Первородные:Тень прошлого

Ледяная вода сомкнулась над головой Аиды. На мгновение воцарилась абсолютная тьма - ни звука, ни света, лишь давящая тишина. Потом... вспышка. Аида открыла глаза, и перед ней раскинулся бесконечный коридор. Высокие дубовые двери с резными символами стояли в ряд, уходя вдаль, растворяясь в туманной дрёме. Стены были покрыты фресками, изображающими сцены из её прошлого — детство в ковене, ритуал, ночь, когда Майкл убил её. «Это не должно так работать...»— подумала она, касаясь ближайшей двери. Дерево под пальцами пульсировало, словно живое. Она ожидала видений, пророчеств, может быть, даже голосов предков — но не этого. — Ну здравствуй, дочь лунного ковена., — раздался за её спиной голос, от которого кровь в жилах превратилась в лёд. Аида резко обернулась. Перед ней стоял Майкл — но не тот, которого она помнила. Его глаза были полностью чёрными, а кожа мерцала, как поверхность озера при лунном свете. — Ты мёртв, — прошептала она. — Ты всего лишь... — Призрак в твоей голове? — улыбнулся он, и в этой улыбке не было ничего человеческого. — Я уже убивал тебя однажды. Как же приятно сделать это снова. Он бросился вперёд. Аида инстинктивно рванула к ближайшей двери и в последний момент успела распахнуть её. Она очутилась в знакомой хижине. В центре комнаты, связанная верёвками с вышитыми рунами, сидела она сама — двадцатиоднолетняя, бледная, с широко раскрытыми глазами. Вокруг стояли три ведьмы: её бабка и две старейшины ковена. — Бабушка, почему? — услышала Аида собственный голос из прошлого. — Я не понимаю... — Ты сильная ведьма с невинной душой, — ответила старая женщина, и в её глазах не было ни капли жалости. — Нам нужны твои силы. Аида взрослая, смотрела как кино, сжала зубы. «Это воспоминание. Я не там. Это уже случилось.» Но её прошлое «я» не сдавалось: — Отпустите меня! Пожалуйста! — Мне жаль, дитя, — ответила бабка, — но ты идеальная жертва. Ведьмы взялись за руки, начав заклинание. Аида видела, как её юная она слабеет, как силы покидают её тело... Но вдруг что-то перевернулось. Энергия хлынула обратно — только теперь она всасывала силы ведьм. — Что происходит? — закричала одна из старейшин, но было уже поздно. Глаза молодой Аиды вспыхнули неестественным светом, верёвки рассыпались в прах. Когда ритуал закончился, на земле лежали три бездыханных тела. Аида смотрела на это, сжав кулаки. «Я не хотела этого...» Дверь с грохотом распахнулась. Вбежал её отец с группой ведьм. — Аида! Он бросился к ней, опустился на колени, обнял дрожащее тело дочери. — Всё хорошо, моя девочка... Когда он попытался помочь ей встать, его магия начала перетекать в Аиду. Он резко отдёрнул руку, глаза расширились от ужаса. — Мать... что ты наделала? Он смотрел на мёртвую бабку, потом снова на дочь. Аида видела себя со стороны — маленькую, испуганную, с глазами, полными слёз. Аида поняла — это воспоминание. Она увидела себя со стороны: маленькую, испуганную, с глазами, полными слёз. «Отец... прости...» Но это уже случилось. Это было в прошлом. Мир вокруг рассыпался, и она снова оказалась в коридоре. — Быстро сориентировалась, — раздался голос Майкла. — Ты убила тех ведьм. Чуть не поглотила собственного отца. Ты — мерзость. Ему следовало убить тебя тогда же. В ответ Аида лишь стиснула зубы и рванула к следующей двери. Спиной она слышала смех Майкла. Следующая дверь перенесла её на пышное празднество. Это было празднество солнцестояния. Замок был украшен цветами и лентами, музыканты играли живую мелодию. Аида увидела себя в роскошном платье того времени — тёмно-синем, с серебряной вышивкой. — Аида! — её догнала сестра Эльза, запыхавшаяся от возбуждения. — Отец привёл новых гостей! Трое парней и девушка — все ужасно красивые! Они пробирались через толпу, пока Аида не увидела их — Первородных. И