Это подстава!

      Утром Гарри проснулся из-за того, что кто-то ломился в дверь. Мальчик еще в прошлом году вырезал из обвалившегося подоконника треугольник, сужающийся к вершине так, что она спокойно входила снизу в дверную щель. А в основании он проделал отверстие, куда вставлялась ручка от швабры. Другой конец швабры упирался в кровать Гарри таким образом, что никто не мог открыть дверь снаружи, пока всю эту конструкцию не убрать. — Гарри Поттер! Отопри дверь! Живо, я сказал! — доносился из-за двери противный голос МакЖракина. — Сейчас, сейчас… — проворчал Гарри, слезая с кровати и надевая очки. Сегодня был его день рождения, но для Гарри это был худший день в году. Ровно десять лет назад, его родители сдали мальчика в приют «Святого Патрика». Здесь у Гарри не было друзей. Все воспитатели и учителя, казалось, его ненавидели. А ребята вечно колотили и разыгрывали. Обычно в его день рождения почти все дети из приюта, сговорившись, не разговаривали с ним, а потом, к вечеру, придумывали какой-нибудь мерзкий розыгрыш. К примеру, в прошлом году они закидали его солеными кексами, когда мальчик сидел один в столовой, а в позапрошлом насыпали соли в суп. Все это ребята делали из-за того, что боялись Гарри, а точнее того, что с ним иногда происходило… — Поттер! — неистовствовал за дверью МакЖракин. — Да я открываю! — пробурчал Гарри, отпирая дверь. — Ты что? Спишь еще?! — МакЖракин напустился на мальчика. — Так еще два часа до подъема! Вы меня, вообще, зачем разбудили?! — недоуменно спросил Гарри, глядя на часы. — А про отработку я кому говорил? Воздуху?! И что это за взрыв на бумажной фабрике у тебя на кровати?! — МакЖракин схватил один из конвертов. Спросонья, Гарри только сейчас заметил, что ими завалена вся кровать. — Сэр, я бы не советовал вам их читать… — начал было мальчик, но МакЖракин уже распечатывал конверт. — Мистеру Гарри Поттеру… Надо же, — ухмыльнулся МакЖракин, но только он начал читать содержимое письма, веселая ухмылка тут же слетела с его лица. — Ч…что-это за глупости?! — вскричал он. — Гарри, а ну живо на отработку, и сегодня без еды весь день! Это ж надо такую глупость сделать! — МакЖракин собрал в охапку все письма с кровати и понес их к окну, но, к несчастью, споткнулся об импровизированный камин в виде тазика и с размаху плюхнулся на пол. — ПОТТЕР! — взревел воспитатель, но Гарри уже со всех ног несся на кухню.       В столовой было тепло и пахло сыростью, а если быть точнее, отсыревшими продуктами. Все здесь было белым: белая плитка на стенах и полу, белые, отштукатуренные потолки. Даже в глазах рябило ото всего этого белого цвета, непривычного для глаз, после темного коридора приюта, по которому только что шел Гарри. Столовая — единственное место, куда директор приюта не пожалел вложить денег, так как сам зачастую обедал здесь. Гарри прошел на кухню. Там его ждала гора грязной посуды, сваленная в раковину. Поваров на кухне не было, их рабочий день начинался только через час. — Зато мешать никто не будет, — пробурчал Гарри себе под нос, надевая фартук. Первым делом, Гарри решил отмыть здоровую кастрюлю, всю измазанную в жире, чтобы не откладывать самое противное на потом. Он открыл кран, и вода весело застучала по блестящему боку кастрюли. — Самый лучший день рождения. Хотя бы не разбудили под звуки бьющегося стекла, как в прошлый раз, — саркастически сказал Гарри.       Последняя отмытая тарелка только что была поставлена на место. Гарри утер пот с лица. — Фух… Ну и рабо… — начал было он. — Ну что, Шарри-Гарри?! С праздничком тебя! Жду — не дождусь времени подарочков! — голова Люка высунулась из приоткрытой двери. — Шел бы ты отсюда, пока не схлопотал, — произнес Гарри, скрипя зубами. — Ахаха! Малыш Гаррик разозлился! Смотри, чтоб от натуги шрам во весь лоб не разошелся! — хихикнул Люк и тут же скрылся за дверью, спасаясь от куска колбасы, который Гарри со злостью швырнул в него. Мальчик опустился на табуретку, ему не хотелось уходить с кухни, тут было тихо и тепло, его никто не трогал. — Может, спрятаться под раковину и просидеть тут до темноты? Было бы идеально! — задумчиво произнес Гарри вслух. Тем временем, в столовой загремели стулья, тарелки, послышались голоса. Вот шум тележки на колесиках, Лин вышла накрыть на стол. Вот крики, дети заходят в столовую. А вот надтреснутый голос МакЖракина, очевидно, отчитывает кого-то. Гарри внимательно слушал. Вот раздались шаги, и через минуту МакЖракин собственной персоной стоял на пороге кухни. Глаза его метали молнии. — Хорошо, мистер Поттер! — воспитатель спародировал первую строчку давешнего письма. — Вижу, вы справились, а теперь отправляйтесь в свою комнату и чтобы глаза мои вас больше не видели! В приюте все знали, что когда МакЖракин злится, он обращается к детям на «вы», а сейчас он был очень рассержен и поэтому, чтобы его не нервировать, Гарри спокойно отправился в комнату, не сказав ни слова ни МакЖракину, ни ребятам, кричавшим ему что-то, пока он пробегал по столовой.       