"Мы все светимся, сгорая".

      - Какого Мерлина вы натворили?! Дверь в комнату близнецов резко распахнулась и с силой приложилась о стену. От удара белая краска с местами облупленного от времени потолка осыпалась на пол: - А ну живо вставайте! Гермиона подскочила к ближайшей кровати и рывком стянула с одного из братьев тонкую простыню: - Грейнджер, ты спятила?! – пробурчал Фред хриплым после сна голосом. – Я, между прочим, не одет! - Что я там не видела?! – Гриффиндорка в очередной раз дернула простыню на себя, и тонкая ткань, разорвавшись, полетела на пол. - Что за шум с утра пораньше? – из-под подушки на соседней кровати показалось недовольное помятое лицо Джорджа. - Вы совсем уже стыд потеряли со своим магазином?! - Грейнджер, прекрати орать и объясни нормально, что случилось? - Да тут все ясно, как белый день, Джорджи, - Фред подтянул к себе подушку и прикрыл боксеры. – Малышка Герми плохо спала… Парень лукаво улыбнулся, глядя в глаза девочке, и Гермиона почувствовала, как щеки заливаются краской, а в голове, как напоминание о прошедшей ночи, вновь вспыхивают опостылевшие картинки непозволительных снов: - А – а – а, ты об этом, - Джордж довольно ухмыльнулся. - А чего ты светишься, как майский полдень?! – волшебница скрестила руки на груди. - Просто рад, что моя теория снова сработала. - Теория? - Теория о «свойствах амортенции». Гермиона совершенно ничего не понимая, выжидающе посмотрела на младшего близнеца. Джордж недовольно закатил глаза и присел на кровати, завернув торс в одеяло: - А мы думали, ты девочка не глупая и знаешь что такое амор… - Я прекрасно знаю, что представляет собой амортенция! И так же знаю, что она считается одним из самых опасных видов зелий! Так какого лешего вы опоили меня этой дрянью?! - Во-первых, не опоили, - поправил Фред, - А провели опыт. - Во-вторых, это пойдет тебе на пользу, - добавил Джордж. - И чем же позвольте узнать ваши извращения пойдут мне на пользу?! Братья дружно переглянулись и обменялись снисходительными ухмылками: - Извращения не наши, Грейнджер, а твои, - невинно заметил Фред. Гермиона почувствовала, будто ее окунули в ледяную воду, от стыда захотелось сгореть на месте: - Похоже, Фредди не так уж хорошо наша мисс Всезнайка знает свойства любовных снадобий. - Здесь что-то не так… - голос девушки сорвался и перешел на шепот. – Любовное зелье дает ощущение влюбленности, одержимости, но не вызывает галлюцинаций… - Верно, - кивнул Джордж, довольно улыбаясь. – Но мы тебя не пичкали любовными отварами, Грейнджер. - Ага, нет необходимости, - поддакнул Фред и тут же получил от девочки самый уничтожающий взгляд. - Это наше новейшее изобретение! - гордо объявил Джордж и, обернув одеяло вокруг бедер, поднялся с кровати. Порывшись в одной из многочисленных коробок, занимающих почти все пространство комнаты, он выудил небольшой пузырек с искрящейся розовой смесью: - Насколько, я не сомневаюсь, тебе известно - амортенция золотого цвета с перламутром, а это, - Джордж слегка тряхнул пузырьком, и жидкость засверкала легким золотым сиянием. – Лишь содержит крохотную часть, как ты говоришь, одного из опаснейших зелий. - Но что это? – Гермиона, против воли залюбовавшись перламутровыми искрами, подошла ближе. - «Патентованные грезы наяву»! - представил Джордж, еще раз встряхнув флакончик. – Поступит в продажу только в следующем году, так как протестировано пока только, - он нахально улыбнулся, поглядев на девочку. – На тебе и на нас с Фредом. Грейнджер злобно прищурилась: - И в чем же его особенность? - Это ты нам скажи, - в голосе Фреда слышалась нескрываемая насмешка. Джордж снова порылся в многочисленных вещах и протянул девочке небольшую коробочку с очень яркой картинкой: - «Одно простейшее заклинание, и вы переноситесь в тридцатиминутную грезу высшего уровня реалистичности», - прочитала