Узники крепкой дружбы

После выздоровления Гарри и до Рождественских каникул дни учёбы тянулись особенно нудно. Гарри и Элин проводили большую часть времени в библиотеке, заучивая материал, по которому надвигалась контрольная. В конце полугодия их признали лучшими учениками на факультете, наравне с Гермионой Грейнджер. Гарри был совершенно равнодушен к такому признанию, хотя не возражал, если это принесёт ему выгоды в виде хорошей репутации у профессоров. Элин искренне радовалась, а Гермиона была несколько недовольна, что кто-то опередил её по баллам. Что за тварь напала на детей в Запретном лесу, выяснить не удалось. Директор призвал всех быть более внимательными и ни при каких обстоятельствах не ходить в Запретный лес. Гарри выслушал всё это скептически. В отличие от многих учеников, которые росли среди маглов, он с самого начала не верил, что попал в добрую волшебную сказку, и был готов к неприятностям. Пока Дамблдор успокаивал всех сладкими речами, Гарри размышлял, кого стоит подозревать, и остановился на кандидатуре мрачного профессора Снейпа. Он поделился своими мыслями с Элин. Девочка фыркнула и заявила, что это, конечно же, был дементор. И, долистав до нужной страницы в учебнике, ткнула пальцем в картинку. Хотя это не обсуждалось, но так же считали почти все учителя, а вместе с ними и все ученики школы. Наступили долгожданные Рождественские каникулы, и школа опустела. Остались только те ученики, кто по той или иной причине не мог поехать домой. Гарри и Элин ехать в приют отказались. Сама мысль об этом месте, где на них смотрели как на ошибку природы, изрядно портила праздничное настроение. Дамблдор был очень мил и сразу согласился их оставить. Сам он покинул школу и приезжал только дважды за все каникулы. Учителя разъехались по отпускам — все, кроме профессора МакГонагал. По коридорам бродил завхоз Филч, что-то ворча себе под нос, но ему некого было ловить и наказывать за шалости. Гарри раздумывал, как бы им с Элин незаметно и беспрепятственно совершить вылазку в Гринготтс. Сейчас он сидел на подоконнике в библиотеке, задёрнув штору, чтобы его не было видно. Он смотрел вдаль на Запретный лес. Его терзали демоны сомнения и гнева: он привык, что его планы всегда срабатывали! А с вылазкой в банк возникло неожиданное препятствие: в школу заявился Родительский комитет в полном составе. К чему бы это? Отчего-то Гарри почувствовал себя загнанным в ловушку. Величественный зимний пейзаж за окном казался теперь беспросветно унылым. Мальчик устало прикрыл глаза и прислонился лбом к холодному стеклу. Сегодня была суббота, и всем детям, проводившим каникулы в школе, разрешили сходить в Хогсмид. Во время этой прогулки они с Элин и собирались улизнуть. Такого случая больше не представится. Профессор МакГонагал тотчас забьёт тревогу, обнаружив пропажу двух первокурсников. Если они сбегут во время прогулки в Хогсмид, можно будет сказать, что они потерялись. Из самого Хогвартса так не «потеряешься». Вдруг Гарри обратил внимание, что уже несколько минут над домишком лесничего поднимается густой дым. Отсюда было не разглядеть, что там такое происходит. Но вообще-то странный дым валил из трубы уже не первый день. Глядя на дым, Гарри догадался, зачем Родительский комитет посетил школу: ведь в нём состоял старший Малфой, который не смог забрать сына на каникулы. А вчера его драгоценный наследник отравился. Получается, что никто ни пойдет в Хогсмид! Чёртов комитет будет допрашивать всех, начиная от МакГонагал, заканчивая последним кухонным эльфом. И учеников, разумеется, тоже. Гарри тихо выругался и спрыгнул с подоконника. Он не собирался унывать в одиночестве. Нужно найти Элин и разделить неудачу с ней. Наверняка она и сама поняла, что их план обречён.