среди них... Элайджа. Он был одет в тёмно-синий дублет, его карие глаза внимательно изучали зал. Когда начался групповой танец, она случайно оказалась с ним в паре. — Вы напряжены, — заметил он, когда её пальцы коснулись его плеча. — Надеюсь, не из-за моей компании? — Нет, — солгала она, чувствуя, как его магия дразнит её способности. — Просто боюсь наступить вам на ноги. — Если такой прекрасной даме достанется моя нога, я сочту это честью, — улыбнулся он. — Я Элайджа. — Аида. Дочь Моргана Дункельвиддера, владыки Чёрной Луны. Аида смотрела на это воспоминание, сжав кулаки. «Я помню этот момент... но не так ярко. Почему?» Дверь за дверью, воспоминания всплывали, как пузыри из глубины. Следующая дверь перенесла её в холодный коридор замка. Она увидела себя сидящей на полу, а рядом — Кол. Он держал её руки, спокойно говорил: — Дыши... вот так. Повторяй за мной. Она из прошлого всхлипывала, но постепенно успокаивалась. — Я не хотела... я не контролирую это... — Знаю, — ответил Кол. — Но ты научишься. И снова поток дверей, ужасающий смех Майкла, другие воспоминания всплывали одно за другим. Как Кол учил её контролировать магию после того, как случайно поглотила часть его сил. Их совместные эксперименты с амулетами. Танцы на праздниках, где он всегда выводил её в круг, когда Элайджа был занят. Долгие разговоры о магии, о контроле Аида смотрела на это, чувствуя, как в груди что-то сжимается. «Он действительно помогал мне...» Аида остановилась перед очередной дверью, она отличают от других, она была старой, будто кто-то давно ее создал и не открывал. Она не успела ее открыть, как появился Майкл, он распахнул дверь и втолкнул Аиду внутрь. Она увидела себя с Элайджей у реки. Они сидели на берегу, он обнимал её со спины. Она плела венок из полевых цветов. — Ты много времени проводишь с моим братом, — шутливо заметил он. — Мне стоит беспокоиться? — Он помогает мне с магией, — засмеялась она. — Я лучше контролирую себя теперь. Элайджа наклонился, его губы почти касались её уха: — Я хочу попросить твоей руки у отца. Она замерла. — Ты... серьёзно? — А ты против? В ответ она бросилась ему в объятия, страстно целуя. Аида завороженно наблюдала за картиной, потом отвернулась. — Я не помню этого... почему? – тихо прошептала она. — Интересно, — появился Майкл, наблюдая за сценой. — Ты так уверена в своём «друге» Коле? Именно он помог вернуть тебе воспоминания... но не мог ли он часть из них не возвращать? Голова Аиды внезапно взорвалась от боли. Перед глазами пронеслись десятки забытых моментов с Элайджей — их тайные встречи, клятвы, планы... Некоторые из них были такие яркие. И вот Аида стоит посреди ночной деревне. Она из прошлого прошла мимо нее, держа в руках корзину с травами, которые собирала для отца. Луна освещала дорогу, но в переулке за кабачком что-то шевельнулось. Там, в тени, стоял Элайджа. И девушка в его объятиях. Аида замерла, не понимая сначала, что происходит. Потом увидела — его губы прижаты к шее девушки, а пальцы впились в её плечи. Кровь. — Элайджа?! — её голос прозвучал резко, испуганно. Он обернулся. Его глаза — тёмные, бездонные, нечеловеческие — встретились с её взглядом. На губах — алая капля. Аида отшатнулась. Она рванула прочь, не думая, куда бежит. Ноги сами понесли её через огороды, мимо спящих домов, в сад за мельницей — их любимое место. Сердце стучало так, будто хотело вырваться из груди. «Демон ночи... Он демон ночи...» — Аида. Голос раздался прямо перед ней. Элайджа стоял в лунном свете, высокий, бледный, слишком прекрасный для чего-то столь ужасного. Она отпрянула, споткнулась о корень и упала на траву. Он шагнул вперёд, рука протянулась, чтобы помочь. — Не подходи! — её ладонь вскинулась, словно щит. Элайджа замер. — Я не причиню тебе вреда, — его голос был тихим, почти