Грани реальности

      Дженсен просыпается, когда за окном всё ещё темно. Он трёт глаза, ерошит волосы и растирает ладонями лицо, прогоняя сон.       — Джаред?       Ответа нет и Дженсену от этого как-то не по себе. Он идёт и делает себе двойной эспрессо, и после трёх глотков он наконец-то просыпается. Всё то время пока он ждёт кофе, у Дженсена в голове крутятся мысли о вещдоках, оставленных вчера на столе. Ясно то, что ему не нужен выкуп. Он просто играет с ФБР, а конкретно с ним лично, о чём и заявил в самой первой записке. Ясно и то, что он держит где-то Джареда живым. Вот только присутствие души Джареда не вселяет в последнее предположение веры. Он вспоминает свою вчерашнюю мозговую эквилибристику, и с точки зрения практической пользы — это полный ноль.       — Да и к чёрту! — отгоняет Дженсен от себя подобные мысли и идёт в конференц-зал, где вчера на столе оставил все улики.       «Привет».       Раздается практически сразу, как только Дженсен входит и включает свет.       — Привет. Давно ты здесь?       «Давно. Пытаюсь понять, какого чёрта наш Джон Доу оставляет эти вещи на месте преступления. Он же явно нам что-то хочет сказать, но только они никак не связаны между собой».       — Джон Доу? Ты прозвал этого дьявола Джоном Доу?       «Он не дьявол», — спокойно отвечает Джаред, — «Он просто человек и поэтому мы его вычислим. А ещё мы не знаем его имени, поэтому — Джон Доу».       — Ну, — Дженсен отпивает кофе, — если мы этого не видим, это не означает, что вещи никак не связаны между собой.       «Смотри, мы можем исключить обрывок страницы и клочок газеты с объявлением. Это уже отработанные улики».       Дженсен отодвигает обрывок страницы и клочок газеты с объявлением.       «Мои вещи и записки тоже. Остается белый порошок — толчёные устричные ракушки, карманный телефонный справочник, часть синего одноразового чека с городской прокатной системы «Сити Байк», красный порошок — измельчённый кирпич — и метроном».       Дженсен слушает слова Джареда, но ничего нового в них нет, и он берёт со стола телефонный справочник. Зип-пакет шуршит в его руке, и он открывает замок, явно намереваясь достать улику.       «Стой!» — практически кричит Джаред. — «Ты как маленький, Дженс, ей богу».       — Что? — возмущается он в ответ.       «Перчатки. Надень перчатки».       Дженсен бросает пакет обратно на стол и направляется в первую попавшуюся лабораторию, где из коробки и достаёт латексную пару перчаток. Он возвращается и плюхается на стул, достав из пакета маленький печатный справочник. В первый осмотр каких-либо особых отметок в этой брошюрке не нашли, но Дженсен упорно пролистывает книжицу и потом бросает её на стол, разочарованно вздыхая. Он смотрит на корешок книги и замечает значок, похожий на галочку, красного цвета. Дженсен ещё раз берёт её и открывает на последней странице. Тираж… Количество экземпляров… типография…       В самом конце он находит строчку мелким печатным шрифтом. Изготовлено по заказу компании «Верайзон». Дженсен встаёт, подходит к столу, где обычно сидит Бивер, и включает рабочий ноутбук.       «Что, Дженс? Есть идея?»       — Сейчас узнаем, — отвечает он, пока грузится поисковая страница.       Дженсен забивает название компании и переходит на заглавную страницу официального сайта.       — Верайзон, — читает он, —телекоммуникационная компания. Образована в 2000 году путём слияния компаний… Бла-бла-бла. Оказывает услуги фиксированной и мобильной связи, спутникового доступа в интернет… Помимо этого компании принадлежит крупный бизнес по выпуску телефонных справочников, — Дженсен упирается пальцем в книжку, лежащую на столе. — В 1970-х годах компания построила 32-этажное административное здание — «Верайзон билдинг», расположившееся по адресу 375, Перл-стрит.       «Черт!» — выкрикивает Джаред. — «Перл-стрит, ну конечно! Дженс, толчёные устричные ракушки об этом и говорят. Перл-стрит — одна из старейших улиц Нью-Йорка, в районе Нижнего Манхэттена. Она соответствует старой восточной береговой линии Манхэттенского острова. Её поэтому так и назвали, потому что во время засыпки Ист-ривер находили очень много устричных раковин».       Дженсен тут же находит в поисковике карту, выделяет красным Перл-стрит, отмечает на ней строение с номером 375 и выводит всё на плазменный экран позади себя.       — Ну, что скажешь? — не отрываясь от ноутбука, спрашивает Дженсен. — Есть ещё мысли?       — Для начала ты объясни, что конкретно ты делаешь, а потом я тебе скажу, есть ли у меня хоть какие-то мысли.       Дженсен оборачивается на голос так резко, что в шейных позвонках неприятно хрустит. Мюррей стоит в дверном проеме со стаканчиком из Старбакса. Помятый и, очевидно, не выспавшийся.       — Чад?       — Да… Да… — машет он свободной рукой и проходит. — Я пришёл раньше на целых, — он достает из кармана мобильный и сверяется со временем на подсвеченном экране. — Сорок пять минут. Так чем ты занят? — Чад садится за стол.       — Давай, парень, — Дженсен толкает к нему ноутбук. — Поработай. Найди сайт городской системы проката велосипедов «Сити Байк» и выясни, если у них точка в районе 375 Перл-стрит.       — О’кей, — отзывается тот, большим глотком допивает кофе из стаканчика и хрустит сцепленными пальцами.       Чуть меньше чем через полтора часа от начала рабочего дня в конферец-зале собираются все, кто занимается расследованием дела Джареда.

