Выход

Я не понял что произошло. Просто услышал два одновременных щелчка справа и слева. Открыв глаза, я не сразу понял, что не один в комнате. Я сидел, не двигаясь, наблюдая как дверь номер один открывается. Кто-то вышел из неё. Нет, скорее что-то. Если чужой и имел тело человека, то разумным он явно не был. Ломаные движения, странная походка и истерический смех. Увидев меня, он резко кинулся к кровати и повалил меня, садясь сверху. Он наклонился к моему лицу. Меня обдало смрадом. Из его рта отвратительно воняло. Его слюна, противная и вязкая, каплей упала мне на щёку. Я захныкал от бессилия и страха за свою жизнь. Пистолет! Оружие лежало справа от меня. Схватив его, я приставил его к подбородку чужого и нажал на курок. Громкий выстрел оглушил меня. Труп тряпичной куклой придавил меня к кровати, сдавливая грудную клетку, не давая дышать. Больше не было сил его сдерживать. Я почувствовал кровь на себе. Она растекалась по моей одежде. Тёплая и дурно пахнущая. К горлу подступила тошнота. Скинув с себя мёртвое тело, я ошарашено посмотрел на него. Я не хотел… он сам, я не виноват. Боже, что же я наделал? Обычный парень. На вид мой ровесник. Это он ударял по двери? Нагнувшись поближе, я заметил на его внутренней стороне локтя синяки от уколов. Наркоман. Может я нахожусь в каком-нибудь наркодиспансере? Но тогда зачем такая угнетающая обстановка? И я ведь не наркоман. Да я вообще в жизни не держал в руках ничего запрещённого законом. – Да что за херня творится тут, мать вашу?! Я обессилено упал на кровать, сбросив с неё чужого. Чувств не было. Мыслей тоже. Я как будто попал в вакуум, ограждающий меня от дерьма этого мира. Сожаление было лишь одно, что я потратил пулю не так как хотел. Нужно было меньше думать и не мучиться теперь. Вот где мне взять новую пулю? Я посмотрел на соседнюю дверь, откуда пришёл живой труп. Зайдя внутрь, я заметил, что обстановка та же, только вещи были разбросаны по всей комнате. Этот парень точно был поехавшим. Среди обломков тумбы, я нашёл сумку. Точно такая же как и у меня. И содержимое то же, только шприц был пустым. Значит, этот наркоман использовал его, ожидая новой дозы? От этого он стал таким? Что же это за красная жидкость? Услышав шаги за дверью номер один чужого, я быстро переложил его вещи себе в сумку и вернулся к себе в комнату, а оттуда в комнату за дверью номер три. Стоило мне открыть дверь, по ноздрям ударил тошнотворно-сладкий запах разлагающегося трупа. Я зажал нос краем футболки, дышать стало легче и я, своровав вещи парня, заметил, что у него нет обезболивающего. Он его использовал, когда болела голова при пробуждении? Возможно, мы лежали под препаратами и проснулись все в одно время. Я направился в другую третью комнату. Там я наткнулся на живого и относительно разумного парня. И опять же он был моим ровесником. Что же задумали похитители? Увидев меня, чужой начал кричать: – Qui toi? Que tu demandes? – Что он сказал? Какой это язык? По-моему на французский похоже. – Я тебя не понимаю! Этот идиот орал на меня как потерпевший. Я даже не сразу понял, что из соседней комнаты кто-то направляется сюда. Я спрятался под кровать, где нашёл сумку француза. Она была цела. Я сразу же вытащил из его пистолета пулю и вставил в свой. Итого у меня их три. Над головой прогремел выстрел. Выбросив сумку в другой край комнаты, я закрыл голову руками и зажмурился. – Where are you? – I go. Non ordinare, stupido! Услышав удаляющиеся шаги, я открыл глаза, и сразу же прижал ладонь ко рту, чтобы не закричать. Возле моего лица лежал чужой. Его глаза были открыты. Я взглянул в них. Он смотрел мне в душу своими фарфоровыми глазами. Мне стало не по себе. Я заплакал. Тихие всхлипы, быстро переросли в полноценную истерику. Что же это, а? Почему именно меня похитили? Кто эти люди? Не хочу умирать! Я закусил губу, вытирая непрекращающиеся слёзы краем футболки. Грудь сдавило тоской, воздуха катастрофически не хватало. Я начал задыхаться. Нужно успокоиться. Я мужчина, в конце концов. Я сам не заметил, как уснул. Проснулся я от тревожного чувства. Мне снилось что-то неприятное. Я бежал, но не мог убежать. Лишь проснувшись, я понял, что реальность намного страшнее. За две недели я пережил, больше событий, чем за всю жизнь. Вот только, я не просил всего этого. Тот, кто нас всех похитил, что он задумал? Мы все примерно одинакового возраста, но из разных стран. Значит, это крупномасштабное мероприятие. Они явно это долго продумывали. Нельзя просто взять и похитить кучу народу по всему миру. Одно дело если это сироты, их не хватятся, но как же я? У меня есть родители, куча родственников. Они могли подстроить мою смерть. Но тогда как же моя одежда? Одногруппники помнят, в чём я пришёл, а значит, смогут описать её. Как же это сложно. Я вылез из-под кровати и пошёл дальше. Мне нужно проверить другие комнаты. С каждой новой комнатой, мне становилось всё хуже. Либо сумка была пуста, либо на полу лежал труп. И знаете, что самое страшное? Первое время я переживал за них, а потом во мне просто что-то сломалось. Перегорело. Я смотрел на трупы, не чувствуя жалости. Лишь облегчение, что это не я лежу на их месте. Что я жив, а они мертвы. Что теперь меньше людей хотят моей смерти. Я давно