VIII
10 мая 2015 г., 00:32
Сначала до меня стали доходить звуки: зазвонил телефон, пришел факс, и гул голосов, будто пчелы в улье. Затем мое зрение наконец-то начало фокусироваться: маленькая комнатка, освещенная лампой, напротив меня огромное стекло. Я увидела свое отражение и даже сперва не поняла, что это я. Бледная как бумага, опухшая от слез, с широко распахнутыми и непонимающими глазами. Я сидела за столом, а в руках держала картонный стакан с кофе, который, похоже, уже давно остыл. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносились все эти звуки и голоса.
Наконец, в комнатку зашли мужчина и женщина. Мужчине на вид было лет сорок, он был полноват, с темными, местами седеющими волосами, и усталым, слегка обвисшим лицом. Женщина была помоложе, темнокожая, с прической каре. Они сели напротив меня, положив на стол папку с какими-то бумагами.
– Вам лучше? – спросила женщина, окинув меня взглядом.
Я только неопределенно повела плечами, уставившись в свой стакан.
– Мисс Джонс, – прокашлявшись, начал мужчина. – не могли бы вы рассказать все по порядку, начиная с утра сегодняшнего дня.
Я сглотнула, горло першило, говорить было очень сложно.
– Все было как обычно, мы готовились к празднику, потом я ушла за таблетками маме, потому что у нее разболелась голова.
– В котором часу это было? – спросила женщина, делая какие-то заметки ручкой в своем блокноте.
– Я ушла из дома чуть позднее пяти тридцати. А вернулась около…наверно в шесть. Или семь…я не помню…уже было темно...
– Не торопитесь, мисс.
– Я зашла домой, было очень тихо, это меня насторожило, я прошла в гостиную…а там…там…они. – перед глазами вновь появилась эта картина, и слезы, против моей воли, полились из глаз.
Этого не может быть! Этого просто не может быть! Я не могла до конца осознать, что их больше нет.
– В каких вы были отношениях с отцом?
– С папой? Мм, хорошие. А…почему…зачем вы...
– Вам не показалось, что ваш отец в этот день вел себя как-то странно?
– Нет! Вы что, думаете, что это правда сделал он? Это невозможно.
– Мисс, у него в руке нашли нож, и все указывает на то...
– Он не мог этого сделать, слышите! Не мог!
– Спокойно, мисс. Он не проявлял насилие по отношению к вам или к другим членам семьи? У него были проблемы с алкоголем?
– Что? Нет, никогда! Он был прекрасным человеком! И он бы никогда такого не сделал, я могу повторять это миллион раз, слышите!
– Как вы думаете, связанно ли это с событиями, которые произошли с вами месяц назад?
Я подняла взгляд на детективов. А это тут при чем? Неужели они думают, что по моей вине убили мою семью? Нет, этого не может быть, это не похоже на вампиров. Тут я поняла, что всем известна совсем другая версия. Я чуть было не проболталась.
– Я не думаю.
– Но ведь ваших похитителей так и не нашли… – начала женщина.
– Это бессмысленно! – я вспылила, но тут же прикусила язык. Детективы переглянулись. – Простите, я просто…не знаю…
Мужчина шумно поднялся с места и вышел в коридор. Женщина смотрела на меня с сожалением. Ее коллега очень быстро вернулся, вид у него был весьма взволнованный. Он жестом поманил свою напарницу и та, вопросительно глянув на него, вышла следом за ним в коридор.
Они о чем-то оживленно шептались, но я не могла разобрать слов. Шоковое состояние все еще держало меня в цепких когтях.
– Мисс Джонс, – неуверенно начала женщина, заглядывая в комнату. – С вами хотят поговорить из ФБР. Вы не против?
Я удивленно уставилась на нее, вначале даже не поняв, что она говорит. ФБР? При чем тут ФБР? Хотя, какая разница? Главное, чтобы нашли убийцу. Это самое главное.
В комнату вошли двое мужчин. Я их не сразу узнала, а когда узнала, то просто уставилась на них, не в силах выдавить из себя хоть слово.