***

      — Хорошо, — громко заявляет Бивер, входя в конференц-зал. — Дженсен, суммируй, что у нас есть.       — Все улики, оставленные на местах преступлений, ведут к одному месту. Вот, — Дженсен выводит на большой экран фотографию со спутника, снятую в необходимом районе. — Это Перл-стрит, — на экране тут же выделяется вся улица на карте неровной красной линией. — Об этом нам говорит пакет с толчёными устричными ракушками. Далее, вот здесь находится здание «Верайзон билдинг», — Дженсен лазерной указкой обозначает на экране место. — Это тот самый телефонный справочник. Далее, есть точка стоянки тех самых велосипедов из компании «Сити Байк», — он спускается по фотографии чуть ниже и обозначает вторую точку на карте. — Дальше, мы имеем порошок из измельчённого красного кирпича, и это самое сложное, потому что в этом районе есть три двадцатиэтажных здания из красного кирпича. Это муниципальные прожекты, построенные ещё в прошлом веке, и там двадцать этажей по десять квартир на каждом. В итоге у нас шестьсот квартир, и в какой-то одной из них он держит Джареда. А метроном…       — Не надо, — обрывает его Бивер, добавляя тяжёлый взгляд и взмах руки. — Я понял, что это означает.       Собственно, все присутствующие здесь понимали, что метроном означал, что отпущенное федералам время подходит к концу.       — Сэр, — видя хмурый взгляд Бивера, вставляет Ричард Спейт. — Ребята занимаются проверкой всех жильцов по базам данных, и на данный момент те, кто подходит к описанию Шеппарда… В общем, у нас есть двадцать три подозреваемых. Проверка по базам данных продолжается.       — Джим, послушай… — начинает Дженсен, но его прерывают.       В дверь осторожно стучат, и после разрешения Бивера, входит охранник с центрального входа в здание.       — Сэр, разрешите?       — Что там?       — Пять минут назад агенту Дженсену Эклзу просили передать вот этот пакет, — охранник держит в руках стандартный светло-коричневый пакет для пересылки. — Он не назвал своего имени, и согласно инструкции я не имел права принимать этот пакет. Но… Этот мужчина сказал, что это очень важно и время на исходе.       После этих слов Дженсен бросается к охраннику и вырывает у него из рук пакет. Из открытого крафт-конверта что-то очень маленькое падает на ладонь Дженсена. Он несколько секунд смотрит на предмет, а потом припирает охранника к стене и практически рычит:       — Как он выглядит?       — Высокий, лет сорок пять — пятьдесят, седые вьющиеся волосы до плеч. Одет в коричневую куртку и чёрные брюки.       Дженсен выхватывает из поясной кобуры свой глок и через секунду срывается к выходу с этажа.       — Джеффри, Тай — за ним, быстро! — орёт Бивер.       — Ты за ним по лестнице, я на лифте. Может, успеем, — на ходу кричит Джеффри, и Тай вылетает на лестницу вслед за Дженсеном.       Когда они практически одновременно появляются в холле на первом этаже, первое, что они слышат, так это разъярённый крик Дженсена:       — Где Джаред!! Отвечай, сука!!       Дженсен сидит верхом на заваленном на глянцевый пол человеке. Одной рукой он заламывает незнакомцу руку в болевом приеме, а второй упирает ему в затылок свой глок. Вокруг стоят притихшие работники Бюро и охрана — не зная, что предпринять.       — Дженс! Дженс!       Олсон и Морган подлетают, и Джеффри оттаскивает Дженсена, выхватив у него оружие, а Тай поднимает мужчину.       — Это он! — вырываясь, продолжает орать Дженсен. — Джаред у него!       Тай, услышав это, мгновенно реагирует и надевает на мужчину наручники.