умоляющим. — Меня сделала такой наша мать. Я не просил этого. Аида молчала, но в голове пронеслись мысли: «А меня сделала чудовищем бабка. Ведьмы ковена боятся меня. Если бы не отец...» Элайджа опустился перед ней на колени, но не приближался. — Я люблю тебя, Аида. Эти слова пробили лёд страха. Это его первое признание. Они сидели на старой лавочке до самого рассвета. Он рассказывал — о своей семье, о проклятии, о вечной жажде. Она слушала — и понимала. Когда первые лучи солнца коснулись горизонта, Аида взяла его руку. — Я не боюсь тебя. Элайджа прикрыл глаза, будто эти слова спасли его. Аида кричала, голова будто разрывалась. Моменты так быстро менялись. И вот она в их саду. За мельницей. Аида лежала на спине в высокой траве, разглядывая серебристые узоры на внутренней стороне своего амулета. Лунный свет струился сквозь листья яблони, рисуя на её коже причудливые тени. — Если бы ты мог превратиться в любое животное, кем бы стал? — неожиданно спросила она, поворачивая голову к Элайдже. Он сидел, прислонившись к стволу, с книгой в руках. Вопрос застал его врасплох. — Темным ягуаром вероятно, — ответил он после паузы, с лёгкой усмешкой. — Банально, но практично. — Значит, всё-таки кошка! Признайся, ты в дворцовых зеркалах любуешься собой? — она звонко рассмеялась, перекатываясь на бок. — Я бы выбрала лису. Рыжая, быстрая, хитрая. — Ты и так быстрая и хитрая, — он отложил книгу, его пальцы коснулись её распущенных волос. — Зачем превращаться? Трава шелестела, когда Аида села, внезапно серьёзная. — А если бы у тебя был один день, чтобы стать человеком... что бы ты сделал? Луна отражалась в его глазах, когда он медленно проводил пальцем по её щеке: — Я бы провёл его точно так же. Здесь. С тобой. Снова боль. Темнота. — Почему... почему я этого не помнила? — прошептала она, очнувшись в коридоре на коленях. — Всё ещё готова на всё, чтобы вернуть его? — насмехался Майкл. — Кола, который, возможно, украл твои самые дорогие моменты? — Да, — твёрдо ответила Аида, поднимаясь. Прежде чем Майкл успел отреагировать, она распахнула следующую, непохожую на другие дверь — и шагнула в темноту Аида очнулась, ощутив под собой влажную траву. Ночь была тихой, лишь шелест реки нарушал безмолвие. Она поднялась, оглядываясь — знакомый берег, тот самый, где она когда-то сидела с Элайджей. «Это снова воспоминание?» Но что-то было не так. Воздух казался плотнее, реальнее. Вдалеке раздавались голоса — резкие, напряжённые. Она узнала их сразу. Кол. Элайджа. Они спорили. Аида двинулась к ним, но, когда позвала, никто не обернулся. «Они меня не слышат...» Кол стоял, сжав кулаки, его обычно спокойные глаза пылали яростью. — Мы не должны были оставлять её и Ника! Элайджа, напротив, казался холодным, но Аида знала — это лишь маска. — Мне нужно было перенести гроб с Финном на корабль. Тебя с Ребеккой не было — вы охотились. А Никлаус лучше подходил для узла силы заклинания. — Их слишком долго нет! — Кол ударил кулаком по дереву. — Они должны были быть здесь! Элайджа замолчал, прислушиваясь. — Слышишь? Лошадь. Никлаус возвращается. Он обернулся к лодке, где стояла Ребекка. — Все готово? — Да. - Ответила она. Из темноты вышел Клаус — высокий, его светлые волосы развивались на ветру, плащ был покрыт дорожной пылью. Но он был один. Элайджа замер. — Где моя невеста, Никлаус? Клаус опустил голову. — Прости... Нам пришлось разделиться. Майкл был слишком близко. А она... она хотела забрать какие-то артефакты. Кол резко шагнул вперёд. — Что ты несёшь, Ник?! Где она?! Ты что, бросил её и позволил идти одной?! Элайджа поднял руку, пытаясь успокоить брата. — Успокойся, Кол. Значит, ждём её и отбываем. Но Клаус покачал головой. — Поздно. Я видел, как деревня горит. Она... наверное, мертва. Мне жаль. Кол взорвался. — Ты её бросил?! Она сильная