Замочная скважина

Людвиг проснулся по обыкновению ровно в шесть утра. Открыв глаза и увидев потолок своей спальни, он сделал глубокий вздох. Вставать не хотелось совершенно, в теле чувствовалась ломота, словно он давеча переборщил с физическими упражнениями. Воспоминания услужливо подкинули ему то, что он делал минувшей ночью и с кем, однако ожидаемого сожаления или стыда уже не было. Повернув голову в сторону, он увидел Альфреда. Парень лежал как раз у него под боком, свернувшись калачиком. Его челка практически закрывала глаза, достигая глаз, правая рука, зажатая в кулачок, касалась носа. Это было даже как-то мило. Байльшмидт не удержался и провел кончиками пальцев по чужим волосам. Такие приятные на ощупь… почти как у Феличиано. Но пахнут не так навязчиво, как у Варгаса. Неужели это запах шампуня? Людвиг и сам не понимал, почему он постоянно сравнивает Альфреда с Феличиано. Не то, чтобы они в самом деле похожи, просто немец, сам того не желая, выискивал даже самые мельчайшие сходства. Например, ослепительная улыбка, задорный характер, некое ребячество в характере. Хотя Джонс в общем-то, еще подросток, по сути. Самый обычный тинэйджер, коих в мире миллионы. Любопытный, готовый к открытиям и познающий этот мир. Однако так ли он прост, как может показаться? Феличиано изначально тоже казался простым. Людвиг в свое время был обескуражен его наивностью. У него было одно четкое желание – защитить этого человека от внешнего мира. Ведь такого наивного и хорошего парня кто угодно может обидеть. Но в итоге оказалось, что весь этот образ «хорошего дурачка» был лишь ширмой. Байльшмидт вновь вспомнил, как Феличиано стонал в объятиях Гилберта… Должно быть, Альфред такой же. Неужели это такой тип людей? Они привлекают чужое внимание своей мнимой беззащитностью и слабостью? Что ж, у них это хорошо получается. Убрав светлые волосы с лица Альфреда, Людвиг принялся изучать взглядом линию широких светлых бровей, аккуратный нос, покрытый едва заметными веснушками, красивые пухлые губы, волевой подбородок. Он был словно ангел, такой удивительно милый и невинный. Внешность в самом деле бывает обманчива, и Байльшмидт это понял. На шее парня отчетливо проступали засосы и след от укуса, уже потемневший и ставший практически фиолетовым. Людвиг вновь отчетливо вспомнил, как минувшим днем оставил на нежной коже Джонса этот след. То была безудержная страсть, яростная и пламенная. Да, Людвиг и прежде испытывал странное желание причинить боль своему партнеру в порывах страсти, но он бы никогда этого не сделал с Феличиано. Об итальянце надо было заботиться, как он полагал, ласкать его, холить и лелеять. И ни в коем случае не причинять боль. Должно быть, он ошибся… Альфред ясно дал понять, что ему понравилось все то, что сотворил с ним Людвиг. Минувшей ночью Байльшмидт вновь трахнул его, грубо повалив на свою кровать. И Джонс не был против. Он тихонько хныкал, когда немец яростно входил в него, дергал за волосы и сжимал до боли руки или ноги. Голубые глаза были на мокром месте, но он никак не высказал своего недовольства. От этой покорности просто срывало крышу. Да, Людвиг в самом деле ничего больше не стыдился. Он ведь уже расстался с Феличиано, он теперь свободный мужчина. Ему нравится спать с Альфредом, и тому, по всей видимости, тоже. Так почему бы и нет? Быть может, Иван прав: стоит быстрее забыть прошлое. Хотя забыть Феличиано… Возможно ли такое? Байльшмидт поморщился и осторожно поднялся с места, стараясь не разбудить Джонса. Впрочем, тот спал очень крепко, вряд ли проснется от шорохов. Одевшись, Людвиг первым делом направился в ванную. Ему было просто жизненно необходимо умыться и привести в порядок как внешний вид, так и собственные мысли. Уже после он оказался на кухне. Услышав шум, он понял, что Брагинский проснулся. Иван сидел за столом и неспешно поедал из герметичного контейнера салат. Он выглядел уставшим и таким задумчивым, что Людвигу сразу стало не по себе. - Доброе утро. Иван поднял взгляд на него. - Доброе. Ты извини, я тут занялся уничтожением того, что нашел в холодильнике. Людвиг усмехнулся. - Все нормально. - А еще я кофе заварил. Я не знал, чем еще заняться, - Брагинский тоже усмехнулся. – Ты ведь пьешь кофе каждое утро, да? - Да, - ответил Байльшмидт, присев за стол. – Почему ты встал так рано? - Мне просто не спалось. Альфред еще спит? Иван постарался спросить это как можно более ненавязчиво, словно он спрашивал о погоде или еще какой неважной мелочи. К слову, Людвиг был ему за это очень признателен. - Да, спит. - Думаю, мы сегодня пойдем