***

      Дженсен битых двадцать минут пытается попасть в допросную, но Саманта его не пускает.       — Дженс, я прекрасно тебя понимаю, но у меня приказ Бивера не пускать тебя. Прости, — в который раз повторяет Феррис.       — Саманта, время уходит, а Бивер там с ним дискуссию разводит!       — Дженсен, я бы для начала проредила сукину сыну зубы и только потом бы начала разговаривать, — и да, Дженсен знает, что Феррис так бы и поступила. У неё неплохой удар правой. — Но ты сам знаешь правила, и не нам их нарушать, несмотря ни на что.       — Это же Джей, Саманта!       — Чёрт, Дженсен…       Но договорить она не успевает. Открывается дверь и выходит Джим Бивер.       — Сначала сдай оружие, — усталым голосом обращается он к Дженсену. — И можешь зайти.       Дженсен тут же достает свой глок и передаёт Саманте.       — Саманта, есть новости по проверяемым? — интересуется Бивер.       — В последний раз это было как раз перед тем как привели задержанного, и их набралось уже тридцать один человек.

***

      Когда любое живое существо, будь то человек или животное, которого загоняют в угол охотники или обстоятельства непреодолимой силы, начинает отчаянно сопротивляться и биться за свою жизнь, про таких обычно говорят — он очень храбрый. Но никто не задумывается, что именно в подобный момент загнанный чувствует дикий страх. Сейчас так и происходит, Дженсен бьётся как за жизнь Джареда, так и за свою. А ещё Дженсену как никогда страшно. Он боится опоздать. Не успеть найти Джея. Его дикая смесь из страха и злости накапливается у него внутри, как вода в чашке из-под капающего крана.       Когда Дженсен заходит в небольшую комнатку, он видит, как за столом абсолютно спокойно сидит подозреваемый. Запястья в наручниках смирно лежат на столе, на правой руке на среднем пальце широкий пластырь, а сам задержанный флегматично рассматривает стену перед собой. Тай, стиснув руки на груди, стоит около двери и сверлит сидящего взглядом.       — О… Агент Эклз, — подозреваемый улыбается Дженсену, словно тот его хороший друг.       — Где Джаред? — сдерживая себя, сквозь зубы спрашивает Дженсен.       — Согласитесь Дженсен, я сейчас здесь лишь только потому, что сам этого захотел, — словно не слыша вопроса, кажется, что подозреваемый разговаривает с абсолютно другим собеседником.       — Чёрта с два. Мы всё равно бы поймали тебя, — замечает Тай.       — Правда?! — удивляется он. — И чего же вы тянули? Ждали, когда погибнут четыре человека, чтобы расставить для меня очень хитрую ловушку?       Тай смотрит прямо на подозреваемого и наклоняет голову в своей привычной манере – немного направо и назад, словно человек, который страдает дальнозоркостью. Глаза его напоминают взгляд бойцовой собаки перед выходом на поле боя.       — Любое убийство, — замечает Дженсен и начинает попытку завести разговор с другой стороны. — Предполагает три вещи: мотив, средство и возможность. Какие они у вас?       — Ну, думаю с двумя последними все ясно, — отвечает подозреваемый. Средств и возможностей у меня предостаточно. Вас больше интересует первое. Не так ли, агент Эклз?       