Of Sand and Snow

Не успел еще ударить полдень, а жара уже не щадила сил. Впрочем, как и Лианна. Она обучила Обару ложному выпаду и доказала, что женщине легче выйти победителем в поединке с мужчиной – она меньше и проворней – стоит лишь довериться своему телу. И только когда обе выбились из сил, решено было отдохнуть. Лианна чувствовала, как капельки пота стекали по спине, а волоски спереди прилипли к лицу. Она проверила, не растрепалась ли коса, подошла к ведру, зачерпнула ковшом воду и сделала несколько глотков. Ее взор обратился к низенькому столу, который ломился от фруктов. Пристроившись на каменной скамье рядом, она принялась лениво обозревать двор. Златовласое создание подкралось к ней бесшумно, оно доверчиво улыбалось и глядело огромными васильковыми глазами. Отцовыми глазами, змеиными, какого бы они ни были цвета. – Это Тиена, – сказала Обара, присаживаясь рядом. – А это Ним. – Она указала на темноволосую девочку. Лианна усадила Тиену на колени и протянула ей воду. Змейка жадно приникла к ковшу, будто пила самый сладкий на свете нектар. – Меня зовут Нимерия, – поправила девочка свою старшую сестру и махнула косой. – Как ройнарскую королеву. – Королева Нимерия была поистине отважной. Я люблю песнь о ней и десяти тысячах ее кораблей, – улыбнулась Лианна. – Разве на Севере не было женщин-воительниц? – спросила Обара и принялась очищать сочный апельсин; сок потек по ее рукам. – Нет. – Лианна покачала головой и забрала ковш из рук Тиены. – Но я помню одну историю… О Дэнни Флинт. – О ком? – Нимерия сделалась любопытной, словно кошка. – Дэнни была девушкой из дома Флинтов. Она выдала себя за мужчину, чтобы стать братом Ночного Дозора. – И зачем она сделала? – Обара задумчиво склонила голову. – Чтобы защитить честь своего дома. – Скучная история. Тысячи до нее совершали всякое ради своей семьи. Лианна покачала головой: – Все было не так. – Тиене приглянулось краснобокое яблоко, и девушка заботливо передала его ей. – История Дэнни Флинт печальна. – Печальна? – вымолвила златовласая змейка и закрутила головой. – Почему печальна? – На Севере о ней сложили песню. Если бы вы пожелали, я могла бы спеть. Девочки разом кивнули. Лианна улыбнулась им в ответ несколько грустно. Она коротко вздохнула, вытерла руки о свою и без того грязную рубаху и сложила ладони на коленях. Её голос зазвучал глухо и тихо:

Услышьте вы печальный плач О юной Дэнни Флинт, О той, что стала сиротой В едва ли десять лет. Злонравный дядя приютил Сиротку у себя. Цветок девичий тот сорвал – Впредь Север ждет её.

Лианна что-то протяжно замурлыкала, на ресницах заблестели слезы. Мать часто пела эту песню.

Снега, мороз и чёрный мех Сокрыли весь обман. И кос златых уж нет совсем, Храбра ты, Дэнни Флинт. Услышь обет, крепость ночи, Позволь мне братом стать Для тех, кто здесь нашел покой, Сыскал свой дом родной.

Обара и Нимерия склонились ближе и широко распахнули глаза. Они ловили каждое слово, а песнь Лианны все близилась к концу:

Скрывалась долго ото всех, Опаслива была. В свету луны, там, у реки, Нагой предстала ты. Бесчестны люди на Стене И похоти полны. Забрали жизнь твою они, Зажглись в ночи огни. Ох, Дэнни Флинт, нам не дано Пройти мимо богов. Их волею одной живём, Пойми ты, Дэнни Флинт.

Ее голос затих. Девочки смотрели на Лианну удивленно и испугано: Обара склонила голову, а Нимерия уставилась на северянку во все глаза, раскрыв рот. Змейка гневно мотнула головой: – Ее изнасиловали и убили! – Темная прядь упала ей на лоб. – Но… почему… – Вот, – раздался бархатистый голос; Лианна расторопно обернулась и увидела Оберина, облаченного в бланжевую тунику, перепоясанную тонким шнуром, и темные штаны. Вид простой, но девушке не сразу удалось отвести глаза. – Вот что случается, когда всякое дерьмо дает клятву, которую не может сдержать. Стену охраняют тысячи лет, но лишь жалкая кучка насильников и убийц достойна зваться дозорными. Дэнни Флинт пала не только жертвой Черных Братьев, но и всего разврата и бесчестия, что царят на этом ледяном заборе. – Кто-то должен был остановить их! – Нимерия притопнула ногой. – Ее дядя, ее плоть и кровь, он сделал ей больно. Друзья предали ее! Это… это нечестно! – Такова жизнь. – Оберин потрепал косу дочери. – И лучше бы вы избежали судьбы Дэнни Флинт, усвоив урок из песни. Нимерия хмыкнула в ответ и выхватила из рук сестры последнюю апельсиновую дольку. Сверкнув темными глазами, Обара похлопала ее по плечу и потащила в сторону тренировочной площадки: то ли ей хотелось проучить горделивую Ним, то ли блеснуть удалью перед отцом. – Папа! Папа! – Тиена захныкала и потянула руки к Оберину. Лианна бережно передала ее отцу; девочка захихикала, цепко схватившись за его густые вихры. – Итак, – он закинул несколько виноградин в рот, – Арео сказал, что ты научила Обару кое-чему. – Всего лишь показала ей несколько приемов. – Она пожала плечами. Оберин ухмыльнулся, когда Обара ловко блокировала удар Ним и оставила сестру безоружной. – Да, что-то она точно усвоила. – Он перевел взгляд на Лианну. – Признаться честно, я не ожидал, что ты… поладишь с девочками. Уголки ее губ чуть дрогнули и тут же опустились вниз. – Хотите сказать, я должна их ненавидеть, потому что они ваши бастарды? Ей не понадобилось слов; ей хватило одного лишь взгляда, чтобы понять – она права. Его лицо, непроницаемое, словно северные льды, разозлило Лианну. Да, она не дорнийка, но она понимала, что растить ребенка, пусть и бастарда, – долг чести. Оберин недооценивал ее. – Законнорожденные или нет – мы не выбираем, кем родиться, – коротко произнесла Лианна. – Я никогда не буду относиться к вашим дочерям предвзято. И… и если у нас не будет детей, своих детей, я искренне готова полюбить ваших. Обара и Ним все, конечно же, слышали, но не подали вида, за что Лианна была им благодарна. Она вынула меч из ножен и принялась показывать девочкам очередной прием. Возможно, ей удастся забыть о разговоре с Оберином. Хотя бы до ночи.