Первородные:Тень прошлого

Самолёт дрогнул, начав снижение. Солнце, пробивающееся сквозь облака, заиграло бликами на крыле самолёта, когда Аида прижала лоб к прохладному стеклу иллюминатора. Внизу, под пеленой облаков, уже проступали очертания древнего Шварцвальда — тёмно-зелёного, словно покрытого вековым мхом. Восемьсот лет... Столько времени прошло с тех пор, как она последний раз видела эти земли. Тогда здесь не было асфальтовых дорог, сверкающих машин, туристов с фотоаппаратами. Тогда здесь царили суеверия, страх и они — ковен, который сделал её тем, кто она есть. Память тут же откликнулась вспышкой образов: дым очага, запах сушёных трав, тёплые пальцы бабушки в её волосах. 1203 год. Поселение ковена «Чёрная Луна». — Бабушка, расскажи ещё раз про озеро! Голос шестнадцатилетней Аиды звучал так ясно, будто время сжалось до этой одной комнаты в прошлом. Она видела, как огонь в камине отбрасывает дрожащие тени на бревенчатые стены, как седые пряди бабушкиной косы, серебрятся в полумраке. В хижине пахло сушёными травами и дымом очага. Бабушка расчёсывала её чёрные локоны костяным гребнем. — Опять? Я рассказывала уже сто раз. Но Аида знала — старуха не устоит. — И сто первый расскажи! — Аида улыбнулась, ловя в воздухе аромат можжевельника, которым бабушка пропитывала свои платья. Старуха вздохнула, но глаза её смягчились. — Хорошо. Слушай. Её голос стал глубже, словно сливаясь с шепотом ночи за стенами. — Давным-давно, когда эти леса были глухими, а люди — жестокими, наше поселение жило в страхе. Враги приходили с севера и востока — сжигали дома, уводили женщин, убивали мужчин. В домах не оставалось ни зерна, ни покоя, ковен решил искать защиты у богов. Мы были слабы. Но среди нас жили особенные... те, кто слышал шепот духов, кто мог исцелять раны одним прикосновением, кто видел будущее в пламени свечи. Это был наш ковен. Аида замерла, уже зная, что будет дальше, но всё равно ловила каждое слово. — Однажды старейшины собрались у озера, что пряталось за дубовой рощей. Вода в нём была чистой, как слеза, и в полнолуние в ней отражались все звёзды мира. Они встали у берега, взялись за руки и позвали богов. Просили защиты. Просили силы. Бабушка замолчала, её пальцы сжали прядь волос Аиды. — Боги ответили. Но не так, как они ждали. Вода почернела в одно мгновение — будто ночь пролилась в озеро. Старейшины вошли в неё... и не вернулись. Только глава ковена вышла живой, но её глаза больше не видели этот мир. Зато она узрела иное — как окружить поселение невидимой стеной, как сделать так, чтобы враги проходили мимо, даже не замечая нас. — А озеро? — прошептала Аида. — Озеро осталось. Но теперь его воды были чёрными, как сама ночь. И если кто-то ищет ответы, он может прийти к нему... но взамен должен отдать что-то дорогое... Или... — Или? — Или часть себя. Бабушка провела рукой по волосам Аиды, задумчиво. — С тех пор ковен наш зовётся Чёрной Луной. А озеро... оно стало Зеркалом Предков. Туда уходят наши мертвые. Там они живут. Там они ждут. — А если я захочу поговорить с ними? Бабушка рассмеялась, но смех её был печальным. — Тогда будь готова заплатить. Голос пилота вырвал её из воспоминаний. — Дамы и господа, мы совершили посадку… Аида моргнула, возвращаясь в салон самолёта, где пассажиры уже суетились, доставая ручную кладь. Холодный ветер аэропорта обжёг лицо, но Аида даже не поморщилась. Солнце, палящее для обычного вампира, для неё, еретика, было всего лишь светом — ни боли, ни слабости. Она шла