Придя к себе, Гарри обессиленно лег на кровать. — Хотя бы без взбучки на этот раз, — подумал мальчик. Гарри встал, прошелся по комнате, обдумывая свое положение. И тут к нему в голову пришла идея замечательной шутки. Он извлек из-под шкафа простыню со слипшимся пеплом, привязал к ней веревку, не очень туго, чтобы она развязалась, когда надо. Потом он подставил прикроватную тумбочку к двери, взобрался на нее и водрузил на дверь мешок с пеплом. — Шикарная будет шутка! — ухмыльнулся Гарри, отходя подальше и осматривая свою работу со стороны. Через несколько минут за дверью послышались шаги. Гарри от радости весь сиял. Еще секунда и на пороге стоит Люк, весь черный и с хлопьями пепла на лице и одежде. От поднятой пыли все в комнате закашлялись. — Вот тебе и с днем рождения, Гарри, — давясь кашлем и смехом, Гарри повалился на кровать. — Я тебе сейчас вмажу, я… — начал было Люк, но тут снова раздались шаги за дверью. — Это МакЖракин, сейчас мы все получим, — от страха лицо Чука, стоявшего позади Люка, побледнело. Вот дверь отворилась, но на ее пороге стоял вовсе не старый, скорченный воспитатель, а огромный, высокий человек. Борода и длинные космы почти застилали лицо незнакомца. — Гиблое местечко, не понимаю, как вы тут все еще живете?! — пробурчал он вместо приветствия. — Меня больше интересует вопрос, как бомж смог пробраться в стены приюта?! — презрительно фыркнул Гарри, выйдя из оцепенения. — Гарри Поттер! Как же я тебя сразу не узнал! — великан протянул к мальчику руки. — Откуда вы знаете, как меня зовут? — спросил Гарри. — Да тебя во всем волшебном мире знают! Твои родители такие знаменитые! Да и ты сам! — восторженно заговорил великан. — Мои родители — предатели! Они бросили меня в этой дыре, когда мне было всего год! Я не хочу иметь с ними ничего общего, — зло крикнул Гарри.  — Они погибли, а не бросили тебя, Гарри… — великан вдруг что-то погрустнел. — Вот еще, а почему это я должен верить вам, а не тому, что мне вдалбливали здесь с самого детства? Я вас даже не знаю! — запальчиво сказал мальчик. — Совсем забыл представиться! Рубеус Хагрид, хранитель ключей и всех других угодий Хогвартса! — отчеканил великан. — Больше похож на жирного безработного, — скептически заметил Гарри. Великан, казалось, пропустил это мимо ушей. — Так ты готов? — спросил он. Люк всхлипнул. — Мне страшно! — сказал мальчик. — Заткнись! — рявкнул на него Гарри. — К чему готов? — сказал он, поворачиваюсь к Хагриду. — Поехать со мной в Хогвартс. Ведь ты волшебник, Гарри! А это — волшебная школа, где обучают таких как ты! Ты ведь получал письмо? — спросил великан. — Письмо-то я получал! Значит, это вы мне писали? — спросил Гарри. — Нет, это профессор МакГонагалл, — пояснил Хагрид. — Все это замечательно, школа магии, знаменитые родители, письма… Только я вам ни на грамм не верю! — медленно произнес Гарри. — Д-да как так-то! И родители твои магами были, что же, тебе никто ничего не рассказывал? — возмутился великан. — Нет! Я и родителей- то не знаю… И знаете, я с вами не поеду. Это же подстава чистой воды! В лес меня затащите и убьете! — крикнул Гарри.  — Что ты, малец! Я бы тебе показал, да нельзя… Подумай, а разве тебе здесь неплохо живется? — спросил Хагрид. Гарри уже хотел ответить что-нибудь обидное, но тут его взгляд упал на Люка и Чука, жавшихся к стене. Они его, безусловно, бесили. Как и сломанная кровать, скрипучая дверь, старая комната, весь приют.  "Разве это жизнь?!" — подумал Гарри, а вслух сказал: — Зайдите завтра, мне надо подумать! — Как скажешь! — и Хагрид вышел за дверь. Гарри побежал за ним, но когда мальчик открыл дверь, великана и след простыл. Гарри глубоко вздохнул.  — Всяко лучше этого прогнившего приюта! — фыркнул он.