Грани реальности

      Утром Дженсен просыпается раньше будильника. Он видит цифры и понимает, что у него есть ещё почти двадцать минут. Он поворачивает голову в другую сторону и смотрит на спящего Джареда. Тот развалился на спине, чёлка немного падает на глаза, одна рука закинута вверх, вторая лежит на животе. Дженсен медленно тянет тонкое одеяло на себя, постепенно обнажая сонное тело. Джаред потрясающий. С него бы скульптуры высекать из мрамора или камня, а он по трупам лазит, знает несколько десятков реагентов и собирает мельчайшие улики на местах преступлений. Он видит и замечает то, что некоторые могут и упустить из виду.       Дженсен продолжает стягивать одеяло. Обнажает подтянутый живот и чёткие кубики пресса. Косые мышцы у Джареда здорово прокачаны, особенно внутренние, и они двумя изогнутыми линиями спускаются к паху. У Дженсена от их вида крышу рвёт на «раз». И Джаред об этом знает. Именно поэтому он так старательно добивался такого рельефа в спортзале Бюро.       Дженсен стягивает до конца одеяло, комкая его около себя. Джаред согнул правую ногу и отвёл в сторону, мягкий член лежит в ложбинке между бедром и пахом. И рот Дженсена наполняется слюной. Он, чёрт возьми, как собака Павлова реагирует на Джареда.       Он осторожно ведёт ладонью по внутренней стороне бедра и, подбираясь ближе пальцами, проводит по мошонке, а затем забирает её в горсть. Он проходит пальцами ещё ниже, едва нажимая на анус. Джаред хмурится, дёргается, и заметно, что он начинает просыпаться.       «Всё-таки», — про себя думает Дженсен. — «Перегнул я, наверное, вчера».       Дженсен оборачивается на будильник — четырнадцать минут. И ныряет с головой между ног Джареда, руками придерживая бёдра, чтобы тот ненароком в полусне ему шею не свернул.       Да уж. Что тут ещё можно сказать, когда просыпаешься оттого, что твой член встает в горячем и умелом рту? Пока член не окреп полностью, Дженсен может его принять до конца. Джаред открывает глаза и приподнимает голову. Он смотрит, как губы Дженсена, влажные от слюны, скользят вверх и вниз. Плотно обхватывают головку и чуть сжимаются под ней. А потом он снова насаживается, затыкая им собственное горло, и Джаред чувствует дрожащие, гладкие стенки. Так же как у Дженсена, у Джареда есть то, от чего его напрочь выносит. Губы Дженсена.       Джаред кладёт ладонь ему на щёку и сквозь тонкую стенку большим пальцем чувствует свой собственный член и язык Дженсена.       — Дженс, — Джаред перехватывает свой член у основания и почти умоляет. — Открой рот, Дженс.       Дженсен делает так, как его просят. Он открывает рот и высовывает язык, а Джаред дрочит себе, проезжаясь головкой по языку, как по плавной горке, и кончает глубоко в горло.       Дженсен подтягивается выше, садится Джареду на бёдра, и тот обхватывает его член своей рукой. Длинные пальцы, перепачканные спермой, хорошо скользят.       — Давай, детка, — хрипит Дженсен ему в ухо. — Помоги мне.       Джаред одной рукой хватает его за шею и прижимает к себе, а второй сильно дрочит, цепляя большим пальцем под головкой. Дженсен выгибает спину, как огромный кот, живот инстинктивно поджимается, и он кончает Джареду на грудь.       — Категорически настаиваю, — почти отдышавшись, говорит Джаред, — чтобы меня будили так каждое грёбаное утро.       — Перебьёшься, — фыркает Дженсен и сильнее обычного прикусывает Джареду шею.       — Вампир!       Ровно в этот момент раздается писк будильника. Дженсен ухмыляется, скатывается с Джареда, отключает будильник и уходит в ванную.       Джаред отключается на какое-то время, а когда открывает глаза, то слышит запах свежезаваренного кофе и шуршание газет. Где-то рядом витает запах туалетной воды Дженсена. Семь минут уходит у Джареда на душ и на чистку зубов, а затем он отправляется на будоражащие утренние запахи.       Дженсен сидит за барной стойкой, пьёт кофе и просматривает газету.       — Привет, — Джаред обходит вокруг и наливает себе кофе.       — Привет. Ты чего встал? У тебя вроде всё ещё законный отпуск, — замечает Дженсен, отпивая из бокала.       Джаред не отвечает, а просто пожимает плечами.       — Чем займешься?       — Пока не решил ещё. Возможно, прокачусь до Центрального парка, — И на вопросительно вскинутые Дженсеном брови, поясняет. — Давно там не был.       