Замочная скважина

Иван Брагинский с беззаботным видом поглощал куриное филе, это странное блюдо с удивительно вкусным соусом, которое заказал Людвиг. Две другие порции до сих пор стояли на столе, а Людвиг и Альфред все еще не вернулись. Это было, в общем-то, странно, но Ваня был слишком голоден, чтобы ждать их. Ему было любопытно наблюдать украдкой за другими посетителями. Просто бросать на них мимолетные взгляды и думать про себя, кто они и с каким настроением сюда пришли. Было время, когда Брагинский развлекал себя именно таким занятием. Он был слишком разбит и подавлен, чтобы общаться с кем-то, а потому ему только и оставалось, что сидеть в скромном и тихом заведении и смотреть либо в окно на прохожих, либо на других посетителей. Порой ему казалось, что изучает чужие характеры, и это знатно отвлекало от собственных переживаний. Когда заведение посетили новые лица, Иван бросил на них заинтересованный взгляд. Он сразу заприметил красивого молодого мужчину, которого выделили из толпы практически белоснежные волосы. В его компании был невысокий миловидный шатен, тоже довольно симпатичный, но совсем не во вкусе Ивана. Брагинский отвел взгляд. Новые посетители заняли столик как раз рядом с тем столиком, за которым сидел Иван. Теперь он мог смотреть на них, едва поворачивая голову, поскольку сидел как раз боком к ним. По непонятной причине взгляд зацепился за этого беловолосого мужчину. Тот явно был не в духе и казался сильно дерганным. Впрочем, второго тоже нельзя было назвать счастливым на вид. - С этим давно надо было покончить, - сказал беловолосый. – А теперь дошло до того, что со мной не разговаривает мой единственный брат. И я не могу его не понять. Странно, что он меня вообще не убил. Шатен громко хныкнул. - Я не хотел, чтобы так вышло. - И тем не менее так вышло. Людвиг никогда меня не простит. Вот ведь проклятие… Мужчина потер рукой лоб, чуть взъерошив свою челку, и отпустил взгляд. А Иван заинтересовано обернулся. Упоминание столь знакомого имени заставило его задуматься. - Может, он просто должен остыть? Тебя-то он должен простить, Гилберт. У него никого нет кроме тебя… Шатен снова захныкал, словно он вмиг стал невероятно несчастным человеком. Но второй мужчина упрямо мотнул головой. - Людвиг никогда не простит. Я слишком хорошо его знаю. Черт, я ведь с самого начала это знал. - Это я виноват… Брагинский едва не усмехнулся во весь голос. Вот ведь и правда неожиданная встреча. Если он все правильно понял, то эти двое уже знакомы ему заочно. Брат Людвига Гилберт Байльшмидт и уже бывший любовник Феличиано Варгас. Так вот они, значит, какие. Как странно, что Иван за столько лет не удосужился хотя бы фотографии их увидеть. Но вот теперь он видит их живьем. И стоит признать – Гилберт очень красивый. Они похожи с Людвигом, но вместе с тем и не похожи. Брагинский уже начал анализировать его характер и думать о том, что же будет, когда Людвиг вернётся за столик вместе с Альфредом. Еще стоило подумать над тем, куда же запропастились эти двое. Словно почувствовав чужой взгляд, Гилберт обернулся. Когда их взгляды встретились, Иван замер. Байльшмидт даже не возмутился от того, что его столь нагло разглядывал незнакомый человек. Он просто нахмурился, немного устало и раздраженно. - Я пойду в уборную, - тихо сказал Феличиано, ничего не заметив. – Закажешь мне пасту? - Хорошо. Гилберт так и не посмотрел в его сторону. Людвиг не останавливался ни на секунду. Тихие стоны и жаркое дыхание Альфреда просто сводили с ума, пробуждая в нем какие-то дикие, первобытные инстинкты. Этого парня хотелось просто нестерпимо. Он резкими движениями входил в его тело, не жалея и не контролируя себя. Длинная и стройная нога Джонса была закинута на талию Людвига. Немец то и дело сжимал рукой бедро, иногда задевая ногтями, и в такие моменты Альфред выдыхал особенно громко. Он то и дело прижимался лицом к взмокшей шее Байльшмидта и целовал, грязно и пошло, явно оставив уже пару засосов. Сходя с ума от чистейшего наслаждения, Людвиг снова и снова ловил его губы своими, чтобы засосать этот юркий язычок. Поза была слишком неудобной, ноги уже устали, но никто из них не смог бы остановиться. Альфред взъерошил ему аккуратно уложенные волосы и зарылся в них одной рукой. Он был так близко. Он до остатка принадлежал сейчас Людвигу, и немец брал его грубо и властно, как никогда и никого прежде. Краем