***

Рон бросил несчастный взгляд на часы, которые показывали полдевятого утра. Он глубоко вздохнул, провожая отлетающий прочь прекрасный сон, нарочито медленно переоделся и тяжело потопал по лестнице вниз. Тесная кухня показалась неожиданно просторной теперь, когда из всей шумной семьи в доме остался он один. Да ещё близнецы, которые так заняты собой, что об их присутствии легко можно забыть. Всё им нипочём! А Рон вдруг живо вообразил свою семью, что каждое утро собиралась за выскобленным деревянным столом. От этого ему сделалось особенно тоскливо. Из глаз потекли слёзы незаслуженной обиды. Пока он так стоял, борясь со слезами, стрелка настенных часов передвинулась, указав на надпись «Время кормить кур». Рон прошёл на кухню и украдкой, как будто был здесь чужим, присел на краешек ближайшего стула. Встречать Рождество в пустом доме ему довелось впервые. Он был не виноват в том, за что его так наказали, но всё равно было отчего-то стыдно. Наверное, оттого, что он завидовал самым близким — родителям, старшим братьям, сестрёнке. От этого злого чувства его душа словно разрывалась надвое. И всё из-за паршивого Поттера. Бесконечные увещевания Дамблдора только действовали на нервы, но вовсе не могли помочь ему сблизиться с Героем Магического Мира. Гарри не просто отклонил все его предложения дружбы! Он ещё и оскорбил Рона насмешками и гнусными намёками и пообещал вызвать в школу авроров, если тот не перестанет к нему приставать. Приставать! Да что он о себе возомнил! После этого Рон взбунтовался, а Дамблдор обвинил его в неподчинении и объявил, что с материальной поддержкой семьи Уизли покончено. Тогда родные, которые сперва были как будто на его стороне, стали наперебой упрекать Рона за то, что он не смог выполнить простейшую задачу — подружиться со сверстником. Так и не остыв, они уехали в путешествие, а провинившегося мальчика оставили дома на каникулы и лишили подарков. Фред и Джордж тоже остались дома. Перед самыми каникулами они подшутили над самим директором, перекрасив тому волосы в красный цвет. Рон тогда смеялся, как сумасшедший, до истерики, понимая, что вот-вот станет не до смеха. Директор в тот день был похож на старого петуха, который не годится даже в суп. Об этом Рон, давясь слабым кофе, заявил заглянувшим в кухню братьям по крови и по несчастью. Фред и Джордж по очереди похлопали его по спине, одинаково улыбнулись, синхронно взглянули на часы и отправились кормить кур. Рон не двинулся с места. Он решил, что пусть здесь хоть всё развалится, он палец о палец не ударит. А обиду, нанесённую Поттером, он просто так не оставит. Он придумает такой план, чтобы Поттер потерял свой образ героя в глазах всей школы, а ещё лучше — всей Англии.

***

Гарри глотнул чаю из маленькой, почти кукольной, фарфоровой чашки, наверняка кофейной, но других не нашлось. Обводя глазами интерьер, он подумал, что здесь вообще всё кажется ненастоящим. Кроме Элин. — У нас проблемы, ты ведь знаешь, — проговорил он нарочито небрежным тоном. — Комитет лютует, попробуем выбраться — нас поймают и обвинят сразу во всём на свете. Увидев на лице подруги задумчивое выражение, Гарри улыбнулся и мысленно отсчитал минуту. — Ты что-нибудь придумала? — спросил он, закончив считать. — Нужно пройти допрос первыми и тихо слинять, пока и комитет и учителя будут заняты остальными. В школе осталось примерно по 5-10 учеников с каждого факультета. Даже пять минут на каждого — это уже куча времени! Плюс двое учителей и наш завхоз. А! Ещё эльфы, — Элин развела руками, — и призраки, конечно. Если они хотят управиться за один раз, у нас больше половины суток в запасе. Ты думаешь мы не успеем за это время уйти и вернуться незамеченными? Кстати, ты до сих пор не сказал, как мы выберемся из школы, — она подняла глаза на Гарри, который сидел, раскрыв рот. — Что? — Я и забыл про всех обитателей, — признался Гарри. — Чтобы я без тебя делал? Ты гений! Он встал и крепко обнял подругу. — Гарри, задушишь ведь, — поморщилась она. — Прости, прости, — ответил Гарри, сжимая её ещё крепче. — Пора идти, если хотим проскочить вперёд. Притворимся, что очень хотим помочь. — Так как же мы выберемся из школы? — с усмешкой спросила девочка. — Есть туннель, ведущий сразу в Сладкое Королевство, — шёпотом пояснил Гарри. И добавил, опережая вопрос подруги, — ...который мне показали близнецы Уизли. Не нарочно, конечно.

