Колесо Сансары

      Марк прислал деньги, как и обещал. Не обидел. На эту сумму можно было зверя себе купить по последнему слову техники и ноутбук на сдачу. Видимо, деньги у Марка завелись и не маленькие. Благо, новый компьютер Джеку был не нужен и заработок можно было потратить на что-то более полезное. Вопрос был в другом — на что? Можно было оплатить ремонт машины. Лондон надеялся, что этих денег хватит и даже рассчитывал на остаток, который можно было бы отложить до лучших времен. Глупо было надеяться на сознательность Черепа. Горячие Головы вряд ли станут оплачивать ему ремонт ими же разгромленной машины. Даже старания Теодора уверенности не внушали. Ему быть должным тоже не хотелось. Именно за его счет одевались, пили и ели обитатели замка. Джек, привыкший платить за себя сам, не мог и не хотел мириться с ролью иждивенца. Внутренний счетчик тикал вне зависимости от настроения и желания, а надежды на то, что Лондон когда-нибудь станет Теодору полезен, таяли с каждым днем.       Вначале следовало забрать машину. С этим Джек мог справиться без помощи Драйзера. Баль звонил на прошлой неделе, уточнял, терпит ли ремонт его машины. В мастерской наметился сезонный аврал из желающих поменять резину. Джек оставил ремонт машины на усмотрение друга и больше не возвращался к этому вопросу, занявшись Маркизой. Баль с тех пор больше не выходил на связь.       К большому удивлению Джека, Критик оказался вне зоны доступа. Баль нередко оставлял телефон в шкафчике в рабочее время. Предприниматель решил отложить разговор до вечера. Критик обязательно перезвонит после смены. Проклиная несовершенную сотовую связь и свою недальновидность, Джек отправился искать Драйзера. Теодора он не видел с вечера. Вместо теплых объятий и поцелуя по пробуждении он обнаружил кружку горячего кофе и забавного вида яичницу с тостами на тумбочке у кровати. Джек уже почти смирился с утренними исчезновениями Хранителя, но днем требовал свою порцию внимания. Хранитель появляться ни в какую не хотел. Зато быстро нашлись Наполеон и Еся. Они сидели в зеленой гостиной и смотрели телевизор.       — Привет всем, — поздоровался Джек.       — Привет, Джек! — Саша радостно замахала ему рукой.       Джек увидел ее лицо и невольно отшатнулся. Заметив его ошарашенный взгляд, девушка поспешно отвернулась, стыдливо пряча лицо за волосами.       — Эм, ты в порядке? — Лондон подсел рядом с Напом на диван.       Саша выглядела неважно. Левый глаз заплыл, на щеке глубокая царапина, ссадина на подбородке, губа разбита.       — Не очень... — хмуро заметила Еся.       — Она с парнем поссорилась, — пояснил Нап, щелкая каналы.       — Это с тем, у которого рука тяжелая? — уточнил Лондон.       — Да, — Еся кивнула и добавила с обидой в голосе. — И мозги набекрень...       — Поживет у нас пока, — продолжил Бонапарт.       — Да, — Джек кивнул. — Мне Тед вчера сказал, что она приехала.       Внезапно лежащий на столике у дивана телефон завибрировал. Бонапарт глянул на него и вернулся к беседе.       — Ты работаешь еще или закончил?       — Закончил, — глухо ответил Джек.       Делиться недавним провалом сейчас ни с кем не хотелось. Нож в спине, подаренный Марком, еще долго будет мешать спать. А вот дома чувствовалось оживление. Не только его размеренную жизнь потревожили снаружи. Кто же мог названивать Бонапарту так настойчиво и долго? Нап обычно всегда брал трубку, а тут.... Телефон продолжал надрываться и ползал по столу.       — Только время зря потратил... — беззаботно отмахнулся Лондон, понимая, что от него ждут пояснений. — Ты не хочешь ответить?       — Не хочу, — Наполеон тяжело вздохнул и взял телефон. — Но надо, — и дальше продолжил уже в трубку. — Прачечная.       Джек с Сашей переглянулись. Нап даже слушать собеседника не стал.       — Катись к черту, — рявкнул в трубку и сбросил звонок.       Джек молча ожидал продолжения, но Нап свои действия никак не прокомментировал.       — Кто это был? — поинтересовался Лондон.       — Да... — Бонапарт махнул рукой и посмотрел на Сашу. — Я даже не знаю, как этих ублюдков назвать...       — Черные риэлторы? — предположила Еся.       — Риэлторы? — удивился Предприниматель. — Ты же уже продал замок. Чего им от тебя надо?       — Я знаю?! Еще бы они говорили. Звонят, угрожают. Тед их обычно гоняет, но его сейчас нет, потому они опять названивают мне.       — А Тед куда делся? — спохватился Джек. — Вчера же еще был.       Нап нервно засмеялся.       — У Теда траур начался. Он до дня икс ни с кем общаться не будет.       — Что за день икс? — не понял Предприниматель.       К секретам Драйзера пора бы уже привыкнуть…       — Есть у него такой, — Нап покосился на Есю. — Ошибки молодости и все такое. Философ, блин.       Джек решил, что спросит об этом позже, без свидетелей.       — Хреново... Я еще до Оноре дозвониться не могу, — пожаловался он.       — Почему?       — Да кто его знает. Созванивались недавно. Он говорил, что у них в мастерской аврал. Больше не связывались. А сегодня он весь день недоступен.       — Может он занят, аврал же. Перезвонит вечером, — успокоил его Бонапарт.       — Очень надеюсь.       Телефон Напа снова завибрировал. Джек наблюдал за ним и не сразу понял, что трезвонит так же и его собственный. Он глянул на экран. Звонил Гордон. Кто такой Гордон и откуда он в его телефонной книжке?! Джек решил зря не гадать и пошел в коридор, отвечая на вызов.       — Джек? — послышался знакомый мужской голос на том конце.       — Ээ.... Да, — Лондон до последнего не понимал, с кем говорит, но отчаянно старался не казаться идиотом.       — Это Гордон.       — А, мастер. Не узнал вас, извините, — раскланялся Предприниматель, чувствуя себя ужасно неловко.       Вроде на память не жаловался никогда. С чего вдруг главного механика не узнал. Бальзак всегда называл своего начальника Доком. Не удивительно, что настоящее имя быстро забылось.       — Не отвлекаю? — тут же обеспокоился мужчина.       — Нет, что вы.       — Хорошо. Машина твоя готова. Оноре просил тебе передать, но заказов у нас много. Только сейчас до телефона добрался.       — Это здорово. А где сам Оноре? — выпалил Джек, опасаясь, что мастер отключится.       — Так он же к родителям уехал с братом. Отпросился еще на прошлой неделе.       — А надолго уехал?       — Обещал до пятницы. Дел, говорит, много.       — Ясно. Я завтра машину заберу, хорошо? — предупредил Джек.       — Заходи после обеда.       — Спасибо. До завтра, — попрощался Джек.       — До завтра, — отозвался мастер.       Джек положил трубку и прислонился к стене. Родители... В очередной раз порадовался, что со своими предками ему ох как повезло. Родители Бальзака сваливались на голову уже взрослому сыну внезапно, не давая возможности передохнуть. Билл жил с ними постоянно, наверное, потому вел себя, как неадекватный мудак. Неудивительно тогда, почему Оноре выключил телефон. Слушать очередную лекцию о правильных друзьях в тылу врага хотелось меньше всего. Оставалось ждать, когда Баль вернётся домой или другим способом выйдет на связь.       Лондон вернулся в гостиную. Телефон Напа продолжал надрываться. Еся взялась изучать толстенный каталог с бабскими шмотками, а сам Бонапарт просто сделал телевизор погромче. Заметив Джека, он выключил звук и убрал телефон под подушку.       — Почему ты просто не выключишь его? — спросил Джек, усаживаясь на место.       — Нельзя. Тед требует, чтобы телефон был включен. Он им потом перезванивает, когда скучно становится.       — Вот как... Слушай, ты меня в город завтра не подбросишь?       — Зачем? — Бонапарт помолчал немного. — Случилось что-то?       — Машину мне починили, надо забрать.       — Баль же хотел ее сам пригнать, — напомнил Нап.       — Да, хотел. Он уехал к родителям. До пятницы можно не ждать.       — О как. И не предупредил, паршивец!       — Не успел, — Джек развел руками. — Бывает у него...       — Ладно, подброшу тебя завтра в мастерскую. Саше тоже в город надо. Без охраны боится ехать.       — Как удачно. Ты поаккуратнее там, а то дружок ее тебе тоже фингалов наоставляет. Теда нет, кто тебя спасать будет?       — Не учи отца детей делать, а! — обиделся Бонапарт.       — Ладно, ладно… — отмахнулся Лондон. — Больше ничего интересного не случилось?       — Не смеши меня. В этом болоте самое интересное происходит с тобой.       — Ну вот... — Лондон картинно расстроился. — Давай меняться?       — Нееет! Мне и так хорошо.       — Эх, — Лондон покосился на Есю. — А я-то думал… Ладно, пойду, поем чего-нибудь, да в конюшню схожу. Вдруг Тед забыл про них.       — Про них забудешь… — Нап проводил его взглядом. — Угости малыша яблоками!       Джек кивнул и вышел из гостиной.       * * *       В мастерскую Джек вошел около трех часов дня. В помещении кипела работа. Посетителей сегодня было неприлично много. Мастера кучками собирались у машин и что-то оживленно обсуждали. Лондон отыскал глазами Гордона и направился прямо к нему. Мастер тоже его заметил и жестом указал идти к стойке оформления заказов.       — Я думал, ты позже приедешь, — он оглядел зал и отмахнулся. — Это бы не сильно помогло.       Мастер порылся в стопке с бланками и нашел имя Джека.       — А что за праздник такой? — поинтересовался Лондон, разглядывая роскошный белый лэнд ровер с безобразно смятым передом.       — Криворукие в город понаехали. Машин накупили, а водить не научились. Всю неделю бьются, — пояснил Гордон.       Они прошли вдоль ремонтного зала и через подсобку вышли на стоянку с готовыми машинами. Свою машину Лондон увидел сразу. Его малышка блестела на солнце отполированными боками и новыми стеклами. Ни царапинки не осталось. Даже в день покупки она не выглядела так хорошо, как сейчас.       — Так, — Гордон изучил бланк. — Проверяй. Колеса, плюс запаска. Поменяли и проверили. Стекла заменили, барахлил правый подъемник. Отрегулировали. Выправили пару вмятин. Покраска, полировка. Получи и распишись.       Джек взял бланк и изучил список. Длинный перечень предоставленных услуг заканчивался приличной суммой в самом низу листа. Поверх суммы красовалась печать «Оплачено» и подпись мастера.       — Могу узнать, кто оплатил ремонт? — уточнил Предприниматель.       — Вот он, — Гордон указал на вошедшего в этот момент на стоянку Черепа.       Байкер при полном параде выглядел еще внушительнее, чем в прошлый раз. Он оглядел стоянку, встретился с Джеком взглядом и направился прямо к нему. Лондон замер. Чего еще ему нужно? Байкер остановился рядом.       — Все в порядке? — он указал на бланк в руках Джека.       — Вроде да.       Джек поспешно поставил подпись на бланке и забрал ключи.       — Я побегу, — мастер забрал бланк. — Работы вагон. Оноре привет.       Он убежал, оставив Джека с байкером наедине. Если бы Лондон не видел, сколько у них заказов, то решил бы, что мастер просто сбежал. Череп же наоборот уходить не торопился.       — Я думал, Драйзер заедет, — сообщил он.       — Я за него.       — Когда увидишься с ним в следующий раз?       — Не знаю. Через неделю наверное. А что?       — Передай, чтобы в город заехал. Дело есть по его части.       — Что за дело? — Джек напрягся.       — Тебе какая разница? Ты в этом все равно ничего не понимаешь.       — Откуда знаешь, вдруг понимаю, — обиделся Лондон. Разговаривает, как с дитем малым. — Пока не объяснишь, в чем дело, ничего передавать не буду.       Не хватало, чтобы они Драйзера заманили куда-нибудь. Он ведь не откажет. А после недавней встречи с байкерами его в город совсем отпускать не хотелось. Пусть уж у себя сидит.       — Как же я тебе объясню...       Череп задумался, оглядывая стоящие на парковке машины. Видно было, что он пытается сформулировать свою проблему, но что-то мешало. Что-то, о чем взрослый, серьезный мужчина не решится говорить малознакомому человеку.       — Что-то паранормальное? — прямо спросил Предприниматель.       — Да, — охотно ответил тот.       — Выкладывай, как есть. Буду знать, как Драйзеру объяснить.       Череп вздохнул.       — На площадке нашей в последнее время странные вещи творятся. Находиться там жутко даже упертым скептикам.       — Ваша площадка на пустыре рядом со свалкой. Там вообще место невеселое.       Череп покачал головой.       — Не было такого за все пять лет.       — Покажи? — внезапно предложил Лондон.       Это большая глупость и он это прекрасно понимал, но остановиться уже не мог.       — Тебе? Ты-то чем можешь помочь? — байкер тоже не воспринял его идею серьезно.       — Не знаю, — Джек все еще пытался придумать адекватные аргументы. — Мне так кажется.       Череп на удивление быстро сдался. Либо он действительно был готов принять любую помощь. Либо это была хитроумная манипуляция, чтобы заманить самого Джека.       — Ладно. Поехали, — согласился байкер.       Джек повернулся к своей машине, но Череп его остановил.       — Налегке поедем. Оставь машину здесь.       — Ты меня привезешь обратно?       — Привезу. Пошли, до темноты надо успеть.       