AFTER DARK

Ночь — это лучшее время для душевных разговоров, но только не сегодня. Мама торопливо разливала алое вино по бокалам, а в духовой печи уже давно пеклась фаршированная индейка, испуская пикантный аромат. Запах запеченного мяса, вперемешку с прованскими травами, и овощами, дразнили нос, вызывая аппетит. — Джеральд, ты наконец — то приоделся! — радостно воскликнула женщина, снимая желтый фартук, который прикрывал черное облегающее бархатное платье. Отец выглядел не хуже матери. Черный смокинг, с белой бабочкой на шее, чем — то напомнил мне костюмы из двадцатого века. Уж слишком вычурно они приоделись для простого семейного ужина. Я в свою очередь, решила обойтись обычным летним сарафаном желтого цвета, чем — то напоминающим классические наряды Кэнди. Я подошла к матери, и взяла у нее тарелку с салатом. — Пожалуйста, будь с ним повежливее. — взволнованно прошептала она, кивая в сторону мужчины. Я постаралась дружелюбно улыбнуться, и поставила тарелку на стол, не забывая оставить пустое место в самом центре, для главного блюда. Несмотря на одиночество, которое я пережила в детстве, мне хотелось сделать первый шаг к перемирию. Дать последний шанс нашим взаимоотношениям. Разумеется, мы не станем уже близкими людьми друг другу, но хотя бы сможем поддерживать здоровую связь. — Мы рады видеть тебя здесь! — вежливо произнес папа, приковывая к себе мое внимание. От его официального тона в голосе, меня начинало потряхивать. Мне всегда казалось, что отец не умеет расслабляться, а ещё ему неведомо слово «искренность» — Да, взаимно, — сдержанно ответила я, отодвигая бокал с содержимым как можно дальше от себя, — Эм, спасибо, но я не пью. — Виноградники Роджера Купера — это самая элитарная ферма в округе! Ты просто обязана попробовать это вино! — сказал мужчина, расплываясь в гордой улыбке. Он обвел глазами стол и удивился. — Какая ты у меня оказывается рукодельница, Мария! — с нескрываемым восхищением произнес мужчина, отодвигая стул маме. Индейка уже стояла в центре стола, заполняя своим манящим запахом всю комнату. — Выглядит очень аппетитно. — подметила я, и мама тут же залилась краской смущения. — Ох, спасибо, солнышко! Я так старалась! Нависло неловкое молчание, и мне стало не по себе. Время будто тянулось нещадно долго, насмехаясь надо мной. Я все время ерзала на стуле, а ладони уже давно вспотели от волнения. Думаю мама волновалась ничуть не меньше меня. — Что ж, Хлои, тебе придется почаще навещать нас, чтобы твоя мама готовила сама. — вдруг выдал отец, пытаясь прикрыть тревогу шутливым тоном. — Ну, это вряд — ли будет возможным, так что придётся тебе питаться в ресторанах. — я постаралась улыбнуться, чтобы смягчить ответ, но в голосе прослеживалась ирония. Мне было невероятно сложно казаться милой рядом с этим человеком. — Почему же? Наши двери всегда открыты для тебя, и ты это знаешь! — в разговор вторглась мама, и я подняла голову, пересекаясь с ее изумленным взглядом. — Да? И с каких это пор? — спросила я, безразлично ковыряя вилкой в салате. Дурацкая горошена ускользала от острия вилки, и я который раз пыталась ее проткнуть. В воздухе повисло неловкое молчание, но оно длилось недолго. — Хлои, детка, давай только не сейчас…— мама запиналась в словах, показывая сильное волнение. Изнутри стремительно рвалась обида. Она словно пробивалась сквозь толщу равнодушия, напоминая о своем присутствии. Я была свято уверена в том, что он нее ничего не осталось, но на самом деле лишь