по перрону, ловя на себе любопытные взгляды — высокая женщина в чёрном, слишком бледная, слишком... другая. Арендованный внедорожник ждал её на парковке. Дверца захлопнулась с глухим стуком, изолируя от внешнего мира. На секунду в салоне повисла тишина, и тогда она услышала его. — Ты уверена, что это хорошая идея? Голос Кола. Аида резко обернулась — сиденье рядом было пустым. — Чёрт... Она провела рукой по лицу. Я окончательно схожу с ума. Мысль была горькой, но не новой. Слишком долго она жила между мирами — не совсем ведьма, не совсем вампир, не совсем человек. А теперь ещё и голоса умерших. Но этот голос... Он звучал слишком реально. — Это опасно, — прошептал призрак снова, и мурашки пробежали по её спине. Её пальцы сжали руль так сильно, что кожа побелела на костяшках. — Всё, что я делаю — опасно. Двигатель заурчал, унося её по извилистой дороге, петляющей между холмов. По радио играла какая-то современная мелодия, но Аида не слышала её. Мысли текли сами собой, цепляясь за Элайджу. Как он отреагировал на смерть брата? Они не были близки, но кровь — это кровь. Возможно, он даже не знал. Или знал — и ему было всё равно. «Willkommen im Schwarzwald». «Добро пожаловать в Лесную деревню». Табличка мелькнула за окном, когда машина въезжала в маленький городок. Ирония судьбы. Когда-то здесь действительно была деревня — их деревня. Теперь же это оказался претенциозный курортный городок с гостиницами «под старину» и сувенирными лавками. Деревянные домики с кружевными занавесками, кафе с террасами, сувенирные лавки... Всё выглядело так уютно и безобидно. Аида припарковалась у центральной площади, где группа туристов окружила молодого гида. — ...и говорят, что в этих лесах когда-то жили злые ведьмы! — парень театрально понизил голос. — Они похищали детей и варили зелья из их костей! Женщины ахнули. Аида усмехнулась, отхлебнув кофе, которое взяла только для вида. «Если бы они знали.» Она медленно обошла город, слушая, наблюдая, чувствуя. «Это всё — ширма.» Настоящий ковен не стал бы жить среди людей. Они всегда прятались глубже. Аида стояла на границе леса, за спиной оставались аккуратные домики туристического городка, а перед ней — непроходимая стена древних дубов. Сумка с артефактами и пакетами крови легла на плечо. Лес встретил её тишиной. Но она чувствовала — магия вилась в воздухе, как паутина, указывая путь. «Я близко.» Сделав глубокий вдох, Аида шагнула под сень древних деревьев, и тени сомкнулись за её спиной. Тени деревьев сгущались над узкой тропой, по которой медленно шла Аида. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь густую листву, казались призрачными в этом древнем лесу. Сумка с артефактами тяжело давила на плечо, но она не обращала внимания на дискомфорт — её мысли были заняты другим. «Восемьсот лет... и я снова здесь.» Она прикоснулась к стволу старого дуба, почувствовав под пальцами шершавую кору. Этот лес помнил её. В воздухе витал запах хвои и влажной земли, а под ногами хрустели сухие ветки. Каждый шаг отдавался в висках, как эхо прошлого. «Если бы я тогда знала, чем всё обернётся...» Но тогда она была лишь девочкой, доверявшей своей бабушке. Когда деревья расступились, открыв небольшую поляну, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Аида остановилась, оглядываясь. «Здесь...» Она прислушалась к себе — магия здесь была гуще, плотнее, словно само воздух пропитан древними чарами. Озеро, которое она искала, скрывалось за ними. Перед ней лежала плоская каменная