Болезнь приносит не только страдания

В первые секунды после своего пробуждения Кинг не понимает, что грудастые девушки в бикини, на которых устремлен его рассеянный взгляд, напечатаны на листах журнала, а вовсе не находятся рядом с ним*. - Б-Бан! – Кинг, весь раскрасневшийся и смутившийся, едва ли не отпрыгивает от развалившегося на кровати греха Жадности и после тычет в него пальцем, получая скучающий взгляд в ответ. – Имей совесть! - А что~? – альбинос ухмыляется, щуря свои пронзительные глаза цвета крови, и поворачивает свое «сокровище» Арлекину, отчего у того румянец на щеках выступает еще сильнее. – Ты впервые видишь девушек без верхней одежды? Ты такой красный, Кинг~ – протягивает он издевательским тоном, усмехаясь. - К-конечно же нет! Не держи меня за маленького ребенка! - А за ребенка чуть постарше? – Бан издает смешок, глянув на фея с иронично приподнятой бровью, и возвращается к рассматриванию журнала с явно сомнительным содержанием. – А ты, как я вижу, уже пришел в себя. Уже не просишь меня остаться вместе с тобой~. - Я никогда так не сделаю! – фей возмущенно вскрикивает и нахмуривает брови, видя, что на его возглас Жадность никак не реагирует. – И да, мне стало лучше. По утрам всегда так. - Халтуришь? – голос альбиноса сух и неэмоционален. – Ты болен только второй день. - Вообще-то, четвертый. – Кинг укутывается в одеяло и после кидает недовольный взгляд на Бана. – В холодильнике еда осталась? Я не ел нормально уже дня три. - Не знаю~, – грех лисы перелистывает одну страницу. – Проверь. - Мне нельзя сейчас ходить. - Так лети~ - Бан! - Да не кричи~ - Бан, недовольно цокнув языком, нехотя встает с кровати, прихватив с собой журнальчик, и под неодобрительным взглядом фея покидает комнату. Кинг устало вздыхает и небрежным движением срывает с себя одеяло, чтобы взглянуть на ногу, из-за которой в последние дни он в не очень хорошей форме. Мда… вся икра почти посинела, а при нажатии на нее по всему телу проходится болезненная пульсация. Как будто запущенная стадия синяка, если такая вообще имеется. Вообще, Арлекин думает, что ему еще повезло. Хоть у него и бывает бред или бессонница из-за боли, однако переносит он это более-менее терпимо. Можно сказать, что он не ощущает себя особо болезненным, и адских мук он также не испытывает. «Неудивительно, - он аккуратно сгибает ноги и обхватывает их руками, положив подбородок на колени. Взглядом он оглядывает комнату в поисках своего Частифолла и позже обреченно вздыхает, не найдя его в своем окружении. – Я же не человек». Люди слабые и хрупкие создания. У них нет особых магических способностей, как у фей. Такой выносливости и крепкого здоровья, как у великанов у них не имеется. И такой же невероятной силы, как у демонов у них также не наблюдается. А еще их годы жизни значительно короче, чем у выше перечисленных. Но… в каком-то смысле Кинг им завидует. Да, у них нет долголетия или же бессмертия (исключения не в счет), но от этого им и легче. Лучше прожить короткую, но интересную жизнь, чем длинную, с середины которой ты уже не живешь, а существуешь. Некоторые скажут, что для фей и великанов время идет очень быстро. Никто не поспорит с этим, но ведь жутко понимать то, что мгновение для одного является полноценной по времени жизнью для другого. А бессмертие? Это, конечно же, превосходно, что ты неуязвим для целого мира, но ведь ты приписал себе пожизненный приговор быть одиноким, наблюдающим постоянной войны мира и скучающим от пустой и потерявшей краски жизни. Кингу даже немного жаль Бана. Немного. Самую капельку. Арлекин устало вздыхает и после удивленно моргает ресницами от того, что в его рту оказывается некая продолговатая хрень. «Некая продолговатая хрень?» - Кинг за секунду вспыхивает и, пытаясь скрыть внезапное смущение, отпихивает от себя руку Бана, и тот по случайности роняет морковку на кровать. Жадность без особого интереса устремляет свой взгляд на овощ а после переводит его на возмущенного покрасневшего соседа, и ухмыляется. - Ты чего это делаешь? – Кинг сверлит наклонившегося к нему Бана напряженным взглядом. - А ты как думаешь~? – его дыхание опаляет покусанные мальчишеские губы, а сам альбинос неотрывно глядит в светлые карие глаза, в глубине которых за недовольством плещется растерянность и легкое смущение. - Чего ты смотришь так? – что-то они как-то не особо рвутся отвечать друг другу на вопросы. Кинг еще больше теряется от молчания в ответ. Он хмурится и пытается отползти подальше от странно ведущего себя Бана, но прозвучавшая через секунду фраза заставляет замереть его на месте с расширенными от изумления глазами. - Ты абсолютно не похож на Эллейн. Кинг находится с ответом не сразу. - Я не обязан быть похожим на неё, – холодно отчеканивает Арлекин. Бан садится на кровать и сразу же заглядывает в свой журнальчик, попутно хлебнув из кружки эля, что он прихватил с собой. Король пронизывает его осуждающим взглядом и шепчет. – Но что-то общее у нас есть. Общая нелюбовь к тебе.** Бан останавливается взглядом на странице. Он откладывает журнал в сторону и устремляет свой взор на преспокойного Кинга и после усмехается. - Да~? Общая нелюбовь ко мне? И это говорит тот, кому Эллейн не показалась? – его усмешка становится шире, когда Жадность замечет, как вздрагивает Кинг от его слов. Фей пару раз моргает, каждый раз меняя направление взгляда, а затем выпрямляет спину и уже решительно взирает на Бана. - А ты уверен, что ее чувства – влюбленность, а не любовь? – Кинг видит, что Бан уже хочет ответить на его вопрос, и потому говорит быстрее. – Эллейн ни с кем не общалась на протяжении семи сотен лет, и нет ничего удивительного в том, что ты привлек ее внимание. Ты, скорее всего, был вообще первым парнем, которого она встретила в своей жизни. Эллейн влюбилась в тебя не потому, что ты это ты, а потому что ты был единственным, в кого можно было влюбиться. Если ты знаешь, влюбленность слепит. А она не знала, какой ты на самом деле. Бандит и вор. Арлекин изо всех сил пытается встать с кровати, что ему, благо, удается сделать, и аккуратно, стараясь не повредить ногу, залетает в свой гамак и поворачивается к хранящему молчание Бану спиной. Кинг не хочет сидеть рядом с ним. Не хочет находиться так близко к нему. - Это была лишь влюбленность. Она не видела тебя.