Грани реальности

      «Дже-е-енс…»       Он смутно слышит где-то вдалеке голос Джареда.       «Дже-е-енсен…»       Голос прорывает последнюю завесу сна, становясь всё более ясным и чётким.       «Дженсен!»       Дженсен резко открывает глаза на очень серьёзный окрик.       — А вот это было жестоко, — высказывается он и пытается держать глаза открытыми.       «Прости, Дженс, — извиняется Джаред, — но твой телефон вот уже минут пятнадцать как разрывается в гостиной».       — Чёрт! — Дженсена сдувает с кровати. — Вот увидишь, — повышает голос он уже из гостиной. — У нас явно еще один труп, — и вытаскивает трубку из кармана вчерашней куртки.       — Эклз, — отрывисто бросает он, а потом минут пять молча выслушивает речь с другого конца. — Хорошо, скоро буду.       «Ну?.. Что?»       — Найден ещё один труп, — отвечает он и бросает трубку поверх куртки. Дженсен разворачивается, направляется в ванную и уже в дверях заканчивает:       — И да, Марк прилетел.       Дженсен молча выходит из квартиры, когда часы в гостиной показывают без четверти шесть утра.

***

      После беседы с Самантой, которая ведёт первую версию, и ещё одного разговора с Мэттом, до оскомины напоминающего беседу с Феррис, Дженсен направляется в конференц-зал. Время — почти одиннадцать часов утра и уже готовы данные по уликам, найденным на месте с третьим телом. Кроме одной единственной улики. С ней до сих пор возятся Чад и Алона.       — Сэр, это пустая версия. Я ничего не нашла, за что можно зацепиться в прошлом Дженсена.       Дженсен открывает дверь и заходит как раз на последних словах, и ухмыляется, потому что сам изначально сразу решил, что первые две версии — полный ноль. Только время потеряют.       — Коэн? — спрашивает Бивер.       Дженсен проходит к Марку, здоровается с ним за руку и садится рядом.       — Ситуация практически идентичная той, о чём говорила Саманта, — отвечает Мэтт Биверу. — Плюс ко всему, нет возможности уточнить детали у… — Мэтт останавливается и косится на Дженсена.       Бивер понимает это молчание.       — Хорошо, я тебя понял, — Джим задумчиво потирает свою бороду с проседью. — Всё равно продолжайте работать, возможно, что-то найдёте. Мы не можем исключать эти варианты.       — Марк? — обращается он к Шеппарду и жестом предлагает тому начать.       — Ну, что ж, — принимает предложение Марк и встаёт со своего места. — Я успел поработать с тем, что уже есть.       Дженсен сидит и смотрит на Марка. Он помнит его не только по лекциям в Квантико по бихевиористике. Марк умён, проницателен, профессионал своего дела, обладающий уникальным аналитическим мышлением и чертовки сильной интуицией. Он, в своём чёрном костюме и чёрной рубашке без галстука, убрав руки в карманы брюк, держится спокойно. Хотя, работая с ним уже не первый год, Дженсен прекрасно знает, что Марк, копаясь в чужих мыслях и эмоциях, свои собственные всегда держит под контролем.       — Так вот, — продолжает Марк, прохаживаясь вдоль высоких окон в конференц-зале. — Ваш предполагаемый преступник — внешне адаптировавшийся социопат, то есть социально адекватен и адаптирован в обществе. Со стороны это вполне обычный и нормальный человек во всех отношениях, примерно от сорока до сорока пяти лет.       Он обаятелен и на своих собеседников всегда старается произвести благоприятное впечатление. Следит за своей внешностью и здоровьем. Он вполне может иметь семью и детей; а может быть и одиноким, но не потому, что, как дезорганизованный, никому не нужен, а по своей собственной воле и желанию. Но, при всём при этом, имеет нормальные отношения с противоположным полом и с людьми вообще. У него есть вполне стабильные моральные нормы и принципы.       