сдерживала ее силу. — Вы ведете себя так лицемерно! — я бросила вилку на стол, не в силах больше сдерживать свои эмоции. — Хлои! — мама округлила глаза в ужасе, предвкушая скандал. — Не стоит надрываться, Мария, — мужчина осторожно дотронулся до ее руки, — Ты же знаешь, что это бесполезно. — Да, мама! Продолжай его слушать, как ты всегда это делала! У тебя же нет своего мнения! — громко воскликнула я, на что женщина сверкнула раздраженным взглядом. — Думаешь я не виню себя за это? — мама нервно провела ладонью по волосам, — Мне жаль! Очень жаль, что мы не уделяли тебе должного времени! Но и ты нас пойми… Она резко встала из — за стола, но папа перехватил ее за локоть. — Я уйду, а вы поговорите. — тихо произнёс мужчина, вытирая рот салфеткой. — Вообще — то, этот разговор тебя тоже касается, папочка! — смело выпалила я. Мужчина удивлённо вскинул густые брови, словно искренне недоумевая. — Сбавь обороты, Хлои! Сейчас же! — в привычной строгой манере воскликнул он. — Ты наверное забыла, кто оплачивает тебе учебу? — Оплачивать учёбу ты начал с этого года, а до этого я платила за нее сама! — Вспомни, почему мы лишили тебя денег? — лицо отца вытянулось в раздражении, а щёки приобрели багровый оттенок. — Из-за того, что я должна была, по вашему мнению, поступить на экономиста! — я демонстративно рассмеялась. — Если бы моя дочь была хоть чуточку умнее, она бы ни в чём не нуждалась! — Ну куда же мне до тебя, папа! Ты ведь у нас самый умный! — Хлои! — в очередной раз окликнула меня мама, пытаясь вразумить. — По твоему, мы были бы счастливы, живя в какой — нибудь каморке с тараканами? — цинично спросил он, выгибая бровь. — Ты сейчас утрируешь! — я ухмыляюсь, откидываясь на спинку стула. — Речь вовсе не об этом! Ты всё время всё сводишь к деньгам! — Нет, об этом! — он резко поднялся с места, и стукнул кулаком по столу так, что посуда задрожала. — Мы старались для тебя! Я работал на благо нашей семьи! Чтобы ты ела вкусную еду, покупала хорошую одежду и смогла поступить в лучший университет! И вот она благодарность? — Джарельд, прошу, ну хоть ты успокойся… — мама незаметно стряхнула слезы отворачиваясь от нас. — Нет, пусть она выслушивает, Мария! — не отступал мужчина. — Я днями и ночами работал, чтобы у моей дочери было будущее, а в ответ получаю лишь упреки! — Ты сейчас все выкручиваешь! — я снова горько усмехнулась, — Когда я была ребенком, мне нужны были не деньги от тебя, а твое присутствие! Отец громко рассмеялся. — Присутствие! — воскликнула он, продолжая глумливо смеяться. — Ну надо же! — И любовь, на которую ты, к глубокому сожалению, не способен! — с этими словами я резко поднялась с места и выскочила на улицу. Мама рванула за мной, но мужчина снова перегородил ей путь. — Ну как же ты права, Хлои! Я ведь такой монстр! — саркастично кричал он мне в след, провожая негодующим взглядом. — Бедная ты наша девочка! Я бежала без оглядки, пару раз споткнувшись об собственную ногу. Злость, обида, отчаянье — этот коктейль отвратительных чувств бурлили внутри, провоцируя слезы. Мне не хотелось видеть ни маму, ни папу, ни кого — либо еще. Я остановилась по другую сторону реки, и села на песчаном берегу, около огромного дуба. Свежий воздух немного отрезвлял меня, приводя в порядок мысли. Мои плечи вздрагивали с каждым новым потоком слёз. Я крепко обняла себя за плечи и уткнулась носом в поджатые колени, выпуская наружу всё, что накопилось за долгие годы. В голове раздались слова преподавателя, что не