Аэропорт

POV Ева       Дверь отворилась и зашел мужчина. Крепкого телосложения, брюнет, как мне показалось в сумеречной темноте. Так бесцеремонно завалился - с сигаретой в зубах. Он достал рукой до выключателя, щелкнул, а я, как последняя дурочка, с красной от смущения мордой, выдавила из себя жалостливое русское: - Здрасте, - и помахала зачем-то рукой.       Сказать, что мужчина был ошеломлен - ничего не сказать. Он поперхнулся дымом и чуть не выронил сигарету, но удержался, едва слышно чертыхнувшись. Повисла гребаная немая пауза. Не стоит даже заикаться о том, как я ненавижу такие моменты.       Я стояла посреди комнаты с глупым выражением лица, в то время как он застыл в дверном проеме, смеряя меня взглядом, не поддающимся описанию. Не знаю, что он мог обо мне подумать, учитывая, что я все так же щеголяла в рубашке его приятеля, накинутой на полуголое тело. Наверное, что я какая-то воровка или взломщица! В то время как у меня в голове крутилось одно: "Блять, а че делать-то?!"...       У меня, как только зашел этот мужчина, появилась идея - побежать на него с ножичком, свалить с ног и ринуться на улицу. Но я этого не сделала, потому что кишка тонка. Я просто осталась стоять на месте и выживать реакцию незнакомца.       Мужчина включил свет, тем самым немного напугав меня и замедлив, и сказал: - Руки вверх и лицом к стене, - его голос был строг и я, сама того не хотя, повиновалась, как загнанная в угол овечка, и встала к стене, держа руки за головой.       Чувство страха овладело мной моментально. Я уже прокручивала в голове, как этот засранец будет иметь меня во всех позах. Когда он закрыл дверь, я начала молиться, чтобы что-то или кто-то его отвлек, а я смогу спокойно сбежать. И насрать уже, что я буду бежать по улице в неглиже. Забегу в полицейский участок и накатаю заяву, что несколько раз меня хотели изнасиловать.       Как же мне полегчало, когда дядечка, вместо того, чтобы лапать меня, достал телефон и стал набирать чей-то номер, попутно посматривая на меня. - Пауль, у тебя тут в номере какая-то девушка в твоей рубашке сидит, - он ненадолго замолчал, потом сказал что-то, что мне разобрать не удалось, и сбросил вызов. После этого разговора он стал чуточку добрее, что не могло не насторожить. Маньяки вообще очень часто меняют свое поведение. С гнева на милость, так сказать.... А тут их целая группа. Мужчина гостеприимно похлопал по краю кровати, пригласив сесть рядышком, но я с места не двинулась по понятным причинам, лишь только буравя незнакомца презрительным взглядом.       Надо же как-то было скрыть от него тот факт, что я побледнела от ужаса. Сейчас не та ситуация, в которой стоит сдавать позиции. Видимо, этот Пауль распорядился моим телом как захотел сам, и сейчас это повторится - вновь все решают за меня! Ну сколько можно?.. - Ты чего такая бледная? Тебе плохо? - вдруг стал нежнее и обходительнее со мной. Даже водички принес, но я её пить не стала, зная, что он подмешал туда какую-нибудь заразу, чтобы я отключилась, а меня поимеют. - Присядь на кровать, я не сделаю тебе ничего, - ага, как же! Разбежался! Конечно, ничего не сделаешь, только изнасилуешь меня, как последняя скотина, убьешь и выкинешь где-нибудь в лесу. - Н-нет, спасибо. Я тут лучше постою, - я попыталась натянуть улыбку, но тщетно. Со стороны это смотрелось, будто у меня нервный тик и губы, не подчиняясь моей воле, дергаются. Впрочем, пусть думает, что хочет. Я крепче сжала нож в ладони, но пустить в ход его все еще не решалась. Это самый крайний шаг: во-первых, он не должен знать, что я вооружена, во-вторых, они могут за изнасилование не сесть, а я вот за убийство сяду точно.       "Соберись, тряпка!" - пыталась взбодриться я, мысленно отхлестав себя по щекам. Сейчас необходимо было дождаться момента, когда этот мужлан отвлечется и стрелой метнуться к двери, которую он, слава богу, не на ключ закрыл. Долго ждать не пришлось - ему опять позвонили. Он стал улыбаться, договариваться о месте встречи, а тем временем я, собрав всю волю в кулак, на ватных ногах побежала к двери. Только вот врезалась я не в дверь, а во что-то мягкое. - Так-с, так-с, так-с, что тут у нас? - немного с насмешкой, ласково проговорил чей-то голос. - Сбежать решила? - ну, все. Теперь мне точно хана. - Да что же ты так трясешься-то? Мы тебя не убивать пришли, - еще один мужской голос послышался.       От такого напряжения и страха я стала задыхаться и в конечном итоге, когда кислорода стало катастрофически не хватать, в глазах потемнело, и я потеряла сознание.