ведьма! Мы с Элайджей вернёмся и найдём её, потом догоним вас! Ребекка вмешалась, её голос дрожал: — Нам нельзя разделяться! Мы выжили только потому, что держались вместе! Элайджа стоял молча. Его лицо было каменным, но Аида видела — в его глазах была пустота. — Нет. Я пойду за ней. Отец меня не тронет. Это моя невеста. Я найду её. Но Клаус схватил его за плечо. — Брат... прости меня. Я не должен был её слушать. Но она настаивала. Элайджа резко обернулся. — Что ты имеешь в виду? — Когда я уезжал... я слышал Майкла. Он уже там. Ребекка подбежала к Элайдже, схватив его за руку. — Нам нужно плыть! Она, может, и жива! Но если мы вернёмся — Майкл убьёт нас всех! Кол вдруг заговорил тихо, но с ледяной яростью: — Майклу нужен Ник. Он пойдёт за ним, как только вы отплывёте. Я останусь. Найду её и догоню вас. Элайджа уставился на него. — Что? Кол усмехнулся. — Я учил её. Она мне ещё нужна. — Она не просто ведьма! — голос Элайджи дрогнул. — Она моя невеста! Твоя подруга! Кол отмахнулся. — Да, да. Но она полезна. Ведьма рядом — отличный козырь. Тем более, она скрывает нас. Но если вы не уплывёте — её заклинание не сработает. Он бросил взгляд на Элайджу. — Отец не тронет меня. Я младший. Аида стояла в тени, слушая это. «Я была для него... проектом? Ручной ведьмой?» За её спиной раздался голос: — Нет. Она обернулась. Кол. Другой. Как будто настоящий. Он смотрел на неё, его глаза были полны боли. — Сначала... да. Я хотел позлить Элайджу. Подружился с тобой. Но потом... ты стала мне дорога. Он опустил голову. — Но я всё равно думал: Хорошо если бы ведьма была на моей стороне. Твои чувства к Элайдже мешали. Потом напал Майкл... меня закололи, потому что я не хотел уплывать. Аида молчала. — Потом прошло почти триста лет. Ты нашла меня. Но твоя память... Майкл её исказил. Ты была разбита. Я пытался восстановить тебя. Ты осталась ведьмой после обращения — такого я не видел никогда. Он сжал кулаки. — Я был жаден до знаний. Но потом... я не хотел, снова делить тебя с Элайджей. Когда мы восстанавливали твою память... я позже понял, что ты заблокировала те воспоминания. Те моменты, где ты была счастлива с ним. Аида почувствовала, как что-то внутри рвётся. — Почему? – тихо произнесла она. – Почему не сказал? — Потому что... я боялся. Что если ты вспомнишь всё — снова будешь только с ним. Аида смотрела на него. «Он лгал. Скрывал. Манипулировал.» Но в его глазах была правда. Он действительно любил её. — Ты... мёртв. И сейчас ты не настоящий. Кол покачал головой. — Нет. Это ты не настоящая. Это моё воспоминание. Аида замерла. «Это его воспоминание... но он настоящий?» Она вдруг поняла. — Кол... это правда? Он кивнул. — Да. И в этот момент тьма поглотила их обоих. Аида очнулась, резко вдохнув, как будто вынырнув из глубины. Её шатало, в висках стучало. Она схватилась за стену, чувствуя, как холодное дерево впивается в ладони. «Я была... невестой Элайджи?» Мысли путались. Воспоминания, долго скрытые, теперь всплывали одно за другим — его признание у реки, их поцелуи, обещания... И Кол. «Он знал. И скрыл это.» Её пальцы впились в стену. — Стоп. Сначала выбраться. Потом разберусь. — Перестань убегать, Аида! Ты должна остаться здесь! Голос раздался прямо за спиной. Аида не обернулась. Она знала, кто это. Майкл засмеялся — звук, похожий на скрежет металла. Он бросился вперёд. Аида едва успела рвануться к ближайшей двери. Она оказалась в библиотеке, что находила в замке, где остановились первородные. Тишина. Запах пергамента и воска. Аида оказалась в просторной библиотеке — высокие дубовые стеллажи, свитки, рукописи. За столом сидела она сама — юная, ещё просто ведьма, в тёмно-синем платье, с распущенными волосами. Перед ней с грохотом опустилась книга. Молодая Аида подняла взгляд. — Что ты принёс? Рядом улыбался Кол. Он сел