Гермиона на обратной стороне коробки. – Как оно действует? - Все просто, - Джордж отобрал коробочку и аккуратно упаковал флакончик с розовым эликсиром. – Объяснять весь состав не буду, так как это «совершенно секретно», - парень гордо вздернул подбородок. – Скажу только, что в этой крохотной колбочке есть само собой амортенция… - Но амортенция дает ощущение влюбленности к тому, кто сварил это зелье, - настойчиво повторила волшебница. - А не вызывает никакие видения! - Если ты дашь мне закончить Грейнджер, тебе все станет ясно, - закатив глаза, изрек Джордж. – В нашем случае амортенция действует несколько иначе, конечно мы не можем изменить полностью действие приворотного зелья, но слегка скорректировать его состав нам вполне по силам. - Это же магия высочайшего уровня! - Спасибо, - Джордж самодовольно ухмыльнулся и продолжил. – Уменьшив дозу амортенции, мы добавили корень женьшеня для возбуждения сознания, чуточку мирта, так как - это трава любви и парочку других ингредиентов. На самом деле мы ради любопытства пытались экспериментировать с приворотным зельем, но то, что получилось, нас приятно удивило. - Не то слово, - вставил Фред. – Впервые испробовав эту маленькую пакость, мы такого насмотрелись… - Само собой действие амортенции, как основного ингредиента никто не отменял, поэтому испробовав хоть каплю этой настойки, ближайшие полчаса ты будешь смотреть пикантное кино с собой и объектом твоего воздыхания в главной роли, - Джордж игриво подмигнул девушке. Гермиона на пару секунд погрузилась в свои мысли, в тайне восхищаясь поистине необыкновенными способностями близнецов к зельеделию: - А сны…? - Сны? – в один голос повторили братья. - Ну…мне снился сон, - девочка в очередной раз почувствовала, как щеки наливаются краской. – Я подумала это от вашего зелья. Близнецы задумчиво переглянулись: - И о чем был твой сон? – осторожно спросил Фред, заметив, как Гермиона с каждой секундой становится все краснее. - О…да какая разница! – гриффиндорка скрестила руки на груди. – Это не объясняет того, зачем вы вообще напоили меня этой дрянью?! - Нет-нет, Грейнджер! – Джордж подошел к волшебнице ближе и мягко сжал ее плечи. – Это действительно очень важно, о чем был твой сон? - Или о ком, - вставил Фред. - Заткнись Фредди! – Джордж бросил на брата сердитый взгляд и вновь посмотрел в глаза девушки. – Это крайне важно для нашего исследования, возможно, в этом изобретении есть скрытые свойства. Гермиона борясь с противоречивыми чувствами, закусила губу и, наконец, призналась: - Мне снились вы. За спиной девочки послышался сдавленный стон и скрип кровати – Фред с силой рухнул обратно на подушку: - Понятно, - выдавил из себя Джордж и отпустил девичьи плечи. - А когда я проснулась утром и…прокручивала в голове этот сон, начало действовать ваше зелье. - Мы не принимали его на ночь, - сказал Фред, глядя пустыми глазами в потолок. – Видимо оно вызывает не только реалистичные галлюцинации, но и сны, если выпить его перед сном. - А на утро вступает в свое полное действие… - закончил за брата Джордж и опустился на свою кровать, скрестив пальцы под подбородком. - Что вы имели в виду, сказав, что это пойдет мне на пользу? - Мы думали, тебе привидится кто-то один из нас… - произнес Фред, по-прежнему терроризируя взглядом потолок. – Это помогло бы тебе сделать выбор. - Мы ошиблись, - выдохнул Джордж. Гермиона хотела было возмутиться, но тут дверь в комнату близнецов скрипнула, и показалась рыжая головка Джинни: - Ребят просыпайтесь, мама зовет на завтрак…о Гермиона?! – девушка озадаченно осмотрела подругу с ног до головы, будто не веря собственным глазам. – А ты что здесь делаешь с утра пораньше? - Уже ухожу, - Грейнджер, не обращая внимания на насмешливый тон в голосе Джинни и не оглядываясь на братьев, поспешила покинуть комнату.

