Оперная певица/Cantante lirica

*Всех с началом учебного года...Хотя кто сказал, что это праздник? ХД* – Так, народ, все идем кушать! – позвала нас мама из кухни. И, слава Богу, а то мне как-то не особо хочется выяснять собственные пристрастия с моей сестрой. Я прошел на кухню и просто обалдел. На столе стояло несколько видов салатов, жареная рыба, кастрюля с каким-то гарниром и еще много всего. Я просто не понимаю, как можно было приготовить такое количество еды за такое короткое время! Хотя мама рассказывала, что с шестнадцати лет работала в кафе помощницей повара. А потом папу готовить научила и меня. Из нас только Клео не готовит. Но мне до мамы еще далеко! Я, в отличие от неё, готовлю хорошо, но блюда никогда не сервирую. А сейчас всё было разложено так, как в дорогом хорошем ресторане. – Потрясающе… – восхитился Фумино, садясь за стол рядом со мной. – Правда? Вот спасибо, – рассмеялась мама, – Это так, по-быстрому что-то сварганила, уж больно есть хотелось. А рыба жарится быстро, 5-7 минут и готово. А рыба была просто фантастической на вкус! Непонятно, откуда она взялась, я же вроде как не покупал ничего рыбного… А, вспомнил, в морозилке валялась скумбрия. Ну чтобы так вкусно было! – Фумино, а вы работаете или еще учитесь? – спросила у него моя мама. – Работаю, – рассмеялся Фумино, – В театре. – В театре? Вот здорово! – обрадовалась мама, – Так вы актер? – Я певец, – ответил он. – Расскажи, а как вы познакомились? – попросила мама уже у меня. Я рад, что она проявляет к нам такой интерес, в конце концов, всегда приятно осознавать, что ты интересен не только как воплощение яоя. – Я пошел в театр… – начал я. – В театр?! – воскликнула Клео, – Да ты же терпеть не мог ходить в подобные места! – Меня друзья затащили. Ну вот, я был поражен его игрой и пошел дарить цветы… Я рассказал родителям всю историю нашего знакомства, правда, умолчав о том, что Фумино играет женские роли. Потом нас еще поспрашивали, в основном, мать – отец хранил гордое молчание. Не кидается с ножом и слава Богу, меня и так все устраивает. – Маааам, ну можно я здесь останусь? – захныкала Клео, когда мы все уже поели и убирали со стола, – Фумино такая няшка, мне хочется с ними жить! – Нечего им мешать, – возразила мама, – Тем более, ты уехала и ничего никому не сказала. Нельзя же так! – Бубубу, – пробурчала Клео, – Ладно, пойду собираться. Клео забрала с собой все свои книжки, родители тоже собрались. – Нам уже пора в аэропорт. Если хотите, поедемте с нами, – предложила мама. – Нет, мы тут останемся, – ответил я. – Лео, можно тебя на секундочку? – шепнула Клео, и мы вышли поговорить с ней в коридор, – Вот, держи, – и она протянула мне книжку. – Если это манга, то лучше не надо. – Да причем тут манга? Это Камасутра для геев! – фыркнула она и сунула мне довольно увесистое печатное издание, – Будете практиковаться, а то я смотрю… – Не нужно никуда смотреть! Все, давай сюда книгу, не пали меня! Я быстро засунул ее подарок под покрывало. Затем попрощался с родителями и сестрой. У отца был такой несчастный взгляд… Я его совсем не понимаю. Если уж что-то гложет тебя изнутри, то лучше этим поделиться со всеми, я так считаю. В общем и целом, все ушли, оставив нас вдвоем. – Как же хорошо, когда никого нет, – вздохнул Фумино, ложась на кровать, но вдруг вставая снова, – Что это? Нет, только не это! Ай, ну зачем же ты достал Камасутру из-под одеяла? Фумино недоуменно на меня посмотрел. – Это что? – спросил он. – Сестра подарила, – нехотя ответил я. Фумино открыл сие творение, прочитал там что-то, а затем оценивающе на меня взглянул. – Хм, тут предлагают привязать партнера к спинке кровати или еще какому-нибудь предмету. Может…попробуем? – Ты с ума сошел?! – в ужасе выкрикнул я, но увидел, что он всего лишь шутит и сейчас смеется. – Я пошутил. – Да я уж понял, – фыркнул я и, вырвав у него книгу, сам пролистал несколько страничек. Однако! Вообще довольно интересно, даже познавательно. Но при нем мне палиться не хотелось, и я захлопнул книгу, – Ерунда. Тут у меня раздался телефонный звонок, и я, вытащив его из кармана, взял трубку. Это был Трей. – Алло? – Представляешь, это же просто пиздец какой-то! – возмущенно сказал мой друг. – Что случилось? – Эта дрянь заявила, что всю жизнь фанатела по байкерам! Не, ну ты прикинь? Я, значит, ей цветочки дарю, песенки пою, а мне и делать ничего не нужно было! – А Дрянь, я так понимаю, это Селена? – насмешливо спросил я. Да, милые бранятся, только