***

- Эй, ты слышишь меня. Ева-а, - кто-то несильно бил меня по щекам, умоляя очнуться. Но я не могла. Я прекрасно понимала, что творится вокруг меня, замечательно все слышала, но вот руки и ноги не хотели подчиняться разуму. Будто связь с мозгом для них оказалась утрачена.       Вдруг в нос ударил резкий запах нашатырного спирта. Его я узнаю где угодно. В морге, куда мы ходили на практику, всегда стоял запах этого химического вещества. И мне его не раз давали, когда нервы предательски не выдерживали, и я падала в обморок. Как не получила сотрясение мозга - неизвестно.       От этого раствора, который мне, грубо говоря, впихнули в нос, я поморщилась и закашлялась, отодвигая руками ватку со спиртом от лица. - Фу, уберите эту гадость, - на секунду я подумала, что опять лежу на полу в морге и мне тычут в нос этой баночкой с нашатырем, поэтому и возмутилось во все свои скудные силы. - Она жива, не беспокойтесь, - мужчина в очках, который сидел передо мной, обратился к двум мужчинам, стоящим позади него. - Ты как себя чувствуешь? Голова не болит? Не тошнит? - А вы, собственно, кто? - еще не полностью отойдя от потери сознания, спросила я заплетающимся языком. - Это мы хотели бы у тебя спросить, - откликнулся мужчина, который зашел в комнату и заставил встать спиной к стене. - Меня зовут... - на секунду забыла. А как меня зовут? - Ева, кажется... - Да мы это знаем. - Но... Откуда? - я посмотрела исподлобья на, видимо, того самого Пауля. - Думаешь, я паспорт твой не смотрел? - меня поверг в шок его риторический вопрос! Так хотелось сказать, мол, какого черта ты в моих вещах шарился?! Хотя, с моей стороны это было бы невежливо, поскольку я сама перебрала от скуки весь его номер, включая холодильник и душевую, и еще сидела в его рубашке. Так что мы, так сказать, квиты на этот счет, возмущаться не к месту.       Вскоре все, кроме Пауля, коротко переговорив, покинули номер, так как видели, что я смущаюсь их присутствия. Ну, конечно! За все мои 19 лет я не имела слишком близкого контакта с мужчинами, да и тут ситуация вышла щекотливая. Пусть даже я сейчас немного успокоилась в том плане, что с порога меня никто насиловать не начнет, но нервишки шалят все равно. Опять же здесь сказывается мое воспитание: я была слишком занята осуществлением родительских мечт по поводу своей дочурки, поэтому на парней я особо не обращала внимания, мне как-то не до этого было совсем. Не отрицаю, были моменты, когда гормоны делали своё дело и я заглядывалась на мальчиков из своего или параллельного класса/группы, но никогда не разговаривала с ними. Каждый раз, когда кто-то из них ко мне подходил узнать расписание\домашку\будет ли контрольная, я давилась воздухом и говорила что-то несуразное, а те, в свою очередь, косились на меня и отходили подальше. Но, как-то раз, явился один смельчак, который, несмотря на моё странное общение с противоположным полом, пригласил погулять. Правда, на тот момент мне было 15 лет, и я была неким гадким утенком: челка, закрывающая пол-лица, огромные щеки (все однокашники обожали их трогать), отсутствие груди и, конечно же, плохой обмен веществ в придачу, что, как мы все знаем, ведет к набору веса. Но как мне было потом обидно до слез, когда я узнала, что тот со мной гулял только из-за того, что я давала ему списывать. Очередная американская ванильная история любви, да. Но я не перестала верить мужчинам, ведь забить на свою природу из-за такой ерунды было бы глупо. Но после этого случая я как-то не нуждалась в них       Мужчина предложил горячий чай с мелиссой для успокоения моих шальных нервов. Правда, этот чай не избавил меня от крупной дрожи в руках. Пальцы будто онемели и замерзли, хотя в помещении было тепло, даже жарко. Кажется, я где-то выронила нож и кисти рук до сих пор кололо от перенапряжения.       