***

Стук в дверь оторвал директора от кипы бумаг с отчётами о денежных расходах. — Войдите, — с неохотой проговорил Альбус Дамблдор. Дверь широко распахнулась, вошёл черноволосый мужчина с хищными чертами лица, искривлёнными вечной усмешкой. — Ах, это вы мистер Даниэль. Что-то случилось? — Нет, что вы, всё в порядке. Я лишь хочу утвердить с вами одну незначительную сумму денег, — аврор бросил взгляд на пустую клетку, стоящую около стола главы Визингемота. — Ведь я предоставил Вам доказательства нападения Квирелла на детей. — И сколько вы хотите? — Сумму я напишу в письме, — покачал головой Даниэль, бесцеремонно зачерпнув из вазы полную горсть лимонных долек. Одну из них он поднёс к глазам, нарочито изучая. — Маггловские? — Да, — кивнул директор. — Что-то ещё? — Вы невозможны, Альбус, вы действительно тайна для меня, — мужчина проглотил дольку, как глотают пилюли. — Недурно бы уточнить планы дальнейших действий. В том, что касается профессора Квирелла. — Отправлю письмом, — улыбнулся Дамблдор. — Но вы однозначно будете нужны здесь в следующем семестре.

***

"Идите прямиком к главному управляющему. Его стол в дальнем правом углу приёмного зала", — вспоминал наставления змея Гарри. Рассудив, что более дальнего угла здесь нет, он склонился к уху очень старого на вид гоблина и негромко произнёс: — Пусть ваше золото всегда прибывает, уважаемый хранитель золота. Меня зовут Гарольд Джеймс Поттер. Мне нужен управляющий делами Поттеров и гарантия полной конфиденциальности. Гоблин медленно поднял уродливую голову от бумаг, внимательно посмотрел Гарри прямо в глаза, втянул воздух внушительным острым носом и, выдержав паузу, ответил: — Прошу следовать за мной, господин Поттер. На Элин он не обратил никакого внимания, как будто она была тенью "господина Поттера". Гарри взял подругу за руку, и они поспешили за гоблином — через неприметную дверцу за его столом, по внушительному каменному коридоре в неверном свете редких факелов... Они остановились напротив тяжёлой деревянной двери, которую гоблин на удивление легко распахнул перед Гарри. — Располагайтесь, господин Поттер, — проскрипел он. — Управляющий Вашими делами сейчас прибудет. Можете предложить своей спутнице подождать Вас снаружи, так как всё, о чём пойдёт речь — сугубые дела Вашего Рода. Гоблин с поклоном удалился. Элин только успела открыть рот, чтобы разразиться возмущённой тирадой, но Гарри вовремя её остановил. Виновато улыбнувшись, словно это он произнёс обидевшие её слова, Гарри накрыл её ладонь своей. — Это его работа — так говорить. У меня нет от тебя секретов, — заверил мальчик. Долго ждать им не пришлось. — Мистер Поттер, рад Вас видеть в полном здравии! — с такими словами Гриппух вошёл в комнату. — И Вас, милая Леди, — гоблин учтиво поклонился Элин, отчего та залилась лёгким румянцем. "Леди!" — пронеслось в её голове. — И я рад приветствовать Вас, досточтимый Гриппух. Надеюсь, моё золото способствует процветанию Вашего дела, — удачная фраза всплыла в голове Гарри сама собой. Гоблин был слегка удивлён: с прошлого раза мальчик многому научился. — Весьма неожиданно видеть Вас здесь, мистер Поттер, — заметил Гриппух. — Извините, но почему? — спросил Гарри, поудобнее устраиваясь в кресле напротив стола. Разговор тёк как-то неправильно. — В начале учебного года я отправил Вам письмо с предложением посетить банк, чтобы проверить свою родословную. В ответ Вы сообщили, что