– Агент Картер, а это мой напарник – агент Смит. – сказал Дин, посмотрев на меня как-то непонятно. Сэм же смотрел на меня с еле скрываемой горечью.
Я перевела взгляд на детективов, которые стояли в дверях.
– Вы не против, если мы зададим вам пару вопросов? – продолжил Дин, покосившись на детективов. – Наедине, если это возможно.
Я кивнула детективам, показывая, что все нормально, а когда те закрыли за собой дверь, выдохнула так, будто не дышала все это время.
– Рози, – тихо начал Сэм, наклоняясь к столу. – нам так жаль. Ты в порядке?
– Нет, я не в порядке…я не в порядке… – истерика подступала ко мне, и я вцепилась пальцами в стол так, что пальцы побелели.
Дин и Сэм тут же подскочили ко мне.
– Уведите меня отсюда. Я больше не могу тут находиться.
Дин кивнул, направился к двери и вышел. Я почувствовала теплую руку Сэма на своем плече, как ни странно, мне стало немного легче.
– Я не понимаю, Сэм. – прошептала я. – Я не понимаю, что произошло.
В этот момент в комнату вернулся Дин, вместе с детективами, и Сэм быстро убрал свою руку с плеча.
– Мисс Джонс, вам есть куда поехать? – спросила женщина.
Я покосилась на Сэма, тот едва кивнул.
– Да.
– Хорошо. Вот наш номер, – она протянула мне карточку. – Если что-то вспомните, то позвоните нам. И, пожалуйста, пока что не покидайте пределы города.
Я шла по коридору полицейского участка, следом за Сэмом и Дином, вернее за агентами Смит и Картер. Хотя то, что охотники появились в полицейском участке в костюмах, под чужими именами, и все на это купились, меня волновало в последнюю очередь. Я была будто натянутой струной, которая вот-вот лопнет. И я не хотела, чтобы это произошло при свидетелях.
– Мы отвезем тебя в мотель. – сказал Дин, когда мы уже ехали в машине. Я ничего не ответила, просто сидела, уставившись в окно, постепенно смиряясь с мыслью, что кроме меня в нашем доме больше некому будет даже зажечь свет.
***
Мне сняли одиночный номер, и только, когда я тяжело опустилась на кровать, то поняла, насколько я устала. – Вы что-то нашли, верно? Иначе бы вы не приехали. – Ты хочешь поговорить об этом сейчас? – Да. Если у вас есть информация, то я хочу знать все. – Мы думаем, тут замешаны ведьмы. – Что? – я вскрикнула от удивления. – Мы осмотрели ваш дом и нашли ведьмовской мешочек. – сказал Сэм, но поймав мой недоумевающий взгляд, поспешил объяснить. – Это такой…маленький свёрток, где собраны вещи, чтобы наложить заклятие на человека. Я, будто оглушенная, сидела и смотрела на братьев не понимая то, о чем они говорят. – При чем тут ведьмы? Я не знаю никаких ведьм! – Мы это выясним, Рози. Но пока это все, что у нас есть. Я повела плечом. Их слова не вселили в меня уверенности. Ведьмы? Нет, это уже слишком. – Ты как? – осторожно спросил Сэм. Я старалась не смотреть в его сторону, держась из последних сил, чтобы не закричать. Все это просто не могло со мной происходить. Моя семья не могла быть мертва. Мертва от рук ведьмы. В моей голове это звучало, как бред сумасшедшего. – Я пытаюсь держаться, Сэм. Но я, просто не знаю как быть. Я опустошена. И я очень устала. Я, конечно, была благодарна Винчестерам, за то, что они забрали меня из участка, где я бы точно сошла с ума, однако тяжелая усталость, физическая и моральная, давили на меня со страшной силой. Мне хотелось упасть на кровать и заснуть, сбежать от этого кошмара. Охотники еще немного потоптались, кидая на меня тяжелые взгляды. И наконец я осталась одна. Тяжело поднявшись с кровати, я подошла к мини бару и, открыв его, с радостью заметила маленькие бутылочки с алкоголем. Всего пару глоточков, чтобы заснуть. То, что мне сейчас было нужно. Отпив прямо из горла, и морщась, начала переодеваться. По дороге в мотель, мы заехали в мой дом, чтобы забрать кое какие вещи. Вернее забрали Винчестеры, я была не в состоянии вернуться туда. Я сидела в машине и не сводила глаз с темных окон своего дома.***
