Колесо Сансары

      После второго шага Джек потерял опору и рухнул вниз. Он успел несколько раз перевернуться, прежде чем упасть в собственное тело. Открыв глаза, Лондон увидел склонившегося над ним Маршала на фоне потолка ритуального зала.       — Ты живой еще? — спросил Предприниматель, медленно разминая руки.       — Что мне сделается? — Жуков выпрямился и обошел его, заходя с другой стороны.       — Я думал Орден тебя хоть немного помнет.       Маршал отмахнулся.       — Мне сказали собрать Орден. Не было речи с ними драться. Как только они попытались на меня напасть, я их выпустил из ловушки.       — Как же они раньше до этого не додумались?       — Слишком заняты были собственным лечением.       — Сколько меня не было? — Джек медленно сел.       Конечности слушались плохо. Лондон никогда бы не подумал, что тело может затечь в самой простой позе. Мышцы неприятно покалывало. Ныла голова. Джек медленно поворочал шеей и убедился, что столкновение с каменным полом не пошло его затылку на пользу. Во всем остальном состояние осталось прежним.       Маршал посмотрел на часы.       — Часа четыре. Даже четыре с половиной.       — Я думал больше...       Джек огляделся. Пока он валялся без сознания алтарь в зале снова зажегся белым светом. Перед алтарем на сияющем постаменте появился Гримуар. Рядом с книгой стояла Саша и медленно листала призрачные страницы. Больше ничего нового в зале не появилось. Лондон вновь нашел глазами Жукова. Мужчина стоял рядом и молчал. Будто ждал, что Предприниматель будет делать дальше.       — Почему именно больница? — спросил Джек, убедившись, что нападать на него никто больше не собирается.       — Рад, что ты спросил, — оживился Маршал. — Я перебрал кучу вариантов. Орден надо было не просто запереть, но и держать в клетке продолжительное время. Решение пришло неожиданно. Я следил за одним из своих бывших родственников и заметил одну странность. Почему здоровый мужчина в расцвете сил, опытный и сильный маг так много времени проводит в больнице? Человек, который мановением руки может горы двигать, как послушный ребенок, сдавал анализы, проходил обследования и выполнял все рекомендации врачей.       — А он знал вообще, что горы двигать может? — уточнил Лондон.       — Не знал бы, не двигал, — философски заметил мужчина. — Понаблюдав за ним, я понял одну простую вещь. Не смотря на все наши возможности, мы смертны и ничто человеческое нам не чуждо. Человек выдумает себе болезнь и быстро убеждает себя в том, что действительно болен. Ипохондрии подвержены все без исключения. В разной степени, но все. Так что проблема с Орденом решилась сама собой. В травматологию привести их было проще всего. Несчастный случай, скорая и дальше каждый сам себе рисует клетку. Тебя кормят, поят и лечат, а ты радуешься и продолжаешь фантазировать себе новые симптомы.       — А меня ты транквилизаторами на всякий случай обколол? — Джек, наконец, поднялся на ноги.       — С тобой было сложнее. Если у Ордена были реальные травмы перед попаданием в ловушку, то для тебя пришлось придумывать новый сценарий, — Маршал обвел руками зал. — Здесь не так много поводов для похода в травмпункт. Но нас спасла твоя паранойя. Такого подарка я не ожидал. Стоило лишь чуть подтолкнуть, и ты себе клетку выстроил такую, что ни войти, ни выйти. Мне оставалось лишь корректировать твое состояние. Если бы Теодор не вмешался, ты бы оттуда и не выбрался.       — Не ожидал да? — Джек невольно улыбнулся, вспомнив, в каком виде явился им Драйзер.       — Связь между вами оказалась сильнее, чем я предполагал, — согласился Жуков. — Но все мелочи учесть я никак не мог.       — Хоть одна радостная новость.       — Не будем о грустном, — отмахнулся Маршал. — У тебя недостающая страница.       — С чего ты взял? — Джек шагнул назад, опасаясь, что Жуков попытается отнять страницу силой.       — Гримуар засветился, когда ты вернулся, — мужчина указал на постамент с сияющей книгой.       — Где Теодор? — Джек понаблюдал за Есей и снова повернулся к Жукову.       — Все там же. Куда он денется?       — Но он же меня как-то вытащил. Значит нашел способ Стражей обойти.       — Ничего он не нашел. Тот Теодор, который помог тебе выбраться из моей ловушки пришел туда с тобой и оставался при тебе с того самого момента, когда Стражи явились за Драйзером, — Маршал прошел к алтарю и заглянул в отверстие.       — То есть, частично Теодор остался здесь? — Джек пошел за ним и остановился на безопасном расстоянии. Кричать через весь зал оказалось неприятно и тяжело. Стены и пол будто поглощали и искажали звуки. Повторять свои вопросы по два раза у Джека не было ни сил, ни желания. Приходилось держаться к собеседнику поближе, чтобы не напрягать и без того больную голову.       — Не здесь, — Маршал уселся на край алтаря. — Здесь, — он ткнул себя пальцем в грудь.       — Не понял, — Лондон замотал головой. — Давай без сопливой лирики.       — Нет никакой лирики, — пожал плечами Жуков. — Вы много времени провели в довольно близком контакте. Ваши энергии понемногу перемешивались. Все что успело в тебе задержаться от Теодора, ты увидел в ловушке.       — Но Теодор сказал, что он постепенно собирается, — возразил Лондон.       — Местные частицы тянут остальные на себя. Если пустить все на самотек, Теодор соберется целиком лет через пятьсот, но останется без физического тела. Придется вам делить одну тушку на двоих, а это неприятно, поверь на слово.       — Не хочу это проверять.       — Вооот, — воодушевленно протянул Маршал. — Давай сюда страницу.       — Это не значит, что я согласен тебе помогать, — Джек отступил на шаг назад.       — А тебя никто не спрашивал. Я проведу ритуал с тобой или без тебя.       — Ты же говорил, что не станешь мне вредить, чтобы с Теодором не ссориться.       — У меня было четыре часа, чтобы все хорошенько обдумать. Убивать я тебя, конечно, не буду. Сомнительное удовольствие столкнуться с тобой за Гранью. Есть много разных способов забрать у тебя страницу без твоего согласия.       — Тронешь меня и я сожгу ее, — заявил Джек.       Как всегда ляпнул первое, что в голову пришло. Разве возможно сжечь призрачную страницу?       — Да? — Маршал казался удивлен не меньше его самого. — Ты сможешь?       Джек молчал, убеждая себя в том, что это ему действительно удастся. Жуков внимательно смотрел на него, после чего вздохнул и отвернулся.       — Как он с тобой справляется? — спросил устало.       — Кто?       — Теодор. Что-нибудь да выкинешь. Тошнит уже.       Джек всеми силами старался сохранить серьезное выражение лица. Маршал слишком быстро сдался. Даже скучно как-то.       — Он просто мне не мешает, — ответил сдержанно.       — Это его дело, — отмахнулся Георгий. — Непонятно только, чего ты добиваешься. Время тянешь? Зря. Решение у нашей ситуации одно. Чем дольше мы тут отношения выясняем, тем меньше остается времени.       — Времени для чего?       — Для всего. Если ты не заметил, у нас тут нешуточный накал страстей происходит. Пока ты упираешься здесь, снаружи собирается буря. Одному Абсолюту ведомо, что останется после нее.       — Я ничего не слышу, — возразил Джек.       — Когда ты услышишь, будет уже поздно, — Маршал повернулся к Саше. — Я так устал. Столько стараний и все коту под хвост.       Он сел на алтаре ровно, сложив руки на коленях. Еся подошла и села рядом с ним, положив голову на плечо. Джек молча наблюдал за ними. Что это за спектакль? Попытка воззвать к его совести? Зря. Маршал просто сидел и молчал, приобняв Сашу за плечи. Джек бы и дальше наблюдал за ними, ожидая, кто из них быстрее выдаст свою наигранность, но внезапно ощутил на себе чей-то взгляд. Оглядевшись, Лондон увидел Драйзера возле Гримуара. Мальчик стоял под постаментом, держась за книгу, как за поручень в транспорте и хмуро смотрел на Джека. Предприниматель вздохнул и подошел к нему.       — Он не просто так торопится, — заговорил Теодор, выныривая из-под книги.       Страницы Гримуара начали листаться сами собой.       — Я ему не верю, — мысленно ответил Джек, поглядывая на Жукова.       Георгий услышал шелест страниц и внимательно наблюдал за книгой. Теодора он либо не замечал, либо не обращал внимания.       — Он может помочь.       — Помочь? А как же магическая война, про которую ты говорил?       — Я ошибся, — Теодор опустил голову, как любой провинившийся ребенок.       — Ошибся?! — возмутился Лондон. — Я невесть что подумал про него, а ты просто ошибся?       — Я видел грозу, — Теодор задрал голову, глядя Джеку в лицо. — Настоящий, страшный шторм. Вокруг все горело и рассыпалось. И Маршал в самом центре. Что я должен был подумать? — в его глазах заблестели слезы. — Абсолют никогда ничего не поясняет. Просто показывает и все.       — Что это за гроза? — Джек отвлекся на Гримуар.       Страницы перестали листаться и замерли. Книга открылась на недостающей странице.       — Уровень магии в мире достиг критической точки.       — А Маршал чем тут может помочь?       — Он может этот уровень понизить.       — Вот это поворот. Как же Абсолют допустил это?       — Спроси что попроще, — Теодор вдруг пошел рябью и начал расслаиваться, теряя цвета. — Пожалуйста, Джек, — голос мальчика дрожал и искажался.       — Что с тобой? — забеспокоился Предприниматель.       — Тяжело... Слишком много... Помоги... — Теодор протянул к Джеку руку и рассыпался дождем разноцветных искр.       Лондон отшатнулся, наблюдая, как догорают на каменном полу искорки. Вытащив из-под футболки прозрачную страничку, Лондон поднес ее к Гримуару. Страница тут же приросла на место, будто ее и не вырывали никогда. На светлом листе проступил текст на незнакомом языке. На соседней странице проступил рисунок витых, кованных ворот в облаках.       — Маршал, — Предприниматель отошел от книги. — Страница на месте.       Жуков молча наблюдал за ним.       — Кто-то приходил? — уточнил он, не двигаясь с места.       — Не важно, — Джек сделал еще шаг назад.       Георгий слез с алтаря и подошел к книге. Еся тоже встала, но осталась рядом с алтарем.       — Отлично, — Маршал погладил страницы книги кончиками пальцев и достал из кармана пистолет.       — Прощай, Саша.       Девушка отшатнулась. Раздался выстрел. Будто в замедленной съемке Джек увидел, как пуля разбила магический ошейник, разорвала горло и вылетела с другой стороны, раздробив позвоночник. Со звоном магическая цепь упала на пол. Саша завалилась назад, ударившись об угол алтаря и сползла на пол. Под телом быстро растекалась кровавая лужа. Джек закричал, схватившись за голову. Маршал разрядил и убрал оружие обратно в карман.       — Что ты сделал?! — Джек, наконец, обрел дар речи.       — Я ее отпустил, — спокойно ответил Жуков.       — По-твоему это называется отпустить?!       Жуков ткнул в его сторону пальцем. Лондон ощутил удар в живот. Из легких вышибло воздух. Предприниматель согнулся пополам и упал на четвереньки.       — Не. Мешай. Мне, — предупредил Маршал и вернулся к книге.       Он прошелся взглядом по тексту и начал читать заклинание. Джек попытался подняться, но внезапно ощутил сильную тяжесть во всем теле и просто растянулся на полу. Голос Маршала эхом разносился под сводами зала. Письмена на алтаре засияли белым светом, который потянулся по полу к стенам и потолку. Из алтаря вверх взметнулся золотой луч и ушел в центр потолка. Он становился все толще, пока целиком не закрыл собой алтарь, превратившись в поток сверкающих частиц. В этот раз поток горел ровно и не изгибался. Внутри него серой спиралью начал подниматься прах. Он подтягивался к середине луча, извивался и клубился, принимая форму человеческого тела. Когда поток праха из отверстия в алтаре иссяк, фигура начала приобретать более четкую форму, наполняться красками слой за слоем. Замелькала в золотом свете сине-зеленая мантия. Джек забыл как дышать, наблюдая, как проявляются знакомые черты.       Маршал дочитал последние строки и замолчал. Луч погас, на алтаре остался человек, окруженный облаком золотых завихрений. Воздух в зале потяжелел, будто его заполнило что-то невидимое и плотное. Джек перестал сопротивляться и распластался на полу. С Абсолютом ему тягаться смысла не имело. Хранитель качнулся вперед и сошел с алтаря на пол. Медленно, будто во сне, он наклонился и подобрал магический ошейник с цепью. Перебирая звенья цепи, он направился к Жукову и остановился по другую сторону от Гримуара. Маршал молча кивнул в знак приветствия, наблюдая как светлеет и растворяется в руках Хранителя тяжелая цепь. Абсолют потянул цепь на себя. Жуков вскрикнул и схватился за правую руку. Конец цепи выпал из рукава и растворился в воздухе.       Они молча смотрели друг на друга. Лондон ждал, когда же кто-нибудь из них заговорит. Неужели Маршал вызвал Абсолют ради того, чтобы поиграть с ним в гляделки. Тянулись минуты. Давление на Джека ослабло, но он остался лежать на месте. Наконец, Абсолют шевельнулся и молча положил руку Маршалу на голову. Жуков закрыл глаза и рухнул на пол, как подкошенный. Абсолют оглядел бесчувственное тело и повернулся к постаменту. Захлопнув книгу, он взял ее в руки и подбросил в воздух. Книга и постамент тут же пропали, будто их здесь никогда и не было. Письмена в зале продолжали гореть ровно. Абсолют обвел взглядом зал и пошел в сторону Джека.       Лондон медленно поднялся на четвереньки, гадая, какую участь приготовили ему. Скажет ему Абсолют что-нибудь? Спросит? И почему это Абсолют должен его о чем-то спрашивать? От путаницы мыслей только сильнее разболелась голова. Вот же Абсолют, перед ним. Можно попросить и он снимет головную боль. Предложение показалось Лондону заманчивым, но не достаточно адекватным. Казалось большой глупостью тратить силы высшего существа на обычную мигрень. Надо попросить его вернуть Теодора, а потом разбираться со всем остальным. Если у Абсолюта получится его вернуть. Попадет ли Теодор сюда? Что последнее помнит? А вдруг его не получится вернуть целиком?       Джека начало трясти. Вопросов становилось все больше по мере приближения Абсолюта, а слова на язык не шли. Абсолют подошел к нему и остановился в паре шагов. Он долго изучал Предпринимателя, рассматривая каждый сантиметр его одежды. Джек встал на ноги и выпрямился.       — Поправить?       Лондон медленно моргнул.       — Что поправить?       — Голову.       Абсолют не смотрел ему в глаза. Он спокойно изучал выцветший узор на его футболке.       — Если можно… — Джек повел плечом.       Этот вариант Драйзера выглядел моложе предыдущих. Специально или случайно Абсолют выбрал внешность того Теодора, который много лет назад прогнал из этого зала последних участников Ордена Утренней Звезды. Молодой, болезненно худой и бледный Абсолют стоял перед Джеком прямо и неподвижно, как статуя. Лондон не знал, чего ожидать и продолжал молча разглядывал его.       Внезапно Абсолют поднял руку, но почти сразу её опустил. Ничего не произошло. Предприниматель лишь ощутил теплую волну, прокатившуюся по телу. Стало легче дышать, перестал токать порезанный палец. Лондон осмотрел свои руки. Ни ссадин, ни царапин. Даже шрам пропал, который остался после драки в начальной школе. Джек посмотрел на тело Маршала, выглянув из-за Абсолюта.       — Я забрал его, ты не против? — Абсолют проследил за его взглядом.       — Да на здоровье, — Лондон даже успел удивиться, почему с ним советуются.       — Хорошо. Ты молодец. Теодор в тебе не ошибся, — Абсолют глянул на Маршала и снова повернулся к Джеку. — Можешь расслабиться. Все закончилось.       — А что закончилось? Я ничего не понимаю.       — Это не так важно.       — Я ничего особенного не сделал, — Лондон переступил с ноги на ногу.       Абсолют лишь улыбнулся и исчез.       — Э! — только и успел крикнуть Предприниматель.       Вместе с Абсолютом пропал и зал. Вместо него перед Лондоном вырос огромный бесконечный коридор. Потолок его терялся где-то наверху. Пол и стена, на которую смотрел Джек сияли чистотой. Противоположная стена оказалась усеяна какими-то темными плитками. Предприниматель обернулся. Плитками оказались огромные плазменные экраны или окна. Перед экраном, возле которого его оставил Абсолют стоял сам Джек. Этот был весь белый, бледная кожа и волосы сливались с одеждой, стиль которой больше подходил военным. Белый Джек стоял совсем близко к экрану, прижавшись лбом к стеклу и сосредоточенно смотрел куда-то вниз. Лондон подошел к нему и заглянул через плечо.       За экраном на черном фоне, испещренном миллионами белых точек завис огромный, цветной шар. Он медленно вращался вокруг своей оси будто подвешенный на невидимую нить. Красные, синие, зеленые, желтые участки время от времени трепыхались, как желе, перемешивались, образуя новые цвета. Изредка по поверхности шара пробегали темные волны. Они заставляли цветные фрагменты менять направление своего движения. Наконец, шар повернулся другой стороной и Джек увидел безобразную, серую кляксу на его поверхности. Клякса пузырилась над поверхностью шара и всем своим видом походила на амебу. Вздымаясь, она протягивала одну из ложноножек в сторону и опадала, выпуская из конечности серый сгусток. Затем клякса снова надувалась, вытягивала другую конечность и выпускала новую порцию серой массы, порождая темную волну.       — Ты опять здесь?       Джек обернулся. Рядом с ними стоял высокий мужчина такой же белый и невзрачный. Он молча смотрел на Предпринимателя и чего-то ждал.       — Зачем? — Лондон ткнул пальцем в экран. — Все так хорошо начиналось.       — Успокойся, — мужчина повернулся к экрану. — Оно скоро рассосется.       — Оно не рассосется! — рявкнул Джек.       Мужчина снова посмотрел на него и сделал шаг навстречу.       — Я сам разберусь.       — Ты говорил с Абсолютом? — Джек его нисколько не испугался.       — Говорил.       — И что он сказал?       — Не твоего ума дело.       Джек повернулся обратно к экрану. В этот момент шар за ним дрогнул и начал разваливаться на две ровные половинки. Серая клякса продолжала надуваться, расталкивая края дальше друг от друга. Желейные, цветные фрагменты тянулись до последнего и рвались с характерным хрустом. Джек схватился за голову.       — Убери это!       — Уйди! — мужчина оттолкнул его от стекла.       Белый Джек упал на пол и исчез. Джек не успел понять, что произошло. Пол под ним разошелся и утянул его на уровень ниже. Предприниматель оказался в белой, просторной комнате без окон и дверей. Прямо перед ним стоял такой же белый письменный стол. На столе лежали ровные стопки белых, чистых бумаг. Светлый Джек тоже был здесь. Он вышагивал взад и вперед по кабинету, засунув руки в карманы.       — Как прогулялся?       Лондон поднял голову и увидел Драйзера. Хранитель сидел на потолке в позе лотоса, напоминая замысловатую люстру. Он тоже был весь белый. Белые волосы свешивались почти до середины комнаты. Белая рубашка чуть задралась, обнажая бледный живот. Сила притяжения будто действовала на него лишь на половину.       — Он треснул пополам, — сообщил белый Джек.       — Я же просил тебя туда больше не ходить, — устало напомнил Хранитель.       — Извини, — Предприниматель вздохнул. — Не могу я...       Весь его вид пропитался виной и сожалением. Теодору даже упрекать не нужно было. Неужели он так выглядит со стороны? Но Джек быстро собрался.       — Вот тебе последний намек, толще некуда. Но нет, Майлз продолжает стоять на своем.       — Может быть мы чего-то не знаем, — предположил Теодор.       — Да. Того, что у Майлза каша вместо мозгов.       — А Абсолют что говорит?       — Не знаю. Майлз с ним общался.       — Значит плохо общался, раз они допустили разлом.       Джек шагнул к столу.       — Почему меня никто никогда не слушает?! — он смахнул бумаги со стола.       Листы разлетелись по полу, стенам, рассыпались по потолку, усеяв комнату тонким слоем.       — Я разобрал их по алфавиту... — грустно заметил Теодор, поднялся на ноги и перевернувшись через голову приземлился на пол.       — Ты оперативник, а не наседка.       Он подошел к Лондону сзади и обнял, прижимая руки к телу, чтобы тот ими больше не махал.       — Мне все чаще кажется, что я не оперативник, а могильщик, — Джек даже не пытался сопротивляться.       — Не сгущай краски. Мы всего лишь исправляем чужие ошибки.       — Почему нам нельзя заниматься чем-нибудь другим?       — Чем ты хотел бы заниматься?       — Да тем же моделированием.       — Думаешь, тебе хватит терпения? Посмотри, что ты наделал, — Теодор обвел рукой комнату. — Я старался, прибирал... А ты просто в окно сходил посмотрел, расстроился и всё разбросал.       — Ну да. Погорячился... Зато у тебя терпения хватает с запасом. Почему бы тебе не пойти в архитекторы? Состряпал бы чего-нибудь. Ты умеешь, я видел твои зарисовки.       — Оставь свою лесть для другого случая. Меня тебе в напарники поставили потому что это у меня получается лучше всего. Если я уйду в архитекторы, тебя сделают легионером. Вот тогда ты действительно только руины видеть и будешь.       — Нет, так я точно не хочу.       — Абсолюту это прекрасно известно, поэтому мы занимаемся тем, чем занимаемся.       — Но почему нас подключают так поздно? — бессильно простонал Лондон. — Когда спасать уже нечего.       — Не так уж плохо быть отрядом последней надежды. Иногда же у нас что-то получается.       — Не доводили бы до крайности. Почему бы Майлзу меня хотя бы не выслушать. Я же не отстраненный бред несу.       — Это его мир, его правила. Он проводит там большую часть своего времени. А ты просто подглядываешь в замочную скважину.       — Но я войну почему-то углядел даже в замочную скважину. А он до последнего отказывался в происходящее поверить. До сих пор думает, что все рассосется само собой.       — Работа у тебя такая, подмечать откуда что берется.       — Но обидно же. Наконец-то появилось что-то стоящее, а он так безобразно все сливает, — Предприниматель уткнулся затылком Драйзеру в грудь. — Сделай что-нибудь. Я не хочу больше в трупах копаться.       — Я поговорю с Абсолютом. У него должны быть какие-то размышления на этот счет.       Джек кивнул.       — А я... Надо прибрать здесь. Сменю пока обстановку. Может удастся отвлечься.       — Уж постарайся, пока тебя не отстранили от работы.       Теодор отпустил его и исчез. Джек огляделся и начал собирать разбросанные бумаги.       — Злишься.       Посреди комнаты появился еще один Джек ничем не отличимый от первого, белого. Он с искренним интересом наблюдал, как второй собирает бумагу.       — Упрекать пришел? — первый Джек выпрямился и повернулся к нему лицом.       — Нет.       — Теодор пошел с тобой договариваться, — напомнил Предприниматель.       — Я видел. Покажи, что ты сделал.       — Я? — Джек отшатнулся. — Я ничего не делал.       — Покажи, — Абсолют требовательно протянул руку.       Лондон тяжело вздохнул, положил собранные бумаги на стол и полез в карман. Покопавшись немного, он достал небольшую коробочку и открыл ее, демонстрируя содержимое. В коробочке лежал яркий, раскаленный уголек.       — Это так... — Джек отмахнулся. — Долго работы не было, решил отвлечься.... — он нервно улыбнулся, будто оправдываясь.       Абсолют мотнул головой и взял уголек двумя пальцами. Джек замер, продолжая держать пустую коробочку. Абсолют покатал уголек по ладоням, изучая со всех сторон, потом осторожно подул на него. Уголек в одно мгновение превратился в полноценное пламя. Джек медленно выдохнул.       — Я отправил Теодора стабилизировать ситуацию, — Абсолют положил огонек обратно в коробочку.       — Майлз дал добро? — Лондон закрыл коробочку и спрятал ее обратно в карман.       — Я дал. Что делать дальше, ты знаешь.       — Значит я могу..? — Лондон указал на карман, в который только что спрятал коробочку.       — Можешь. Иди.       Листки на потолке закрутились, образуя воронку в светлый центр потолка. Лондона втянуло в нее и швырнуло в кромешную темноту. Единственное, что он ощущал теперь это твердый пол под ногами. Его не волновало, где именно он оказался. Где-то здесь должен быть Теодор. Где ему еще быть? Мысль эта крепла с каждой секундой. Стоило оглядеться. Джек закрыл глаза и начал наполнять пространство вокруг себя красным светом. Яркая волна обозначила границы большого зала с алтарем в самом центре. По периметру зала зажглись факелы. Лондон открыл глаза и огляделся. Прямо перед ним раскинув руки лежал Теодор. Чуть поодаль виднелись тела Саши и Маршала. Предприниматель обошел Хранителя кругом и склонился, пытаясь определить, в каком он состоянии. Будто ощутив его взгляд, Теодор открыл глаза.       — Это ты? — Джек выпрямился.       Из глаз Теодора пропал тот блеск, который обозначал присутствие Абсолюта, но удостовериться было не лишним. Драйзер обвел взглядом зал, прислушиваясь к чему-то.       — Я, — ответил уверенно.       — Хорошо, — Джек выдохнул.       Теодор осторожно поднялся на ноги и отряхнул мантию. Лондон поражался собственному спокойствию. Он так переживал, боялся, что Теодор больше никогда не вернется. А сейчас смотрел, как тот поправляет одежду, и думал, что зря беспокоился. Куда Тед от него денется. Только что виделись, зачем паниковать лишний раз.       — Ты в порядке? — Драйзер, наконец, повернулся к нему.       — Я видел что-то странное, — Джек шагнул к нему и обнял за талию.       — Погоди, — перебил Хранитель и отстранился. — Я кое-что закончу.       Он отстранился и пошел к телу Жукова.       — Что ты доделывать собрался? — Джек последовал за ним.       Стоило подойти ближе к телам и вопрос отпал сам собой. Тело Саши возле алтаря ощущалось как провал в пространстве. Участок, где не было ничего. Тело Жукова наоборот ощущалось чем-то плотным и теплым. Теодор склонился над ним, потрогал лоб, нащупал сонную артерию. Возможно ли, что Абсолют не убил Маршала, а просто усыпил? Пока Предприниматель размышлял о действиях Абсолюта, Теодор встал рядом с Маршалом на колени и с силой надавил ладонями в центр груди. Жуков издал булькающий звук и закашлялся.       