бывает идеальных семей, просто есть менее травматичные. И единственное, что мы можем сделать, так это вылечить травмы, от малых до больших. Процесс долгий и болезненный, но вполне осуществимый. Так вот, я должна была уже быть на стадии принятия, но злость активно противоборствовала этому. Вот так быстро, наш примирительный ужин обернулся настоящим кошмаром! Рядом послышался треск веток, и я не сразу обратила внимание на звук, купаясь в собственных мыслях. Но когда сзади раздались отчётливые шаги, я молниеносно обернулась, вытирая дорожку слёз. В трёх метров от меня, стоял высокий силуэт парня. Хоть и лицо было прикрыто тенью, я все равно узнала его. — Хлои? Что ты здесь делаешь? — тихо окликнул меня он, делая осторожный шаг вперёд. Бледный свет луны упал на его тревожное лицо. Из — за тусклого освещения его глаза казались черными, пронизывающими до самой глубины души. Его взгляд блуждал по мне, в надежде найти ответ, и ни сказав больше ни слова, он мигом настиг меня и встал рядом. — Пожалуйста уйди. — тихо прошептала я, отворачивая голову. Не хочу чтобы кто — то видел мои слёзы. К слову, я никогда не плакала даже перед бабушкой, а она является моим самым близким человеком. — Кто тебя обидел? — Всё в порядке! Просто уйди! Это так сложно? — нервно ответила я, жестикулируя руками. — Сложно, — он продолжал пристально смотреть на меня, после чего его рука осторожно дотронулась до моего плеча, но я дёрнулась, и он ее убрал, — Скажи мне, что случилось? — Ничего серьёзного, просто повздорила с родителями. — я постаралась вложить в свой голос безразличие, но не получилось. — И кто зачинщик? — Я. Джеймс усмехнулся, и провёл рукой по волосам, словно вспоминая о чем — то. — Плохой идеей было сюда приезжать! — я повернулась к парню, поднимая голову. — Единственное, что ты можешь сделать, это вынести урок и простить своих родителей за ошибку, — он снисходительно улыбнулся уголком губ, — Я процитировал твои слова, помнишь? — Да, — я сделала паузу, чтобы поправить края задравшегося платья, которое к тому же было испачкано песком, — А ты почему здесь? — Вышел подышать свежим воздухом. — он пожал плечами, глядя на горизонт. — А что, на другой стороне реки воздух не такой свежий? Купер засмеялся, обнажая зубы. — Всё верно. Здесь намного интереснее. — он развернулся на носках, и подошёл к дереву. Только сейчас мне предстала возможность оценить его внешний вид. Парень решил сегодня надеть черные джинсы, серую однотонную футболку, а поверх нее, на широких плечах, висела старенькая широкая куртка цвета хаки. Вечером становилось значительно прохладнее, особенно рядом с рекой. — Смотри! — он закопошился в листьях, и уже через пару секунд на дереве зажглись жёлтые фонарики. Они паутинкой свисали с нижних веток дуба. Зрелище было необыкновенным. — Как красиво. — завороженно произнесла я, чуть позже обращая внимание на странную конструкцию, отдаленно напоминающею скворечник, с прозрачной дверцей посередине. Но вместо птиц, внутри мирно располагались разноцветные книги. — Что это такое? — я подошла к парню, скрещивая руки на груди. Купер открыл дверцу и достал одну из книг, протягивая ее мне. — Это любимое место горожан, особенно детей. Они приходят сюда почитать или оставить любимую книгу. Я прочитала жирную надпись на зеленой обложке: " Фауст " — Эта книга была моей. — пояснил Джеймс. — Никогда прежде не читала эту книгу. — честно призналась я, с неподдельным интересом пролистывая шершавые страницы, от которых