рядом, отодвинув стопку фолиантов. — Это гримуар моей матери. Помнишь, я говорил, что она была ведьмой? Аида кивнула, её пальцы потянулись к переплёту. Но Кол отодвинул книгу. — Зачем ты её принёс, раз не даёшь посмотреть? — Я стащил её у Ника. У нас мало времени. Он наконец пододвинул гримуар. — Ты хочешь показать что-то конкретное? — Нет. – Кол улыбнулся. — Хочу, чтобы ты просто посмотрела. Возможно, когда-нибудь создашь свой. Его взгляд был тёплым. Молодая Аида улыбнулась в ответ. — Спасибо, Кол. За то, что помогаешь мне с магией. Они провели за книгой часы. Кол читал вслух сложные заклинания, объяснял символы. Аида слушала, запоминая каждое слово. Потом её внимание привлёк рисунок — странные руны, переплетённые с нотами. — А что это за заклинание? Кол на секунду замолчал. — Предпоследнее в книге. "Песнь Пробуждения". — Оно... возвращает мёртвых? — Теоретически. – Кол потёр переносицу. — Но невозможно. Если бы у матери получилось, она бы вернула моего младшего брата. Молодая Аида тихо взяла его за руку. — Мне жаль. Аида смотрела за этой картиной, но потом вздрогнула. "Книга Эстер. Там может быть способ вернуть Кола!" За её спиной раздался голос: — Не выйдет. Душа должна быть связана с миром живых. Если она перешла на ту сторону — «Песня» не сработает. Она обернулась. Кол. Настоящий. Не воспоминание. — Это... правда ты? Он кивнул. Аида бросилась к нему, обхватив руками, как будто боялась, что он исчезнет. — Ты умер. Я видела твоё тело... — Да. – Его голос был тихим. — Перед смертью я почувствовал, как ты коснулась меня. Потом — тьма. А потом... я был в доме Гилбертов. Но никто не видел меня. Не слышал. Она отстранилась, глядя ему в глаза. «Он здесь. Настоящий. Но... он скрывал от меня правду.» Кол протянул руку, как будто хотел что-то сказать. Но тьма снова поглотила их. Аида едва успела перевести дух, как за спиной снова раздался скрипучий голос: — Ты моя. И я заберу тебя. Она не успела увернуться, Майлк больно схватил ее и швырнул ее через весь коридор. Надоело. Надоели эти двери, эти воспоминания, этот бесконечный погоняющий её призрак Майкла. — Отстань! — бросила она и рванула к ближайшей двери. На этот раз она оказалась на трассе. Тёмное шоссе, редкие фонари, по обочине — её чёрный «Мустанг» с открытой дверью. Из салона тихо доносилась музыка. «Это тот вечер...» Она сразу поняла. Тот самый. Когда она мчалась к Колу в Мистик Фоллс, но не успела. Подойдя ближе, она увидела саму себя — ту, что была тогда. Та Аида сидела на обочине, сжавшись в комок. Лицо в слезах, пальцы судорожно сжимали амулет — тот самый, что Кол когда-то сделал для неё. — Не отпущу... не отпущу... — бормотала она, словно мантру. Аида-наблюдатель почувствовала, как магия вокруг сгущается. — Что она делает? Та Аида отдавала свою силу амулету. И вдруг — щелчок в сознании. — Она связывает его душу... Круги на земле, выжженные магией. Слова заклинания, которые та Аида шептала сквозь слёзы. «Она пытается удержать его здесь. В этом мире.» И тогда она поняла всё. — Поэтому я иногда видела его... Поэтому он здесь со мной... Он не просто умер. Она привязала его к себе. Его тело разрушено, а душа вместе с ней. И вот почему он здесь, на ней амулет, она вошла с ним в воду. Поэтому его душа тоже здесь очутилась. Мир вокруг снова погрузился во тьму. Но теперь Аида знала. Тьма сгущалась вокруг, словно живая субстанция, обволакивающая Аиду со всех сторон. Холодный ветер шелестел невидимыми листьями в этом странном междумирье. Она стояла, сжимая кулаки до боли, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. «Надо выбираться. Но как?» Мысль о Коле пронзила сознание как раскалённый клинок. «Где ты? Его нельзя здесь оставлять! Нам надо выбраться вместе» Она зажмурилась, пытаясь сосредоточиться, но вместо ответа перед ней разверзлась