Я была приглашена на кухню, где мне предоставили удобный стул, изобилие печенюх, сладостей, а так же огромное количество приправ. Может, у него хобби - готовка? Хотя это ведь не важно, просто мимолетная мысль. Я не собираюсь тут задерживаться.       Дядечка уселся напротив меня и, улыбнувшись по-детски мило, спросил меня: - Давай рассказывай, кто ты такая? - он поставил чашку на стол и развернул конфетку. - Хочешь? - какой вежливый, однако. - Нет, спасибо. Я не голодна, - врушка. У меня живот рычит как тигр, у которого отбирают кусок мяса. - Ну, я родом из Санкт-Петербурга... - Да знаю я это. И твой адрес знаю, и дату рождения. Меня интересует твоя цель приезда, - я на минуту замолчала, думая, как лучше бы преподнести информацию обо мне, да поменьше. Как говорится, меньше знаешь, дорогой Пауль, - крепче спишь.       После столь задушевного рассказа, он жалостливо посмотрел на меня, будто сочувствуя. Видно было, что он хотел сказать что-то важное, но боялся травмировать меня. - Знаешь, - вздохнул мужчина, - вчера тебя пытались изнасиловать... - Ч-что? - меня слегка передернуло, я нахмурила брови и уставилась озадаченным взглядом в собеседника. Внутри все сжалось, воздуха катастрофически стало не хватать. Поэтому я просто выдавила: - Да, я поняла.       Вновь воцарилась тишина, а в голове крутились разные отрывки не связанных между собой мыслей. - Но почему ты не пошел сразу в полицию? Почему притащил меня сюда, в гостиницу? На кой черт я тебе сдалась? - я сама даже не заметила, как перешла на "ты" с этим человеком. Но его, видимо, это никак не оскорбило. Никаких вопросов по этому поводу, казалось бы, не было. - Ну, у тебя видимых повреждений не было, да и если бы я вызвал скорую, начался бы опрос, а это ни мне, ни тебе на руку бы не сыграло. А там и до неприятных слухов недалеко. Проблемы с работой, с коллегами... Ой, потом дерьма только отгребай. Эй, ты чего?       Я положила голову на стол и зарыдала. Все, это был пик моих эмоций. Они толчками выливались наружу, как дерьмо из плотного некогда засора, но как бы я это ненавидела - остановиться не могла. Мало кому нравится демонстрировать свои сопли на людях, но тут у меня выбора не было. - Эй, не плачь! Не надо, - он как-то попытался меня успокоить, но это не возымело совершенно никакого эффекта - я была слишком увлечена собой. - Да как не плакать?! - всхлипывая, сквозь слезы спросила я. - У меня ни денег на билет, ни работы, ни жилья, ни еды. Где мне жить? На улице на скамейке и питаться цветочками? Нет уж, спасибо! Лучше разу ногу или руку сломать, чтобы в больницу попасть. Так хоть крыша над головой имеется. - Ну... Можно еще почку продать, - попытался пошутить он, но поняв, что шутка не удалась, когда я взвыла еще сильнее, вздохнул и добавил: - Есть у меня одна идея.       Я подняла на него красные глаза и спросила: - Какая? - Если ты умеешь гримировать, можешь пока что гримером поработать у нас в группе. Нам сейчас как раз-таки нужна помощь. Да и в коллектив ты, думаю, вольешься. С ребятами, грубо говоря, уже знакома... Но для начала мне нужно переговорить с группой по поводу тебя. Платить будем исправно, так что не бойся. А когда накопишь на билет, хоть в Израиль лети.       В тот момент у меня будто каменная крошка с души осыпалась. Только не весь камень. У айсберга, как говорится, стороны-то две: та, что под водой, и та, что на поверхности. Так вот: сомнений внутри еще оставалось многовато, да и не отошла я еще от нервного стресса, но отчего-то жить в мгновение стало легче. Я хотела расцеловать этого сердобольного дядечку, и смеяться во весь голос, но конечно же я этого не сделала. Я просто улыбнулась и поблагодарила его за предложение.