Оперная певица/Cantante lirica

Я проснулся с гордостью за себя, за все мужское население и за человечество в общем. Настроение было просто отличное. Еще бы! Я же вчера трахнул Фумино! Сам! Правда, вот я нифига не помню… Но точно что-то было! Рядом завозился Фумино. – Доброе утро! – счастливо лыбясь, провозгласил я. – Ага. Доброе, – недовольно пробурчал Фумино, принимая сидячее положение и потирая глаза. – Признайтесь, я вам снился? – радостно спросил я, цитируя фразу из какого-то произведения…из какого, точно не помню. Фумино окинул меня снисходительно-недотраханным взглядом и попытался встать с кровати, но я остановил его своим страстным объятием. – Отцепись, у меня и так все болит, – прошипел он. Я сразу же убрал руки. Значит, я его вчера сильно…ну..того. – Прости меня… – смущенно пробормотал я, тоже садясь. – Да причем тут ты? Я упал вчера…споткнулся и упал, – фыркнул он, направляясь в ванную. Так, что-то я не понял… – Подожди…Так у нас вчера ничего не было? – недоуменно прокричал я, когда Фумино хлопнул дверью ванной. – Было?! – он поспешно вернулся назад, – Да ты захрапел на том моменте, когда я стал целовать тебя в ответ! – воскликнул он, но поняв смысл сказанного, покраснел и снова убежал в ванную. Ну вот, а я так надеялся! Ой, стыдно-то как! Не замечал раньше за собой способность резко отключаться. Подождите…Так Фумино сейчас такой недовольный из-за того, что я его не трахнул? Хотя нет, скорее, что не трахнул меня он… Я взглянул на часы. Половина одиннадцатого. Вполне нормально, слава богу, не как вчера. Я пошел на кухню, залез в холодильник и долго всматривался туда. Понял, что готовить ничего не хочу, вытащил колбасу, хлеб и помидоры, чтобы сделать из этого несколько бутербродов. – Фумино, ты будешь бутерброд с колбасой? А то у меня еще сыр есть, – крикнул я. Вскоре на кухне появился он сам. – Нет, спасибо, я вообще есть не хочу, – вздохнул он, садясь за стол. Что-то мне это не нравится. – Может, случилось что-нибудь? – обеспокоенно спросил я, подходя к нему и трогая его лоб, – Вроде не горячий… – Да все со мной нормально, – улыбнулся он, – Просто кушать не хочется… Ну не впихивать же мне в него что-то насильно? Не хочет, и ладно. – Но чай все равно выпей. А то я не хочу, чтобы ты где-нибудь в обморок свалился от голода! – строго сказал я, а он лишь засмеялся. Да, ну прям строгая мамашка из меня, ей-богу. Или папашка. Блин, самому смешно. – Ты сегодня работаешь? – спросил я, садясь за стол и ставя передо мной и перед ним по кружке чая. – Да. Но мне туда только часам к трем нужно, – ответил он, отпивая чай. – Я с тобой, ладно? Ну, хотя бы провожу. Мы позавтракали, а точнее, я поел, а он просто выпил чаю, и убрали со стола. – А давай погуляем где-нибудь перед тем, как ты на работу пойдешь? – предложил я, – Можем даже рядом с театром. – Давай, – улыбнулся он, и мы пошли одеваться. Я-то, как всегда, на себя напялил нечто, попавшееся мне под руку, а именно светло-серые джинсы в обтяжку и белую футболку. А вот Фумино завис. – Как думаешь, что мне надеть? – спросил он, задумчиво смотря на вытащенные из сумки на кровать вещи, ведь он их еще не разбирал. – Ты же знаешь, я в этом не спец, хотя… – моему взору приглянулась его светло-зеленая однотонная майка, на которую я тут же указал пальцем, – Надень ее. – А не слишком ярко? – спросил он. – И это мне говорит человек, выступающий на сцене в ярких нарядах? – улыбнулся я, – К тому же, не такая уж она и яркая, – я наклонился и прошептал ему на самое ухо, – К тому же, мне кажется, тебе очень пойдет. Фумино слегка смутился, кивнул и надел на себя салатовую майку. А я пока выбрал для него серые джинсы, похожие на мои, только темнее. А ему, и в правду, очень шло! Хотя, в основном, его гардероб составляли серые вещи, все-таки нечто красочное тоже имелось. И это я еще не видел основной части, ведь она осталась у него дома. А еще он очень изменился за то время, как мы познакомились. Мне даже не хочется вспоминать о том, каким безразличным ко всему происходящему он был. Да и я, наверное, изменился. Я ведь очень сильно его люблю! Интересно, он испытывает ко мне такие же чувства, как и я к нему? Думаю, да. Но этот, на мой взгляд, дебильный вопрос «а ты меня любишь?» задавать не буду. Человек сам расскажет о своих чувствах, когда будет готов. У меня сейчас такое впечатление, что я, наконец, обрел то, что искал. Наверное, мне всю жизнь не хватало именно Фумино… *** Чувства…Что это? Переживания, радость, восторг и какое-то новое, возносящее до небес и создающее впечатление, что ты летишь. Полет…Пожалуй, любовь можно сравнить только с полетом. И сейчас ты именно летел. Летел высоко в небе, впервые распустив крылья. Это чувство нельзя сравнить ни с чем другим и спутать его тоже невозможно. Любовь…как мало мы о ней знаем, да и не хотим особо знать, ведь нам и так достаточно того, что мы испытываем. И здесь, высоко в небе, весь