Я захожу в наш дом, света нигде нет, я зову отца и маму, но никто не отзывается. Я захожу в гостиную. На столе лежит мой отец, с вырезанным символом на груди, окровавленный. Мать, с перерезанным горлом, как мой брат и сестра. Как много крови. Слишком много. Отец поднимает голову, глаза его закатились, изо рта идет кровь. – Почему ты не помогла мне, дочка? – прошипел он. Мама тоже поднимает голову и неестественно крутит ей. – Это ты виновата. – так же шипит она. – Почему ты жива, а мы мертвы? – стонет Люк, ползя по полу ко мне, пытаясь ухватить за ноги. Следом за ним ползет Лили, и ее внутренности волочатся прямо за ней. Я просыпаюсь с криком, застрявшим в горле. Шатаясь, зашла в ванную. Включив холодную воду, я умылась, но это не помогло. Я прижала руки к лицу и начала плакать. Каждый вздох невыносимой болью отдавался в моей груди. Их голоса до сих пор гремели в моей голове. Руки сами потянулись к сумочке, которую я бросила как раз в ванной. Порывшись, я достала оттуда пачку с обезболивающим, тем самым, которое я тогда пошла покупать маме. Мой мозг отключился, я делала все на автомате. Вот передо мной упаковка с таблетками и пара бутылочек из мини бара. Я начала медленно доставать из упаковки маленькие плоские таблетки. Это так просто. Глотаешь все разом, выпиваешь как можно больше, ложишься и ждешь. Вот и все. В моей руке горсть таблеток, все содержимое упаковки, чтобы уж наверняка. Если в мире существует сверхъестественное, это значит, что мои родители не канули в лету. Может вся моя семья, в образе призраков, бродит в нашем доме, прямо как в легендах и сказках? Тогда я смогу быть рядом с ними, для меня они будут будто бы живые. Что же я медлю. Давай, выпей, покончи с этим. – Что ты творишь? Я подскочила на месте, рассыпав все таблетки на пол. Сэм стоял в дверях и с ужасом смотрел на меня. А я только хлопала глазами, как заводная кукла. – Я…я не… – меня начало трясти. – Я не могу, я просто…просто не... Вся боль, которая накапливалась во мне, в этот момент вырвалась наружу. Я сидела на холодном полу ванной комнаты, истерично рыдая. А Сэм, крепко обнимал меня, будто я могла развалиться на куски. Плакала я долго, надеясь, что вместе со слезами уйдет боль. Однако, когда сил на слезы у меня не осталось, я почувствовала, что ничего толком и не изменилось, только тяжелая усталость разлилась по всему телу. Я почувствовала теплые и сухие губы Сэма на своем лбу. Я, признаться, забыла, что он вообще рядом со мной. От этого прикосновения по спине пробежали мурашки. – Прости меня, – прошептала я, держа его за руку, в то время как он продолжал так же крепко обнимать меня. – я не думала об этом, я не хотела…просто мне снился такой кошмар…мне так тяжело. - Все нормально, – Сэм тоже говорил шепотом. – я понимаю тебя. Понимает? Как он может понять то, что я чувствую? – Ты не можешь представить что такое, знать, что по твоей вине умерли близкие. Сэм тяжело вздохнул, я почувствовала, как он весь напрягся. Похоже я опять сболтнула что-то не то. – Прости пожалуйста. – я отстранилась от Сэма, заглядывая в его лицо. – Я сказала это… – Ничего. Сейчас это не важно. – слабо улыбнулся Сэм. – Просто твоей вины в этом нет, Рози. Прекрати думать такое. – Ну а что еще мне остается думать, Сэм? Это случилось после того, как я связалась со всем этим…сверхъестественным миром. – То, что ты знаешь об этом, и то, что ты якобы навлекла смерть на своих родных, это не одно и то