Теодор перевернул его на бок, чтобы тот смог откашляться и дышать спокойно. Маршал кашлял до тошноты. Усилиями ли Теодора или по другой причине его вскоре отпустило. Мужчина перекатился на живот, прижимаясь щекой к каменному полу и начал смеяться. Теодор поднялся на ноги и отряхнул мантию. Жуков этого даже не заметил. Его смех очень скоро перерос в истерику. Маршал закрыл лицо руками и подтянул колени к груди.       — Что происходит? — Джек встал рядом с Теодором.       — Сейчас успокоится, — заверил его Хранитель.       Джек продолжил ощупывать окружающее пространство. Что-то было не так. Маршал каждый раз ощущался, как плотный и колючий сгусток энергии. Сейчас же он больше походил на нечто теплое и тягучее. С догадками Джек решил повременить и подождать, что будет дальше. Истерика действительно постепенно стихла. Маршал успокоился и просто лежал, глядя в одну точку. Теодор подождал еще немного и наклонился, чтобы лучше видеть его лицо.       — Саша, ты здесь?       Лондон присмотрелся внимательнее. Оболочка сбивала с толку. Маршал действительно оказался наполнен чем-то другим. Либо Теодор видел больше, либо знал о подмене заранее. Жуков моргнул и перевел взгляд на Хранителя.       — Не самые приятные ощущения, — хрипло сообщил он и медленно сел.       — Приведешь себя в порядок, будет легче.       — Переживу, — Маршал отмахнулся и начал подниматься.       — Георгий оставил тебе инструкции? — Теодор помог ему подняться.       Жуков похлопал себя по карманам, достал пистолет и держа двумя пальцами за дуло, передал его Хранителю. Драйзер тут же убрал пистолет в карман. Маршал вынул из внутреннего кармана лист бумаги, развернул его и внимательно прочитал.       — Все здесь. Телефоны, адреса. Мне этого достаточно.       — Хорошо, — Теодор кивнул. — В зеленой гостиной есть сменная одежда. Мимо не пройдешь. Езжай в город сразу. Не задерживайся нигде. Я Абсолют долго не смогу держать.       Маршал кивнул.       — Куда вы потом?       — Здесь еще много работы. Потом не знаю.       Жуков повернулся к Предпринимателю.       — Спасибо, Джек. Без тебя ничего бы не получилось.       — Я же ничего не сделал, — Джек посмотрел на Драйзера, ища поддержки.       — Все бы так ничего не делали... — покачал головой Маршал. — Ладно. Удачи вам.       — Удачи, — отозвался Теодор и пошел к алтарю.       Маршал развернулся и зашагал к выходу.       — О чем ты хотел поговорить? — привлек внимание Джека Теодор.       — Что ты сказал Абсолюту? — Лондон подошел к нему и уселся на алтарь.       — Когда? — Драйзер встал перед ним.       — Когда нас сюда забросили.       — Просто сказал, что ты хочешь стать архитектором.       — Он так испугался? Отослал меня куда подальше?       — Как странно ты расставляешь приоритеты, — Хранитель вздохнул. — Абсолют меня выслушал и решил проверить, вдруг ты не так безнадежен, как многие считают.       — Ну спасибо, — обиделся Джек.       — Чего обижаешься? Ты же справился.       — Да? Я не заметил.       — Нужно немного подождать, — Теодор обошел алтарь и склонился над телом Саши. — Конечный эффект наступит еще не скоро, но ситуация изменилась в лучшую сторону.       Он поводил над трупом рукой, закрутил воздух и резко дернул его вверх. Тело Саши посерело и начало рассыпаться. Часть праха поднялась в воздух и закрутилась в спираль следуя за рукой Хранителя. Тоненькой струйкой прах поднимался вверх, перетекал через край алтаря и опускался в отверстие.       — Что ты делаешь? — Лондон слез, освобождая место.       — Прибираюсь.       Когда процесс закончился, Драйзер отряхнул руки и уселся обратно.       — Ты и так можешь? — улыбнулся Предприниматель.       — Я все могу.       — Как-то раньше не замечал.       — Раньше у меня ограничитель стоял.       — А сейчас?       — А сейчас он мне не нужен.       Джек замолчал. В тишине они просидели несколько минут. Лондон анализировал недавние события и пытался уместить их в свою картину мира. Дело продвигалось тяжело. За массой ярких событий не хватало мелких деталей.       — Тед?       — М? — Хранитель повернул голову в его сторону.       — Где ты был все время, когда тебя Стражи забрали?       — Нигде, — Драйзер пожал плечами.       — Как так?       — Я был с Абсолютом, а он нигде конкретно не находится. Он — есть все.       — Ты общался с ним?       — О да. Оказалось, он может быть приятным собеседником.       — Он тебе тоже что-то рассказывал?       — Тоже?       — Абсолют пришел, когда Маршал его вызвал, вырубил Жукова, сказал, что я молодец и показал... В общем, как он меня послал сюда. Только это все очень странно выглядело. Какие-то экраны, куски желе болтающиеся в пустоте, кабинет белый и совсем какая-то психоделика.       — Почему психоделика? Как бы Абсолют еще тебе все показал, чтобы ты не свихнулся в одно мгновение?       — Как? — повторил Джек. — Там все так плохо?       Теодор вздохнул и сел прямо.       — Там ничего нет. Нет тел, нет эмоций, нет времени, ничего, к чему ты привык здесь. Есть только мысль, импульс, в который умещается миллиард действий одновременно. Покажи тебе Абсолют все так, как было на самом деле, без абстракций, ты ничего бы не понял.       — В таком случае так действительно было понятнее, — согласился Лондон. — Но все равно не до конца.       — Что тебя смущает?       — Не стыкуется у меня начало и конец. Что в итоге-то должно получиться?       Теодор похлопал Джека по спине.       — Абсолют посмотрел, как мы работаем, ему понравилось. Так что поздравляю тебя с повышением.       — Значит я теперь архитектор?       — Нет, — Хранитель улыбнулся. — Архитектор должен быть один, а мы пока только в паре можем работать. Но начало положено. Постепенно научишься, подрастешь, поставят архитектором.       — Я не хочу один... Так не интересно.       — Поживем, увидим.       Предприниматель оглядел зал. В свете факелов было видно, как со стен черной пылью осыпаются письмена. Черные крупинки покрывали пол тонким слоем, не задевая алтарь и небольшое пространство вокруг него.       — Что дальше делать будем? — Джек наблюдал, как очищается и светлеет потолок.       — Не знаю, — Теодор беззаботно пожал плечами. — Что бы ты хотел?       — Для начала я хотел бы выйти отсюда.       — С этим потерпи немного. Саша еще не уехала.       — Почему она оказалась в теле Маршала?       — Она с Абсолютом договорилась. Попросила его Георгия отпустить. Абсолют ее просьбу выполнил и вернул ее обратно, чтобы дела доделала, которые Георгий не успел.       — А она справится?       — Там ничего сложного.       — А мы здесь сидеть должны, пока она не уедет?       — Мы здесь почистим немного.       — Ты сказал ей, что Абсолют долго не удержишь. Зачем вообще его держать?       — Помнишь, ездили с Черепом электростанцию разваливать?       — Такое забудешь...       — Как там было, видел? Когда-то там было хорошо. Текла себе река через леса и поля. Пришли люди и поставили запруду, электричество добывать решили. Так река с одной стороны разлилась и затопила большую территорию, а с другой вовсе пересохла. Мы станцию для начала включили, чтобы часть воды пропустить. Станция напора не выдержала и мне пришлось немного ее поддержать, чтобы вода единым потоком не смыла все ниже по течению. Когда объем воды уменьшился до безопасных пределов, я отпустил ее и дал станции рассыпаться.       — Это я помню. Хорош помощник. Самого откачивать пришлось.       — Я же не один был, — Теодор погладил его по спине. — Сейчас ситуация похожая. Энергия в мире текла сама собой. Майлз решил использовать ее в новом качестве и поставил что-то вроде дамбы. А обслуживать эту установку поручил Ордену. В их обязанности входило время от времени собираться вместе и творить что-нибудь полезное, чтобы сбросить излишки энергии. Грубо говоря, тратить ее в нужном количестве на необходимые на тот момент вещи. Первые члены Ордена со своей функцией справлялись хорошо. Их последователи быстро позабыли что к чему и стали тратить энергию совсем на другие, более корыстные и менее затратные цели. В итоге Орден довел энергетический фон до негодного состояния и потерял контроль. Мы получили замкнутый резервуар, в который в большом количестве поступает энергия и почти ничего не выходит. Тогда в игру вступил Маршал. Он использовал свою привязку к резервуару, как последний член Ордена и начал энергию активно тратить. На то, чтобы меня запереть, на ловушку для Ордена, на Стражей, на последний призыв Абсолюта. В общем, он снизил уровень энергии до безопасного. Нам теперь нужно просто разрушить дамбу, чтобы энергия больше не скапливалась.       — Все это здорово и замечательно, но моя роль в этом всем какая?       — Самая главная. Маршал — твой проект.       — Что?! — Джек подскочил на месте.       — Ты его создал и поместил сюда. Когда его понесло не туда и он напал на меня, ты его отстранил, откорректировал и вернул обратно. Что дальше было, ты и сам видел.       — Стой, стой, стой! — замахал руками Лондон. — Ты хочешь сказать, что человека, который тебя… Всем нам тут нервы трепал столько времени… Его создал я? Как?!       — Память о технологиях Абсолют тебе возвращать не стал. Сейчас это тебе ни к чему. Но, в целом, да, это твоя идея.       — Как жить-то теперь с этим? — Джек схватился за голову. — Я создал чудовище....       — Ты зря расстраиваешься. Из всех возможных вариантов твой оказался самым гуманным. Поэтому Абсолют дал добро на твою дальнейшую работу в этом направлении.       Джек подался вперед, чтобы слезть с алтаря, но замер на половине пути. Пол в зале начал мелко дрожать. Черная пыль от символов подпрыгивала на плитах и скатывалась в щели.       — Что происходит? — Предприниматель забрался на алтарь с ногами.       Теодор склонился и тоже забрался на алтарь, садясь лицом к центру.       — Саша уехала. Процесс запустился.       — Запустился? — Лондон сел к нему лицом. — Предупреждать надо. Что дальше будет?       В этот момент по залу прокатилась волна. Пол в зале треснул. Каменные плиты начали вразнобой подпрыгивать на месте. Из трещин между ними вырывался яркий, белый свет. Неподвижным оставался лишь алтарь, на котором сидели Джек и Драйзер.       — Для нас это безопасно? — Джек придвинулся ближе к Хранителю.       — Сейчас здесь самое безопасное место на сотни метров вокруг.       — Надеюсь.       Хранителю хотелось верить, но заставить себя не паниковать совсем не удавалось. Лондон с замиранием сердца смотрел, как ползут по стенам и потолку глубокие трещины. Над входной дверью треснула часть стены и рухнула на пол, завалив единственный выход.       — А как мы выбираться отсюда будем?       — Придумаем что-нибудь, — ответил спокойно Драйзер. — Я должен убедиться, что здесь ничего не останется.       — Ты замок собрался разваливать? — сообразил Джек. — Нап будет в ярости...       — Вначале он будет в шоке, — заметил Теодор. — А потом да, в ярости.       — А нас тут не завалит? — обеспокоился Лондон, перебирая в уме, сколько разных вещей находится сейчас над ними. — А вещи? Ноутбук, телефон, документы, машина...       Волосы на голове зашевелились от мысли, что всё это может в один миг оказаться здесь. Теодор вёл себя спокойно. Предпринимателю ничего не оставалось, как довериться ему и задавить свою панику на корню. Логические доводы и убеждения, однако же, не позволяли сохранять спокойствие каждый раз, как рядом обваливался кусок потолка или стены. Слишком уж реальными и громоздкими они были.       — Тебе действительно это все нужно? — поморщился Драйзер.       — Ну... — Предприниматель задумался. — Совсем без всего будет грустно...       — Давай закончим здесь, а там посмотрим, что нам нужно, — Теодор притянул его к себе.       — Долго еще? — Джек привалился к нему спиной.       Недалеко от них сверху сорвался большой кусок и рухнул на пол, пробив нижнюю плиту насквозь. Из дыры в полу хлынул яркий, белый свет. Под плитами не оказалось земли.       — Скоро уже.       Слева отвалился кусок стены, образовав огромную, светящуюся дыру. Теперь свет пробивался не только из-под пола, но и из трещин в стенах и потолке. Он будто разъедал камень, захватывая все больше пространства.       — Как-то странно все заканчивается, — Джек вздохнул.       — Почему?       — Я до последнего надеялся, что мы сядем в машину и уедем в закат.       — Зачем же так? Закат у нас еще будет и не один.       Совсем рядом на пол обрушился еще один фрагмент потолка. Алтарь дрогнул и начал заваливаться на бок. Пол, стены и потолок окончательно растворились. Их со всех сторон окружал яркий, белый свет. Небольшая часть алтаря, на которой они сидели, быстро таяла. Вместе с алтарем они спускались все ниже, постепенно ускоряясь, пока плита не растворилась окончательно и они не начали просто падать.       Джек ждал. Рано или поздно их падение должно было прекратиться. Однако, они продолжали болтаться в светлой пустоте и приземляться никуда не торопились.       — Зачем это все? — Джек перевернулся в воздухе, чтобы видеть собеседника.       — Что именно?       — Все. Майлз зачем всем этим занялся? Другие архитекторы зачем? Такие как мы и прочие? Какой смысл во всем этом?       — Какой ты смешной, — Теодор улыбнулся. — Сейчас я тебе смысл бытия взял и рассказал.       — А ты знаешь?       — Знает Абсолют. Я могу лишь догадываться.       — Поделишься? — Лондон извернулся, закинув руки за голову, будто лежал на шезлонге.       — Я думаю это полигон.       — Мм.. Оружие испытывают?       — Нет. Мы здесь методом проб и ошибок стараемся стать лучше.       — Все?       — Все.       — Как-то плохо у нас получается.       — Согласен, ошибок мы совершаем достаточно много. Но это лучше, чем ничего не делать. Майлз хотел смухлевать и провести ряд улучшений массово. Нельзя тонкую работу ставить на конвейерное производство. Качество сильно упало. Потому Абсолют позволил нам вмешаться.       — Мы тоже здесь чему-то учимся?       — Конечно.       — А потом? Станем мы лучше, а дальше что?       — А дальше пойдем в песочницу побольше.       — Так и будем по песочницам бродить до конца времен? Дальше-то что?       — Я так далеко не заглядывал, извини, — развел руками Теодор.       — Все равно странно как-то.       — Не о том ты думать начал, — Хранитель оживился. — Давай выбираться отсюда.       Он ничего не сделал, просто выпрямился, будто собирался встать в полный рост. Окружающее пространство начало темнеть, пока они не погрузились в полную темноту. Лондон ощутил под ногами твердый, ровный пол. Рядом послышался треск разрываемой ткани и скрип.       — Тед?       Предприниматель попытался оглядеться, но не увидел ничего в кромешной темноте. Он даже потер глаза, чтобы убедиться, что действительно их открыл.       — Я ничего не вижу.       Его голос негромким эхом разносился по окружающему пространству.       — Я тоже, — отозвался Теодор откуда-то сверху.       — Посветить?       — Нет, погоди, — Хранитель к чему-то принюхался.       Джек тоже потянул носом воздух. В этом месте странно пахло пластиком, кожей и еще чем-то незнакомым.       — Здесь где-то должен быть выключатель, — Теодор чем-то заскрипел и спустился на пол.       Будто услышав его у них над головой зажглись люминесцентные лампы. Предприниматель зажмурился и даже закрыл лицо руками, ожидая, когда пройдут цветные пятна перед глазами. Привыкнув к свету, он смог, наконец, осмотреться. Они оказались в каком-то ангаре или складе. Огромное помещение с высоким потолком было равномерно освещено несколькими рядами ламп. Весь зал оказался заставлен автомобилями. Ровными рядами, как братья-близнецы, стояли внедорожники, седаны, спорткары всех возможных расцветок. Теодор стоял возле спортивной белой машины с проломленной, черной крышей.       — Не самое удачное приземление, — Драйзер тяжело вздохнул, изучая дыру.       — Тебе повезло, что она откидная, эта крыша, — Джек улыбнулся и еще раз оглядел зал. — Куда ты нас притащил?       Теодор еще раз оглядел зал и указал на испорченную машину.       — Ты же хотел новую машину?       — Хотел, но не с пробитой крышей, — возмутился Джек.       — Эй! Вы как сюда попали?! — к ним с дальнего конца зала бежал полноватый мужчина в спецодежде охранника.       — Человек? — Джек заметил охранника и сильно заинтересовался им. — Настоящий?       Его почему-то сильно увлекла эта ситуация. Почему после всего, что с ними произошло, первым им повстречался именно охранник автосалона. Было что-то сакральное во всех этих внезапных встречах.       — Человек. Настоящий, — подтвердил Драйзер.       — Он нас видит? — спросил Лондон с плохо скрываемым восторгом.       — Да, и слышит, — Теодор выставил руку на встречу мужчине. — Подскажи, который час?       Охранник замер, позабыв про свои обязанности и собственную осторожность, отодвинул рукав и посмотрел на часы.       — Половина седьмого, — сообщил будничным тоном и подошел ближе.       Его уже не волновало, кто к нему явился, как они попали в закрытое помещение. Даже машина с проломленной крышей не вызвала у него бурных эмоций.       — Приобрести машину хотите? — уточнил он, важным видом прогуливаясь вокруг машины.       — Да, — подтвердил Теодор. — Когда вы открываетесь?       — Менеджер приедет к семи, — охранник заглянул в машину через дыру в крыше.       — Можно ли его позвать пораньше? Мы спешим.       — Можно попробовать, — мужчина достал из кармана телефон и отошел чуть в сторону. — Про поломку все равно нужно сообщить.       Не успел он набрать номер, как в зале появился еще один мужчина. Этот был выше охранника, моложе и одет в деловой костюм.       — Боб! — позвал он, заметив охранника и быстрым шагом направился к нему. — Боб! Ты что там делаешь?       Охранник его увидел, махнул рукой и пошел на встречу. Очень тихо они переговорили. Боб показал вначале на машину, что-то объяснил, потом указал на Джека с Теодором. Закончив разговор, менеджер отошел к машине, посмотрел внутрь, потом заглянул в пролом сверху. Увидев что-то, он выругался и отошел от машины.       — Часто у вас такое? — привлек его внимание Теодор.       — Регулярно, — мрачно ответил мужчина. — Понабрали криворуких крышу латать.       Теодор сочувственно покачал головой.       — Начальство что говорит?       — Руками разводит, — менеджер вздохнул. — Машины застрахованы, остальное не мое дело. Вы хотели что-то посмотреть?       Лондон переключил свое внимание на нового персонажа. Этот человек тоже не видел ничего странного ни в их присутствии, ни в странной одежде.       — Да. Мы хотим купить эту машину, — Теодор указал на многострадальный автомобиль.       Менеджер и здесь не смутился. Он обошел машину кругом, расписывая преимущества именно этой модели. Собрал крышу, достал из салона кусок какой-то балки. Они с Драйзером сели в машину, долго изучали внутреннее наполнение, обсуждали дизайн и особенности управления. Выбравшись из машины менеджер подозвал охранника и они вместе ушли в офис за ключами и документами.       — Ты реально собрался покупать эту машину? — Джек подошел к Теодору.       — Да, — Хранитель порылся в карманах и достал новенькую кредитную карту. — Подержи.       Он сунул карточку Лондону.       — Сколько здесь денег? — Джек повертел карточку в руке и убрал в карман.       Теодор прищурился.       — Пять... Шесть... Восемь... Нам хватит.       — У тебя там черная дыра или портал в банковское хранилище?       — Нет. Это честно заработанные деньги. Ну как честно... Ювелирным мастерством. Я же Бонапарту не все свои запасы отдал.       — Как они там, кстати?       — Вот купим машину и поедем, проверим.       — Там на улице все еще зима, да?       — Ну да, — Теодор оглядел одежду Джека и открыл багажник их будущей машины.       Внутри обнаружилась теплая, кожаная куртка. Лондон с удовольствием ее надел и застегнулся.       Вернулся Мэтт с кучей каких-то бумажек. Он положил бумаги на капот машины и склонился над ними. Теодор глянул на документы и незаметно для менеджера повел рукой, описав вокруг себя полукруг. Мужчина тут же выпрямился и повернулся к нему лицом.       — Оплачивать будете наличными или картой?       — Картой, — Теодор жестом попросил Джека передать продавцу кредитку.       Менеджер сгреб бумаги и ушел обратно в офис.       — Ты даже читать не станешь, что он там заполнит? — уточнил Предприниматель, заметив его жест.       — Зачем? Эту машину больше никто никогда не увидит. А что он там себе в бумагах напишет его личное дело.       — А камеры ты как обманывать собрался? — Лондон огляделся, пытаясь отыскать хоть одну.       — У них перебои со связью. Балка с крыши пока падала, повредила кабель.       — Сейчас охрана налетит?       — Не паникуй. Кому нужен склад с криво положенной крышей?       — И кучей дорогих тачек.       — Тебе же сказали, — Теодор кивнул в сторону офиса. — Все застраховано.       — Окей. Успокоил, — смирился Лондон. — Чур я за рулем!       — Да на здоровье.       Драйзер снова обратил внимание на подошедшего к ним менеджера.       — Поздравляю с покупкой, — он вернул Хранителю карточку. — Проходите на улицу, я подгоню вашу машину.       Они вышли на улицу через центральный вход, который любезно показал им охранник Боб. Автосалон занимал достаточно большую площадь. На ней разместились склад, стеклянный павильон, здание автосервиса и просторная, огороженная парковка. Все это располагалось на пригорке. С запада к территории примыкал небольшой лесок, а с востока простерлись заснеженные поля, заканчивающиеся холмами далеко впереди. Над полями вставало солнце. Джек улыбнулся и вдохнул утренний воздух полной грудью.       — А здесь теплее, чем дома. Где мы, кстати?       — Это просто тебя разжарило, — улыбнулся Теодор.       Менеджер подвел к ним их машину и торжественно вручил Драйзеру ключи.       — Вот козел. Даже не спросил, как мы без крыши по морозу поедем, — Джек проводил его взглядом до самых дверей.       — Вернуть его? Спросит, — Хранитель отдал ему ключи и полез на пассажирское сидение.       — Остановись метров через пятьсот. Надо поколдовать с машиной.       Джек послушно повел машину с территории салона. Хорошая асфальтовая дорога еще метров сто пролегала по полю, потом уводила в лес и поворачивала. За поворотом Лондон остановился на обочине и заглушил двигатель. Лес оказался небольшим. Между деревьями впереди виднелись просветы полей. Солнце постепенно поднималось над горизонтом, но на дороге в этот час больше никого не было.       — Так, а теперь нужна твоя помощь. Открой бензобак и выходи, — Теодор выбрался из машины и пошел куда-то назад.       Джек нажал на нужную кнопку и вылез из машины. Теодор открутил крышку бензобака что-то бросил в отверстие и долго простукивал пальцем каждый сантиметр вокруг.       — Кинь сюда уголек. Чем концентрированнее, тем лучше.       — Зачем?       — Нам нужно топливо.       Джек сложил руки в замок и подул между ладоней. В руках быстро вырос плотный, горячий шарик. Не разжимая ладоней, Лондон протолкнул его в бензобак и закрыл крышку. Вместе они вернулись в салон.       — Куда теперь? — Предприниматель положил руки на руль.       Уже сидеть в этой машине было большим удовольствием. Все было настроено под него, ничего поправлять, двигать, поднимать не требовалось.       — Давай посмотрим, что нам предложит Абсолют.       С этими словами Теодор включил навигатор. На экране появился импровизированный рельеф и светлой полосой через весь экран пролегла дорога с небольшим треугольничком в самом центре экрана.       — Маршрут простроен, — сообщил приятный женский голос. — Пункт назначения мотель «Каролина». Двигайтесь прямо восемьсот пятьдесят два километра.       Карта на экране изогнулась, полоса-дорога вытянулась перед треугольником в прямую линию и скрылась за пределами экрана.       — Разве есть такие прямые длинные дороги? — спросил Джек.       Вопрос отпал сам собой. Пейзаж за окном начал меняться. Дорога проползла под машиной и замерла так, чтобы разделительная полоса оказалась ровно между Джеком и Теодором. Асфальтовая дорога продолжала меняться. Она вывернула из-за поворота, выстраиваясь в ровную линию. Исчезали и сглаживались все повороты, спуски и подъемы, пока дорога не уперлась идеально ровной гладью в горизонт.       — А что нам нужно в этом мотеле? — спросил Лондон.       Теодор задумался. Ответить он не успел. Джек внезапно понял, что именно в этом мотеле остановились Оноре с Наполеоном. Эта мысль будто спустилась откуда-то сверху и настойчиво постучалась в сознание, будто специально привлекая его внимание к себе.       — Там Нап с Оноре! — сообщил Джек.       — Сам догадался? — Теодор улыбнулся.       — Так вот ты как это делаешь! — Предприниматель пригрозил ему пальцем. — Тебе тоже мысли сверху спускаются?       — Я бы не сказал, что сверху... — Теодор посмотрел вокруг себя. — Но да, иногда мне в голову приходят странные идеи.       — Я то уже нафантазировать себе всякого успел, — сокрушался Лондон.       — Например? — Драйзер нажал на кнопку.       Крыша машины дрогнула и начала разворачиваться. Пролом в ткани чудесным образом затянулся. Воздух в машине начал быстро нагреваться безо всяких обогревателей.       — Я думал, ты знал все с самого начала и просто не рассказывал мне, — ответил Джек, расстегивая куртку.       — Зря. Если бы я знал все, я бы сразу после ярмарки тебе рассказал.       — Логично... — Джек кивнул.       — Поехали, — Хранитель кивнул на дорогу. — До мотеля еще добраться надо.       Предприниматель завел двигатель.       — Мы же там позавтракаем?       — Конечно.       Джек посмотрел на дорогу.       — Тед? — протянул с хитрой улыбкой. — А лихачить можно?       