пахло пылью. — Тогда ты можешь забрать ее себе. — внезапно предложил Купер. — Мне нечего предложить взамен. — Ничего и не нужно. — Думаю, местным жителям она будет нужнее. Здесь ведь нет библиотеки или книжного магазина… — Ну, как хочешь! — парень пожал плечами. Изучая страницы, я заметила несколько выделений в предложениях, оставленное ярким желтым маркером. — Подчеркиваешь понравившиеся цитаты? — я стрельнула любопытным взглядом в сторону Джеймса, и тот смущенно улыбнулся. Впервые, мне удалось запечатлеть эту эмоцию на его лице. Не теряя минуты, я прочитала вслух, выделенные им строки: — Но две души живут во мне, И обе не в ладах друг с другом. Парень смотрел на меня несерьезно, задрав подбородок, как будто ждал последующего вопроса, но я не стала ковырять его душу. Вместо этого, я обняла себя за плечи и опустила взгляд вниз, замечая толстое бревно неподалеку от нас. Недолго думая, я села на него, и посмотрела на гладкую поверхность реки, в которой, словно на картине, отображались луна и звёзды. Ночное небо не имело плотной границы, и просматривалось насквозь, в бесконечный космос. Купер присоединился ко мне, усаживаясь рядом, и вытягивая перед собой одну ногу. От него пахло мятной жвачкой, вперемешку с сигаретным дымом. Наверняка, незадолго до нашей встречи он успел покурить. — Я расстался с Эмили. — вдруг выпалил он, глядя перед собой. От удивления я посмотрела на его невозмутимый профиль. — Почему? — Понял, что так будет лучше для нас обоих. — сухо ответил он. — Неужели ты не любил ее? — вопрос сорвался с моих губ непроизвольно. Джеймс усмехнулся, качая головой. — Нет. Я всего лишь играл по грязному. — Это как? — Жалел её и ненавидел себя, — замечая мой вопросительный взгляд, он поспешил продолжить, — До аварии у нас не было ничего серьезного, Хлои, но после того, что случилось, я чувствовал вину, и должен был заботиться о ней. Эмили любит меня, но я не чувствую к ней того же. Она мне, скорее, как сестра. — Она не здорова. — констатирую я, и парень кивает. — Да, верно. — Почему ее родители не обратятся к специалистам? — Потому что у нее нет родителей. Эмили уже как пять лет сирота. У нее есть тётя, которая живет здесь, в Эшвилле, но как я понял, она не особо изъявляет желание заботится о ней. — с грустью проговаривает парень. Я приоткрываю рот от удивления. — Но я не могу вечно нянчится с ней, полностью обеспечивая. Мне не жалко денег, но жить с ней просто невыносимо. Ты и сама видела… — он проводит рукой по голове. — Поэтому, мне пришлось очень долго разговаривать с ее тётей, и та все — таки согласилась забрать ее к себе. — Ты не обязан был брать на себя такую ношу, Джеймс, — я аккуратно дотронулась до его плеча. — Не вини себя, пожалуйста. — Всё в порядке, — он улыбается уголком рта. — Кажется, ты подействовала на меня отрезвляюще, Хлои Адлер. Парень снял с себя куртку и укрыл ею мои дрожащие плечи. От нее пахло хвойным лесом и одеколоном. — Спасибо, — тихо произнесла я. — Знаешь, тебе лучше больше не обращаться ко мне за советом. Парень удивленно посмотрел на меня. — Я ужасный психолог. — твердо отвечаю я, на его немой вопрос. — Это еще почему? — Хотя бы потому, что я не в состоянии справиться с собственными проблемами, а пытаюсь учить жизни других. Взглянув на Джеймса, я застала его лицо серьезным. Он нахмурился, подвигаясь ближе. — У всех они есть, и я не думаю, что психологи идеальные люди с идеальной жизнью. — ответил парень. — Да, но я злюсь на себя за то, что не