же, Роуз. – Сэм говорил очень серьезно. – Ты не должна терзать себя этим, поняла? Иначе ты сведешь себя в могилу. Мы так и сидели на кафельном полу ванной комнаты. Я смотрела на Сэма и пыталась понять, что это за человек. Почему-то он всегда оказывался рядом в самый рискованный для меня момент, и вытаскивал меня из этой трясины отчаяния. Мне становилось, будто, легче дышать, когда он находился рядом со мной, и с такой заботой и, наверное, нежностью смотрел на меня. И сейчас, та самая боль, которая разрывала меня на части, стала чуточку слабее. – Ты сказал, что понимаешь меня. – начала я, облокотившись на стенку. – Что ты имел в виду? – Я не…не думаю, что ты хочешь сейчас слушать такое. – нервно усмехнулся Сэм. – Нет, я хочу. Вы знаете обо мне практически все, а я о вас вообще ничего. – Я понимаю тебя, – вздохнул Сэм. – потому что я виню себя в смерти своей…Джесс…своей девушки. Она погибла по моей вине, и я не сумел ее спасти. Я, с досадой прикусив губу, не сводила с него взгляда, похоже, я затронула то, чего не стоило. И снова я мысленно ругала себя за болтливость и невежество. – Мне так жаль. – проговорила я после долгой паузы. Боже мой, неужели это ждет каждого, кто сталкивается с нечистью. – Мне правда жаль, Сэм. Но ты не… – Я не должен винить себя? – он горько усмехнулся, а я, поняв, что пыталась сказать, нервно рассмеялась. – Когда-нибудь станет легче? Он утвердительно кивнул. – Не то, чтобы легче, просто ты научишься жить с этим. Со временем.***
Когда случается нечто подобное, то самое верное решение – это чем-то себя занимать. Постоянно. Я была разбита, опустошена и подавлена, каждое движение, каждое слово давалось мне с трудом, однако я должна была быть сильной. На похороны собралось много людей, в том числе и журналисты. Слава Богу полиция во время подсуетилась и не пропустила их на само кладбище, поэтому эти стервятники караулили у выхода, готовые в любой момент наброситься, перекрикивая друг друга, на меня с вопросами. Но я не должна винить этих людей, это просто их работа. Погода была пасмурная, над нашими головами висели тяжелые серые тучи, и создавалось впечатление, что они вот-вот, да и рухнут на всех собравшихся. Церемонию я практически не помню, как не помню свою собственную речь, написанную карандашом на маленькой мятой бумажке. Помню только оглушительные выстрелы караульных, да священника, который сочувственно пожал мне руку в конце церемонии. Из собравшихся в основном были близкие друзья семьи. Я окидывала их взглядом, и не могла сфокусироваться ни на одном лице. Поэтому, когда ко мне подходили с соболезнованиями и утешениями, я просто давила из себя улыбку, кивала и благодарила их за то, что пришли. Все начали расходиться, торопясь на поминки, которые тоже повисли на мне. Подруги мамы неоднократно предлагали свою помощь, но я решила сделать все самой. Хоть что-то я должна сделать в память о них. Я подошла к четырем надгробиям на свежих могилах. Интересно, как быстро разрытая земля зарастет травой? Четыре могилы, а членов семьи пять. Это несправедливо. Я должна была остаться тогда дома. Но что с этого? Я была бы мертва, как и они. А эта тварь, убившая их, будто животных на скотобойне, разгуливала бы по миру как ни в чем не бывало. – Розамунд, – тихий мужской голос вырвал меня из затуманивших голову мыслей. Повернувшись, я увидела Карла, лучшего друга Калеба, с которым они вместе служили. - все уходят. Он был так подавлен, и не знал, как со мной говорить. Стоит ли меня утешать или просто вести себя как обычно. Мы с ним виделись всего пару раз, и то мельком. Карл покосился на надгробие с именем моего брата, и лицо его исказилось такой болезненной