сознания он уловил стук в стороне. Здравый смысл на мгновение вернулся, а потому Людвиг, войдя в Альфреда до упора, закрыл ему рот рукой и замер. В туалете появился кто-то еще, и не стоило показывать, чем они занимаются в этой кабинке. У Альфреда все так же блестели глаза. Его руки крепко охватили шею Байльшмидта, но немец тихо шикнул. Нельзя шуметь. Скорее бы этот непонятно кто ушел. Людвигу безумно хотелось кончить. Джонс медленно убрал со своего лица его руку любовника и лукаво улыбнулся. Байльшмидт не успел даже задуматься над этим, а американец уже опустил руку вниз. Людвиг едва не охнул в голос, когда эта самая рука несильно сжала его яйца. Стараясь не издавать никаких звуков, он уткнулся парню в шею и укусил. Это было чистое безумие. Внешняя дверь закрылась, но Байльшмидт выждал долгие несколько секунд, прежде чем резко выйти из тела Джонса и отстраниться от него. Американец казался таким невероятно распутным сейчас, что ни о какой выдержке не могло быть и речи. Повернув парня к себе спиной, Людвиг заставил его опереться руками о бачок унитаза, а после прогнуть сильнее спину. Он вошел в него резко, и Альфред с шумом выдохнул. - О да… Джонс был тем любителем поболтать, пока его трахают. А Байльшмидта это уже даже не смущало нисколько. - Нравится? Такой пошлый и полный вожделения голос безумно возбуждал. - Нравится… - выдал американец, чувствуя, что толчки внутри него участились. – Он такой большой… и горячий… Мне… а-ах… Мне так хорошо с тобой… Еще… Людвиг рыкнул. Вцепившись ладонью в золотистые волосы, он потянул на себя, заставив Альфреда выгнуться еще сильнее. Точки ускорились. Джонс уже активно надрачивал свою возбужденную плоть, явно находясь на грани. Пара мгновений, и он сжался и негромко вскрикнул. Его мышцы настолько плотно обхватили член Людвига, что тот невольно замер, запоздало поняв, что любовник уже достиг пика. Альфред столь трогательно ослаб в его руках, что Байльшмидт даже улыбнулся. - Не останавливайся… - шепнул парень. – Пожалуйста, кончи в меня… Людвиг и сам уже был на грани. - Что-нибудь не так? На сей раз Гилберт и правда казался несколько раздражённым. Он уже сделал заказ, и теперь сам начал поглядывать в сторону столь сильно заинтересовавшегося в нем незнакомца. Откуда вообще взялся столь неприкрытый интерес? - Нет, всё отлично. Иван мило улыбнулся, словно ничего особенного не произошло. Байльшмидт нахмурился, явно не понимая, что да как. - Тогда чего ты пялишься? Брагинский и на сей раз не смутился. - А может, ты мне просто нравишься. Гилберт округлил глаза, совсем уже ничего не понимая. В тот же миг вернулся Феличиано. Он присел за стол, и лишь сейчас заметил Ивана. Судя по взгляду, лицо показалось ему знакомым. - А вы… Я вас знаю? Увидев его лицо, Брагинский и сам невольно умилился. Понятно, почему Людвиг был столь сильно влюблен в этого парня, он ведь на самом деле просто милашка. Если не знать наверняка, что он два года подряд изменял возлюбленному с его родным братом. А в остальном он и правда та еще прелесть. - Вполне возможно, лапушка. Должно быть, Гилберт и Феличиано слишком растерялись, поскольку для них Иван был слишком странным. - Точно! – воскликнул Варгас. – Вы же Иван Брагинский, лучший друг Людвига. Он показывал фотографии. - Да, он самый. А ты, должно быть, Феличиано? Тот самый милашка, который загулял с братом любовника, - Брагинский усмехнулся. – И, полагаю, тот самый брат тоже здесь. Какая прелесть. Он все так же улыбался, хотя это была просто ширма. Очень сильно хотелось надрать этому Варгасу его гулящий зад, хотя бы в целях профилактики. А вот Гилберту стоило расквасить его хорошенькую мордашку. Они оба это заслужили. - Лучший друг Людвига? – поражённо выдохнул Гилберт, ухватившись именно за этот момент. - Он что, здесь? Иван кивнул. - Да, он здесь. Отошёл в уборную. Странно, что вы там не столкнулись, очень странно. Брагинский догадывался, по какой причине друг и новый знакомый застряли в туалете на почти полчаса. Но ведь Феличиано только что там был. Он явно не полный идиот, что-то да заметил, что-то да понял. Иван не хотел лезть в их разборки, но дать толчок развитию событий вполне можно. И судя по всему, Феличиано и правда все понял. Ведь он слышал какие-то странные звуки из кабинки туалета. Иван улыбался, скрывая собственную нервозность. Когда уже вернутся Людвиг и Альфред? Скорее бы, в самом деле.