в состоянии простить родителей! Я очень хочу этого, но не получается. — я эмоционально жестикулировала руками, стараясь избегать прямого контакта с его проницательным взглядом. — Такие проблемы быстро не решаются, и ты как никто другой это понимаешь. — Да уж, забавная ситуация! Пациент утешает психолога! — я усмехнулась, и парень тоже не сдержал улыбки. — Мне ты помогла. Выходит, Хлои Адлер не такой уж и безнадежный психолог! Я широко улыбнулась, качая головой. Какое то время Купер просто смотрел на меня, а я не смела поднять голову вверх, боясь при этом встретиться с его искушающим темным взглядом. — Хлои? — хриплый шепот раздался прямо над моим ухом, вызывая мурашки. — Да? — Откровенно говоря, ты всегда нравилась мне, — честно признался парень, слегка дотрагиваясь до моей щеки, — Я не умею говорить красиво, поэтому… — Знаю. — я осторожно положила свою ладонь на его холодную руку, и он отреагировал спокойно. — В школе, мы некоторое время дружили, помнишь? — я заглянула ему в глаза, и прочитала интерес. Жадный, изголодавшийся интерес. Минуту он просто смотрел на меня, после чего ответил: — Конечно. — Но ты быстро оттолкнул меня… — мои плечи поднялись со вздохом. — Всему виной глупые страхи и неуверенность. Я боялся подпускать людей слишком близко, а ты была именно той, которая… — прочистив горло он продолжил, — Но я знал, что нравлюсь тебе. — Это было так заметно? — Ну, ты всё время подкармливала меня! — он весело улыбнулся, а я рассмеялась, мотая головой. И вправду, Джеймс Купер всегда вызывал во мне одновременно и восхищение и отторжение. Меня магнитом тянуло к этому смелому парню, но в тоже время неприятно отталкивали слухи. Да, дурные слухи и предрассудки способные повесить на человека ошибочное клеймо, и увезти тебя от правды. И только сейчас я искренне осознавала, какую ошибку я допустила, поверив в эти идиотские сплетни. Джеймс никогда не был чудаком, у которого поехала крыша из — за отца тирана, наоборот, он просто рассказывал правду там, где принято было лгать и подстраиваться. Этим он и выделялся среди остальных ребят. Но, к глубокому сожалению, в школах учат быть как все, и не признают своеобразие. — Я не хочу делать тебе больно, Хлои, — со вздохом проговорил он, разочарованно убирая руку. — Что ты имеешь ввиду? — Вряд — ли я смогу пообещать тебе спокойное будущее… — А кто сказал, что без тебя моё будущее будет спокойным? — я нежно улыбнулась и Джеймс ответил тем же. — Хлои, я не хочу усложнять тебе жизнь. Тебе может казаться, что я не такой уж и плохой парень, но по правде говоря, характер у меня дурной. — Джеймс, ну что ты несёшь? Ты ведь на самом деле хороший… — Хватит! — вдруг грубо возразил он, поддаваясь вперед. — Ты не знакома со мной целиком, чтобы делать преждевременные выводы. Тем более такие громкие. — Ты тоже не знаешь все мои стороны. Возможно я сейчас тебя разочарую, но я точно так же как и ты неидеальна! — уверенно ответила я, поднимаясь с места. — Хорошо. Иди. — грубо пробурчал он. Чтобы немного успокоиться, я зажмурилась и сделала глубокий вдох, но это не подействовало. Тогда я остановилась и громко воскликнула: — Во всех нас есть темная сторона, Джеймс! Но разница в том, что одни стараются делать свою жизнь лучше, а другие занимаются самобичеванием и намеренно не подпускают к себе людей, из страха обидеть или быть обиженным! — Согласен, — он медленно поднялся с места и встал напротив, глядя на меня сверху вниз. — Тогда ответь мне честно, чего ты реально