тянулась к его омеге. И, прежде чем бандит стал кричать, вторым движением Бахти отрубил ему голову, обрызгав кровью бледное лицо Наби и свою одежду. Встав рядом с Наби, закрывая его спиной, он направил острие на других бандитов, показывая свою решимость защищать омегу. Разбойники не двигались. Вспомнив о традициях кыпчаков, Бахти поднял отрубленную голову врага и, подняв ее над собой, громко произнес: — Я забрал жизнь вашего вожака и занимаю его место! Разбойники переглянулись, видимо решая, принять ли право чужака заявлять такое или порубить его на куски. Наконец, двое из напавших опустили свои клинки и склонили головы в знак подчинения. Еще четверо развернувшись, бросились в лес, скрываясь от своих бывших собратьев и нового атамана. Когда бандиты ретировались, Бахти смог с облегчением выдохнуть и, отбросив то, что осталось от захватчика, повернулся к Наби, стал дрожащими окровавленными пальцами развязывать ему руки. Омега жался к нему всем телом, и Бахти почти физически ощущал его страх и тревогу и, справившись с веревками, крепко обнял его, забыв обо всех зрителях. Которые все еще связанными продолжали наблюдать картину единения двух истинных. Через пару часов, когда все привели себя в порядок, Гудло подошел к сыну и поблагодарил. — Не стоит, отец, по моей вине мы потеряли двух хороших людей. — Не вини во всем себя, — похлопал его по плечу старший альфа, — может, твоя влюбленность в младшего мужа и сделала тебя рассеянным, но там, на дороге, попытайся ты дать отпор — погиб бы, как и твои товарищи. Именно твоя влюбленность и помогла нам освободиться. Я рад, что ты наладил свои отношения с Наби. Алмас будет счастлив за тебя и Шуко. Бахти кивнул, принимая слова отца и понимая, что Гудло прав, и чувства, что охватили его в последние несколько дней, — уже не просто страсть, но и другая, более сильная тяга. Почему-то своим открытием захотелось тут же поделиться с супругом, и он поспешил к нему в повозку — этой ночью они решили не останавливаться и добраться до безопасных территорий поскорее. Хотя два кыпчака согласились присоединиться к ним и стать членами их племени, веры в них было мало. Наби о чем-то шептался с Ганибом и, заметив Бахти, они умолкли и переглянулись. Бета быстро соскользнул с повозки, освобождая место для альфы, а Бахти, привязав свою лошадь к боковым креплениям, перебрался к мужу поближе. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался альфа. — Беспокойство прошло, — ответил Наби, — но Ганиб сказал, что мне все еще нужны лекарства. — Хорошо, пусть он позаботится о тебе! — Бахти не заметил удивленного взгляда Наби, который ждал ласк от своего мужа. — Нет, сделай это сам, — попросил он, протягивая альфе полотно для полога и укладываясь на покрывало. Вид оголенных ягодиц своего младшего мужа заставил альфу забыть о своих обязанностях, и он, сбросив оружие, быстро закрепил полотно над повозкой, закрывая их от взглядов караванщиков. Зачерпнув пальцами лекарство, альфа смазал попку омеги и, медленно проникая внутрь, стал целовать белую кожу на ягодицах, временами проводя по ней языком и наслаждаясь усиленным ароматом возбуждения. Первый, а затем и второй палец легко проникли вовнутрь, и Бахти шевелил ими, размазывая крем и проникая все глубже, мечтая сменить их членом. Наби подрагивал, выгибался и пытался насадиться все сильней. Не выдержав сладкой пытки, омега встал на колени, широко расставив ноги, и прогнулся в спине, заставляя альфу тяжело дышать и терять контроль над своим телом. Наби чуть слышно постанывал, закрывая рот руками, и сильно толкался на крепкие пальцы мужа, Бахти же не в силах удержаться дрочил на младшего, шипя от неудовлетворенности и мечтая забраться мужу в попку. Перед самым оргазмом Наби стал очень влажным, смазка пошло хлюпала и стекала по бедрам, и Бахти засунул в него третий палец, заставляя Наби вскрикнуть от удовольствия и излиться. — Я не выдержу, — прохрипел Бахти, осторожно вытаскивая из расслабленного тела пальцы и покрывая поцелуями растянутую мягкую дырочку, — позволь мне быть в тебе. — Еще рано, — с трудом переводя дыхание, ответил Наби. Но почувствовав состояние мужа, повернулся к нему и уткнулся в пах лицом. Бахти замер, ощутив теплые губы омеги у своего члена. Наби сначала осторожно поглаживал его, ласкал язычком ствол, а затем, обхватив губами, взял в рот головку и стал мягко ее посасывать. Альфа не сдержал стон удовольствия: положив руку на затылок омеги, подтолкнул его к себе ближе. Наби послушно вбирал в себя член, через пару мгновений Бахти кончил ему в рот, отпустил его голову и, с трудом держась на ногах, покачиваясь, выбрался из повозки. Наби довольно облизнулся.