гримасой, что я, подхватив его аккуратно за руку, повела прочь с кладбища. Поминки пришлось проводить в нашем доме, другого места я просто не успела найти. Я замечала, как присутствующие косо поглядывают на гостиную. Конечно, все из новостей уже давно узнали когда, как и где их убили. Я старалась игнорировать периодически подступающую злобу. Почему всем обязательно надо лезть не в свое дело? – Она так держится. На ее месте я бы не вставала с постели. – донеся до меня женский голос. Три светские львицы, жены маминых коллег, стояли в нескольких метрах от меня, склонив головы и оживленно переговаривались. Явно обо мне. Я, вначале, решила не обращать внимания, но они даже не пытались говорить тише, наоборот, они будто хотели, чтобы их слышало как можно больше людей, включая меня. – Она какая-то спокойная. На похоронах не проронила ни единой слезинки. – Я бы сказала, что она слишком спокойная. Мне кажется странным, что ее в тот момент не оказалось дома. – Да это совпадение. Однако, помнится, ее похищали недавно. Как знать, может она сговорилась с похитителями – С их семей вообще было что-то не так. Все время какие-то странные, сдержанные. – Папаша, небось, напивался и дубасил детишек, вот они и замкнутые были. А Рози самая странная из них всех. Кто знает, может она и прикончила семейку. Я так ярко представляла, как вонзаю вилку в глаза каждой из этих стерв. Какого черта они приходят в мой дом и позволяют себе так говорить? К горлу начал подступать ком, а глаза защипало. Ну уж нет, я не доставлю никому удовольствия видеть мои слезы. Быстрым шагом я поднялась по лестнице на второй этаж, дошла до своей комнаты, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной. Наконец-то можно дать волю эмоциям. Слезы потекли по лицу, и, сползая на пол, я зажала рот, чтобы не дай бог не закричать. Меня довели не столько люди, сколько их отношение к случившемуся. Будто премьера какого-то фильма. Всего несколько человек из присутствующих на самом деле были, как и я, разбиты. Остальные же пришли лишь для того, чтобы, увидев все своими глазами, потом недели две сплетничать об этом, а затем просто забыть, будто ничего вообще не случилось. Меня тошнило от этих лицемерных и напыщенных индюков, и их силиконовых жен, которые ни на грамм не смогут понять меня. Нет, так нельзя. Я не смогу жить в этом доме, в этом городе. Мне нельзя здесь больше оставаться. Поднявшись с пола, я подошла к зеркалу. Я выглядела просто ужасно. Похудев еще больше, мое лицо вытянулось, щеки впали, скулы выпирали, готовые вот вот порвать кожу. Под глазами мешки, даже тональный крем не смог сделать мое лицо хоть немного живым, да еще и тушь потекла. Я осторожно вытерла ее с лица ватным диском, затем припудрилась. Нет, все равно похожа на мертвеца. На мне было черное платье с длинными рукавами. Платье принадлежало Лили, так как в моем гардеробе не оказалось ни одной черной вещи. Платье было мне слегка велико в плечах и груди, поэтому висело на мне как-то нелепо. А на Лили было бы просто идеально. Кто-то легонько постучался в дверь. – Войдите. – громко сказала я, окидывая еще раз себя взглядом в отражении. Главное, чтобы не было заметно, что я плакала. Это была миссис Поулсон. Высокая мощная женщина, наша соседка, а по совместительству ветеран войны в Афганистане. – Рози, милая, – начала она, слегка взволнованно. – к тебе пришли детективы. Я сказала, что ты не можешь говорить, но они настояли. Говорят, что это не займет много времени. – Это полиция или ФБР? – с надеждой спросила я. – Из полиции. – непонимающе поглядела она на меня. – ФБР? ФБР тоже занимаются этим делом? Я не знала. Я разочарованно вздохнула и вышла