Грани реальности

      Противный писк ввинчивается в виски и пробирается внутрь, сверлит мозг напрямую. Дженсен пытается сообразить, куда он вчера положил свой глок, чтобы пристрелить ту тварь, что задумала свести его с ума этим звуком. А ещё он пытается вспомнить, почему его голова такая тяжёлая, и почему у него всё тело затекло. А ещё какого черта Джей…       Воспоминание и осознание вчерашнего наваливается на плечи Дженсена внезапно, как первая алкогольная эйфория.       — Джаред! — резко садится Дженсен и морщится от неприятной боли в затёкшей спине. Спать на этом диване то ещё удовольствие.       «С добрым утром, Дженс», — звучит где-то рядом, но Джареда нигде не видно.       Дженсен оглядывается: на столике всё так же стоит бутылка виски и стакан, рядом исписанная маркерная доска. И он во вчерашней мятой рубашке и брюках.       — Блядь… — стонет Дженсен, встаёт и направляется в спальню, чтобы отключить будильник.       «Что?»       — Просто в первые секунды я подумал, что весь этот кошмар мне приснился, — объясняет Дженсен, когда снимает помятую рубашку и брюки.       На душ и чистку зубов он тратит всего каких-то десять минут. Почти двухдневная щетина выглядит вполне сносно, поэтому он не бреется. Вместо другого костюма он достаёт джинсы, обычную тёмно-синюю футболку без надписей и надевает их. Направляясь на кухню, он цепляет со стола бутылку и стакан. Стакан — в раковину, а бутылку — на место, в верхний угловой шкаф у окна. Он включает кофемашину, а потом возвращается в гостиную, достаёт свой телефон и набирает номер Чада. Ждёт долгих пять гудков и сбрасывает, и тут же набирает снова. В этот раз Чад отвечает через два гудка.       — Я догадываюсь, что остаток ночи ты проспал либо в собственном кресле, либо на диване в кабинете Джима.       — Нет, — сонно бурчит Мюррей, — там сам Бивер спал.       — Но это не освобождает тебя от того, что ты должен приехать за мной. От Бюро до меня примерно двадцать минут езды. Тебе я даю тридцать.       Дженсен отключается, не дав Чаду и шанса на ответ. По большому счёту, вся команда криминалистов вместе с Джаредом, естественно, находится в прямом подчинении у Дженсена. И только потом их всех вместе может иметь Джим Бивер.       «Чад — неплохой парень».       — А я и не утверждаю обратного, — Дженсен отвечает голосу Джареда и отправляется на звук закончившей свою программу кофемашины.       Дженсен пьёт небольшими глотками кофе, стоит напротив маркерной доски и рассматривает свои вчерашние заметки.       — Джей, у тебя появились какие-нибудь ещё соображения?       «Пока не будет заключений по вчерашним найденным уликам, ничего определённого пока нет».       — М-м-м, — мычит Дженсен с набранным в рот кофе. Привычные овсяные хлопья с молоком и тосты загоняются куда-то на периферию сознания.       Когда с улицы раздаётся знакомый сигнал, Дженсен подходит к окну в гостиной и убеждается, что это Чад. Он ставит бокал на барную стойку, проходит в спальню и снимает с вешалки свою кожаную куртку. Дальше он достаёт из вчерашнего пиджака удостоверение, цепляет поясную кобуру с оружием, телефон кладет в наружный карман куртки и выходит. И только на ступеньках он понимает, что ничего не сказал Джею. Ну, то есть голосу Джея. Первой мыслью проскакивает «вернуться», но он передумывает и садится на пассажирское сиденье своей же Хонды.