плита, покрытая выцветшими рунами. «Кровь зовёт кровь… Только отдав – получишь» Без колебаний она поднесла запястье к губам, слегка прикусила кожу. Тёплая кровь капнула на камень. Капли коснулись поверхности — и воздух дрогнул. Невидимая пелена спала, и перед ней открылось озеро. Вода была чёрной, как ночное небо, и лишь звёзды отражались на её поверхности, хотя над головой ещё светило закатное солнце. «Зеркало предков...» Она сделала шаг вперёд. Чёрная вода была неестественно гладкой, словно стекло. В ней отражались звёзды – хотя над головой ещё светило солнце. Когда Аида протянула руку, её пальцы не вызвали ни ряби, ни дрожи – будто зеркало отрицало её существование. Где-то в глубине шевелились тени, но стоило присмотреться – и они таяли, оставляя после себя лишь шёпот: — Аида… Голос звучал так, будто её звали со дна. Она сжала кулаки. Зеркало ждало её. И в тот же миг услышала хруст веток. Она обернулась. Из леса вышли тринадцать фигур. Двенадцать — в тёмных одеждах, с капюшонами, скрывающими лица. А тринадцатая... Высокая, с волосами цвета спелой пшеницы, развевающимися на ветру. Глаза были чужими — бледно-голубыми, почти белыми, без зрачков. Но взгляд... Взгляд она узнала бы даже через тысячу лет. «Ингрид...» Имя всплыло в памяти, словно вырвалось из глубин забытого кошмара. Женщина улыбнулась, но в её глазах не было тепла. — Ну, привет, сестрёнка. Ты не изменилась за эти столетия. Голос был знакомым – холодным, отстранённым. Аида сжала кулаки. — А вот ты изменилась. Раньше ты выглядела... по-другому. Не знала, что ковен практикует тёмную магию. Принимаешь ванны с кровью девственниц? Она старалась звучать спокойно, но внутри всё сжималось. «Она ненавидела меня тогда... ненавидит и сейчас.» Ингрид рассмеялась — звук был резким, как скрип ножа по стеклу. — Ты всегда была наивной. Ведьмы зашептались. Одна из них выступила вперёд. — Вампирам не место на священной земле! Аида усмехнулась. — Я не просто вампир. Я ведьма. Камень принял мою кровь. Глава ковена, ее старшая сестра, склонила голову. — Ты ошибка. Ведьма без своей силы, только забирающая чужую... это противоестественно. — Меня сделали такой! – голос Аиды дрогнул. – Против моей воли! Ингрид вздохнула, её пальцы сжались в кулаки. — Отец должен был убить тебя после ритуала. Но он... он верил, что ты особенная. Что боги подарили тебе этот «дар». — Она почти выплюнула последнее слово. Аида почувствовала, как в груди закипает гнев. — Он любил меня. — Любил? — Ингрид засмеялась. — Он боготворил тебя! Когда появились эти первородные твари, он пустил их в наш дом! Говорил, что ты будешь следующей главой ковена! — Её голос дрожал от ярости. — Я должна была занять его место! Не ты! Ингрид сделала шаг вперёд, её глаза горели безумием: — Я использовала Зеркало предков, чтобы найти способ избавиться от тебя. И предки открыли мне правду. Они сказали ты погибель всех ведьм. Аида фыркнула. — Пророчества всегда расплывчаты. — Зеркало показало мне твой истинный облик – тень, пожирающую магию мира. Тогда я поняла больше нельзя бездействовать. Зеркало послало мне образ Майкла — истинного карателя вампиров. Я предложила старейшинам призвать его! Аида почувствовала, как холодеет кровь. В голове щелкнуло. «Конюшня. Тела людей, но не ведьм. Они были в главном доме... скрыты чарами…» — Ты... Майкл вырезал всю деревню! Люди погибли, а вы … — Да! Мы избавились бы от первородных, а заодно и от тебя! План был идеален. Но сначала Эльза попыталась спасти