следом за миссис Поулсон. Лучше бы это были Винчестеры, с ними хотя бы мне не надо было притворяться. Возле входа стояли те самые детективы, которые допрашивали меня в участке. Окружающие с интересом поглядывали на них. – Простите, что мы так не во время. – сказал мужчина. – Ничего. Давайте только пройдем на кухню. – ответила я, еле скрывая в голосе раздражения. Вот вам, коршуны, еще одна тема для сплетен. – Мы хотели сообщить вам, – продолжил мужчина, когда мы оказались на кухне. – что вы можете выезжать из города, если это необходимо. Я предложила детективам кофе, те любезно согласились. Разлив жидкость по чашкам, я внимательно поглядела на них. Они выглядели растерянно, понятно, что у них ничего нет. И теперь они думают, что я закачу скандал, обвиняя их в непрофессионализме. – Вы нашли что-нибудь? – спросила я у них. – Мы работаем над этим. – слегка помолчав, ответила женщина. – Я могу насовсем уехать из города? Детективы удивленно уставились на меня. Я точно так же уставилась на них, потому что не ожидала, что спрошу их об этом вслух. – Вы хотите уехать? – Если честно, то да. Понимаете, я просто не могу тут находиться. Я не могу ходить по этому дому, а на улице вообще невозможно появляться, все сразу начинают пялиться на меня, как на знаменитость. – И куда вы хотите уехать, если не секрет? – Пока не знаю. – я пожала плечами, а в голове моей уже был составлен план. – Ведь я же больше ничем не могу помочь следствию, так? Детективы переглянулись, они точно не ожидали от меня такого. – Верно. Мы считаем, что это дело рук либо каких-то сектантов, либо… – Либо маньяка? - закончила я за них. Как оригинально. – Мы не думаем, что это почерк маньяка. - поспешила ответить женщина. – Единственная зацепка, это символ на груди вашего отца… Я кивнула, чтобы они продолжали. Слушать это было неприятно, однако мне нужно было узнать их версию. – Все указывает на сатанинский ритуал. Простите, если вам неприятно это слушать. - Ничего страшного. Я уже…справляюсь…немного. – Скажите, вы правда хотите уехать? К родственникам или друзьям? – не унимался мужчина. – Я…нет…я пока не думала об этом. Просто уехать, может просто путешествовать. Знаете, жизнь же…она… – голос мой дрогнул. – Вы имеете право уехать, – поторопилась успокоить меня женщина. – у вас есть наш номер. Звоните, если что. Проводив детективов, вернулась к гостям, но я уже не обращала внимания ни на кого. Сначала я фильтровала то, что мне сказали детективы. Я вне подозрений, это ясно. И у них ничего нет, совершенно ничего. Я уже начала приводить свой план в исполнение, сказав полицейским, что уеду. И получив их одобрение, на мне не будут висеть никакие подозрения. Я не оставалась ночевать в доме, а поехала в мотель, где до сих пор жила в том одноместном номере. Я уже успела перетащить туда почти все свои вещи, и, можно сказать, этот номер стал моим новым домом. Однако, не на долго. Вернувшись, я направилась не в свой номер, а к Винчестерам, которые до сих пор были в городе, ища информацию и следы ведьмы. – Как прошло? – спросил Сэм, впуская меня в номер. – Ужасно. Просто ужасно. – простонала я, упав в кресло. – Ко мне приходили детективы. – Что сказали? – Дин оторвался от ноутбука, и серьезно посмотрел в мою сторону. – Что это, скорее всего, дело рук сектантов. – То есть, они ничего не нашли. – Нет. Я молчала, обдумывая, как лучше сообщить охотникам о своем решении относительно своей – Слушайте, – начала я, стараясь говорить как можно серьезнее. – я знаю, что вам это не понравится, однако я приняла это решение, и я не отступлюсь. Мне ничего не надо, я просто хочу найти эту тварь и убить ее. Лично. И вы мне поможете в этом.