Он чрезвычайно умён и организован. Ему не важен как таковой процесс убийства случайно выбранной им жертвы. Подчеркиваю, — Марк заостряет на этом всеобщее внимание. — Случайно выбранной жертвы. Он не получает от этого никакого удовольствия, как обычные маньяки и психопаты. Это его способ донести вам информацию. Вспомните его первое послание, — Марк щелкает пультом и на экране возникает самая первая записка. — Он предлагает игру. Но не простую, а на интеллектуальном уровне, тем самым показывая своё превосходство над вами. Все его действия ориентированы на преступный результат. Преследуемая им цель помогает ему оставаться хладнокровным, спокойным, сосредоточенным и рассудительным. Все свои действия он очень давно и очень тщательно спланировал. Он наблюдал за Дженсеном и Джаредом продолжительное время. Он знает их явные привычки и поведенческие аспекты. Он ведет себя как игрок в шахматы. Он смотрит не просто вперёд, он продумывает и прокручивает в своей голове всё на три или даже четыре хода вперёд. Вероятнее всего, он перфекционист, и для него важно оставлять место преступления в идеальном порядке, где все улики уже разложены по заранее продуманным местам. Если это так, то он и по жизни такой же: дома у него, скорее всего, идеальный порядок, и он следит за своим внешним видом. Он аккуратен и опрятен. У него короткое время остывания после убийства, но это, скорее всего, говорит о том, что он не торопится и не боится, он просто действует по заранее расписанной схеме действий и, я более чем уверен, он уже определил день и время, когда его план должен закончиться. Этот человек оставляет подсказки, понятные криминалисту, и знает, как правильно это делать.       Он перекладывает ответственность за убийства на вас. Если вы вовремя не поймёте что к чему, это будет ваша вина. А если не успеете спасти жертву, то вы в ответе за убийство так же, как и он сам. Но он не психопат и психические заболевания у него, скорее всего, отсутствуют. Да я более чем уверен, что он психически здоров и стабилен. Он соревнуется с вами на вашем же профессиональном поприще, пытаясь тем самым доказать вам, что есть люди умнее и хитрее вас. И где-то даже профессиональнее. Люди, которые могут заставить вас, агентов ФБР, бояться и сомневаться в себе. И для этого доказательства и борьбы он и выбрал целью двух агентов Бюро.       Марк закончил, и в конференц-зале воцарилась тишина.       — Марк, скажи, возможно такое, что он коп? — спросил после минутного молчания Дженсен.       — Я не исключаю такой возможности полностью, но это маловероятно. Копы и прочие служители закона слетают с катушек немного иначе.       — Спасибо, Марк, — Джим поблагодарил его.       — Ну, пока ещё ваш убийца на свободе, Джаред — неизвестно где, и у вас уже третий труп.       — Полагаю, — это Дженсен. — Ты останешься до конца?       — Правильно полагаешь, Дженсен. Не упущу возможности вывернуть наизнанку мозг этого персонажа.       Дверь резко открывается, и в помещение врывается Чад:       — Мы смогли установить два совпадения по найденной части отпечатка с места третьего преступления. Это двое: первый — Магнус Пауэлл, 39 лет, 1742 Питкин авеню, Брайндсвилль, и второй — Пол Грин, 41 год, 192 по Хобар стрит, Верхний Вудсайд. Но Грин попал в аварию две недели назад и сейчас находится в больнице Стейнуэй. Остается Магнус Пауэлл.       — Тай, Джеффри и Ричард, берёте группу захвата и за этим Пауэллом, — распоряжается Бивер.       — Есть, сэр, — слышится почти одновременный ответ всех троих. Они срываются с мест и почти бегом покидают конференц-зал. А Дженсен, не моргая, наблюдает за Бивером, замерев на своем месте.       «Неужели?..», — гадает он.       Джим поднимает свой взгляд и встречается со взглядом Дженсена.       — Хорошо, — сдаётся он. — Только будь осторожен.       Дженсен выбегает вслед за остальными так быстро, как только может.