***

      Завтрак в семье Уизли по обычаю проходил шумно и весело. Миссис Уизли корпела над плитой и едва успевала подавать к столу все новые блюда. Мистер Уизли, торопливо чмокнув жену в щеку, захватил с собой теплую маковую булочку и поспешил на работу, не обращая внимания на причитания Молли. Рождественские каникулы подходили к концу, и настроение домочадцев с каждым днем становилось все хуже. Больше всех переживал, конечно, Гарри, который чуть ли не каждый день запирался в своей комнате с Роном и Гермионой и составлял план проведения будущих тренировок «Отряда Дамблдора». Несколько дней назад ребята по обычаю столпились на лестнице второго этажа и, опустив «подслуши» без зазрения совести слушали, о чем говорят на собрании Ордена. Из кратких отрывистых разговоров стало понятно, что обстановка в школе накалилась до предела, а Министерство теперь еще больше давит на Дамблдора.       О последних событиях в школе и были разговоры за столом сегодняшним утром. Миссис Уизли поставила перед Гермионой тарелку с яичницей и мягко произнесла: - Гермиона, милая, если тебе не составит труда, подниметесь после завтрака вместе с Джинни в дальнюю спальню на втором этаже – это единственная комната, где мы еще не навели порядок. Грейнджер отрешенно кивнула, по-прежнему прислушиваясь к шепоту Гарри, который с воодушевлением разъяснял Рону о значимости патронуса: - Мальчики, вы не идете сегодня в свой магазин? - Нет, сегодня мы побудем с любимой семьей, - улыбнулся Фред, и мать тут же потрепала его по веснушчатой щеке. - Замечательно! Для вас тоже найдется работка. Молли довольно улыбнулась близнецам и вновь захлопотала у плиты: - С чего это вы внеплановый выходной себе устроили? – подозрительно спросила Джинни у братьев, запихивая в рот полную ложку пшенной каши. - Начальству надо иногда отдыхать, сестренка, - ответил Джордж, жуя маковую булочку. Джинни фыркнула и вновь перевела полный вожделения взгляд на Гарри, вслушиваясь в каждое слово Поттера: - Кажется, я знаю на ком еще мы испытаем наше зельице, - протянул Фред, заметив восторженный взгляд сестрички. Гермиона свирепо посмотрела на старшего близнеца: - Вообще-то не лишним будет установить ограничение по возрасту на подобные товары! Фред закатил глаза: - Какая ты все-таки зануда, Грейнджер! Гермиона обиженно насупилась и вновь принялась ковырять вилкой в своем завтраке.       После завтрака Джинни, подхватив под руку Гермиону, потянула ее на второй этаж, захватив по пути ведра с водой и тряпки. Заперев дверь, девушка убрала в хвост длинные рыжие волосы, и вопросительно воззрилась на подругу, уперев руки в бока: - Гермиона Грейнджер, что, черт возьми, у тебя происходит с моими несносными братьями?! Гермиона от неожиданности выронила из рук тряпку: - О чем ты говоришь? - Ой, давай не будем притворяться, что я ничего не вижу! Грейнджер изумленно уставилась на подругу: - Джинни я не понимаю… - Грейнджер! – Гермиона вздрогнула – рассвирепевшая Джинни Уизли непостижимым образом стала до странности похожа на своих старших братьев. – Я, конечно, младше вас всех, но это не значит, что глупее! Гермиона не зная, что сказать обреченно опустила взгляд в пол. Джинни, заметив растерянное выражение лица сокурсницы, подошла ближе и крепко сжала ладонь девушки: - Ответь мне на один вопрос, Герми: мы все еще подруги? - Конечно, Джинни! - Тогда прекрати прятать глаза, будто провинившаяся девчонка и поговори со мной, как подруга с подругой! Грейнджер до боли закусила губу и, наконец, решилась поднять взгляд: - Что ты хочешь знать, Джинни? – устало спросила гриффиндорка и наклонилась на пыльный подоконник. - Все. - Ну, тогда начинай осыпать меня вопросами, потому что я, честное слово, не знаю с чего начать. - Давно ты тусуешься с близнецами чаще, чем с Гарри и Роном? - С тех пор, как