тешатся. – Она самая! Я тут в глубоком ахуе! Вот раньше не могла сказать, что я ей типа нравлюсь, так нет же! Знаешь, а пошло бы оно все в баню! От баб только одни проблемы! Может, мне тоже геем стать? А что? Ты, кажется, доволен, че бы и мне не попробовать? – Правильно, вот и катись-ка отсюда, пидорас недоделанный! – приглушенно раздался голос Селены, видимо, она находилась в этот момент рядом с Треем. – Молчи, женщина! – рявкнул Трей. – Сам молчи! И вообще! Да я…да я…Да я, может, вообще лесбиянкой буду, вот! Мужики все козлы! И ты кабелина, трахнул меня, а теперь… – возмущенно-обиженные возгласы прекратились. Эх, жалко меня там нет, я бы на это посмотрел! Затем в трубке раздалось довольное женское хихиканье, – Ну, Трей, проказник, что ты делаешь? А я вот без труда догадался, что там делал Трей. И мои предположения подтвердил его ответ. – Лео…мы тут…короче, неудобно говорить, я перезвоню, – И я услышал только короткие гудки. Забавно, сначала хороший скандал, после чего следует бурная ночь. Ну, или вечер. Да, они стоят друг друга. И что раньше Трей за другими юбками бегал? – Кто звонил? – спросил Фумино. – Трей. Сначала кричал, что Селена нахрен ему не нужна, и в результате они…эммм…ну, скажем так, помирились. Фумино понимающе усмехнулся. А меня уже начало клонить в сон. И это странно, обычно после того, как я сплю днем, то бодрствую еще очень долго. Но сейчас мне вообще ничего не хотелось, только уткнуться мордой в подушку и проспать в таком положении до самого утра. – Слушай, у меня глаза слипаются, давай спать? – предложил я. – Давай, – ответил он и зевнул. Я стащил с себя брюки, майку и, оставшись в одних трусах, забрался под одеяло. Он тоже разделся и лег рядом со мной, прижавшись к моей спине и обняв меня за талию, ведь лежал я на боку, – Спокойной ночи. – Спокойной ночи… – прошептал я, проваливаясь в сон, согретый теплом его тела. *** – Если честно, я был сильно удивлен твоим звонком. Если не сказать обескуражен, – с насмешкой сказал брюнет, небрежно облокачиваясь на свою черную машину, делая глубокую затяжку и почти сразу выдыхая сигаретный дым обратно. – Крайне не хотел тебе звонить, но обстоятельства вынудили, – холодно ответил ему зеленоволосый парень, скрещивая руки на груди. – Я заинтригован, – усмехнулся тот, – Может, поговорим в салоне? Кэил коротко кивнул и, открыв дверцу, забрался в черную машину, хозяин которой сел на место водителя. – Так о чем же ты хотел поговорить? – поинтересовался Хром. – Скажи, что ты наговорил Вирго? – не стал ходить вокруг да около Кэил. – Вирго? А, вижу, ей запали в душу мои слова, – удовлетворенно сказал Хром, откидываясь на спинку сидения. – И все-таки? – не унимался Кэил. Слова сестры его не на шутку встревожили. И ему не составило труда догадаться о том, кто навел ее на такие мысли. – Я сказал, что любви нет, – ответил Хром, снова усмехаясь. Вся сложившаяся ситуация его ужасно забавляла. – И зачем? – Я лишь высказал свою точку зрения. А уж то, что с ней согласилась, не моя вина, – развел руками Хром. – Зачем утверждать, что ее нет, если она есть? – непонимающе спросил Кэил. Хром на это разразился действительно искренним смехом, а смеялся он очень редко, больше усмехался. – Кэил, ну ты-то хоть не позорься, – отсмеявшись, сказал Хром, – И про любовь мне говорит человек, который отымел всех и вся? Дорогой мой, не путай похоть с этим определением. Любви нет. Плотские развлечения есть, грязный секс есть, даже, представь себе, некрофилы есть! А любви нет. И быть не может. – Но я люблю Вирго! – вскричал Кэил. Хром лишь снисходительно на него взглянул, снова затягиваясь. – Конечно, любишь. Например, трахать. Она твоя сестра, Кэил. Не это ли еще одно доказательство того, что вас связывает лишь сексуальное желание? Кэил хотел опровергнуть его слова, но не смог, неожиданно задумавшись над их смыслом. Хром довольно усмехнулся и затушил сигарету. Затем вдруг неожиданно сказал: – Скажи, вот зачем ты с ней спишь? Ты хоть понимаешь, что калечишь ей жизнь? Да и себе тоже. У вас нет будущего. Найди себе кого-нибудь, и будь с ним счастлив. А сестра твоя пусть идет своей дорогой. – Давай ты не будешь меня учить! – выкрикнул Кэил. – Я? Тебя? Боже упаси! – наигранно изумился Хром. – И вообще, это не твое дело, – буркнул зеленоволосый, отвернувшись от него. Но эти слова уже надежно засели в его памяти. – Дело-то не мое, просто мне жалко вас. Ходите, трахаетесь, рассказываете себе про какую-то там любовь, вместо того, чтоб