***

      Вместе с фургоном специального боевого подразделения они выдвигаются по адресу на трёх машинах. И даже на подъезде к дому они не включают ни сирены, ни проблесковые маячки. Все тихо и быстро. Ребята из тактической группы окружают дом и заходят с внутреннего дворика, а Дженсен, Джеффри и Ричард направляются к входной двери. Джеффри и Ричард встают по бокам от неё наизготовку с оружием, а Дженсен стучится.       — Мистер Магнус Пауэлл? — чуть громче, чем положено, произносит он, когда обшарпанная и давно не крашеная дверь чуть приотворяется.       — Да, — хрипит прокуренным голосом неопрятный и нетрезвый хозяин дома.       — Агент Эклз, ФБ… — Дженсен не успевает договорить и убрать значок, как дверь захлопывается и по ней практически сразу стреляют.       Дженсен прижимается рядом с Джеффри и достаёт свой глок. Этот пистолет хорош тем, что он всегда готов к выстрелу. Нет надобности в предохранителях. Дженсен просто передергивает затвор, досылает патрон в патронник и всё.       Дженсен по доносящимся крикам понимает, что ребята на заднем дворе, услышав выстрел, уже штурмуют дом. Он протягивает руку и поворачивает круглую ручку, тоже проникая внутрь. Джеффри и Ричард следуют за ним. Он жестами показывает им направляться вглубь дома, продвигаясь по правую строну, а сам поднимается по лестнице на второй этаж.       — Кухня. Чисто.       — Вторая комната. Чисто.       — Первая комната. Чисто.       Дженсен слышит отчёт ребят из тактической бригады и понимает — первый этаж проверен. Он чистый, значит хозяин дома поднялся…       «Дженсен, на пол!» — неожиданно кричит непонятно откуда взявшийся голос Джареда.       Дженсен моментально пригибается, прикрывает рукой голову и делает шаг на ступеньку вниз, и уже над его головой мощным выстрелом разносит в щепки несколько балясин. Шрапнелью мелких деревянных щепок ему задевает внешнюю сторону предплечья. Снизу подлетают Джеффри и Ричард, а наверху неожиданно всё стихает.       А уже через несколько секунд слышатся короткие звуки борьбы, а чуть позже и очередное:       — Стрелок задержан. Второй этаж чист.       Пара ребят выводит из дома Магнуса Пауэлла в наручниках, ещё один несёт Ремингтон, из которого тот стрелял, и пакуют того в фургон.       — Давай руку, — Ричард подходит к Дженсену и держит в руках аптечку из фургона группы захвата.       — Да ладно, несколько царапин, — отмахивается Дженсен.       — Ну, пара тройка-то может и мелких, а вот эта, — Ричард указывает на достаточно сильный порез. — Вполне себе глубокая. Нужно бы пару скобок поставить.       — Да просто забинтуй, — отмахивается он. — А в Бюро, если что, заштопают.