хочешь? Жить в сомнениях, или все — таки попытаться жить так, как тебе нравится? — не отрывая от него глаз, спросила я. Вопрос был адресован не только парню, но и будто бы мне. — Ты сейчас спрашиваешь как психолог или…? — его губы исказились в полуулыбки. — Как девушка, которой ты интересен! — смело выпалила я. Купер, явно не ожидавший такого откровенного ответа, на какое — то время потерял дар речи, растерянно бегая взглядом по моему лицу. — Интересен? — сокрушенно проговорил он. — Чего ты хочешь на самом деле, Джеймс? Вот прямо сейчас? — снова повторила я. — Просто…меня к тебе почему — то тянет. Его скулы нервно играли, выдавая волнение. Он пялился на меня так, словно не понимал сути вопроса, или же старательно делал вид, что не понимает, лишь бы не давать ответа. Внезапно, я почувствовала широкую ладонь на своей спине, после чего меня словно неведомой силой притянуло к твердой груди парня. Крепкие мужские руки обвили мою талию, и явно не торопились отпускать. По лицу Купера было ясно, что он испытывал противоречивые чувства. Его паль­цы медленно и неуверенно про­води­ли по контуру моего лица, по­ка не доб­ра­лись до губ, которые я приоткрыла из-за нехватки воздуха. Горячее дыхание обжигало, когда его лицо склонилось надо мной, а сердце билось так быстро, что готово было выпрыгнуть наружу. — Купер? — я назвала его по фамилии. Так, как привыкла называть в школе, правда тон голоса был более чувственным, и наделенным определенным смыслом. Ничего не ответив, Джеймс поцеловал меня — сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью, заставляя мое тело полностью обмякнуть в его руках. Мой разум опьянил его запах. Такой родной, словно я была знакома с ним всю свою жизнь, и вдыхала его каждый день. Теплые губы умело скользили по моим губам, будя во мне ощущения, которые я прежде не знала и не думала, что способна познать. Он остановился, многозначительно всматриваясь в мои глаза, а затем и вовсе отпустил меня, позволяя нам обоим перевести дыхание. Парень провел рукой по взлохмаченным волосам, убирая их с лица, и отошел в сторону. — Я стараюсь, Хлои, но у меня идиотский характер, — нехотя выдавил он хриплым от возбуждения голосом. — Я не хочу чтобы ты «спасала» меня. Это чертовски неправильно. Я не хочу чтобы ты «спасала» меня. Эти строки пролетели мимо ушей. Обескураженная и взволнованная, я не сразу поняла смысла его слов. Меня непреодолимо тянуло к Джеймсу. Чувства затмили рассудок, и все чего я сейчас желала, так это его присутствие. Поэтому, сорвавшись с места, я ринулась к парню и повисла на его шее, сливаясь в очередном долгом поцелуе. Джеймс удивленно отшатнулся, но все же смог удержать равновесие. Его руки аккуратно обвили мою талию, бережно прижимая к себе. — Хлои… — сквозь поцелуй, горячо прошептал он, словно смакуя мое имя. — Я часто вспоминал тебя… Нашу идиллию прервал знакомый голос, который постепенно стал приближаться к нам. Прислушавшись в шагам, я резко отпрянула от парня, торопливо поправляя задравшееся платье. Джеймс вытер свои губы тыльной стороной ладони и нахмурился, заглядывая мне за спину. Когда я обернулась, меня резко ослепило. Отец стоял прямо перед нами, с фонариком в руке. На его лице отображалось полное недоумение. — Ну и что вы здесь делаете? — строго спросил он, делая еще пару уверенных шагов к нам. Я прикрыла лицо руками, щурясь от яркого света фонаря, и отступила назад, к Джеймсу. Парень вышел вперёд, закрывая меня от пытливого взгляда