найти себе кого-нибудь, с кем у вас нет родственных связей. Кэил до боли сжал зубы, чтобы не сказать Хрому пару ласковых, ведь это лишь докажет его правоту. – Я, конечно, понимаю, что Вирго сама на все это подписалась, но… ее жизнь проходит, а ты ей словно корове пятая нога, – продолжал Хром, плотоядно пожирая злившегося Кэила глазами. Сейчас, не контролируя свои эмоции, Кэил заводил Хрома покруче красных линз. – Не лезь туда, куда тебя не просят, – прошипел Кэил, – и не лезь больше к сестре! Он попытался выйти из машины, но был остановлен Хромом, который схватил его за руку. – Куда собрался? Неужели ты думаешь, что я тебя отпущу просто так? – усмехнулся Хром. – Отцепись! – прорычал Кэил и, вырвав свою руку из рук Хрома, попытался открыть дверь, но та была заблокирована. Хром лишь рассмеялся, смотря на предпринимающего бесплодные попытки выйти Кэила. Так он его заводил еще сильнее. – Выпусти меня! – зло закричал Кэил. – Ни за что. Я же люблю тебя! – усмехнулся Хром и, быстро оказавшись рядом с Кэилом, попытался того поцеловать. Кэил врезал ему кулаком по лицу и, нажав кнопку открывания дверей на панели управления, вышел из машины. – Любви нет! – презрительно сплюнул Кэил и хлопнул дверью. Но слова Хрома он не мог выкинуть из головы. Неужели он действительно мешает своей сестре быть счастливой? Он никогда не задумывался над этим. Но теперь мысли о Вирго и их отношениях не давали ему покоя. *** Мне снился лес. Дремучая, непроходимая чаща. Куда ни глянь, были одни сплошные деревья. Я попытался выбраться отсюда и побежал, как мне казалось, к дороге. Но лес все не кончался и не кончался. К тому же, было очень темно, практически ничего не видно. И в таком освещении ветки казались кривыми лапами ужасного чудища, который только и мечтает затащить меня к себе в логово. Меня охватила паника, я кинулся в самую гущу ветвей, которые стали больно бить меня по лицу, наверняка, оставляя царапины. Но я, зажмурившись, продолжал бежать вперед, периодически спотыкаясь о кочки, ямки и еще какие-то коряги. Моё воображение даже нарисовало огромное чудище, которое гонится за мной в этот момент, и я побежал еще быстрее. Лесу не было конца, я стал выбиваться из сил, дышать было просто нечем. Но вдруг ветви, что хлестали по мне, внезапно закончились. Я открыл глаза и увидел перед собой большой дом. Странно, дом и в лесу. Правда, я выбежал на большую поляну, лес остался за моей спиной. Дом был большим, двухэтажным, построенным из кирпича. Я хотел подойти к нему поближе, но резко провалился в яму, даже в пропасть. Кровь стучала в ушах, темнота была повсюду, а я все падал и падал вниз… *** Так и не долетев до низа, я проснулся. А так как сон был не из приятных, и я буквально подпрыгнул на кровати, то, конечно же, моя головка решила поцеловаться с тумбочкой. Еще немного, и я последние мозги отшибу. Потирая ушибленную голову, я кое-как поднялся и обнаружил, что Фумино в комнате нет. Странно. Я тихонько вышел из комнаты и подошел к двери на кухню. Она была открыта, и я увидел Фумино, сидящего за столом ко мне спиной. И сидел он там явно не просто так. На улице было темно, а значит, сейчас еще очень рано. И что он может делать на кухне ночью? Я подкрался к нему и увидел, что читает он Камасутру. Однако! – И что ты делаешь? – спросил я. Фумино от неожиданности подскочил и выронил книжку. – Л-лео? – пролепетал он, заливаясь краской. – Он самый, – усмехнулся я и посмотрел на него взглядом, требующим объяснений. – Ну…я решил почитать…не спалось мне…вот, – старательно пряча глаза, ответил он. Я продолжал на него смотреть, – Ладно, скажу! Мне было интересно, что там написано и…нарисовано… Я просто уже не смог сдерживаться и рассмеялся. – Ладно, кто же знал, что ты такой извращенец? – усмехнулся я, – Только давай ты этот изврат потом дочитаешь, ладно? А сейчас мы спать пойдем. Фумино смущенно кивнул, и, так и не подобрав книгу с пола, пошел за мной в спальню. При этом шел он довольно уныло. Я сел на кровать и, вздохнув, усадил его к себе на колени. – Ну не делай такой несчастной гримасы. Ты же не нашкодивший щенок! А книжку мог бы и так прочитать, ее нам Клео на двоих подарила. – Ну…я как-то постеснялся, – ответил он, обнимая меня за шею руками и утыкаясь в плечо. Меня окатило волной нежности и любви. Какой же он классный…Такой разносторонний, интересный…А я просто чувствую себя счастливым. Я повалил его на кровать и, нависнув сверху и прошептав «Я люблю тебя», поцеловал его взасос.