***

      Пока Алона медицинским степлером всё же ставит Дженсену три скобки, Джим Бивер и Джеффри Морган допрашивают сегодняшнего стрелка. Но то, что видел Дженсен сегодня днём, абсолютно не вяжется с тем, что говорил утром Марк. Дом давно не ремонтировали и не красили. Хозяин явно пьян и неопрятен. Внутри дома натуральная свалка. Да и умом этот мелкий торговец наркотой не блещет.       И, конечно же, Бивер не пустил Дженсена к задержанному.       — Ну, вот и все, — закончив бинтовать, сообщает Алона. — Готово.       — Спасибо.       Дженсен берёт свой бронежилет, в котором он находился при задержании Пауэлла и направляется к допросной. Заходит во внутреннюю комнату и встает рядом с Джеффри. Они через большое одностороннее зеркало наблюдают за разговором Бивера и Пауэлла.       — Ну что? — интересуется он у Джеффри.       — Да нихрена, Дженсен. В день исчезновения Джареда, он утверждает, что был дома с друзьями, отмечали что-то. Алиби проверяют, но судя по всему так и было. Ни Джареда, ни тебя он не знает.       — А его отпечаток на браслете Джареда тогда откуда?       — Говорит, что вчера вечером на улице к нему пристал какой-то бомж, упрашивал купить вот этот самый браслет. Пауэлл говорит, что покрутил безделушку в руках и, выбросив его на асфальт, пошёл дальше. Бомжа этого он не помнит, а вот цацку запомнил.       —Какого ж хера он стрелять начал?       — У него в доме нашли героин, синтетическую наркоту, немного кокса и марихуаны. На личное пользование, как ты сам понимаешь, не тянет. Вот и занервничал.       — Да уж.       — Нам его подкинули специально, Дженсен, — Джеффри трёт шею и раздражённо выдыхает. — Этот ублюдок и правда не глуп, раз затеял с нами подобную игру. Но, — он поднимает вверх указательный палец. — На каждую хитрую жопу, найдётся свой хуй с винтом.       — Не сомневаюсь, Джефф.       Дженсен хлопает его по плечу, разворачивается и идёт к себе в кабинет.       — Джей? — произносит он, как только наконец-то остаётся один и плотно закрывает за собой дверь. — Джаред?       Дженсен, после того что случилось на лестнице в доме Пауэлла, точно знает, что Джей где-то рядом. Но тот молчит, и это напрягает Дженсена. Хотя прекрасно знает, почему Джей молчит. Он психует и нервничает. И добиться ответа от Джареда можно будет только тогда, когда он немного отойдет.       — Джаред, — он убирает жилет в шкаф около двери, идет к столу, но вдруг останавливается посреди комнаты. — Я знаю, ты здесь. Давай поговорим?       Откуда-то с другого угла кабинета раздаётся раздражённое сопение.       — Да, да… — тянет Дженсен. — Я в курсе, что я профессиональный переговорщик и, как ты сам всегда говорил, со мной хрен потягаешься, но…       — Дженсен? — Тай без стука дверь открывает дверь. — Видел результаты по утреннему трупу?       — Нет ещё.       — Пошли.       Они проходят в одну из лабораторий. Тай заходит первым, за ним — Дженсен. Он прикрывает дверь и подходит к столу, где разложены собранные улики.       — Вот смотри.       Дженсен перебирает фотографии с места преступления. На них тело жертвы, лежащее в коридоре дома.       — Жертва Уильям Ходжес, — читает Тай. — 32 года, белый американец, работал менеджером в магазине строительных материалов в Гринпойнте на Милтон стрит. Жил один, семьи нет. Судя по всему, наш маньяк напал на него со спины, когда жертва вечером входила в дом. Накинул на него петлю из вощёного шнура и задушил. Таким же, кстати, он воспользовался и в случае с таксистом.       — По вскрытию что-то есть?       — Ничего особенного. Все улики находились рядом с телом. Вот, — Тай двигает к Дженсену пакет с третьей запиской.       Дженсен шуршит зип-пакетом. От того, во что сложились очередные вырезанные буквы моментально перехватывает где-то в солнечном сплетении. «Тик-так, агент Эклз. Тик-так».       — Что ещё нашли? — бесцветным голосом спрашивает Дженсен.       — Кроме самой записки, рядом найден работающий метроном. Отпечатков на нём нет.       — Дальше, — Дженсен рассматривает деревянный прибор, отмечающий короткие промежутки времени равномерными ударами.       — Ещё он оставил пакет с красноватым рассыпчатым веществом. Чад говорит, что это размельчённый в мелкий порошок красный кирпич.       — Что? — переспрашивая, поднимает голову Дженсен. — Какой кирпич?       — Самый обыкновенный, — разводит руками Тай. — Из которого почти весь Нью-Йорк построен.       — А это что? — Дженсен рассматривает через пакет синий клочок плотной бумаги, на котором, после того как от него оторвали часть с какими-то данными, осталось только несколько букв.       — Осрик поработал с ним и выяснил, что это часть одноразового билета на прокат велосипеда с городской прокатной системы «Сити Байк». Он оторвал ту часть, на которой были выбиты дата, время и парковка, на которой брали велосипед.       — Сколько таких парковок по городу?       — Шестьсот, — отвечает Тай.       — Уф… — выдыхает Дженсен. — Все это как-то связано в голове у нашего психа. Но вот только как?       — Да, Феррис мне о том же толковала.       — Саманта? — поднимая голову, удивляется Дженсен. — Разве она не занимается бредовой версией номер один?       — Да, — нехотя отвечает Тай. — Но ты же понимаешь, что значит вести заведомо провальную линию расследования.       Дженсен в ответ только согласно кивает головой и продолжает рассматривать разложенные по столу улики.       — Вот и Саманта это тоже понимает. Поэтому и бесится. А Мэтт говорит, что он уже досконально изучил историю жизни Джея и, возможно, знает больше чем он сам.       — Да… Бредовая версия номер два.       — Слушай, Дженс, — сменив тон, продолжает Тай. — Ты бы поехал домой…       — Вот только не надо мне втирать про сон и про отдых, — фыркает раздражённо Дженсен.       — Тут всем как-то не очень спится в последние дни. Просто…       Тай чуть было не сказал «выспись как следует», но вовремя прикусил язык. Иначе бы ему Дженсен точно засветил в челюсть.       Дженсен смотрит на свою одежду: на штанине остались следы его крови, на футболку тоже попало, и она в пыли, а в коротких волосах ещё остались мелкие частички от щепок.       — У тебя есть хоть одна идея, чтобы сложить всё это дерьмо вместе? — неожиданно спрашивает он у Олссона, и голос его звучит тихо и печально, как у оглашающего список павших воинов диктора, на позабытой всеми войне, но Тай в ответ лишь отводит взгляд. — Ты знаешь, — устало выдыхает Дженсен и садится на край стола. — У меня ощущение, что я бегу закованным в кандалы. У нас три трупа, улики, которые нихрена не вяжутся между собой, и ни одной реальной зацепки. Я знаю, Джей жив, и он его где-то держит, но я ни о чём другом думать больше не могу. Я…       Дженсен замолкает, словно весь выдохся.       — Старик, — Тай подходит совсем близко и по-дружески сжимает плечо Дженсена. — Мы разгадаем этого ублюдка, вот увидишь.       — Ага, — Дженсен поднимается и берёт свою куртку. — А когда мы его поймаем, — он открывает дверь и Тай выходит первым, а Дженсен за ним. — Я лично этому уроду отобью почки и печень.       — В таком случае, тебе придётся встать в очередь, — серьёзно отвечает Тай.       Они подходят к лифту и Дженсен нажимает кнопку.       — В смысле?       — В том смысле, что Чад первый собирается это сделать.       Двери лифта открываются, и они заходят.