отца. — Здравствуйте, мистер Адлер! — сдержанно произнес Купер, протягивая руку мужчина. На что, тот не сразу ее пожал, продолжая внимательно разглядывать меня. — Сейчас же вернись домой, Хлои! Ужин давно остыл! — словно ни в чем не бывало, отчеканил он. — Нет, спасибо, я не голодна. — безразлично отвечаю я, топчась на одном месте. — Мама старалась, готовила для тебя. Идем домой? — он протянул мне руку, на что я усмехнулась, качая головой. Джеймс настороженно проследил за рукой отца, и немного поддался вперёд, словно готовый вот — вот напасть. — Хватит упрямиться, Хлои! Марш домой! — мужчина резко схватил меня за руку и потащил за собой. В нос резко ударил запах спиртного. Отец был пьян. — Пусти меня! — воскликнула я, с силой выдергивая руку. — Ты издеваешься надо мной?! — он снова попытался схватить руку, но в этот раз Джеймс встал перед ним, загораживая меня собой. — Мистер Адлер, немедленно прекратите! — голос парня был внушающим, и отец на некоторое время даже растерялся. Я стояла за спиной Купера, выравнивая дыхание. Сердце стучало со скоростью света. Злость начинала набирать обороты. Как он смеет так себя вести? Это был мой последний ужин с родителями! — проносились гневные мысли в моей голове. — Не лезь не в свое дело, парень! Она моя дочь! — раздражённо воскликнул отец, отталкивая Джеймса от себя, но тот даже не сдвинулся с места, продолжая сверлить мужчину предупреждающим взглядом. — Вот именно, она ваша дочь, а не собственность. — Кем ты себя возомнил, щенок?! — отец начал наступать на парня, но я встала между ними, выставляя руки перед собой. — Папа! Сейчас же успокойся! Отец смотрел на меня покрасневшими глазами, и успокаиваться вовсе не собирался. — Кто он такой тебе, Хлои?! А как же Макс? Неужели ты изменяешь ему? При упоминание этого имени мое тело непроизвольно дёрнулось. — Мы расстались с ним! — я схватилась за голову, не в силах больше терпеть выходки отца. — Господи, папа! Что ты вообще несёшь? Ты пьян! Мужчина качнулся, едва удерживаясь на ногах, подтверждая мои слова. — Расстались? — искренне удивляется он. — Но ведь вчера я говорил с ним по телефону, и он сказал, что у вас всё хорошо… Я глубоко вздохнула, прикрывая глаза. Спокойно, Хлои. Дыши глубже. — Мы расстались! — почти по слогам повторила я. Мужчина кивнул, отступая назад. Кажется, мой ответ подействовал на него отрезвляюще. — Хорошо, — он посмотрел в сторону дома, а затем на меня. — Так ты идёшь домой? Я покачала головой в отрицании, и лицо отца исказилось злостью. — Думаешь я не видел, чем вы тут занимались?! — он подошёл впритык к Джеймсу, и с вызовом посмотрел ему в глаза. — Я хорошо отношусь к мистеру Роджеру, но тебя видеть рядом со своей дочерью не желаю, ты меня понял? — Папа! — яростно воскликнула я, сорвавшись с места, но парень остановил меня, вытянув одну руку. — Хлои сама решит, с кем ей заводить дружбу. — усмехнулся Купер. — Дружбу? — мужчина показательно рассмеялся. — Я знаю, какие у тебя намерения на мою дочь. Так вот, учти, что я оторву тебе голову, если ты ещё раз появишься рядом с ней! — Хватит! — завопила я, в надежде, что это безумие прекратиться. — Нет, не хватит! Ты наверное не в курсе, что его отец алкаш, а он его точная копия? Так вот знай! Купер снова усмехнулся, качая головой, но от ответа удержался. Наверняка, он прекрасно понимал, что спорить с моим отцом было последним делом. — Это не правда! — не унималась я. — Джеймс не такой. Я посмотрела на парня, словно убеждая себя в том, что