земля, и она очутилась на берегу озера. Туман рассеялся, и перед ней возникла знакомая фигура. Перед ней стоял Морган Дункельвиддер — высокий, с седыми волосами, в плаще с вышитыми лунными символами. Его глаза, обычно тёплые, теперь смотрели на неё с холодной печалью. — Здравствуй, дочка. Голос отца, всегда такой тёплый, теперь звучал как скрип старых страниц проклятой книги. Аида сделала шаг вперёд, но ноги вдруг предательски замерли. Рука непроизвольно потянулась к нему, но застыла в воздухе. — Папа... — её собственный голос показался ей чужим. Он смотрел на неё без привычной нежности. В его глазах читалась не печаль, а приговор. — Добро Пожаловать на туманные земли ковена, зеркало предков. – Наиграно его гостеприимство пугала. Аида молчала. — Даже после смерти ты умудряешься быть особенной. — Произнёс он, и каждое слово падало как камень. — Ведьма, лишённая своей магии. Вампир, не боящийся солнца. Природа отвергла тебя, но ты упрямо цепляешься за жизнь. Он вздохнул. — Прости. Но ты останешься здесь. Я видел реки крови на твоих руках. Не позволю тебе вернуться... и уж тем более — вытащить из небытия того древнего монстра. — Тот ритуал, ты же знаешь… ты сам меня нашел потом! — её шёпот разорвал мёртвую тишину. Отец лишь покачал головой, и в этом движении была вся горечь восьмисот лет. — Силу тебе дали. Но как ты ею распорядилась — твой выбор. Его пальцы сжали посох так, что костяшки побелели. — Помнишь деревню у подножия горы? Тридцать семь трупов, Аида. Тридцать семь человек. Ты убила Лизбет – девочку, которая носила тебе цветы. — Это был несчастный случай! — она задохнулась от ярости. — Я не контролировала... — Достаточно! — Морган ударил посохом о землю, и озеро вздыбилось чёрными волнами. — Ты не вернёшься. Пророчество не сбудется. — Какое ещё проклятое пророчество?! — Аида рванулась вперёд, но невидимая сила отбросила её назад. Отец приблизился, и теперь в его глазах горело что-то страшное. — «Когда дважды рождённая откроет путь, придёт дитя трёх кровей — и смерть древним ведьмам оно принесет». – Он прошипел эти слова, будто выплёвывая яд. — Сначала ритуал бабки. Потом твоё обращение. Ты — ключ, Аида. — Вы безумцы! — прошипела она и резко развернулась. — Я не верил слова старейшин, словам Ингрид, но посмотри кем ты стала. Ты убила двенадцать ведьм и свою сестру, чтоб найти способ вернуть древнего. – в его голосе почувствовалась ярость. — Моя девочка, моя Аида умерла той роковой ночью. Сердце Аида сжалось, кажется стало больно дышать. Туман за спиной отца заколебался — и из него вышли они. Десятки теней в истлевших одеждах. Женщины с пустыми глазницами, мужчины с лицами, покрытыми ритуальными шрамами. Предки Чёрной Луны. — Кровь наша — твоя кровь. Мы решаем твою судьбу. Аида отступала к воде, чувствуя, как ледяные пальцы страха сжимают горло. Но вдруг... Щелчок в сознании. «Озеро... Я вошла через воду. Выход там же!» Её рука инстинктивно сжала амулет на шее. — Кол... Пространство дрогнуло. Воздух взорвался вспышкой — и он появился, будто её отчаяние вырвало его из небытия. — Что за...? — его голос был хриплым, словно он века не произносил ни слова. — Не время для вопросов! — она схватила его за руку, ощущая под пальцами холодную кожу. Другой рукой Аида вскинула вверх, выкрикивая древние слова. «Ast ridere per vias!» Волна магии ударила в предков, отбрасывая их как осенние листья. — Бежим! Они рванули к озеру. Лёд под ногами треснул, будто зеркало судьбы. Тени предков завыли у неё за спиной. Голос отца прорезал тьму: — АИДА, НЕ СМЕЙ! Но она уже прыгнула, увлекая за собой Кола. Холодная вода сомкнулась над головой. Тишина. Темнота. Ничего. И вдруг — свет. Аида вынырнула, задыхаясь, на берегу настоящего озера. Вода стекала с её лица, смешиваясь со слезами. Она была одна. Но в руке, прижатой