мир уже не кажется таким серым и одиноким. По правде сказать, одиночество ты перестал испытывать сразу же, как с ним познакомился. Именно он стал тем художником, что раскрасил серый холст твоей жизни. Именно он снова научил тебя смеяться. Именно он вновь вернул тебе желание жить. Любить и быть любимым. И пускай ты пока боишься назвать это любовью, как всегда страшит нас нечто новое, ты все равно летишь. Страх, а вдруг все это когда-нибудь закончится? И тогда ты просто разобьешься, рухнув камнем вниз. Но ты почти уверен, что он не вынудит тебя упасть. Потому что его глаза не могут врать. А они смотрят на тебя так, словно не он твое солнце, а ты его. Солнце…Да, именно так. Ведь он согрел тебя своими лучами, освободил от зимы и сделал счастливым. Счастье, радость и любовь – вот, что ты испытываешь рядом с ним. И очень хочется тоже сделать его счастливым. Возможно, это не так просто, как с тобой, но ты попытаешься. Попытаешься подарить ему огонек своего сердца. *** Мы спустились вниз, я открыл дверь, пропуская Фумино вперед, и…нас ждал неприятный сюрприз. Очень неприятный. Наш зеленоволосый дружок по имени Кэил ждал меня, сидя на ограждении около подъезда. Сегодня пафоса было меньше, чем в прошлый раз, так, ядовито-зеленые джинсы, черная майка с какой-то надписью, да черные кеды. Ни цветов, ни шоколада, просто Кэил собственной персоной. Увидев меня, он решительно встал со своего почетного места на заборе, видимо, побоялся, что опять придут бабки и обвинят его в осквернении святой лавочки его греховными штанами. А я в свою очередь решительно попятился от него. – Лео, подожди, я хочу с тобой поговорить, – сказал Кэил, поглядывая на Фумино. – Да не о чем нам с тобой разговаривать! – фыркнул я, отбегая от него подальше. Фумино растерянно наблюдал за этой картиной. – Лео, ну пожалуйста! – умоляюще воскликнул Кэил, – Всего несколько минут! Для меня это, правда, важно. Я заколебался, уж слишком много отчаяния, надежды и волнения читалось в его глазах, цвета яркой весенней листвы… Стоп, а такие вообще бывают? А, может, это линзы? Прикольно, тоже себе такие хочу! А то у меня серые какие-то, а тут цветными будут! Блять, ну вот о чем я только думаю?! – Кэил, я тебе, кажется, в прошлый раз все сказал… – осторожно начал я, но он меня перебил. – Да знаю я, что ты меня ненавидишь, но я ничего не могу с собой поделать! Ты снишься мне каждую ночь! Я не понимаю, что происходит! Пожалуйста, дай мне шанс хотя бы все объяснить! Я вопросительно посмотрел на Фумино. Тот немного помолчал, а потом сдержанно кивнул. – Но учти, я с тобой далеко не пойду, – предупредил я, и мы отошли с Кэилом от него на несколько шагов. Не похоже, чтобы Фумино это все очень нравилось, да и я не был в восторге, но, может, он от меня так отстанет? – Лео…Я понимаю, что все это сейчас прозвучит странно, и, возможно, ты мне даже не поверишь, но…Я влюбился в тебя. Сначала думал, это простое влечение, но потом…Знаешь, пускай это сейчас прозвучит слишком дерзко, но… – Кэил зажмурился и выпалил на одном дыхании, – Давай с тобой встречаться! Я аж опешил от его наглости. Мне? С ним? Да нафиг он мне сдался! У меня Фумино есть, которого Кэил, кстати, решил не заметить. Что ж, его право. – Мне, конечно, лестно, но…Я не могу тебе предложить ничего взамен, – ответил я. Я сейчас к Кэилу чувствовал только жалость. Он же не виноват, что влюбился? И я в этом не виноват. Да никто, епти, не виноват! – Ну, Лео, ну дай мне шанс! Правда, ты не пожалеешь! – заголосил Кэил. – Нет! – рявкнул я, потом вздохнул и добавил уже спокойнее, – Мне, правда, жаль. Но я ничем не могу тебе ответить. Может, из нас бы и получились друзья, но… – Даже, если ты будешь сверху? – серьезно спросил он. – Даже так, – твердо ответил я, – Послушай, сделай счастливым человека, который в тебе действительно нуждается. И давай больше ты не будешь ко мне приезжать, ладно? Кэил грустно улыбнулся, достал из кармана небольшую карточку зеленого цвета и протянул ее мне. – Вот. Это моя визитка. Так…на всякий случай, – пояснил он. Я машинально сунул ее в карман и кивнул. Потом развернулся и направился к Фумино. – Все хорошо? – обеспокоенно спросил он, поглядывая на Кэила. Я тоже обернулся и увидел, как тот улыбается. И улыбка выглядела так искренне, что я даже усомнился в своих собственных словах. Так улыбаются, когда тебе отвечают согласием, а не шлют на все четыре стороны. – Да, мы все уладили. Больше он приезжать не будет, – ответил я, и мы, больше ни разу не обернувшись, пошли в сторону метро. И пока мы не повернули за дом, я затылком чувствовал его прожигающий взгляд. *** А он продолжал стоять и улыбаться. Хотя это был всего лишь способ сдержать волнами накатывающиеся слезы. Он и не надеялся, что Лео будет с ним, но, по крайней мере, он попытался. И теперь осталось одно-единственное незавершенное дело. Теперь ему предстояло сделать, наконец, счастливым другого человека…