людей. Потом ты... — Ингрид скривила губы. — Став вампиром, ты уничтожила почти весь ковен! Аида застыла: — Я... что? — Ты не помнишь? — Ингрид засмеялась. Аида покачала головой: — Майкл... он стёр мне память... — Врёшь! — Ингрид взревела. — Твоя сила осталась с тобой! Ты провела его в наш дом! Я слышала, как ты ходила по площади, как ведьмы кричали... Её голос дрожал: — Наши заклинания не действовали! Ковен восстанавливали столетиями! Аида стояла, сжимая виски. Обрывки воспоминаний всплывали — крики, кровь... — Я... не хотела... — Неважно, — проговорила Ингрид. — Сегодня я исправлю ошибку отца. После той ночи я поклялась уничтожить тебя. Отомстить за наш ковен. — А сама сколько жизней забрала? Сколько тел девушек ты сменила? Ингрид застыла, холодно смотря в глаза сестры. Она меняла тела девушек, вселялась в новую, когда тело старело и слабло окончательно. Ингрид не хотела умирать, она хотела жить. — Это цена за могущества нашего ковена. – Ингрид кивнула ведьмам. Они начали читать заклинание. Боль пронзила Аиду, будто тысячи игл вонзились в кожу. Она закричала, упав на колени. «Нет... нет...» И тогда она услышала его. «Ты ведьма, поглощающая магию... так поглоти её.» Голос Кола. «Заклинание — это магия...» Она вдохнула – и почувствовала поток их силы. «Я наполовину ведьма... наполовину вампир...» Боль отступила. Аида подняла голову, окинув взглядом круг. «Одна читает. Остальные усиливают. Они связаны» Она встала. — Вы забыли, кто я такая. Ведьмы в замешательстве усилили заклинание – но Аида лишь улыбнулась. — Я еретик. В следующий миг она оказалась за спиной ведущей ведьмы. Хруст. Тело рухнуло на землю. Остальные последовали за ней — как марионетки с обрезанными нитями. Ингрид хлопала. — Браво, Аида. Ты оправдываешь пророчество. — Я защищаюсь. – Аида вытерла кровь с губ. – А теперь отойди. Мне нужно Зеркало. Но сестра не отступила. В её руке блеснул артефакт – круг с выгравированными символами. — Хочешь отнять мою силу? – Аида засмеялась. – Разве это не мерзость? — Я готова на всё, чтобы уничтожить тебя. Боль вернулась – кожа Аиды начала трескаться. «Нет... нет...» И снова голос: «Ты ведьма и вампир... не сдавайся.» Аида взревела — и в следующий миг она уже стояла за спиной сестры. — Прости, — прошептала она, ломая Ингрид шею. Тело безжизненно рухнуло на землю. Аида тяжело дышала, глядя на него. «Это не её лицо...» Она лишь занимала чужое тело. — Позже... – прошептала Аида. – Сначала озеро. Она достала из сумки артефакт – небольшой оберег, который создавал непробиваемый барьер. «Даже если придут другие... они не смогут помешать.» Оберег активировался, окутав озеро защитным полем. Аида осела на берег, дрожащими руками протирая лицо. Ей нужны были силы. Она рванула застёжку сумки, достала пакет с кровью и впилась в него клыками, почти не чувствуя вкуса. Лишь когда тёплая жидкость хлынула в горло, мышцы наконец перестали дрожать. Мысли возвращались к сестре. Ингрид… Не просто ненависть. Зависть, выжженная в душу столетиями. Жажда власти, ради которой она призвала Майкла. Но цена оказалась слишком высокой. Аида заплатила за это своей жизнью. Она сжала пустой пакет, чувствуя, как тьма шевелится под кожей. У всего есть цена. Но какую она заплатит за шаг в озеро? Не знала. Да и какая разница? Отступать было нельзя. Никогда. Аида поднялась, оставив на камнях кровавые следы. Чёрная вода зеркала встретила её без ряби, без дрожи. Как будто ждала. Она не колебалась. Шагнула. И тьма сомкнулась над головой.