к груди, амулет пылал — и где-то в глубине души она чувствовала его. Ледяная вода стекала по телу Аиды, когда она выбралась на берег. Каждая камень под босыми ногами казалась раскалённой иглой, но она даже не моргнула. Мокрая одежда – чёрные кожаные штаны и облегающая туника – прилипла к коже, словно вторая кожа. Она резко встряхнула головой, и капли разлетелись в стороны, сверкая в лунном свете. Пальцы автоматически проверили амулет на шее – цел. «Нужно убираться. Сейчас же.» Глаза метнулись по сторонам, выискивая опасность. Ночной лес стоял неестественно тихо – даже сверчки не стрекотали. Дрожащими от слабости руками она расстегнула сумку. Пластиковые пакеты с кровью хрустели, когда она сжала их в кулаке. «Чёрт, всего три...» Зубы впились в пластик, и тёплая жидкость хлынула в горло. Она пила жадно, чувствуя, как силы по капле возвращаются в тело. Пустые пакеты полетели обратно в сумку. Рука потянулась к телефону - мёртвый экран. «Интересно, сколько дней я пробыла в отключке?» Она выбросила пустые пакеты обратно в сумку и осмотрела периметр. Шорох слева. Две фигуры в тёмных плащах стояли в двадцати метрах, прислонившись к соснам. «Следят. Ждали, когда я выйду. Маловато. Но мне на руку.» Аида достала артефакт, что скрывал озеро, и положила его в карман. Ведьмы сразу же напряглись. — Ты умрёшь здесь, — прошипела одна из них. Аида улыбнулась. В следующий миг она уже была за спиной у первой ведьмы. Рука вцепилась в её волосы, и прежде чем та успела вскрикнуть, Аида утащила её в чащу. Клыки впились в шею. Кровь хлынула в рот, горячая и сладкая. «Магия... Чувствую её...» Тёплые нити магии впивались в нее. Ведьма дёргалась в конвульсиях, ногти впивались в плечи Аиды. Труп упал в папоротники беззвучно. — Сестра?! Блондинка металась на поляне, факел в руке дрожал. Аида вытерла рот тыльной стороной ладони и шагнула в свет. Вторая ведьма стояла там, бледная от ужаса. Аида улыбнулась, обнажив окровавленные клыки. Миг — и она уже перед оставшейся ведьмой. Та начала читать заклинание, но Аида схватила её за запястья. — Нет-нет, милая, — прошептала она, чувствуя, как магия ведьмы перетекает в неё. Глаза жертвы расширились. — Монстр... — Да. Ведьма рухнула на землю. Аида уже хотела уходить, когда из леса вышла она. Знакомые холодные глаза. Её сестра. В новом теле. — Ингрид... — Аида оскалилась, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — Опять сменила тело? Сколько девушек уже отдало за это жизнь? Сестра рассмеялась — звук напоминал треск ломающегося льда. — Ты только подтверждаешь, что ты чудовище. — Сказала та, глядя на окровавленную Аиду. — Все-таки смогла выйти из озера… Уже чувствуешь последствия? — Ингрид сладко улыбнулась. — Зеркало не дает просто так ответы. Аида резко вдохнула. Ярость поглотила ее. — Мне плевать. — прошипела она. В следующий миг Аида оказалась перед сестрой. Её рука, словно клинок, пронзила грудную клетку Ингрид. Тёплая кровь хлынула по запястью. Сердце в её ладони билось — быстро, часто, как у загнанного зверя. Аида почувствовала, как её пальцы сжимаются, ногти впиваются в плоть... Хруст. Треск ломающихся рёбер. Ингрид широко раскрыла глаза, её губы сложились в беззвучный крик. Аида сжала кулак — и вырвала ещё тёплое сердце, оставив в груди сестры зияющую пустоту. Сердце вырвано. Тело упало. Аида не стала задерживаться. Она рванула к машине, бросила сумку на заднее сиденье и вжала педаль в пол. На первой попавшейся заправке она привела себя в порядок. Смыла кровь. Переоделась. Теперь она выглядела как обычная туристка — чёрные джинсы, кожаная куртка, высокие ботинки. Потом снова дорога, она остановилась в отеле в центре города, надеясь, что ковен не сунется в столь оживленное место. Администратор отеля — молодой человек с усталыми глазами — даже не поднял