Дженсену хочется выбить тому мозги прямо здесь и сейчас, как пробку из бутылки.       — Где Джаред? Номер квартиры, где ты его держишь?! —Дженсен сжимает ладонь в кулак, словно у него от леденящей воды ломит пальцы.       — О-о-о, — почти обиженно откликается он. — Я прекрасно понимаю, что совершив преступление против служителя закона, я навлёк на себя адский гнев его коллег. Но с другой стороны, наш институт законодательства как чудовищно неповоротливый монстр. Хотелось расшевелить этого закостенелого мастодонта. А заодно доказать вам и себе, — усмехается он. — Что вы не так всемогущи. Но я по-прежнему восхищаюсь вами, поэтому не разочаровывайте меня, агент Эклз. Разгадайте всё до конца, потому что всё перед вами, — он раскрывает скованные руки ладонями вверх, и на среднем пальце мелькает широкий пластырь. — Вам нужно только немного подумать. Влезть в мою голову и начать думать как я.       — Я спрашиваю, где Джаред, мать твою! —Дженсен бьёт так быстро, даже не замахиваясь, но сильно, что Тай не успевает среагировать, а подозреваемый заваливается вместе со стулом на пол. Но, не смотря на это, тот смеётся и из разбитого носа у него течёт кровь, пачкая густую седую бороду и усы.       — Дженс, Дженс, остановись! — Тай нехотя, но оттаскивает Дженсена за плечи. — Ты же знаешь, этого нельзя делать.       — Да к чёрту все правила!       — Вот так, агент Эклз, — сквозь смех произносит он, и садится на полу, опираясь спиной о стену. — Станьте гневом, и вместо того чтобы самому найти недостающий кусочек моего паззла, выбейте из меня то, что вам так необходимо и может быть, вы ещё успеете найти тело вашего друга тёплым.       — Ах ты мразь! — Дженсен вновь срывается, но в комнату для допроса забегает ещё и Джеффри с Бивером, всё это время наблюдавшие из-за зеркала по другую сторону. И они уводят Дженсена из допросной.       — Тик-так, агент Эклз! — кричит им вслед подозреваемый, и продолжает смеяться таким открытым и противным до зубного скрежета смехом. — Ваше время почти вышло!       Дженсен выходит и чувствует, как взгляд подозреваемого плавит его затылок, как свеча — парафин. У Дженсена просто огромное и неконтролируемое желание столкнуть того в большую яму и живьём засыпать негашёной известью, а потом засыпать сверху метрами земли и от души станцевать на этом погребении. Дженсен точно уверен, что у подозреваемого болезненное самомнение и паскудные моральные принципы, если последние вообще существуют.       От злости Дженсену кажется, что ему мало места в своём теле, он задыхается в собственной коже. Эта отчаянная ярость требует действий, но это же как пытаться ухватить ветер.       Он мечется по кабинету и отчаянно хочет оказаться с ребятами и группой захвата, которые уже выехали к предполагаемому дому.       — Я к ребятам, — быстро бросает он вошедшему Джеффри. — Этот урод всё равно нам ничего не скажет.       — Держи, — за Джефри входит Саманта и протягивает Дженсену его оружие.       Дженсен застёгивает бронежилет, убирает пистолет в поясную кобуру и вылетает из кабинета.       — Джей, ты со мной? — спрашивает он, пока кабина ползёт вниз.       «Да, я рядом».