начала у них работать. - Что ты делаешь у них в магазине? - Разбираю бумаги, в которых твои братья ничего не смыслят, - Гермиона мягко улыбнулась. Джинни подозрительно нахмурила рыжие брови: - Ты встречаешься с кем-то из близнецов, поэтому начала работать на них? - Нет Джинни, какого черта?! - Тогда почему? Грейнджер устало откинула непослушную прядь со лба и глубоко вдохнула: - Я работаю в магазине «Всевозможные волшебные вредилки», чтобы набраться опыта, так как хочу в будущем работать в Министерстве, к тому же твои братья сами попросили меня помочь им с бумагами и отчетами. Джинни скрестила руки на груди: - Допрос окончен? - С моими братьями тебя связывают только рабочие отношения? Гермиона с силой вцепилась пальцами в подоконник: - Джинни… - Как подруга подруге! – напомнила рыжая и подошла ближе, сурово взирая на Грейнджер сверху вниз. - Нет! – вскрикнула гриффиндорка и резко отвернулась к окну продолжая, остервенело сжимать грязную поверхность подоконника. – Довольна?! - Так я и думала… - Джинни аккуратно сжала предплечье подруги. – Поговори со мной Герми, я же вижу, что с тобой не все в порядке. Гермиона едва слышно всхлипнула и прикрыла пальцами рот. Едкие слезы грозились вот-вот оказаться на пылающих от стыда щеках волшебницы: - Мне так стыдно, Джинни…я совершенно не осознаю, что творю. Рыжая отпустила руку подруги и вскарабкалась на подоконник, обеспокоенно заглядывая в лицо Гермионы. В воздух взлетело облачко пыли: - Однажды совершив ошибку, я больше не могу остановиться, понимаешь? И к собственному ужасу – не хочу! Грейнджер широко распахнутыми глазами воззрилась на Джинни, будто надеясь, что подруга поймет все без глупых оправданий, которые словно ком застревают где-то в горле: - Но проблема в том, что вся эта ситуация меня днем и ночью поедом ест*- я корю себя, мучаюсь угрызениями совести, потому что думала о том, что никогда не стану такой! - Такой? – Джинни сконфужено поморщилась. – Гермиона ты же девушка! А Девушкам положено делать миллион ошибок, а потом страдать, расхлебывая собственную кашу. Грейнджер грустно улыбнулась и посмотрела подруге в глаза: - Я знаю, что ты чувствуешь – тебе кажется, что весь «Хогвартс» рано или поздно узнает о вашем «тройничке»… - Джинни! - Прости! – девочка перевела дыхание. – Ты боишься того, что о тебе могут подумать. Это был не вопрос, а утверждение и Гермиона просто обреченно закивала: - Но постоянно думать о чужом мнении не правильно! Как же тогда жить, если все время оглядываться на тех, кто может сказать о тебе что-то плохое? - Ты не осуждаешь меня? – Грейнджер изумленно подняла брови. - Осуждаю, - Джинни серьезно кивнула, но заметив моментально потухший взгляд подруги, ободряюще потрепала ее по щеке. – Но одно дело, когда ты прислушиваешься к мнению близких людей, а другое – когда тебя волнует мнение толпы. - Изначально все это было глупой игрой – мне осточертело то, что меня считают зазнайкой, которую не интересует ничего кроме книг. - Еще одна твоя ошибка, - рыжая тепло улыбнулась. – Ты захотела доказать всему миру, что можешь быть другой, хотя все любят тебя такой, какая ты есть. Гермиона перевела взгляд за окно. Площадь Гримо засыпало снежными хлопьями. Слабое водянистое солнце лениво проглядывало из-за тяжелых свинцовых туч и бросало тусклые лучи на облупленные черепицы соседних домов.       - Не понятно только одно – почему ты решила использовать Фреда и Джорджа? – рыжая игриво заулыбалась. - На самом деле все получилось само собой: сначала семестра твои братцы делали мне не двусмысленные намеки и, в конце концов, я решила потешить свое самолюбие. Джинни фыркнула: - Я знаю как это эгоистично, ведь мне не хотелось, чтобы об этом узнала вся школа, я делала это просто для того, чтобы поднять собственную самооценку! – Гермиона сжала плечи подруги. – Но ситуация вышла из-под контроля… - Ты влюбилась! – излишне громко констатировал факт рыжая. - Тихо, Джинни! – Гермиона судорожно посмотрела на входную дверь. – Я не знаю, что испытываю к твоим братьям в том-то и беда! - К обоим сразу…ну ты даешь, Грейнджер, даже я, меняя парней как перчатки, делаю между ними перерыв. Гермиона раздраженно прыснула: - Опиши, что ты чувствуешь, когда находишься с ними наедине. - Господи Джинни, да я же не в одно время…о Боже… - Грейнджер спрятала лицо в ладонях, густо краснея. - Ой… - Джинни смущенно закусила губу, пряча улыбку. – Видимо я не правильно поняла. - Все равно! – Гермиона, наконец, оторвалась от подоконника и окунула тряпку в ведро с водой. - Ну, Герми, прости! – Джинни наклонилась к подруге, широко улыбаясь. – В следующий раз выражайся яснее. - Не будет следующего раза, и закроем эту тему, - гриффиндорка резко протянула младшей Уизли мокрую тряпку. Рыжая проигнорировала посыл подруги и приподняла ведро с водой, надеясь унести его в другой конец комнаты. Внезапно внизу что-то с оглушительным грохотом взорвалось, да с такой силой, что в комнате задрожали оконные рамы. Джинни взвизгнула и, не удержав ведро с водой в руках, опрокинула его на пол, забрызгав все вокруг. На старых засаленных обоях расцвели мокрые пятна: - Что случилось?! Гермиона судорожно трясла насквозь промокшую майку, через тонкую ткань которой теперь проглядывал черный бюстгальтер. В коридоре послышался быстрый топот и монотонное ворчание миссис Уизли: - Что опять наделали эти оболтусы?! Кикимер не мешайся под ногами ради всего святого! Сию же секунду в комнате раздался громкий хлопок, и рядом с девочками материализовались хохочущие близнецы. У обоих на щеках красовались размазанные черные пятна, а ярко-рыжие волосы покрылись копотью: - Просим прощения дамы, но нам с Джорджем надо на время где-нибудь схоронится, а в этой комнате столько всякого хлама, что мама нас будет искать все оставшиеся каникулы. - Фред поторопись! – Джордж забрался под дальнюю кровать и завалил себя сверху старыми одеялами. Едва старший близнец успел спрятаться рядом с братом, как дверь в комнату приоткрылась, и показалось разъяренное лицо миссис Уизли. Увидев девочек с тряпками в руках, она тут же смягчилась, на изможденном, раскрасневшемся от гнева лице, просияла улыбка: - Девочки к вам не трансгрессировали сами-знаете-кто? Джинни фыркнула и поставила пустое ведро на пол. Молли удивленно осмотрела мокрые от воды стены: - Честное слово, скоро еще два человека заслужат, что их имена будет страшно произнести вслух. - Нет мам, близнецов тут не было, а что произошло? - Просто твои братья решили перейти к разрушению не только своего дома, - миссис Уизли еще раз окинула сердитым взглядом комнату и захлопнула за собой дверь. - Вылезайте братики, мама скрылась из виду! – Джинни с усмешкой повернулась в сторону дальней кровати, откуда уже слышалось копошение. Близнецы освободились из своего укрытия и довольные собой подошли к девочкам: - Спасибо, что не выдали нас маме, - широко улыбнулся Джордж. - Что вы опять натворили? - Неудачный опыт с «взрывательными шипучками», - Фред почесал рыжую макушку. - Так вот зачем вы остались дома. Джордж перевел взгляд на молчавшую до сих пор Гермиону: - Классная майка, Грейнджер! Гриффиндорка вспыхнула и отвернулась к окну: - Джинни, детка, спустись на кухню, мне нужна твоя помощь! – вновь раздался резкий голос миссис Уизли. Рыжая закатила глаза, протянула Фреду тряпку и выскочила из комнаты. Гермиона, чувствуя себя до крайности неловко в промокшей майке, хотела было направиться следом за подругой, но ее остановил непривычно серьезный голос Джорджа: - Фредди, можешь оставить нас на минутку? - С чего бы это? Волшебница против воли подняла взгляд на напряженное испачканное золой лицо старшего