Пока Джаред допивает кофе, Дженсен на минуту пропадает в спальне, а потом возвращается, пристёгивая поясную кобуру вместе с табельным Глок-22 к ремню. Он надевает пиджак, разводит плечами, поправляя его, и идёт обуваться.       Джаред возникает за его спиной практически неслышно, но Дженсен, зашнуровывая второй ботинок, произносит:       — Даже если ты идёшь босиком, я всё равно тебя слышу.       Дженсен выпрямляется, оборачивается, и Джаред ловит его лицо в ладони.       — Джен… — неожиданно мягко и даже нежно произносит Джаред. — Ты же знаешь, как я…       — Джаред, не надо, — резко обрывает его он, и Джаред понимает — всё, флажок упал, как говорят шахматисты.       — Да. Хорошо, хорошо, — частит он и убирает ладони, жестом показывая, что сдается. — Я помню, ты этого не любишь. Просто… — Джаред снова сбивается, понимая, что не следует продолжать говорить на эту тему, и просто целует. Дженсен ему отвечает, тело отзывается на умелый язык приятным теплом в груди и стекает вниз, к паху.       — До вечера.       — Увидимся, Дженс.       Джаред допивает остывший кофе, отправляет свой бокал и бокал Дженсена в посудомойку к вчерашней посуде и включает её. Пока он занят этими нехитрыми действиями, Джаред думает о том, что они с Дженсеном после совместно прожитых лет связаны друг с другом в один клубок, который уже невозможно распутать — работа, совместный быт, праздники, выходные, вечера и обеденные перерывы, финансовые интересы и выплаты по квартире. Вот только Дженсен всё так же немногословен о своих чувствах, как и в самом начале. Джаред немного смотрит телевизор, но там ничего интересного нет, и он, оставив его включённым, берётся за свой ноутбук. Отвечает на несколько писем по работе. Потом пишет ответ Мэган. Проходит по нескольким новостным порталам, а когда обращает внимание на часы, то оказывается, что уже полдень. Джаред одевается и действительно собирается поехать в Центральный парк.       Он выходит из дома, достает ключи, но в последний момент передумывает и выходит на проезжую часть, чтобы поймать такси. Желтобокая машина появляется довольно быстро.       — Центральный парк, юго-западный вход на 63-й улице, — объясняет Джаред водителю.       Тот включает счётчик и выворачивает на проезжую часть.       Пока Джаред едет, он замечает несколько настороженных отражений в зеркале заднего вида. Глаз водителя не видно, потому что верхняя часть его лица скрыта под бейсболкой и тёмными очками. Он закрывает глаза и откидывает голову назад. Ещё немного, и он сможет погулять и позапускать на модельно-лодочном пруду разные модели корабликов на пульте управления, а ещё…       Мысли Джареда прерывает непонятный шорох, он открывает глаза и успевает зрением выхватить руку водителя с зажатым шприцем и чувствует остро-болезненный укол в свое бедро.       — Эй, что за хрень! — кричит Джаред, но сознание моментально начинает ускользать, и он заваливается на сиденье. И последнее, что помнит Джаред, — оплывающая фигурка чёрно-белого скелетика на лобовом стекле под зеркалом.

***

      Относительно спокойный день Дженсена катится к вечеру, и только одна вещь среди всей бумажной рутины в Бюро его беспокоит — Джаред ни разу ему не позвонил. Он набирает номер Джареда, но в ответ раздаются только длинные гудки. Дженсен пробует ещё несколько раз, но всё повторяется.       «Возможно», — размышляет Дженсен, — «Джей действительно поехал в Центральный парк, не слышит звонков. Или телефон забыл дома».       Дженсен несколько секунд крутит в руках карандаш, а потом резко бросает его на стол.       — К чёрту, — произносит Дженсен, выходят из своего кабинета. — Джей никогда не забывает трубку дома.       Он находит Чада, болтающего с Алоной в комнате отдыха, где находится кофеварка и микроволновка.       — Чад, ты мне нужен, — стоя в дверях, произносит Дженсен.       Мюррей оставляет Алону и свой недопитый кофе и выходит.       — Мне нужно пробить один номер. Сейчас.       — Не вопрос, пошли.       Они направляются в один из кабинетов, где находится несколько постоянно работающих док-станций и компьютеров. Здесь всегда тихо, и только внутренние кулеры у техники мерно шумят. На одном из компьютеров Чад активирует программу.       — Говори номер.       — 347-260-01-30.       Чад машинально забивает номер, и только когда программа начинает работать, он осознает, чей это номер.       — Погоди, — оборачивается Чад и с хитрой улыбкой добавляет. — Давно ли ты стал следить за Джеем? Это же его номер.       — Слежка тут ни при чём, — серьёзно отвечает Дженсен и всматривается на мониторе в то место на карте, где программа обнаружила местонахождение телефона Джареда. — Какого чёрта он забыл в Гарлеме?       Чад моментально улавливает интонации Дженсена.       — Дженсен, что происходит?       — Не знаю, Чад, но собираюсь выяснить. Адрес?       — 1376 по Парк Авеню. И я еду с тобой.       — Чад, послушай...       — Дженсен, — прерывает его Мюррей. — Я, конечно, соблюдаю субординацию и всё такое, и ты можешь запретить мне ехать с тобой. Но в таком случае, я поеду туда как частное лицо. Имею право прокатиться по городу после трудного рабочего дня.       Дженсен знает, конечно, что Чад Мюррей хороший друг Джея. А ещё он очень упёртая задница.       — Чёрт с тобой, поехали.       Пока они спускаются на лифте, Чад забивает в свой навигатор адрес и находит самый короткий маршрут с учётом всех пробок. Дженсен заводит свою Хонду и выруливает, выезжая с Федерал плаза. Они кружат по нижнему Манхеттену, пока не выезжают на магистраль Рузвельта и не берут направление в Гарлем. Они проскакивают развилку под Бруклинским мостом, потом проезжают под мостом Манхэттена и остальные почти сорок минут следуют вдоль залива Ист-ривер.       — Так что происходит, Дженс? — не выдерживает Чад, когда они попадают в небольшой затор на 3-й авеню из-за небольшой аварии.       — Не знаю, Чад, — нервничает Дженсен. — Только Джей сегодня ни разу не позвонил. Согласись, это странно.       — Ну, — неуверенно тянет Чад. — Может, он вышел и оставил телефон дома.       — Чад! — рявкает Дженсен. — Тебе и без меня хорошо известно, что…       — Да, да, я помню. Джей никогда не оставляет телефон дома.       Навигатор сигналит о том, что они прибыли на место назначения, и Дженсен паркуется по правой стороне узкой Парк авеню.       — Ненавижу Гарлем, — шипит Чад, и они выбираются из машины.       — Ага, ты ещё громче крикни.       Дженсен крутится на месте, осматривается и не понимает, какого чёрта в этом районе забыл Джей. Любой другой боро Нью-Йорка по сравнению с Гарлемом — просто идеально-стерильное хирургическое отделение. С левой стороны у них грохочет наземная ветка метро, а с правой — двухэтажное обшарпанное здание из красного кирпича.       — Я так понимаю, 1376 — это здесь? — качает головой в сторону заброшенного здания Чад, которое теперь смотрит на мир пустыми глазницами своих окон.       — Давай проверим с другой стороны.       Они заворачивают за угол и сразу натыкаются на громадную кучу кирпичей: обрушилась часть стены этого дома, и теперь поперек тротуара возвышается угрожающий завал. Здание оказывается длинным, и где-то почти посередине его длины, расчерчивая вечер, стоит патрульная форд Краун Виктория с включёнными проблесковыми маячками.       Дженсен и Чад переглядываются и направляются в их сторону. По приближении они замечают впереди патрульных ещё и стоящую машину такси.       — Добрый вечер, — здоровается он с патрульными. — Агент Эклз, это агент Мюррей, ФБР, — они оба показывают полицейским свои развёрнутые корочки. — Могу я узнать, что это за здание?       Пока Дженсен своим вопросом явно поставил в ступор служителей правопорядка в Гарлеме, Чад достаёт свой телефон и набирает номер Джареда. Куда как проще, не правда ли?       — Это давно забро…       — Дженс! — неожиданно обрывает полицейского Чад и бросается в сторону такси. — Слышишь? В багажнике такси телефон Джея!       Дженсен подбегает ближе и действительно узнаёт мелодию, что глухо раздаётся из багажника машины. Сердце резко ухает вниз и ладони моментально становятся холодными и влажными.       — Есть чем открыть? Принесите что-нибудь?       И один из полицейских бросается к своей машине и возвращается с монтировкой.       — Это Гарлем, — отвечает он на невысказанный вопрос в глазах Чада.       Пока Чад бормочет проклятья и вскрывает багажник, Дженсен налетает на патрульных.       — Что вы здесь делаете? Кто вас сюда вызвал? Где водитель такси? — Он чувствует, как внутри поднимается паника.       — Да мы только подъехали, как тут же появились вы. Из службы такси позвонили и сказали, что водитель одной из машин очень долго не выходит на связь. А маячок в машине показывает, что она уже несколько часов без движения стоит в Гарлеме по 1376 Парк авеню. Вот нас и послали проверить. Мы осмотрели машину, но ничего внутри не нашли, а багажник открыть не успели.       