смотреть город. Конечно, если он не передумал, - Брагинский хмыкнул. – А вечером мы все вместе идем в Макдональдс. Раз уж я пообещал, так уж и быть – я угощаю. Байльшмидт лишь кивнул. В самом деле, это неплохая идея, она здорово отвлечет. Тем более, что сегодня он должен будет появиться на работе. Это явно будет непросто. - Я рад, что ты будешь не один, пока я на работе. Людвиг считал себя ужасным другом. Он сам сделал все для того, чтобы Иван взял отпуск и приехал к нему, даже не подумал о том, что не сможет уделить ему внимания. Весьма эгоистично с его стороны. А Ваня слишком тактичный, чтобы выразить свое недовольство. - Людвиг, а можно один очень личный вопрос? Байльшмидт лишь вздохнул. Этого стоило ожидать. - Конечно. - Ты теперь с Альфредом встречаешься? - Я… не знаю, - Байльшмидт опустил взгляд. – Мы знакомы только три дня, и вряд ли стоит сейчас начинать отношения. Сказав это, Людвиг сам поразился собственной глупости. В самом деле, прозвучало неважно. - Вы сколько раз уже трахались? – доходчиво поинтересовался Иван. – Или это уже не считается отношениями? Он все так же мило улыбался, но немец слишком хорошо чувствовал настроение лучшего друга. Он хорошо помнил – Ваню тоже когда-то использовали, а потом бросили, и это причинило ему ужасную боль. Если вдруг произойдет что-то подобное, он теперь сам набьет Людвигу физиономию, и будет полностью прав. - Я просто не уверен, - признался Байльшмидт. – Не уверен, что смогу перестать сравнивать его с Феличиано. Не уверен, что вообще смогу забыть Фели… А еще… Он замолк, неожиданно поняв, что был еще один момент, который его тревожил. Странно, что он не задумался об этом ранее. - Что еще? - Я не думаю, что Альфреду нужны отношения. Брагинский усмехнулся и приподнял одну бровь, ясно давая понять, что он думает об этом. - Полагаешь, что у парня гормоны играют? - Я думаю, что он тоже хочет забыться, как и я. Он недавно расстался с любимым человеком, а потом узнал о том, что у меня произошло то же самое. - Какой интересный способ забыться, - протянул Ваня. – Но это только твое личное мнение, так? Ты не думал поговорить с ним и понять, почему он с тобой трахается? Мало ли, может он рассчитывает на что-то особенное? Или ты ему на самом деле нравишься. - Я в этом сомневаюсь. Но я с ним поговорю. Да, он поговорит. Вечером. Чутье подсказывало, что Альфред и эту ночь проведет у него дома и в его спальне. Странно, но именно в момент соития с ним Людвиг забывал обо всем на свете, о всех проблемах и тяготах. Ему становилось так хорошо и легко. Этот секс приносит колоссальное удовлетворение. - Ты уж поговори. На работу Людвиг приехал за десять минут до положенного времени. Понятное дело, Роберто Варгаса на месте не было. Тот вообще был человеком не самым пунктуальным, и это знали все. Открыв ключом дверь кабинета, Людвиг осмотрелся. Некоторые вещи были не на своих местах, это он заметил сразу. Впрочем, это и не важно совершенно. Свой кабинет он всегда любил, ведь подобное было далеко не у каждого сотрудника. Многие и вовсе ютились по пять-шесть человек в одном помещении. Там было шумно и тяжело работать, и Байльшмидт хорошо об этом помнил. Присев за стол и включив компьютер, он взялся за работу. Стоило как можно быстрее заполнить ряд табелей, подготовить необходимые отчеты и презентацию. Совсем несложно, но все это требовало сосредоточенности. Тем более, что Людвиг явственно ощущал – сегодня произойдет что-то, что точно выведет его из себя. Так оно и случилось. Уже ближе к десяти утра дверь кабинета открылась, и в помещение буквально влетел Роберто. Байльшмидт ожидал чего угодно – гнева, злости, угроз, - но только не того, что итальянец будет вот так улыбаться ему. - Людвиг! Мой дорогой Людвиг, я так рад, что ты вернулся! Подскочив ближе, он наклонился и крепко обнял находящего в ступоре немца. Байльшмидт так и замер, сидя в своем кресле, и пришел в себя лишь тогда, когда дышать стало в самом деле очень сложно. - Эээ… герр Варгас, что вы делаете? Наконец, Роберто отлип от него. Он буквально сиял, и это поражало. - Я просто очень соскучился по тебе, вот и все. И рад, что ты вернулся! Это же так здорово. Он отрывисто засмеялся, заставив Людвига удивится еще сильнее. - Эмм… - А у нас сегодня званый ужин! – объявил Роберто. – Разумеется, ты приглашен. Так что жду тебя ровно в восемь, и не опаздывай! Хотя кому я это говорю – ты же никогда не опаздываешь! Сказав это, Роберто поспешил к выходу. - Но… я не могу… - Возражения не принимаются! Роберто захлопнул за собой дверь, оставил Байльшмидта в полном недоумении.