***

      — Дженсен!       Он слышит своё имя сразу, как только они с Чадом выходят из лифта и проходят стеклянные двери на их этаж. Бивер стоит у открытой двери в конференц-зале и явно ждёт их. Когда Дженсен появляется внутри, то видит всех — и криминалистов Джареда, и свою команду, и ещё несколько аналитиков и вроде как пару парней из отдела слежения и IT-технологий. Дженсен занимает своё место по правую сторону от Бивера.       — Итак, — начинает Джим. — Все в курсе произошедшего вчера. Расследование поставлено на контроль в Вашингтоне, и Майерс его лично курирует. Начнем с возможных версий.       Джим берёт небольшой пульт в руки, нажимает кнопку, и позади него поверх большого плазменного экрана опускается маркерная доска с уже набросанными намётками. Дженсен узнает почерк Бивера с закруглёнными завитушками на концах. Он разделил дело на четыре рабочие версии. Первые три — те же самые, что и у Дженсена дома, а вот против четвёртой — пустое место. И это подспудно очень тревожит Дженсена.       — Версия первая. Преступник знает Дженсена. Возможно, он человек из его прошлого окружения. Возможно, был связан с Дженсеном какими-то личными отношениями — друзья, знакомые, любовники. Возможно, это связано с учёбой в колледже. Возможно, с его службой в Армии США. Или с профессиональной деятельностью в ФБР. Эту версию берёт в разработку Феррис.       Саманта утвердительно качает головой и что-то помечает в разложенных перед собой бумагах.       — Версия вторая. Она касается Джареда. Так же, как и в первой версии, преступник знает Джареда. Возможно, он человек из его прошлого окружения. Возможно, это связано с учёбой в колледже. Возможно, был связан с Джаредом какими-то личными отношениями — друзья, знакомые, любовники. Возможно, это связано и с профессиональной деятельностью в ФБР. Эту версию в разработку берёт Коэн.       — Версия третья. Преступник — маньяк. Не имеет отношения ни к Дженсену, ни к Джареду лично. Жертву — Джареда — выбрал спонтанно. Хотя, возможно, здесь были подмешены и личные причины. Эту версию берут Морган и Олссон.       Серьёзный Джеффри и хмурый Тай согласно кивают.       — Теперь по найденным уликам. Что там?       Ребята криминалисты переглядываются, и начинает Саманта Феррис:       — Водитель такси, Стивен Льюис, 52 года, разведён, есть сын Адам Стивен Льюис, 24 года, учится в Университет Нью-Джерси. Бывшая жена Джудит Льюис, в девичестве Келли, в данный момент проживает в Нью-Джерси с престарелой матерью. Работает медицинской сестрой в больнице Вэлли. Сегодня приезжает опознать тело, но по телефону сказала, что с бывшим мужем связь поддерживала нечасто, но отношения были ровными. Конфликтов не было. В фирме Боро-Такси, в чьём таксопарке Льюис арендовал автомобиль, отзываются о нём как о положительном, аккуратном и вежливом работнике. По сводкам из полиции последний штраф у него был выписан за парковку в неположенном месте четыре месяца назад.       — Автомобиль, на котором работал Льюис, — Форд Торэс, — продолжает Алона Тал, — состоит на учёте в таксопарке Боро-Такси. Технически исправен. В салоне на заднем сиденье найдены несколько волос Джареда, его отпечатки на боковой ручке двери и на стекле. Следов крови ни Джареда, ни чьей-либо ещё не обнаружено. В багажнике автомобиля найден вощёный шнур, которым и был убит Льюис, что доказывают частички его кожи, оставшиеся на поверхности шнура. Также возле тела в багажнике найден телефон Джареда и записка. Они упакованы в стандартный зип-пакет, какие мы обычно используем для улик. На телефоне только следы самого Джея. Записка выполнена вырезанием подходящих по смыслу букв только из журналов. Газетной бумаги мы не обнаружили. Сама записка выполнена на обычной бумаге формата А4. Ничем не пропитана и не обработана. Клеевой состав посторонних примесей и микрочастиц не имеет. Отпечатков на записке нет.       — Что по навигатору из такси, Осрик? — спрашивает Бивер.       — Навигатор самый распространённый, который ставят в такси. Следов взлома и перепрошивки нет. Мы проверили его трекинг, и, скорее всего, наш преступник подсел как клиент на углу Ошен и Парксайд. Затем машина проехала до пересечения Кингстон и Атлантик авеню и остановилась в одном из проездов под наземной веткой метро прямо около спортивной площадки Сэйнт Эндрю. Машина простояла там почти шесть минут. Видимо, за это время преступник успевает убрать тело водителя в багажник, сам садится на его место и следует к дому Джареда. Камер поблизости нет, свидетелей — тоже. Уже от дома Джареда он следует без остановок до самой Парк авеню 1376, где впоследствии и было найдено такси.       — Так, а что с камерами по всему маршруту следования такси?       — Мы проверили их все, — отвечает Тай. — И это такси действительно попалось в объектив трёх дорожных камер, но качество записи очень низкое и невозможно что-то хорошо рассмотреть. Воссоздать фоторобот так же не представляется возможным. Вот, — Тай достает из папки и передает снимки с записи тех самых камер наблюдения. — Смотрите сами.       Несколько распечатанных снимков с разных камер действительно очень низкого качества. Человек в такси на месте водителя предусмотрительно опустил солнцезащитный козырёк, и поэтому камеры со своего положения не видят его лица.       — Что по вскрытию водителя? — спрашивает Джим и потирает виски.       — Стивен Льюис, — открыв папку, читает данные Ричард. — Смерть наступила примерно с десяти до одиннадцати часов утра, вследствие удушения вощёным шнуром. Других ран или повреждений на теле нет. Но во рту погибшего обнаружено несколько весьма странных предметов. Это очень маленькие фрагменты, и они уже заранее упакованы как вещдоки с места преступления и явно помещены в рот погибшего уже после смерти. Вот, — Ричард берет пульт и начинает выводить фотографии на большой экран. — Первый пакетик с клочком бумаги с цифрой двести три. Это похоже на обрывок угла страницы с какой-то книги. Бумага очень старая, примерно двадцатых или тридцатых годов прошлого века. Ничем не пропитана. Далее, — он переключает на следующую фотографию, — второй предмет. Это обрывок газеты, часть какого-то объявления, где время 12-00 обведено. И последнее — это несколько граммов сухого рассыпчатого вещества в двойном пакетике. Белый порошок без вкуса и запаха. Мы выяснили, что это измельчённые устричные раковины.       — Итак, суммируем, — Бивер встаёт с места. — Ричард, выведи все фотографии вещдоков на экран.       Ричард щёлкает пультом и на экране появляются фотографии: телефон Джареда, записка преступника, клочок бумаги с цифрами 302, обрывок объявления из газеты со временем 12-00 и фото белого порошка.       — Что скажешь, Дженсен?       — Уже из записки понятно, что этот псих хочет поиграть с нами. У нас ни его отпечатков, ни генетических микрочастиц. Он далеко не дурак. Но он указывает нам на время — 12-00. Полдень.       — Ты хочешь сказать, что-то произойдёт в полдень? — задаёт вопрос Тай.       — Определенно, — отвечает Дженсен.       — Но вот где и в какой день?       — Триста два, — произносит Дженсен и сцепляет ладони в замок. — Триста два… Три ноль два… Тридцать и два, — Дженсен представляет, как три простые цифры у него в голове складываются в разные комбинации. Что этим хотел этот псих? Три — ноль — два.       — А что с этим порошком? — спрашивает Чад. — Зачем он его нам подкинул? В чем…       — Так, стойте! — неожиданно прерывает его Дженсен. — Какой сегодня день?       — Э-э-э… Второе марта.       — Чёрт, — шипит Дженсен. — Три ноль два. Второе марта. Этот псих указывает нам, что ещё одно убийство будет сегодня в полдень. Вот только где?..       Бивер тут же смотрит на часы и устало опирается о край стола. Стрелки показывают без четверти двенадцать.       — Похоже, нам остаётся только ждать, — объявляет он всем.       Джим отходит к окну, и в комнате за его спиной воцаряется абсолютная тишина. Дженсен откидывает голову на спинку кресла и закрывает глаза. Он прекрасно понимает: каждый присутствующий в этой комнате вполне терпелив, если дело идет о раскрытии преступления. Но чтобы вот так? Сидеть и ждать чьей-то смерти, чтобы понять логику маньяка. Это слишком.       — У всех есть чем заняться, так что вперёд! — командует Бивер, не оборачиваясь. — Займитесь делом.       Все расходятся, а сам Джим продолжает ждать звонка.