уже получили достаточно информации от своего опекуна. — Мой опекун? — Гарри чуть не вскочил с места от этой новости. До мальчика начинал доходить смысл сказанного. Его делами управлял непонятно кто. Вероятно, деньгами этот неведомый опекун тоже распоряжался — в собственных корыстных интересах! Иначе зачем было скрывать от Гарри письмо Гриппуха? Этот некто явно ему не друг. Элин почувствовала, что Гарри сейчас начнет огнём плеваться, и надежда что-то выяснить будет погублена. Она с силой наступила другу на ногу и, глядя в пылающие злостью глаза, скомандовала: "Успокойся". Гарри перевёл дух. — Ваш опекун — Альбус Дамблдор! — коротко ответил Гриппух. На его лице, насколько возможно было прочесть эмоции на лице гоблина, отразилась неприязнь к упомянутой личности. — Не было такого! — вспыхнул Гарри. — У меня нет опекуна, я жил в приюте! И о каком письме вы говорите? Не приходило мне никакого подобного письма! Гарри стиснул зубы, пытаясь удержать в себе все те ругательства, которые рвались наружу. Он был изгоем в дрянном приюте, в то время, как у него на счету лежала куча золота! Он был вынужден сам решать все свои проблемы, в то время как человек, обязанный о нём заботиться, жил себе припеваючи и в ус не дул! — Это правда, — подтверждая слова друга, сказала Элин. Она была возмущена не меньше чем он. "Альбус Дамблдор, стало быть..." — ядовито повторяла она про себя. — Я так и думал, — кивнул Гоблин. — Значит и разрешения на распоряжение финансами ученического сейфа вы не писали? — Нет. — И не обязывались выплачивать сумму в размере трёх сотен галлеонов семейству Уизли каждый месяц? — НЕТ! И ЕЩЁ РАЗ НЕТ! — прорычал Гарри. Ему всё ещё казалось, что гоблин издевается, хотя тот был полностью на его стороне. — Замечательно. Вам дать воды? — получив нервный кивок, Гриппух протянул Гарри стакан и довольно прищурился: — Значит мои предположения были верны. — О чём Вы? — спросила Элин. — Как я уже сказал, мистеру Поттеру было отправлено письмо. Когда пришёл ответ, я сразу заметил, что это подделка, сличив подписи. Не каждый мог бы разобраться, но я увидел ясно, что подпись на ответе не соответствует той, которой Вы, мистер Поттер, расписались у меня перед поездкой в Хогвартс. — И что теперь? — Гарри нервно пил воду, так что Элин стала опасаться, как бы он не поперхнулся. — А вы не беспокойтесь, мистер Поттер. Банк возместит растраты, которые были сделаны без Вашего ведома. Я отправлю письмо в Министерство магии для полного разбирательства данного дела. — Нет, — вместе сказали Элин и Гарри и тут же удивились: насколько они одинаково думают? — Это не вполне Ваше дело, мистер Поттер, — Гриппух внимательно посмотрел на детей. — В конечном счёте возместить потери должен виновный. Гоблинский банк не является виновной стороной, во всяком случае, это спорно. Но так и быть, я повременю. — Гриппух убрал подготовленное им письмо в ящик стола. — Так зачем Вы пришли? — Я хотел бы узнать всё про свою родословную. И про мои финансы, — ответил Гарри. — Можете пройти полную проверку, ничего сложного в этом нет. Вам надо будет капнуть пару капель в чашу... — Несколько капель чего? — непонимающе прошептала Элин. — Крови, разумеется, — фыркнул гоблин, а Гарри стало неловко за такой наивный вопрос подруги. — Я согласен, — быстро сказал он. — А можно, чтобы эту проверку прошла и моя спутница тоже? — Как Ваша фамилия, леди? — спросил гоблин, изучающе