взгляда, когда Аида подошла к стойке. — Вам нужен номер? — пробормотал он, уткнувшись в экран компьютера. — У вас уже есть мое бронирование. — Сказала Аида, и ее голос прозвучал странно, словно эхо, заполнившее пространство между ними. Глаза парня замутились. Он медленно кивнул. — Да, конечно... Номер 314. Вот ваш ключ. Она взяла пластиковую карточку, даже не улыбнувшись. «Слишком легко.» Дверь номера 314 захлопнулась за ее спиной с глухим стуком. Аида бросила сумку на кровать, и тяжелый артефакт внутри звякнул о деревянное изголовье. Пальцы сами потянулись к горлу – амулет был на месте, холодный и безжизненный. Она замерла, вслушиваясь в тишину отеля, в стук собственного сердца. Две недели. Четырнадцать дней она провела в черных водах Зеркала предков, а мир продолжал вращаться без нее. Ванная комната встретила ее ярким светом и безжалостным зеркалом. Аида содрогалась, глядя на свое отражение – бледная кожа, всклокоченные волосы, глаза, в которых читалась усталость веков. Она резко отвернулась, включив воду. Пар быстро заполнил маленькое пространство, скрывая ее наготу, словно пытаясь смыть следы последних дней. Горячие струи обжигали кожу, но она стояла неподвижно, позволяя воде смывать озерную тину и запекшуюся кровь. — Две недели, – прошептала она, и слова растворились в пару. Четырнадцать дней, пока ее тело лежало без сознания на берегу, а душа блуждала в коридорах памяти. Четырнадцать дней, пока ковен стерег ее, как стервятники умирающую добычу. Рука сжала душевую лейку так, что металл затрещал. Она вышла из душа, завернувшись в жесткое полотенце. Вода капала на пол, оставляя темные следы на дешевом ковре. Телефон, заряженный за время душа, наконец ожил – 14 пропущенных вызовов, десятки сообщений. Она отложила его в сторону, не глядя. Сейчас важнее было другое. Из сумки она достала чистую одежду – черные джинсы, темно-синюю блузку, свежее белье. Каждое движение было точным, выверенным, будто она собиралась на последнюю битву. Кожаный ремень с серебряной пряжкой щелкнул, когда она застегнула его на талии. Бутылка виски стояла на тумбочке, приветствуя ее золотистым содержимым. Аида открутила крышку и сделала долгий глоток прямо из горлышка. Алкоголь обжег горло, но она лишь зажмурилась, позволяя теплу разлиться по телу. Второй глоток. Третий. — Сестра..., - прошептала она, и перед глазами встало лицо Ингрид. Ее собственной крови, которая призвала Майкла, чтобы убить ее. Которая столетиями ждала момента отомстить. Которая называла ее ошибкой природы. Пальцы сжали бутылку так, что стекло затрещало. И Кол. Предатель или спаситель? Он скрыл от нее правду, утаил воспоминания, словно стер ее любовь к Элайдже. Но... он же и вернул ее к жизни после столетий тьмы. Он учил ее, защищал, был рядом, когда больше никто не был. Она ненавидела его за ложь. И все равно хотела вернуть. Элайджа... Его образ всплыл в памяти таким ясным, будто они расстались вчера. Его руки на ее талии во время танца. Его клятвы, шепот в темноте. Его обещание просить ее руки у отца. Для нее это было словно вчера. Для него – восемь веков назад. Сердце сжалось от боли, но она лишь сделала еще один глоток виски. Телефон замигал – билеты подтверждены. Мюнхен – Нью-Йорк. Завтра, 10:45. Она откинулась на подушки, закрыв глаза. В голове проносились обрывки мыслей, воспоминаний, планов. — Плевать, – внезапно сказала она вслух, открывая глаза. Темный отблеск вампира мелькнул в них. – Мне нужен Клаус. Мне нужна книга Эстер. Она поднялась с кровати, подошла к окну. Город жил своей жизнью внизу – машины, люди, огни. А она стояла здесь, между прошлым и будущим, между местью и спасением. Ее отражение в оконном стекле улыбнулось ей оскалом вампира. Завтра Нью-Йорк. Затем – Клаус. Она сжала амулет. Правда была ядовита, как кровь Ингрид на её руках.