близнеца. Буквально секунду они с братом сверлили друг друга голубыми глазами, а затем Фред, закатив глаза молча трансгрессировал: - Гермиона… - Мне нужно переодеться, - Грейнджер, начиная паниковать, развернулась к двери, но сильная рука цепко обхватила запястье девочки. - Пожалуйста, не уходи. Волшебница с силой зажмурилась, борясь с собой, но затем медленно выдохнула и повернулась к парню, не поднимая на него глаза: - Что? Джордж облегченно выдохнул, будто и в правду думал, что девушка уйдет и медленно провел пальцами по щеке гриффиндорки: - Что мне сделать, чтобы ты выбрала меня, Грейнджер? - Джордж… - Или тебе просто нравится играть нами с братом, наблюдая, как мы готовы глотки друг другу перегрызть из-за тебя? Гермиона судорожно сглотнула: - Неужели ты совершенно ничего не чувствуешь, когда я касаюсь тебя? – младший близнец опустил пальцы чуть ниже, касаясь пересохших губ девочки. – Ничего? Грейнджер закрыла глаза, наслаждаясь приятным теплом, поднимающимся вдоль позвоночника. Джордж, тем временем осторожно, боясь спугнуть, поместил вторую руку на талию девушки, поднимая сырую майку, и пощекотал покрытую мурашками кожу. Волшебница едва заметно улыбнулась: - У тебя просто потрясающая улыбка. Гермиона хотела было сказать, что уже слышала это, но мигом прикусила язык, припоминая, что получала подобный комплимент от Фреда.       Джордж притянул волшебницу ближе, прижав девочку к своей груди. Грейнджер буквально ощущала, как захлебывается в исходящей от парня нежности. Гриффиндорец мягко провел ладонью по распущенным волосам девушки, спустился к спине и сжал, ставшую прозрачной майку: - Никогда бы не подумал, что так сильно буду скучать по твоим объятиям. Гермиона закрыла глаза, пытаясь сдержать подступающие жгучие слезы. В душе в очередной раз начала возрождаться адская смесь, состоящая из стыда, отрешения своих принципов и невозможности противится собственным чувствам: - Что вы творите? – на выдохе произнесла девочка, когда Джордж, опустив голову, провел носом по тонкой шее. Парень на миг напрягся, а затем надломано усмехнулся: - Это тебя надо спросить, Грейнджер, что ты с нами творишь? - Все это не может продолжаться вечно! - Гермиона через силу высвободилась из таких желанных объятий и отступила на шаг. Грустная понимающая ухмылка нарисовалась на бледном веснушчатом лице: - Это продолжается, потому что ты позволяешь... Волшебница задохнулась от возмущения, а неприятный внутренний голосок тихо подсказал, что так оно и есть – она сама не в силах отказаться от этой заманчивой игры, безнадежно пристрастилась и теперь пожинает плоды собственных действий. - Одно твое слово, и мы с Фредом навсегда оставим попытки достучаться до твоего сердца. Джордж сделал шаг и приподнял лицо девушки за подбородок, заглядывая в ее карие глаза: - Скажи это, Гермиона…скажи, что больше не хочешь иметь с нами ничего общего. Гриффиндорка сдавленно всхлипнула; слова, которые могли бы прекратить все мучения застревали в горле: - Так я и думал, - Джордж ухмыльнулся и с силой пригвоздил девочку к стене, как и в их первый поцелуй предусмотрительно подложив свою руку за ее хрупкую спину. Его пересохшие от волнения губы, накрыли ее, целуя невесомо и нежно, заставляя забыть обо всех предрассудках и переживаниях. Гермиона выгнулась навстречу Джорджу и обхватила его шею руками. Но едва волшебница позволила себе раствориться в собственных ощущениях, как парень внезапно оторвался от ее губ: - Я всегда буду бороться за тебя, Гермиона, - отрывисто произнес он, запыхавшись от поцелуя. – Даже если мне предстоит пойти против собственного брата. Джордж на мгновение задержал взгляд на припухших губах гриффиндорки, а затем резко развернулся и быстро вышел из комнаты. * "Есть поедом" - надоедать, изводить бесконечными попрёками, замечаниями.