Отказываться было глупо. Потрясаемый приступами паранойи, Джек поплелся за байкером прочь со стоянки. Как и ожидалось, Череп приехал на своем любимом Харлее. Джеку и места сзади достаточно нашлось и шлем торжественно вручили. Ехать пассажиром было непривычно, особенно если вспоминать, кого обычно главарь Горячих голов катал на своем байке.       Байкеры раньше собирались в городе на центральной площади. После многочисленных жалоб от местных жителей на шум, их начала гонять полиция. Тогда Череп выбил для своей команды территорию старого завода на окраине города. От завода осталось одно название и пара корпусов. Территория его была обнесена высоким забором и имела два выхода: первый вел на дорогу в город, а второй на берег небольшой реки. Не так давно река пересохла, даже ручейка не осталось. За рекой располагался пустырь протяженностью километра полтора. За ним устроили свалку мусора. Байкеры собирались ближе к ночи, жгли костры, пили, пели песни, вели аморальный, но в целом мирный образ жизни. Их боялись в городе, но с этого места о громких происшествиях никто с момента закрытия завода не слышал. Дрались, да. Свои же потом пострадальцев в больницу отвозили. Ни краж, ни изнасилований, ни убийств здесь замечено не было. Периодически сюда приезжала полиция, проверить обстановку. Никто не возражал.       Сегодня народу на площадке было немного. Человек десять собрались кучкой рядом с ближайшими воротами на территории. По другую сторону от ворот в ряд стояли припаркованные мотоциклы и полицейская машина. Увидев Черепа, байкеры помахали ему руками. Он проехал к стоянке, дождался, пока Джек слезет и заглушил двигатель. Предприниматель огляделся и пошел к полицейской машине следом за Черепом. Из машины им на встречу вышел Фред — молодой офицер, с которым Джек в своё время успел познакомиться. Вид знакомого лица немного приободрил Предпринимателя. В логове байкеров ему было совсем неуютно.       — Какими судьбами тут? — поинтересовался Череп после короткого приветствия.       — Шеф беснуется, — пожаловался Фред. — Напросился в патруль. У вас тут потише, а ездить сюда не все хотят.       — Отлично. Ты очень во время приехал. Лишние руки нам не помешают. Наши не жаловались больше?       — Жаловались, конечно, — Фред глянул на группу байкеров с той стороны. — Мертвечиной тащит с пустыря. Что я вам на это могу ответить? Со свалки и не такие запахи приносит.       Джек принюхался. Действительно в воздухе ощущался сладковатый запах гниющей плоти.       — Мы хотим обойти территорию, — предложил Череп. — Не нравится мне здесь.       — Я с вами, — вызвался Фред. — Все равно до ночи здесь торчать.       Они прошли через территорию завода, заглянули в цех. Не найдя ничего примечательного внутри, они вышли через дальние ворота к реке. Чем ближе они подходили к дальнему краю территории, тем сильнее ощущался запах.       — Что может так вонять? — Череп оглядел пустырь.       До свалки расстояние было приличным и ветер совсем не с той стороны дул. Слева от ворот под заводской стеной начиналась насыпь. Метрах в двадцати из насыпи торчала труба примерно метр в диаметре. Она была ржавая и грязная. За много лет она заросла травой и кустарником.       — Что там? — Джек указал на трубу.       — Толчок там, — отозвался Череп, но на трубу смотрел долго.       — Мне кажется, пахнет оттуда, — поделился опасениями Предприниматель.       — Ну ты скажешь... — усмехнулся Фред.       Повисла неловкая пауза все понимали, что кому-то надо будет пойти туда и посмотреть. Череп с Фредом переглянулись, после чего офицер тяжело вздохнул и снял с пояса фонарик.       — Пошли посмотрим.       Они прошли к трубе. Вокруг валялись ржавые банки, бутылки, обрывки бумаги, тряпки и прочий мусор. Фред присел напротив трубы на корточки и посветил внутрь фонариком. Череп и Джек подсели рядом, чтобы видеть что там внутри. Свет фонаря выхватил из темноты мусор на входе, а дальше...       — Черт, — Фред опустил фонарик и прикрыл глаза рукой.       — Не показалось? — уточнил Джек.       Он действительно видел то, что видел? Череп взял фонарик и снова заглянул в трубу. Не показалось. В глубине трубы свернувшись комочком лежала девочка лет семи и смотрела в сторону выхода остекленевшими глазами. Фред справился с собой и связался с центром по рации. Джек отошел в сторону и встал по другую руку от Черепа.       — Как она сюда попала?       — Кто сейчас разберет.       Новость о трупе девочки байкера совсем не порадовала. Настроение и так было не радужное, а тут это. Джеку самому было несладко. Совсем не это он ожидал увидеть.       — Придётся остаться. Нам выслали отряд, — сообщил Фред. — По ходу это Клара Томпсон. Её уже неделю ищут.       — Я слышал, — подтвердил Череп. — Думаешь, её привёз сюда кто-то?       — Из города сюда пешком не придешь, — полицейский осмотрел следы вокруг трубы и двинулся к речке.       — Если по руслу реки, то не так далеко получается, — заметил байкер. — Томпсоны же живут ниже по течению? Километра два с половиной, три...       — Стоит обойти тут все с собаками. Зачем только она пошла бы так далеко от дома?       — Её кто-то напугал, — заметил Джек. — Я бы не стал прятаться здесь просто от дождя или холода.       Фред вернулся и ещё раз заглянул в трубу.       — Не вижу следов борьбы. Если бы за ней кто-то гнался, он бы без труда сюда залез. Давайте отойдем. Не стоит лишний раз землю топтать.       Джек отошел от трубы, стараясь идти по своим следам. Земля вокруг трубы была сухая. К трубе за последние дни ходило много народу. Площадка вокруг трубы была вся истоптана. Следователям это вряд ли бы помогло. Вдалеке послышались звуки сирены. Пара полицейских машин и черный фургон проехали через территорию и остановились на самом берегу. Из машин начали выходить люди. Оцепили участок возле трубы, все фотографировали, из фургона достали носилки. К месту происшествия потянулись немногочисленные зеваки. Байкеры накинулись с вопросами на главаря. Услышав ответ, дружно смолкли и отошли в сторону. Ясно было, что все они попадают под подозрение. Лишний раз светиться перед копами никто не хотел. Как Череп собрался выкручиваться в этот раз, оставалось загадкой. Полиция запросто могла запретить байкерам собираться и здесь. Джек отвлекся на Фреда, к которому подбежал невысокий, полноватый мужчина. Они переговорили, Фред сдержанно отвечал на его вопросы, потом указал на Джека. Мужчина что-то ему ответил и направился к Лондону.       — Ты тело нашел? — строго спросил он.       — Я предложил поискать в трубе, — пояснил Предприниматель.       — Поедешь с нами до выяснения обстоятельств.       — С чего вдруг?!       — Ты под подозрением.       Джек даже не нашелся, что на это ответить. Его опередил Череп.       — Мы вместе труп нашли. Почему он один под подозрение попал? — спросил строго.       — Она тут дня три лежит. Почему-то кроме него никто не догадался в трубу заглянуть, — не растерялся мужчина.       — Логика у тебя, Бэн, железная... — байкер говорил спокойно, даже снисходительно будто перед ним не разгневанный начальник полиции, а нашкодивший щенок. — Кому захочется в говне копаться. Мы искали откуда тянет мертвечиной. На территории завода ничего не нашли и пришли сюда. Сам бы ты с чего начал?       — Перечить будешь? — уже менее уверенно возмутился начальник полиции.       — Буду, — согласился Череп. — Поедем в участок, заполним бумаги, дождемся результатов вскрытия.       Джеку стало нехорошо от такой перспективы. Экспертиза проводилась в течение двух недель. Торчать все это время в участке совсем не хотелось. Мимо них пронесли носилки с черным пакетом, в который завернули тело девочки. Странно, но Джек не чувствовал жалости, негодования по поводу смерти ребенка. Только пустоту и холод. Нет ничего в этом пакете. Его внимание привлек Череп, тронув за плечо.       — Поехали.       — В участок? — Лондон проводил удаляющегося от них Бэна.       — Да. На пару часов. Не больше.       Джек вздохнул. Этого ему не хватало. А ведь сам вызвался, чего теперь жалеть.       — Я ее впервые вижу. Мне хоть кто-нибудь поверит?       — Я тебе верю. И Фред. Вообще не заморачивайся. Бэн вот-вот место свое потеряет, потому и беснуется. Доказательств против тебя нет. Если только ты ее не облапал.       Джек согласно кивнул. В конце концов чего ему бояться, он же не преступник. До участка их повез Фред. Череп поехал с ними в машине, оставив мотоцикл на стоянке. Джек обдумывал, что ему делать дальше. Стоило хорошенько подумать, что сказать полиции и не наболтать лишнего. А если Бэн сыграет не честно? Чтобы прикрыть свою задницу, повесит на него убийство девочки и в тюрьму упечет без суда и следствия. Лондон улыбнулся, представив, как Драйзер будет навещать его в тюрьме. Весь красивый, в белом, под улюлюканье и пошлые шуточки заключенных... А потом изнасилование сокамерником, убийство охранника, побег, ограбление банка, новое имя, пластическая операция, гражданство другой страны... Фантазия рисовала образы один за другим. Не вписывался в эту насыщенную картину только Череп. Его никто не просил вмешиваться. Джек скорее ожидал, что байкер спихнет его полицейским и сбежит. До последнего момента все это походило на западню. Сейчас мотивы Черепа были совсем не ясны. Он тратит свое время на защиту абсолютно постороннего человека. Он своего брата так не защищал тогда в кафе, какой резон ему упираться сейчас. Спросить язык не поворачивался, а наедине их больше не оставляли.       В участке началась настоящая нервотрепка. Его завели в маленькую комнату, задавали много нудных вопросов, сняли отпечатки пальцев. Полицейский, которые его опрашивал долго что-то писал в своих бумажках, потом встал и ушел. Через минут пятнадцать пришел другой, принес свои бумажки и все началось по новой. Часа через три его забрал Фред, усадил у себя в кабинете и попросил дождаться Черепа, который с самого приезда в поле зрения не попадал. Лондон видел только, как байкер заходит в кабинет к начальнику. Джека клонило в сон. Он пытался дремать, но каждый раз перед глазами всплывала та труба у завода и больше ничего. Из полудремы его вырвал несильный толчок в бок — Череп рухнул на стул рядом.       — Какие новости? — спросил Предприниматель, садясь ровно.       Байкер сидел прямо, закрыв глаза.       — Сейчас позвоню и поедем домой, — глухо отозвался он.       — Нас отпустили? — обрадовался Джек.       — Да.       — Какая замечательная новость, — излучать восторг Лондон сейчас был не способен. — Спасибо, — сказал тихо, сам не понимая до конца за что.       — Не за что.       Череп взял телефон и набрал номер.       — Привет. Ты на колесах? Заберешь меня? — тяжело вздохнул. — Да, опять. Да. Жду, — он сбросил звонок. — Я не в состоянии сейчас вести, — пояснил, обращаясь к Джеку.       — Хм.       Джек представил, как далеко ему еще до дома добраться. Еще чего доброго, уснет за рулем.       — Наверное, я посплю в машине, — озвучил он свои мысли.       Бывало, ночевали уже. Главное, чтобы до машины довезли.       — Зачем? — Череп его все-таки расслышал.       — Я не доеду до дома. Далеко.       — Поехали с нами, у меня переночуешь, а утром я тебя довезу до мастерской.       — Когда я потрачу уже три своих желания, джинн недоделанный? — беззлобно проворчал Лондон.       — Когда ты передашь Драйзеру мою просьбу.       — В заложники меня решил взять? — Предприниматель немного ожил.       — Я не самоубийца. Едешь?       Это было лучше, чем ничего. Джеку пришлось согласиться. За Черепом приехал его друг на джипе. Джек забрался на заднее сидение, Череп сел спереди.       — Что на этот раз? — поинтересовался водитель.       Джек не успел его разглядеть. Да и желания не было. Хватит с него на сегодня новых лиц.       — Труп ребенка около нас нашли.       — Ох... Долго мурыжили? — парень воздержался от громких возмущений.       — Долго, кровопийцы чертовы.       Джек слушал их вполуха. Машина петляла по улицам, пока не остановилась рядом с трехэтажным частным домом с плетеной, чугунной оградой. Череп полез наружу.       — Джек, ты спишь там? — позвал, постучав по заднему стеклу.       Лондон выбрался из автомобиля и огляделся. Дом казался новым. Хозяин не экономил на материалах, чтобы сделать свое жилище уютным и красивым. Предпринимателю всегда казалось, что Череп живет где-то в городе, в грязной, прокуренной квартире, заваленной бутылками и запчастями от мотоциклов. Он никак не ожидал увидеть этот дворец. Перед домом стоял мини купер красного цвета. Это навевало Джеку мысль о том, что они приехали к кому-то. У Черепа имелись ключи от дома.       Он быстро открыл дверь и впустил Джека в дом. Логово байкера внутри выглядело не хуже, чем снаружи. Даже разуться захотелось, глядя на вылизанный до блеска кафельный пол и чистые стены, обитые светлым деревом. Со второго этажа доносились приглушенные стоны и скрип кровати. Череп глянул на потолок.       — Задолбал... — проворчал сквозь зубы и пошел к лестнице. — Идем. Покажу, где спать будешь.       