Драйзер улыбнулся.       — Давай лучше посмотрим, как быстро может ехать эта колымага.       Лондон кивнул. Взревел двигатель, белая машина сорвалась с места и в считанные секунды превратилась с точку на горизонте. Джек готов был поспорить на миллион долларов, что на месте их стоянки еще долго горел длинный след от дорогих шин.       * * *       — Я в душ, — Критик прохромал до шкафа, взял полотенце и, не дожидаясь ответа, скрылся за дверью ванной.       — Ага, — запоздало отозвался Бонапарт.       В ванной зашумела вода. Наполеон высунулся из-под подушки и посмотрел на будильник на прикроватной тумбочке. Перевернувшись на спину, он осторожно потер плечо и закрыл глаза, предприняв попытку заснуть. Вода в ванной шумела ровно и убаюкивающе. Слишком ровно. Политик снова посмотрел на будильник. Из жизни выпало пятнадцать минут. Из ванной кроме воды больше не доносилось никаких посторонних звуков. Бонапарт сел и прислушался. За пять минут в ванной ничего не произошло.       — Черт! — Наполеон вскочил и кинулся в ванную.       Силуэт Бальзака просматривался на полу за матовым стеклом душевой кабинки. Бонапарт подскочил к ней и распахнул дверцы. Оноре сидел на корточках с бритвенным станком в руке.       — Ты чего на полу делаешь? — строго спросил Политик.       — Бреюсь, не видно что ли? — Бальзак выпрямился, демонстрируя половину лица, густо смазанную кремом для бритья.       — Тихо бреешься, — заметил Наполеон.       — Дверь закрой, дует, — Бальзак повернулся к нему спиной, вернувшись к бритью.       Бонапарт шагнул в кабинку и закрыл за собой дверцы.       — Тебе нельзя мочить повязку, — напомнил Оноре.       — Поменяем, — Наполеон положил подбородок ему на плечо.       — Ты же спать хотел, — Критик закончил бриться и просто стоял подставив лицо струям воды.       — Больше не хочу.       Наполеон провел кончиками пальцев по его животу, обходя фиолетовые кровоподтеки.       — Я закончил, — Бальзак отстранился.       — Я вижу, — Наполеон притянул его обратно, прикусив мочку уха. — Пошалим?       Бальзака передернуло.       — Не думаю, что это хорошая идея.       — Да брось. Я осторожно.       — Ваше Величество, держите себя в руках, — Критик настойчиво убрал его руки со своей талии.       — Ну почему? — возмутился Бонапарт. — Я за тобой и в огонь, и в воду. Неужели мне не перепадет кусочек благодарности?       Оноре развернулся к нему лицом.       — Доктор сказал, не перенапрягаться пока.       — Да кто напрягается? Я же тебе не мешки ворочать предлагаю.       Из комнаты послышались телефонные трели.       — Вот, нас уже кто-то потерял, — Бальзак ухватился за спасительную соломинку.       — Перезвонят, — Бонапарт прижал его к стене, вовлекая в поцелуй.       Критик сдался. Телефон продолжал надрываться еще пару минут и замолчал.       — Так-то лучше, — выдохнул Бонапарт и опустился на колени.       В этот момент запищал другой телефон. Еще через полминуты вновь затрезвонил первый.       — Да что такое? — Наполеон уткнулся лбом Критику в бедро.       — Может что-то случилось, — предположил Оноре и вышел из кабинки.       Обернув бедра полотенцем, он вышел из ванной и взял свой телефон.       — Терри? — ответил он. — Ты чего названиваешь?       — Совесть есть у тебя?! — возмутился Терри на том конце.       — Мы вроде ни о чем не договаривались, нет? — припомнил Бальзак. — Что за паника?       — У меня чуть сердечный приступ не случился! Где вас носит?!       — Я у родителей с Напом. Джек дома остался с Теодором.       — Вы новости не смотрели? — спросил Терри севшим голосом.       — Нет, а что там? — Критик проследил, как Бонапарт бросился через всю комнату к телевизору.       — Там по центральному каналу вас показывают!       Бонапарт полистал каналы и остановился на выпуске экстренных новостей. На экране замелькали кадры сломанных деревьев, кучи камней, небольшое кладбище, камера замерла на огромной воронке глубиной метров пятьдесят. По краю воронки валялись горы камней, деревянных и пластиковых обломков, элементы мебели и прочий хлам. В этих кучах копошились спасатели и полицейские.       — Я перезвоню, — Критик сбросил звонок. — Что говорят?       Бонапарт как раз настраивал громкость.       — ...мощный взрыв прозвучал сегодня в половине седьмого утра, — вещал диктор. — Старинный замок, памятник архитектуры пятнадцатого века оказался стерт с лица земли. По предварительным данным, причиной взрыва послужило большое скопление газа под зданием.       — Это что еще за шутки? — Нап снова взялся за телефон.       — Джек вне зоны доступа, — Оноре уже успел набрать телефон друга.       — Тед тоже, — Наполеон растерянно уставился на погасший телефон. — Твою ж мать! — он в сердцах швырнул трубку в сторону.       Телефон ударился о стену. Крышка и аккумулятор отлетели в одну сторону, трубка в другую.       — Не нервничай, — Оноре пошел собирать детали телефона, чтобы хоть чем-то отвлечь себя от дурных новостей. — Может быть они уехали куда-нибудь. Хотели же.       — Мало ли чего они хотели. Почему никто из них не выходит на связь?       Бальзак сел на край кровати. Идей не было никаких. В то, что Джек с Теодором сейчас летят куда-нибудь в теплые страны в комфортабельном самолете верилось плохо. После отъезда они лишь раз связались с Джеком. И было это три дня назад. Ни о каких поездках он не говорил.       — Теодор же сильный, — предположил Критик. — Может он их прикрыл. Сидят где-нибудь под завалами…       — Я скорее поверю, что это как раз Теодора бомбануло, — Бонапарт на мгновение перестал бродить туда-сюда по комнате. — Джек же говорил, что они какого-то удара ждут.       — Говорил... — согласился Критик. — Думаешь, они знали?       — Не думаю. Знаю! — Нап снова остановился. — Оденься, чего голышом ходишь!       Оноре побрел одеваться. Он только успел натянуть джинсы, когда в дверь их номера настойчиво постучали. Оба замерли.       — Ты что-то в номер заказывал? — Нап посмотрел на Критика и потянул из-под кровати биту.       — Я нет, — покачал головой Оноре.       В дверь продолжали стучать без перерыва. Бонапарт встал слева от двери и велел Бальзаку спрятаться.       — Кто там? — крикнул он.       Стуки смолкли.       — Свои, открывай!       Оноре высунулся из-за дивана. Оба переглянулись. Наполеон перехватил биту поудобнее и с ноги распахнул дверь.       — Оу! Оу! Оу! — Джек поспешно отскочил от двери, заметив биту. — Полегче!       — Джек! — Наполеон опустил биту. — Какого хрена?!       — Что, простите? — не понял Лондон.       — Ты жив? — из проема высунулся Бальзак. — А Теодор где?       — В машине, — Джек указал на парковку перед мотелем. — Выгружается.       Наполеон оглядел, стоящие в ряд автомобили. Увидев Драйзера, он снова повернулся к Джеку.       — Вы приехали на феррари?!       — Разуй глаза. Это Порш! — возмутился Предприниматель.       — Откуда у вас Порш?!       — Купили, блин! — Лондон втолкнул Бонапарта в номер и прикрыл дверь. — Ты чего мокрый такой? — спросил он, проходя на середину комнаты.       — Душ принимал, — хмуро ответил Бонапарт.       — Джек, что случилось с замком? — спросил Бальзак.       — Эээ... — Джек задумался. — Мы открыли межпространственный портал. Замок не выдержал и развалился.       — Зачем?       — Надо было. Очень.       — А полегче нельзя было?! — накинулся на него Бонапарт.       — Не знаю. Спроси у Теда.       Джек прошел через комнату и уселся на дальнюю кровать. Спустя минуту в номер вошел Теодор.       — Можно поздравить экзорцистов? — спросил он, водружая на стол большой бумажный пакет.       — Это что? — Лондон подскочил к столу и заглянул в пакет.       — Прощальный подарок от Диониса.       Теодор начал выгружать на стол бутылки с вином и упаковки с ресторанной едой.       — Круто.       — Так что там с Сигмой? — повторил Хранитель, оставив Джеку сервировку.       — Как видишь, оба живы, — заметил Бонапарт. — Раз уж ты здесь, не мог бы...? — он задрал футболку, демонстрируя перебинтованный живот.       — Огнестрел? — уточнил Теодор, шагнув к нему на встречу.       — Два, — гордо сообщил Политик.       — Не ври! — отдернул его Лондон.       — Я не вру!       — Не врет, — Теодор обошел его кругом. — Тут три огнестрела.       — Как три? — хором спросили Оноре с Бонапартом.       — Третий вот, — Теодор достал из кармана мятый кусочек металла. — В рубашке вы родились, Ваше Величество. Я бы сказал, в кольчуге. Но впредь будь осторожен. Второй раз может так не повезти.       — Я очень надеюсь, что не попаду больше в подобную ситуацию.       — Пути Господни неисповедимы... — пожал плечами Теодор и положил руку Бонапрту на живот.       Наполеон выпрямился и медленно вдохнул, расправляя плечи.       — Переоденься, замерзнешь, — велел Хранитель, поворачиваясь к Бальзаку. — Показывай свою ногу.       — Да я нормально вроде, — Критик отшатнулся.       — Джинсы оставь. Мне одежда не мешает, — успокоил его Теодор и усадил на кровать.       Подсев рядом на пол, он поводил по ноге Бальзака рукой и несильно сжал его икру в ладонях. Бальзак зажмурился, ожидая самого страшного, но Теодор его уже отпустил.       — Вас без анестезии латали, что ли? — Драйзер отошел к столу.       — Ставили уколы, но все равно неприятно, — Оноре осторожно встал и медленно прошелся по комнате. — Здорово! Спасибо, — кивнул он Хранителю.       — На здоровье.       Вместе с Джеком они расстелили на столе скатерть, расставили бокалы и тарелки, выставили блюда с едой.       — Садитесь, голодные же, — пригласил Теодор, разливая вино по бокалам.       Два раза звать не пришлось. Друзья расселись за столом.       — Ну за встречу, — Драйзер покачал в руке бокал с рубиновой жидкостью. — Ешьте, потом будем хвастаться.       Никто не спорил. Тарелки и бутылки вскоре опустели. По требованию Драйзера или из-за вкусной еды и крепкого вина ни у кого не появлялось желания заговорить. Наконец, трапеза была закончена, Бальзак с Бонапартом разлеглись на кроватях, переваривать сытный завтрак. Джек с Теодором остались сидеть за столом.       — Ну что? Рассказывайте, как вы тут справились без нас, — предложил Теодор.       — Мы добрались до моих родителей, — начал Оноре. — Полдня сидели в засаде. Во время ужина решили зайти. Крику было... Величество заперся с отцом в кладовке. Они там пили коньяк до утра. Не знаю, что там Нап отцу наговорил, но утром я был самым лучшим сыном на свете.       — Я ему пригрозил, что если он тебя еще раз прогонит, я оторву ему яйца, — Бонапарт засмеялся.       — Ты ему в красках расписывал это всю ночь? — уточнил Теодор.       — Я умею ездить по мозгам, — Бонапарт расплылся в довольной улыбке.       — Я в тебе не сомневаюсь.       — В общем, — привлек внимание Оноре. — С родителями я помирился. Мы нашли тот лес, про который вы с Сашей говорили. Полянку. Камень откапывать пришлось.       — Стоп! — перебил его Бонапарт. — Ты не говорил, что тебе Саша про тот камень сказала.       — Не Саша, а Маршал, — осадил его Хранитель. — Саша просто передала информацию.       — Не суть, — отмахнулся Критик. — Место нашли, костер развели, всю ночь, варили зелье это непонятное.       — Что за зелье? — оживился Джек. — Крылья летучей мыши, лягушачьи лапки, клыки вампира...       — Да и мешок навозных жуков, — подтвердил Теодор. — Сигму призывали определенным зельем. Прогонять его нужно было тем же способом, но в обратной последовательности.       — Чего ж раньше не сварили?       — Всему свое время. Крови там много нужно было. И прочей мелочи.       — Мелочи, — фыркнул Наполеон. — Хоть дрочить посреди леса не заставили и на том спасибо.       — Сварили зелье, — заключил Бальзак. — И Сигму искать пошли.       — А вот тут начинается самое интересное, — снова перебил его Наполеон.       — Ваше Величество! — не выдержал Критик. — Будьте так добры, заткнитесь!       — Не могу я, — Политик схватился за голову. — Эти подонки мне теперь до конца жизни в кошмарах сниться будут.       — В общем, — Бальзак вздохнул. — Сигма связался с наркобароном нашим местным. Штат головорезов у них не большой, но нам и этого хватило.       — Вы с ними в перестрелку вступили? — предположил Джек.       — Мы пробрались в их логово, нашли Сигму, облили его этой жижей, а он взял и умер. Медики сказали потом, что от разрыва сердца.       — Ага, — поддержал Бонапарт. — Пробраться-то пробрались, а на обратном пути нас спалили. Ты же сказал Бальзака прикрывать. Я и прикрыл. Пока мы выбраться пытались, меня подстрелили, а через пару минут налетели копы и всех повязали.       — Бонапарт в больнице только в себя пришел, — продолжил Оноре.       — Чего ж соскочили? Оставались бы в больнице, — предложил Хранитель.       — Вот еще. Я в больнице и дня больше не проведу. Зашили, что надо вкололи и отпустили с миром. Долечимся дома, — Бонапарт пощупал живот. — Считай, уже долечились.       Он вытащил из-под футболки ненужные больше бинты.       — Хорошо то, что хорошо кончается, — заключил Теодор. — Больше Сигма тебя беспокоить не будет.       — Надеюсь.       — А вы чего такие отмороженные? — заметил Бонапарт. — Ты, кстати, привел себя в порядок, я смотрю.       — Да? — Теодор посмотрел на свое отражение в ложке. — Я провел реструктуризацию. Теперь все нормально.       — Как там Маршал поживает? Давно не слышно ничего об этом засранце.       — Георгий скоропостижно скончался сегодня ночью.       — О как! — Бонапарт сел. — Ты его все-таки прищучил?       — Нет. Его время пришло. Не стали мешать.       — Ну-ка рассказывайте быстро, что у вас там произошло? — потребовал Политик. — Опять все самое интересное без нас случилось?       Джек с Теодором переглянулись.       — Смотря, что вам уже известно, — развел руками Драйзер. — Чтобы не повторяться.       — Когда мы уезжали, ты там какого-то удара ждал и раздавал имущество направо и налево.       — И я его дождался. Маршал провел ритуал и натравил на меня что-то вроде магической полиции. В общем, они меня поймали и отправили в обезьянник до выяснения всех деталей. А пока меня не было Маршал пробрался в замок, спустился в подвал и призвал сюда существо, ради которого вообще это все затевалось.       — Что за существо такое?       — Что-то вроде джинна. Оно убило Георгия, вернуло меня сюда и открыло нам с Джеком портал.       — А нахрена замок было разрушать?!       — Чтобы никто больше его сюда не позвал.       — И где нам жить прикажешь?       — Как я могу вам приказывать, Ваше Величество? — Теодор улыбнулся. — У вас двадцать пять миллионов вариантов.       — Деньги — не проблема, — отмахнулся Бонапарт. — Часть все равно уйдет на гостиницы. На первое время у нас есть квартира Оноре. Но вам не кажется, что вчетвером нам там будет немного тесно?       — Почему вчетвером? Вдвоем. Каждому по комнате. Мы с Джеком с вами не поедем.       — Почему это?       — Потому что нам надо еще в несколько мест успеть.       — И как долго вы планируете мотаться? — уточнил Наполеон.       — Сложно сказать. Месяц тут, два там... Если повезет, к концу года управимся.       — Вы там кругосветное путешествие собрались совершить?       — У меня была такая идея, — согласился Теодор.       — Почему бы и нет, — пожал плечами Джек.       — Я тоже хочу.       — Сами, — Хранитель вскинул руки. — Все сами. Я слишком устал, чтобы тащить кого-то за собой.       — Тащить? — завелся Политик. — Мы для тебя обуза?       — Наши дороги не для простых людей, — ответил за Драйзера Джек.       — Это уже интересно, — переключился на Предпринимателя Бонапарт.       — Вовсе нет, — Лондон достал сигарету и подкурил от огненной дуги между пальцев. — Я пока не готов ни с кем обсуждать наш маршрут.       — Ну вот, — Бонапарт сдулся. — Кто же нас теперь лечить будет.       — Вы уж постарайтесь не калечиться, — Теодор встал из-за стола. — Как обустроитесь, пишите. Заскочим в гости.       — Куда писать-то? Вы вне зоны доступа, — мрачно заметил Бальзак.       — Чуть позже обзаведемся новыми телефонами и свяжемся с вами, — пообещал Теодор и пошел к двери.       — Вы уже уходите? — спросил Наполеон.       — Да, — Джек докурил сигарету и встал. — Пора нам.       Бонапарт с Бальзаком накинули куртки и пошли с ними на выход.       — Вы только не пропадайте, как в прошлый раз, — попросил Критик, поравнявшись с Джеком.       — Попробуем, — кивнул Предприниматель и снова закурил. — Ребятам привет. Я напишу им позже.       — Что им сказать?       — Скажи, что мы улетели зимовать на юг.       Они молча курили пару минут. Теодор дождался, когда Джек потушит окурок и пошел к машине. Попрощавшись с друзьями они сели в машину. Заурчал двигатель, автомобиль минуту еще стоял на месте, потом дернулся вперед и в следующий миг пропал, оставив после себя черный след от шин, глубоко вплавленный в асфальт.       — Я скажу Дону, что они добыли-таки китайский телепортатор, — заявил Наполеон.       — Он же им житья не даст, — напомнил Критик.       — Я знаю, — Политик расплылся в дьявольской улыбке. — И телефоны их ему дам. Пусть развлекаются.       — Ты страшный человек, — Бальзак улыбнулся и пошел обратно в номер.       Бонапарт еще раз оглядел стоянку, вдохнул полной грудью морозный воздух и последовал за Оноре.