мои мысли были верными. Купер потупил взгляд на свои ботинки, а его плечи начинали напряженно вздыматься. Мне было ужасно стыдно за поведение отца. — Не будь дурой, Хлои! — продолжал возмущаться мужчина. — Весь город знает про его семейку, а ты все продолжаешь тянуться к этому… — он хотел выругаться, но я его перебила. — Хватит! Я устала слушать этот бред! — я уверенно схватила парня за руку, и вот уже собиралась идти, но отец ловко перехватил мою руку, и с силой оттолкнул Джеймса. — Что ты творишь?! — я дернулась, но его хватка была крепкой. Купер пошатнулся, но все же смог устоять на ногах. — Он убийца, Хлои! — безжалостно кричал отец, тыча указательным пальцем на парня. — Этот парень, которого ты так уверенно называешь хорошим, убил собственного брата! Он должен сидеть в тюрьме, а не на ферме ошиваться! Я застыла, а волосы на затылке встали дыбом, когда я пересеклась с темными глазами Купера. Его руки сжались в кулаки, а взгляд был полон ненависти и боли. Он едва сдерживался, чтобы не наброситься на отца. Сейчас он напоминал мне дикого зверя, загнанного в угол. — Еще одно слово про мою семью… — сквозь зубы процедил Джеймс. Теперь он смотрел на моего отца как на врага, которого нужно немедленно устранить. — То что? Что ты мне сделаешь? — издевался мужчина. — Если хоть пальцем тронешь меня или мою дочь, тебя посадят! Уж поверь мне, я об этом позабочусь! — Папа, пожалуйста, перестань нести чушь! — я вырвалась из его рук и быстро подбежала к Джеймсу. Парень продолжал вскипать, но после того, как я бережно взяла его за руку, он немного успокоился, и переплел наши пальцы в замок. Сзади нас послышались быстрые шаги, после чего я отчетливо расслышала голос мамы. — Джеральд, где ты?! — встревоженно кричала она. Уже через пару секунд, мама вышла из кустов, внимательно рассматривая нас. — Что здесь происходит?! — ее глаза округлились. Отец махнул рукой на нас, поворачиваясь к маме, и произнес уже более вменяемым тоном: — Застал этих голубков здесь, представляешь? Я то думал, что моя дочь расстроена, а она обжимается с этим… — А я застал Вашу дочь в слезах! — резко бросил Купер, чуть поддаваясь вперед. — Интересно, кто же ее довел до такого состояния? — И решил немедленно утешить, да? Ну герой! — усмехнулся мужчина. — Мама, я сегодня же уезжаю обратно в город, а ты забери отца домой. Он пьян и несет полную чушь! Женщина понимающе кивнула, а ее щеки приобрели розовый оттенок. Кажется, ей было стыдно за отца так же, как и мне. — Хлои, доченька… — она медленно подошла к нам, с сожалением вглядываясь в наши лица. — Может все — таки останешься у нас? Прости отца, он просто много выпил… — Нет, — с тяжелым вздохом отвечаю я. — Не хочу больше здесь находиться. — Никуда ты не уедешь! Такси сюда не ходит! — выкрикнул мужчина. — А кто сказал, что она поедет на такси? Я ее отвезу. — отрезает Купер, крепче сжимая мою руку. Мама поджимает губы, едва сдерживая слезы. В этот момент, мне становится ее жаль, ведь я чувствовала, как она не хотела меня отпускать. Ведь мы так долго не виделись… — Джеймс, простите моего мужа, он просто… — тихо шепчет она, но парень мягко дотрагивается до ее плеча. — Все хорошо, миссис Адлер. Я позабочусь о Хлои. Можете быть уверены. Женщина быстро кивает, смахивая одинокую слезу с пылающей щеки. Купер зашагал вперед, продолжая крепко держать меня за руку. Когда мы проходили мимо отца, в парня прилетело еще несколько омерзительных оскорблений, на которые я уже не стала отвечать.