понял, что это игра на выживание. Сильные убивают слабых. Но живой не значит сильный. Я слаб, я чувствую это. Стоит мне столкнуться с реальной опасностью, я буду мёртв. Буду так же валяться на полу, а мою сумку заберёт другой, более сильный игрок. Мимо моего трупа будут проходить множество чужих. Они никогда не узнают моего имени, кем я был, чем увлекался. Возможно, мне повезёт и кто-то скажет “Извини парень, ты умер, чтобы я жил”. Вот только мне от этого легче не станет. Я сбился со счёта времени. Иногда мне кажется, будто я стою на месте. Каждая комната точная копия другой. Разгромленные, разворованные, покрытые красной пеленой. Всё это слилось в единый калейдоскоп событий. Всё проносится перед глазами, как быстрая карусель. Тошнит от всего этого. Я засыпаю под кроватью, и если повезёт, по пробуждению меня ждёт завтрак у двери и всё те же стикеры на бутылке. “Мы никогда не живём, мы лишь надеемся, что будем жить” Да, еда не перестала появляться, вот только в некоторых комнатах пропали чашки или бутылки, а из других не подходят, отчего еду стало сложнее добывать. Я начал голодать. Буйные стали мне всё чаще попадаться, но я прятался от них. Я стал параноиком. Стоит мне услышать любой шум или шорох, как я сразу же бросаюсь под кровать. Пугливый заяц. Презренный трус. Я постоянно корил себя за свою слабость, но потом утешал мыслями о том, что я жив, только благодаря этому. Я ждал момента, когда всё кончится. Они просто поубивают друг друга, и тогда я убью самого сильного и спасусь. Поэтому я особо тщательно собирал пули. Зачем нужны шприцы, я не знал до определённого момента… Я встретил безумного в одной из комнат. Он был еле живым. Просто лежал на кровати и пускал слюни, противно хрипя, иногда нервно хихикая над чем-то, известному лишь ему. Сумка лежала под его ногой. Не чувствуя угрозы, я медленно подошёл ближе и присел, стараясь вытянуть сумку из под его ног. Мне это почти удалось, но в последний момент чужой сел на кровати и посмотрел на меня. На долю секунды я увидел в его глазах признаки разума, я могу поклясться чем угодно, я видел в его глазах осознанность происходящего и жалость. Ему было жаль убивать меня, но он должен. Так требует животное внутри него. Та сущность, что попадает в кровь вместе с красной жидкостью. Безумство быстро затмило разум, словно огромная грозовая туча, солнце, в пасмурный день. Его глаза налились гневом. С хриплым криком он бросился на меня, валя на пол. Он тянул ко мне свои руки, пытаясь разорвать глотку. Я держал его из последних сил, стараясь дотянуться до шприца, но он был слишком далеко. Меня охватил гнев. Неужели я не могу постоять за себя? Это безумец! Не человек! Я должен убить его. Либо я, либо он, другого не дано. Я сделал свой выбор. Ярость придала мне сил. С диким рёвом я скинул его с себя, и быстро поднявшись на ноги, начал пинать его по голове. С каждым ударом я чувствовал его жизнь под своими ногами. Я не испытывал жалости. С каждым днём, борясь за жизнь, я всё больше становлюсь животным. Существо, следующее инстинктам. Мой главный инстинкт – самозащита. Я готов на всё, ради того чтобы выжить. Даже убийство другого человека, пусть и не разумного, больше не пугает меня. С каждым трупом, под моими ногами я приближаюсь к свободе. Я не помню, как схватил шприц и вставил иглу в шею чужого. Большой палец надавил на поршень, вгоняя жидкость в его кровь. Он закричал и повалился на землю. Чужой корчился от боли, царапая ногтями шею, стараясь вытащить наркотик. Я устало сполз по стене, наблюдая за его предсмертной агонией. Лишь когда парень затих, я посмел отвести взгляд. Что же я наделал? Убил человека или спас его от участи животного? А сам я кто? Это уже второй. Их кровь на моих руках. А ведь у них тоже были родные и друзья. Щемящее чувство наполнило моё сердце, заставляя сердце страдать. Я громко сглотнул. Нужно убираться отсюда. Драку и крики мог не услышать лишь глухой. Подняться было тяжело. Тело не слушалось. Подняв сумку, я продолжил путь. Всё это время я шёл в одну сторону, не возвращаясь. Когда же кончится этот, чёртов коридор? Не может же он быть бесконечно длинным? Я устал. Устал от постоянной погони, страха, напряжения, ожидания, что тебя вот вот найдут, поймают и убьют. Жестокая игра в прятки. – Here it! Catch it! Я обернулся. Через комнату от меня, в дверном проёме стояли четверо. Все в крови, они явно не были дружелюбными. Я сорвался с места, стараясь закрывать за собой двери. Мне нужно выиграть время. Хоть несколько секунд. Дыхание сбилось, я чувствовал в горле пульс и металлический привкус крови. Горло нещадно драло воздухом. Но я не останавливался. Я слышал гневные крики сзади, и это придавало мне сил. Заставляло бежать. Бежать без оглядки. Но человеческое тело не совершенно. Я устал. Остановившись в комнате, я захлопнул за собой дверь и подпёр её тумбой. Одной мне показалось мало, и я схватил вторую. Поставив её на нужное место, я сам привалился к двери, сдерживая парней тарабанивших по ней. Они что-то кричали мне, и все на разных языках. А я молился, всем богам, что существуют в нашем мире, надеясь, что хоть один из них услышит меня. Я был услышан. Я заметил ещё одного человека в проёме противоположной комнаты, под номером три.