глядя на девочку. — Она не знает, — ответил вместо неё Гарри. Элин благодарно кивнула ему. — Мы жили в приюте вместе. И когда мы попали туда, то никто не знал наших фамилий. Ладно, я оказался личностью известной в магическом мире, повезло. А вот с ней не всё так просто. — Хорошо, — перебил его гоблин. Гоблин вышел и вскоре вернулся, держа в руках небольшую старинную чашу и кинжал. Разложив это на столе перед детьми, он вынул из незаметного шкафчика два пергамента. — Надрежьте ладонь, мистер Поттер, — скомандовал Гриппух, — и дайте крови стечь в чашу. Снедаемый любопытством, Гарри почти не ощутил боли. Кровь побежала тонкой струйкой, и когда дно чаши покрылось полностью, рана на руке затянулась сама собой. Гоблин забрал чашу с кровью и стал произносить на ней вслух какие-то красивые певучие фразы. Затем он резким движением опрокинул чашу на пергамент. Дети зачарованно наблюдали, как на пергаменте начинает формироваться генеалогическое дерево, а под деревом проступают слова. Наконец, все надписи и рисунки проявились, и гоблин стал оглашать результат: Гарольд Джеймс Поттер, чистокровный маг в двадцать шестом поколении, несовершеннолетний. Отец — Джеймс Карлус Поттер, чистокровный маг в двадцать пятом поколении. Мёртв. Мать — Мэриан Лидия Гриффиндор, чистокровная волшебница в тридцатом поколении. Мертва. Крестный отец — Сириус Орион Блэк. Жив. Крестная мать — Алисия Миранда Лонгботтом. Жива. Право наследования: Наследник Поттеров по крови, плоти и магии, Наследник Гриффиндоров по крови, плоти и магии. Наследник Певереллов по крови, плоти и магии. Возможно наследование Блэков по крови и магии. Родовые дары: некромантия, артефакторика, боевая магия, анимагия, трансфигурация, ментальная магия, оклюмиленция, парселтанг (активно). Состояние магии на настоящий момент: активно 70%, не активно 30% (несовершеннолетний). Сейфы и финансы: Сейф Рода Поттер — 70 миллионов галлеонов, 600 тысяч сиклей, 231 кнат; Сейф Гарри Джеймса Поттера — 7 миллионов галлеонов, 76 сиклей, 542 кната; Сейф Певереллов — 120 миллионов галлеонов. Сейф Рода Гриффиндор — 156 миллионов галлеонов. Дочитав до конца, Гриппух вручил пергамент Гарри, чтобы тот мог прочитать его сам. — Ваша очередь, юная леди, — обратился он к девочке. Элин, зажмурившись, порезала ладонь. Проделав тот же ритуал, гоблин стал оглашать содержание второго пергамента. Элин Элизабет Гонт(Мракс), чистокровная волшебница в шестом поколении, несовершеннолетняя. Отец - Том Марволо Ридлл, полукровка. Дух. Мать - Кэтрин Эвалин Гонт, чистокровная волшебница в шестнадцатом поколении. Мертва. Крёстный отец - Люциус Малфой. Жив. Крёстная мать - Нарцисса Малфой(Блэк). Жива. Право наследование: Наследница Гонтов по крови, плоти и магии. Наследница Мраксов по крови, плоти и магии. Наследница Слизерина по крови и магии. Родовые дары: артефакторика, боевая магия, анимагия, трансфигурация, ментальная магия, легимиленция, парселтанг (активно). Состояние магии на настоящий момент: активно 70%, не активно 30%(несовершеннолетняя). Сейфы и финансы: Сейф Элин Элизабет Гонт - 5 миллионов галлеонов, 68 сиклей, 869 кнатов. Сейф Рода Гонт - 56 миллионов галлеонов, 34 тысячи сиклей, 345 кнатов. Сейф Рода Мракс - 87 миллионов галлеонов Сейф Рода Слизерин - 140 миллионов галлеонов. — Ничего себе! — восхищенно воскликнула Элин. — Да, — кивнул Гарри, всё ещё не вполне веря в происходящее, — мы многого о себе не знали.