В этот момент раздается скрип крышки багажника и Дженсен поворачивается.       — Блядь! — выдыхает Чад, поднимает голову к небу и глубоко хватает несколько раз воздух. — Это не Джей.       Дженсен рассматривает тело, находящееся внутри. Белый, возможно, американец, около пятидесяти лет, скорее всего, тот самый водитель такси. Голова чуть закинута, насколько это позволяет место, и видна уже отчётливо проступившая странгуляционная борозда. У него большие руки, похожие на клешни, связанные скотчем на запястьях. Около трупа лежит зип-пакет с телефоном Джареда и листком, сложенным в несколько раз.       Дженсен необдуманно тянется вытащить его, но Чад вовремя перехватывает его запястье.       — Дженс, ты без перчаток.       Дженсен одергивает руку и отходит от машины на несколько шагов.       Он пытается понять, что ему нужно сделать, но мысли возвращаются только к одному — кажется, Джей пропал.       — Нужно Биверу позвонить, — говорит подошедший со спины Чад.       — Да, да… — разлаженно бормочет Дженсен и достает свой телефон.       Чад замечает, как у того трясутся руки, и он через раз попадает по кнопкам.       — Давай я, Дженс, — Мюррей забирает у него аппарат и отходит в сторону.       Дальше Дженсен сидит на капоте своего автомобиля и фиксирует только те моменты, когда вокруг что-то действительно крупно меняется. Вот первым приехал Джим Бивер. Сразу за ним появился фургон команды Джареда, и уже в своих машинах приехали и его ребята. Общий сбор. Все были здесь.       В углу подворотни ветер закручивает меленькие смерчи из мусора и пыли. По стенам близлежащих зданий пляшут разноцветные блики проблесковых маячков от машин. На фоне изъеденных годами и непогодой кирпичных стен отражаются тени снующих туда-сюда агентов ФБР. От тёмно-синих курток и жёлтых букв на их спинах режет в глазах.       — Дженсен, — Джим Бивер подходит и садится рядом с Дженсеном на капот, и машина мягко проседает ещё ниже. — Посмотри, — он протягивает ему стандартный пакет для улик, в котором лежит белый листок. На нём наклеены вырезанные явно из каких-то глянцевых журналов цветные буквы. И надпись: «Поиграем в игру. Агент Эклз?»       — Тебе хоть о чём-нибудь это говорит?       Дженсен отрицательно качает головой и ничего не говорит.       — А враги? У тебя или у Джареда?       — Джим, — невесело усмехается Дженсен. — Если мы будем прорабатывать всех наших врагов, учитывая, скольких с нашей помощью засадили за решетку, боюсь, это может затянуться на пару-тройку лет.       — Хорошо. Ребята перетрясли всю машину и собрали всё, что можно было собрать. Тело водителя отправили к нам, но я думаю, вскрытие мало что покажет. Осрик займётся навигатором из такси. Алона и Фелиция проведут анализ найденного в салоне машины. Саманта направится в фирму, курирующую это такси. Тай и Мэтт будут прорабатывать камеры по всему его сегодняшнему маршруту. Ричард восстановит маршрут Джареда по данным с антенн сотовых вышек. А Чад отвезёт тебя домой.       — Я не собираюсь домой, Джим, — отрицательно качает головой Дженсен. — Можешь даже не рассчитывать на это.       — Дженсен…       — Я не собираюсь отсыпаться, пока не найду Джареда.       — Дженсен…       — Я сказал: я не поеду…       — Поедешь, мать твою! — повысив голос, резко обрывает его Бивер. — И поверь мне, если ты не послушаешься, я отстраню тебя от расследования.       Дженсен не первый год работает под руководством Джима Бивера и прекрасно знает, что слов на ветер тот не бросает.       — Давай, Дженс, — уже мягче произносит Бивер. — Тебе нужно отдохнуть.       Он по-отечески хлопает его по плечу.       — Мюррей! — тут же изменившись в голосе, он зовёт Чада. И как только тот подбегает, дает указание. — Отвезёшь Дженсена домой.       — Да, сэр.       До дома Дженсен и Чад едут в полной тишине, даже радио не включают.       Дженсен с неохотой вытряхивает себя из машины, когда Чад подходит к нему и возвращает ключи.       — А ты как собрался возвращаться? — Дженсен не уточняет куда, потому что точно знает, Мюррей вернётся в Бюро, и от этого становиться ещё хуже.       — Такси поймаю.       — Хватит с меня на сегодня такси! — рычит Дженсен. — Вот, — он с силой вкладывает Чаду ключи обратно в руку. — Езжай на моей, а утром заберёшь меня.       Он разворачивается и уходит, а Мюррей, как и предполагал Дженсен, отправляется в Бюро.