Джек пошел за ним. На втором этаже Череп подошел к первой справа двери и забарабанил по ней кулаком.       — Тихо там! Не один дома!       За дверью взвизгнула девушка и послышались глухие ругательства, затем шаги. Дверь открылась и в проем высунулся растрепанный Беркут.       — Какого черта?! Дай потрахаться спокойно! — наехал он на брата.       — Байк забери со стоянки, — Череп сунул ему ключи от мотоцикла. — Я спать.       Беркут буркнул что-то неразборчивое и скрылся за дверью.       — Пошли.       Череп прошел дальше по коридору и остановился у очередной двери.       — Это комната сестры. Она в столице сейчас. Думаю, не сильно обидится, если ты тут переночуешь.       Он показал на замок на двери.       — Можешь запереться, если страшно, но Беркут скоро уедет и мешать не будет.       — Хорошо.       Джек так устал, что готов был соглашаться со всем, лишь бы ему дали поспать. Череп закончил инструктаж и ушел к себе. Лондон запер дверь и прошел к кровати. Сил даже раздеться не хватило. Он разулся и в чем был рухнул на кровать. Джек даже не помнил, как уснул. Комната в один момент сменилась тем злосчастным пустырем.              Труба оказалась всего в паре шагов от него. Джек подошел к ней и заглянул внутрь. Оно сидело в глубине, обхватив ручками грязные коленки и не отрываясь следило за входом. Назвать это существо девочкой язык не поворачивался. Кожа посерела, стала гладкой и блестящей. Пальцы вытянулись на фалангу, оканчиваясь маленькими острыми коготками. Губы побледнели, превратившись в узкую щель. Глаза потеряли цвет, став абсолютно белыми с точечками зрачков. Странно, но это создание совсем не пугало Джека. Что-то подсказывало ему, что оно не опасно. Более того он был уверен — оно напугано.       — Испугалась, маленькая? — позвал он как можно спокойнее.       Ноль внимания. Клара даже не шевельнулась. От существа тянуло холодом. Точнее не так. Она забирала тепло у всего вокруг. Труба изнутри покрылась инеем. Девочка пыталась согреться даже после смерти. Лондон порылся в кармане и достал зажигалку. После третьего щелчка над ней зажегся огненный шарик размером с мячик для пинг-понга. Лондон протянул руку с зажигалкой ближе к девочке и увидел, как она меняется под воздействием тепла, становится похожей на саму себя при жизни. Увидев огонь, она потянулась в нему, прикрывая пламя ладошками. Даже улыбнулась. Шарик в руках Джека превратился в красивую, огненную птичку, что привело девочку в неописуемый восторг.       — Идем, — Предприниматель взял ее за руку и потянул наружу.       Клара почти выбралась из трубы, но в последний момент начала вырываться и пытаться залезть обратно. Джек ее еле удержал и огляделся. Кто же ее так напугал? Наверное надо было сделать это раньше. Справа от трубы чуть дальше вдоль стены зависла серебристая воронка похожая на ту, которая утянула Джека в ноутбук. А за спиной у Предпринимателя в русле реки ворочалось что-то черное. Оно заполняло собой все русло, тянуло на берег черные, склизкие щупальца и будто пыталось выбраться, бросаясь на склон. Девочку это нечто пугало до судорог, а Джек все сильнее сжимал ее руку и пытался сообразить, что это такое. Наконец, он сбросил оцепенение и решил вначале разобраться с ребенком. С трудом вытащив Клару из трубы, он повел ее к воронке, закрывая собой. Девочка увидела воронку и заторопилась туда, поглядывая из-за защитника, где там страшное нечто. Джек тоже поглядывал в ту сторону. Мало ли... Добравшись до воронки девочка увидела кого-то внутри и поспешила туда. — Мама! Мамочка! Джек выпустил ее руку, понимая, что дальше ему идти не надо.       Клара побежала быстрее и раскинув руки нырнула в воронку.       Яркая вспышка озарила пустырь и воронка пропала. На пустыре остались только Джек с огненной птичкой. Он медленно отпустил зажигалку и птичка погасла. Джек моргнул раз другой и проснулся.              Проснувшись окончательно он понял, что у него затекли абсолютно все мышцы. За окном уже рассвело и пели птицы. Предприниматель попытался пошевелиться. Получилось с трудом. Минут двадцать он разминал конечности: вначале пальцы, потом кисти и ступни, локти, колени. Поднявшись на четвереньки, Лондон еще минут пять заставлял себя вдохнуть полной грудью. Наконец, он обрел полный контроль над телом и принялся обуваться. Дикая жажда погнала его из комнаты вниз, где вчера он видел кухню. Там он наткнулся на Черепа. Здоровенный детина в одних штанах развалился на дальнем к выходу стуле и пил молоко прямо из пакета. Джек замер на пороге, прочувствуя момент. Весь торс и спина Черепа были покрыты яркими татуировками. Дело было не в столько в этом. В каждый рисунок был вплетен символ, которые Джек видел лишь в одном месте — в ритуальном зале Ордена Утренней Звезды.       — Пить хочешь? — прервал его размышления Череп и протянул новый пакет с молоком.       Джек принял угощение и принялся жадно пить. Ополовинив пакет, он, наконец, оторвался от него, переводя дух.       — Первый раз? — Череп поставил свой пустой пакет из-под молока на пол у стены к батарее пустых пивных бутылок.       — А? — Джек решил, что ему послышалось.       — Первый раз работал, говорю? — повторил байкер.       — В смысле?       Джек, конечно, себя чувствовал так, словно вагоны всю ночь разгружал, но что Череп называет работой?       — Ты девочку ночью из трубы вывел за грань. Хочешь сказать, ты этого не помнишь?       — А ты откуда знаешь? — Лондон решил, что скрываться уже не имеет смысла.       — Я пришел туда чуть позже. Ты меня опередил.       Джек медленно сел на стул. А вот и подвох. Каждый следующий ответ байкера тянул за собой новые вопросы.       — Кто ты такой? — наконец спросил Предприниматель.       — Я член Ордена Утренней Звезды, — спокойно ответил Череп.       У Джека внутри все похолодело. Еще один... И тоже охотится за Драйзером. Видимо, он переменился в лице, байкер отметил его беспокойство.       — Вижу, ты в курсе, кто мы такие?       Джек медленно кивнул.       — Мне рассказали.       — Что же тебя тогда удивляет?       — Вы... Тед разогнал Орден много лет назад...       — Мы можем перестать собираться вместе, но перестать быть Хранителями Абсолюта нам никто не разрешал.       — Как это?       — Каждый, кто проходил инициацию Абсолютом с силой получал и обязанности. Абсолют в любое время дня и ночи может погнать каждого из нас делать то, что ему надо. Неважно, сколько лет или жизней назад ты ее проходил. Он тебя достанет и призовет к ответу.       — Жизней?       — Я первый из десяти инициированных. Молодые, глупые были. Обидно, во что превратился наш Орден за много лет, но это в прошлом.       — А Драйзер тебе зачем?       — Ты видел что творится с руслом реки?       — Видел.       — Хочу, чтобы он подсказал, как исправить ситуацию. Я тут не первый год живу и сталкиваюсь с этим впервые. Мне не хватает ни сил, ни фантазии, чтобы справиться самостоятельно.       — И все? Только за этим?       Байкер устало вздохнул, качая головой.       — Нет, конечно. Где ты теперь бескорыстных помощников найдешь.       — Говори прямо, — рассердился Лондон.       — Задолбался я, — охотно ответил Череп. — Выслужиться хочу и свалить отсюда.       — Выслужиться? Перед Тедом?       — Не понимаешь, да? — Байкер глянул на него с такой грустью. — Куда тебе. Ты птица вольная. Сил моих больше нет. Когда я вступал в Орден, я хотел помогать людям, нести хоть что-то светлое в тот мрак, который нас тогда окружал. Удивительно, правда? Но всему есть предел. Когда я умер, Абсолют меня по голове погладил, сказал, что я молодец и вышвырнул обратно. Неси дальше. И снова, и снова, и снова... Я встречал других, вместе или отдельно мы пересекались с новыми членами Ордена, вытягивали из задницы старых. Чем дальше, тем нас становилось больше. Старших уже не хватало, чтобы присматривать за всеми. Я надеялся, что с разгоном Ордена наши мытарства кончатся, но все остается по прежнему. Только теперь еще и цели не ясны. Болтаемся тут, как идиоты, собираем шушору по углам.       — А Драйзер вам чем помочь может?       — Он может прекратить это безобразие. Ни Германа, ни Эльзу я не видел. Их освободили от обязательств. Теодор может освободить любого из нас. Это было бы здорово.       — Как же он это сделает? — уточнил Лондон.       — Я не знаю, как это делается. Таких, как Теодор, раньше не было. А те, кого он освободил, не торопятся сюда возвращаться, чтобы поделиться впечатлениями. Я бы даже рад был, если бы он просто поговорил со мной об этом. Я привык сидеть на цепи, но мне неясно, что я сторожу и сторожу ли вообще.       — А Беркут? — Джек кивнул на дверь. — Он тоже...?       — Джон? Нет, Джон человек. До мозга костей. В моей команде вообще таких как мы нет.       — Почему?       — Устал я раз за разом видеть одни и те же лица.       Джек кивнул. Черепу можно было посочувствовать, если, конечно, он говорил правду. С другой стороны Маршал и Филипп здесь и Драйзера помнят, почему бы другим тоже здесь не появиться.       — Завтракать будешь? — прервал его мысли байкер.       — Нет, кусок в горло не лезет. Я еще не проснулся до конца.       — Можешь еще поспать. Я не тороплюсь.       Джек замотал головой.       — Отвези меня в мастерскую, ты обещал.       — Доберешься сам? Неважно выглядишь.       — Я и чувствую себя неважно, но спать не на месте больше не хочу.       — Ладно. Поехали.       Череп довольно быстро собрался. Они вышли на улицу. Вчерашний мини купер исчез вместе с хозяйкой. Справа от входа стоял мотоцикл Черепа. Неужели Беркут действительно поехал за ним посреди ночи? Все откровения остались на кухне. Череп вел себя как обычно и к теме больше не возвращался. В дороге беседа не клеилась. Разговаривать через плечо и в шлеме было катастрофически неудобно. Джека больше волновало не свалиться с пассажирского сидения. Он до онемения вцепился руками в ручку и радовался тому, что Череп едет аккуратно и быстро. Машина Лондона осталась на месте. Байкер не стал заезжать на стоянку, высадил Предпринимателя у входа.       — Я поговорю с Тедом, но не обещаю, что он с тобой свяжется. Сам понимаешь, не самые радужные у него впечатления от вас остались.       — Будем надеяться на лучшее. Звони, если что.       Байкер протянул Джеку листок с телефоном. Лондон попрощался с ним и пошел к своей машине. Стоило бы забить номер в память телефона. Джек достал трубку, устраиваясь на сидении и обнаружил, что телефон сел. Вчера некогда было его проверять. Благо запасная зарядка всегда жила в машине. Подключив телефон, Предприниматель выехал со стоянки. Он еще из города выехать не успел, когда телефон начал трезвонить принимая запоздалые сообщения. Минут десять Лондон ехал под аккомпанемент телефонных трелей. При таком гомоне спать расхотелось совсем. И почему все самое интересное происходит без него? Джек неделями сидел без дела, телефон не пикнул ни разу. А тут так много желающих пообщаться. С другой стороны они обещали вчера созвониться с Напом, когда те поедут домой. Сколько же он без телефона промотался? Телефон после непродолжительной паузы снова зазвонил извещая хозяина о входящем звонке. Звонил Бонапарт.       — У тебя совесть есть вообще?! — накинулся он на Джека.       — Она спит и я тоже, — хмуро ответил Предприниматель. — Говори быстрее, я за рулем.       — Ты домой едешь?       — Да. Приеду, все расскажу.       — Хорошо.       — У вас все нормально?       — Относительно.       — Ладно, приеду минут через двадцать.       Джек положил трубку. Главное сейчас добраться до дома. Он осторожничал. Доехать хотелось побыстрее, но он нисколько не отдохнул за ночь и не решался давить на газ. До дома он доехал без приключений в обозначенные двадцать минут. Ворота гостеприимно раскрылись, пропуская его на территорию. Ему даже гараж открывать не пришлось. Автоматика сработала и там. Джек поставил машину и пошел разыскивать домочадцев. Нап отыскался на кухне в компании Саши и, к большому удивлению Джека, Оноре. Они только сели обедать. Бонапарт стоял у плиты с поварешкой в руке и наливал суп в тарелку. Увидев кастрюлю и ощутив запах еды, Джек вспомнил, что со вчерашнего утра ничего не ел. А утром только молоко пил. Желудок жалобно заурчал.       — На меня тоже накрывай, — попросил Лондон. — Умираю, есть хочу.       — Я слышу, — кивнул Бонапарт.       — Привет, — как-то виновато поздоровался Критик. — Ты куда пропал?       — С Черепом тусовался, — прямо ответил Лондон.       — С Черепом? Как тебя угораздило? — удивился Нап.       — За машиной пришел, а там он на стоянке болтался. Ремонтироваться к Гордону приезжал. Ну я и напросился покататься.       — А он тебя так просто согласился покатать? — прищурился Критик.       — Я очень просил.       — Покатались вы, а дальше что? — Нап вручил Джеку тарелку с супом.       Тот вымыл руки и уселся на своё место.       — Мы съездили на завод, побродили там и нашли труп девочки на пустыре.       — Жуть какая, — пробормотала Саша.       — Ага. Полиция тут же налетела. Территорию оцепили, нас повязали и увезли в участок доедать. Мне после них уже никак за руль было не сесть. Череп предложил у него переночевать. А сегодня до машины меня подвез.       — Шибко добрый он... — не поверил Бальзак.       — Он запомнил, что я с Тедом был. Решил не портить отношения с новым агентом.       — Ему, по-моему, даже агенты не указ.       — Ладно тебе. Он был предельно вежлив. Даже завтрак мне предложил. Зря я, наверное, отказался. Тед не показывался еще?       — Ну как... — Оноре обвел кухню взглядом и указал на кастрюли на плите. — Кто-то же приготовил нам обед.       — Хотелось бы больше участия... — Джек тяжело вздохнул. — Ты сам-то куда пропал? — переключил он свое внимание на друга.       — Долго рассказывать, — отмахнулся Баль. — Давай поедим вначале.       — Он ночью приехал, — пояснил Нап. — Говорит, не заперто было. Я утром прихожу, а он кофе пьет. Даже не постучался.       — А чего я стучать буду, вы спите до обеда, — возмутился Критик. — Посидел тихонько, позавтракал. Впервые за неделю в тишине и покое.       — Тебе присесть ни разу не дали родственнички?       — Ни присесть, ни прилечь. Домой перебежками добирался. Прошу теперь у Его Величества политического убежища.       — Даже так? — Джек покосился на Напа. — А Его Величество как к этому относится?       — Я только за. Если Тед разрешит, буду рад.       — Странная тенденция... Чего-то все к тебе бегут. Кого еще ждать?       — Я надеюсь никого больше. А то тесно скоро будет в королевстве. Придется с соседями воевать, а я уже не в форме.       Бонапарт встал, сложил пустую тарелку в раковину и достал из холодильника бутылку пива.       — Я в гостиную. Догоняйте.       Он вышел из кухни.       — Я, наверное, полежу у себя, — Баль гипнотизировал свою опустевшую тарелку.       — Тебе уже комнату выделили?       — Да, ту в которой в прошлый раз ночевал.       — Ясно. Ну пойди, полежи, — Лондон улыбнулся. — Я разрешаю.       Бальзак кивнул и ушел. Дальше ели молча. Джек доел свою порцию. Помедитировал на тарелку с хлебом и пошел наливать себе еще супа. Есть хотелось безумно. Можно было поесть досыта, пока опять на приключения не потянуло. Еся тоже вскоре ушла под каким-то пустяковым предлогом. Лондон не возражал. Не до нее пока. В гордом одиночестве он доел суп и пошел наверх. По дороге он решил заглянуть к Бальзаку. Вдруг тот еще не спит.       У Критика было не заперто. Он лежал на кровати и отсутствующим взглядом смотрел в потолок.       — Не спишь еще? — Джек прикрыл дверь и прошел в комнату.       Бальзак глянул на него и покачал головой.       — Садись, — он подвинулся, хотя на кровати и без этого было достаточно места.       — Рассказывай, чем тебя опять родственники порадовали? — Джек уселся рядом на кровать.       — У меня нет цензурных слов для данной ситуации, — Оноре вздохнул.       — Что случилось-то?       — Деда хоронили, — пояснил Критик. — Я когда приехал, его отключили уже. Подготовка к похоронам, беготня с бумагами. Отец этим занимался, а мы матери помогали. Родственники приехали, их тоже и встретить, и разместить надо было. Церемонию нормально провели. Я надеялся домой поехать сразу после похорон. Уже вещи собрал по-тихому. Задержали всякими мелкими поручениям. Билл вечером напился и ляпнул, что я... по мальчикам, короче. И переписку мою в слух зачитывать начал.       — Ох ты ж... Откуда он ее взял?       — Сигма подкинул.       — Сигма? Вы с ним уже сколько лет не общаетесь? Ведь не общаетесь?       — Не общались. Он мне написал с полгода назад. Выследил как-то. Встретиться предлагал. Типа, проездом здесь будет. Я его послал. А он видишь что учудил. В общем, скандал разразился знатный. Я отца таким злым никогда не видел. Он меня с лестницы спустил со всеми вещами, — Бальзак перегнулся через край кровати и показательно поднял с пола сумку с ноутбуком, в которой от движения что-то хрустело и брякало. — Пока он за ружьем бегал, мать мне денег сунула. Сама его убежала отвлекать, а я сбежал. На попутках домой ехал, пришлось в мотелях пару раз переночевать. Денег оказалось не очень много. Еле хватило, чтобы до дома добраться. А у самых дверей я вспомнил, что ключи у Билла остались. Думал у Стива отсидеться, а их дома не оказалось. Опять умотали в лес куда-то. Пока думал, куда дальше идти, позвонил Тед. Сказал, чтобы я такси брал и ехал сюда. Обещал заплатить.       — Сюда такси ездит? — удивился Джек. — Нет, теоретически сюда кто угодно проедет. Но путаются ведь.       — А меня и не сюда привезли. Таксист меня довез до перекрестка. Там нас Тед встретил и таксиста отпустил. Он, оказывается, Голиафа и Снежка с собой притащил. Непередаваемые ощущения: лес, ночь и мы на лошадях в темноте едем. Так и ехал за ним наугад, в поводья вцепился и про жизнь свою нелегкую рассказывал.       — Нехилое развлечение. Быстро тебя на поговорить потянуло.       — Это его на поболтать прорвало. Я то надеялся помыться, отоспаться, выпить в конце концов, а уже потом на судьбу свою тяжелую жаловаться. А он вопросы задает, да еще такие, на которые кивками не ответишь.       — А с нами не хочет видеться.       — Да, он сказал, что сейчас не самое подходящее время. Но для меня сделал исключение. Я ему выговорился. Даже дышать легче стало.       — А с кем-нибудь из своих не пробовал созваниваться еще?       Бальзак покачал головой.       — Нет еще. Стремно как-то им звонить после всего.       — И что ты теперь делать будешь?       — Теодор сказал, что за мной присмотрит Его Величество. Не знаю, что он имел в виду, но думаю стоит переждать и не высовываться пока.       — А Сигма..?       Бальзак замотал головой.       — Я не хочу о нем больше говорить.       Джек кивнул. Про Сигму не упоминали уже много лет, и Предприниматель успел позабыть про него. Когда они с Оноре только познакомились, Бальзак упоминал про очень настойчивого воздыхателя, который остался в родном городе. Джек не верил, что между ними были близкие отношения. Наоборот. Стоило напомнить об этом парне, как Бальзак цепенел от страха и терял дар речи. Со временем он справился с собой и даже упоминал о Сигме без содрогания. Все годы, что Джек знал Бальзака, ему не попадались люди, способные вызвать у Оноре столь бурную реакцию. То что связывало этих двух людей, навсегда осталось за кадром.       — Как тебе Череп? — Бальзак решил сменить тему.       — Тебе официальную версию или реальную? — Джек покосился на дверь.       С появлением Еси он не мог отделаться от ощущения, что за ним наблюдают. Наверное это паранойя разыгралась. Не стоило Драйзеру прямо говорить, что Саша пришла в замок шпионить за ними.       — Официальную я слышал на кухне, — догадался Критик. — Реальную давай.       — Я немного в шоке, — честно признался Предприниматель. — Мне казалось, главарь Горячих Голов такой же безбашенный, как и его стая. А на деле адекватнейший человек оказался.       — Многие не одобряют его образ жизни и вешают на него ярлыки, — заметил Оноре. — Его папаша сенатор. Что можно сказать о детях богатого и известного человека?       — Ничего хорошего, я знаю. Но Череп свою орду держит в узде. Уже за это многие должны ему спасибо сказать.       — Кто бы знал еще, что он ее держит. Люди лишь плохое замечают. Ты тогда совсем других взглядов придерживался, когда Теду пришлось за девушку заступаться.       — Все познается в сравнении. — пожал плечами Лондон. — Череп с пустыря на полицейской машине в участок вместе со мной поехал. Когда все утрясли, он попросил друга нас домой отвезти. Дома, когда мы пришли, Беркут с очередной подружкой трахался. Череп его посреди процесса вызвал, отдал ключи и попросил забрать его мотоцикл с пустыря. Утром мотоцикл стоял во дворе. Беркут ему даже слова поперек не сказал, хотя хамло то еще.       — Занятно. А как ты вообще ввязался в это? На байках никогда не катался?       — Он меня у мастерской караулил. Хотел, чтобы Тед к ним на пустырь приехал. Предыдущий агент занимался подобными вызовами.       — А что там?       — Череп жаловался, что на пустыре стало неуютно. Я попросил мне показать это место, а потом пообещал передатьТеодору, чтобы с ними связался.       — И кто из вас больше безголовый? Поехать в логово байкеров без охраны.       — Все же обошлось, — невинно отметил Лондон.       — Везунчик ты... Ночью по лесу шарашишься, с незнакомыми людьми по пустырям бродишь.       — У меня опытный ангел-хранитель.       — Нашел что-нибудь интересное на пустыре? Что Теодору будешь рассказывать?       — Там у них мертвечиной пахло. Мы всю территорию обошли с Черепом и Фредом. Помнишь, полицейский драку разнимал на день независимости? — Оноре кивнул, зевнув в кулак. — За заводом, где речка пересохшая, в трубе мы нашли труп Клары Томпсон. Медики говорят, она замерзла насмерть.       — Что девочка одна делала на пустыре?       — Не знаю. Полиция разбирается. Мы с Черепом еще легко отделались. Нас начальник полиции первых подозревать начал. Знали где искать, а не вы ли ее сюда притащили... Козел. Череп с ним спорил. В участке еще они долго в кабинете сидели. Череп за меня заступился, иначе я бы там до сих пор сидел.       — У него связи, — развел руками Критик. — Полезное знакомство, но как бы тебе это боком не вышло.       Джек кивнул.       — Ты же засыпаешь уже.       Бальзак в очередной раз попытался подавить зевок.       — Вообще не говори. Вроде спал до упора.       — Поспи еще. Я тоже пойду вздремну.       — Ага, — Бальзак снова растянулся на кровати. — К ужину разбудите меня?       — Если сам не просплю.       Лондон встал с кровати и отошел к окну. Осень в саду уже заканчивалась. Деревья и кусты посерели, потеряв листву. Земля была усыпана пожухлыми листьями. По дорожке под окном прогуливался Теодор. Почувствовав на себе взгляд Джека, он поднял голову и помахал ему рукой, после чего продолжил свою прогулку. Второго приглашения могло и не быть. Если, конечно, это было оно. Джек тихо вышел из комнаты, чтобы не разбудить Оноре и побежал к выходу. Теодор шел в сторону кладбища. Возможно, он уже дошел до него.       Джек оказался прав. Теодор сидел на одной из скамеек. На могильных плитах были разложены свежесрезанные цветы. Яркие лепестки сильно контрастировали с голой землей. Листвы в этом месте словно никогда не было. Она просто исчезала с деревьев и не давала закрыть могилы.       — Привет, — Джек прошел по гранитной дорожке и остановился рядом с Драйзером.       Тот молча кивнул.       — Я думал, ты у себя.       — Там еще хуже, — просто ответил Хранитель.       — Хуже, чем что? — уточнил Предприниматель.       Теодор пожал плечами. Он совсем не хотел говорить на эту тему. Джек оглядел могилы. На всех надгробиях датой смерти числилось седьмое октября. Это же совсем скоро. Значит про этот день икс говорил Наполеон.       — Знаешь… Прошло уже столько лет, — Джек снова обратился к Драйзеру. — Почему ты сидишь именно здесь? Это какой-то специальный ритуал?       Теодор подвинулся.       — Присядь, — указал он на место, где только что сидел.       Предприниматель уселся рядом.       — Слушай, — Драйзер снова обратил взгляд к могилам.       Джек прислушался. Как ни старался, ничего из ряда вон выдающегося услышать не мог. На импровизированном кладбище царили тишь и благодать.       — Слышишь? — заговорил Драйзер чуть погодя.       — Честно, ничего не слышу.       — И я не слышу. Ты не представляешь, насколько это бывает приятно.       — Ну, знаешь. Если мы тебя так достали, мог бы просто сказать, зачем устраивать этот молчаливый цирк, — Джек попытался отодвинуться.       Драйзер поймал его за руку и удержал на месте.       — Несмотря на годы, прошедшие с того вечера, мне до сих пор тяжело вспоминать эти события, — Тед обвел взглядом могилы. — Я помню их всех так, словно мы виделись вчера. Мир тонких материй богат на звуки, которых простому человеку не уловить. В другие дни я не чувствую неудобств, связанных с тем, что слышу и вижу их. Но в течение последнего месяца при Ордене проводились по истине темные ритуалы. Это место запомнило их особенно хорошо. Последняя ночь была критической точкой. Я прервал ритуал, но напряжение и ожидание беды остались. Потому я самый пик предпочитаю отсиживаться здесь, где тихо, светло и тепло.       — Не так уж тут и тепло, — заметил Джек.       Теодор поднял над ним руку и щелкнул пальцами. Ветер резко стих, его сменили потоки теплого воздуха, окутывающие тело и стелющиеся по земле вокруг.       — Так лучше, — одобряюще кивнул Лондон.       Вместе с теплом на него с новой силой накатилась усталость. Тело стало тяжёлым и ватным. Голова сама собой легла Хранителю на плечо. Тихо, тепло и светло... Не поспоришь. Джек закрыл отяжелевшие веки и ничего не увидел. Никаких призраков и пустырей. Именно этого ему не хватало последние два дня. Он пришёл сюда, поговорить с Теодором, но сил не хватало даже глаза открыть.       — Поговорим позже, — Теодор чуть отодвинулся, складывая голову Джека себе на колени. — Отдыхай пока.       Предприниматель обрадовался тому, что не придётся ничего объяснять и с большим удовольствием заснул, поджав ноги.