Sex, drugs and criminals

В машине просто невыносимо душно и тесно. Спущенные до лодыжек брюки с бельем неприятно сковывают ноги, не позволяя свободно раздвинуть их. Но Джиму плевать. Он равно дышит, выгибаясь под руками полковника. Ладонь судорожно сжимает сидение справа от головы блондина, кожаная обивка неприятно скрипит под пальцами. Мориарти с тихим стоном морщится, когда на его бледной шее властно смыкаются чужие зубы. Себастьян умеет быть грубым, умеет кусать, не щадя кожу, умеет сжимать пальцами ягодицы, оставляя после себя яркие синяки. И Джима это сводит с ума, заставляя смелее садиться на каменный член. Он плавно поднимается, упираясь ладонью в бедро, чтобы не позволить Морану двигаться вслед, а затем резким толчком опускается до самого основания, выбивая из своих легких сдавленный крик. Раз за разом, держа их обоих на изнуряющем контрасте этого безумного ритма. Мышцы ног начинают ныть, Джим еще нескоро сможет встать и идти на дрожащих ногах. Но сейчас его подстегивают адреналин и возбуждение, заставляя двигаться все быстрее. Когда уже кажется, что весь мир состоит лишь из сбитого дыхания двух мужчин, коротких стонов и пошлых шлепков, ушные перепонки разрывает резкий звук выстрела и треск лобового стекла. Моран видит за двигающимся плечом брюнета тонкую паутину и застрявшую по центру пулю. Через секунду рядом с ней оказывается еще одна, и теперь вместе с выстрелом Джим протяжно стонет, выпрямляя обнаженную спину. Смотрите, цельтесь, попытайте удачу, ведь ваша мишень так доступна, так открыта. На пути смертоносного кусочка металла стоит только бронебойное стекло толщиной с палец, которое разделяет киллера с винтовкой и почти обнаженного брюнета. Смех мешается со стоном, Моран рычит, вгрызаясь в острую, но крепкую ключицу. Он подается бедрами наверх, выбивая из Джеймса протяжный стон, который сливается с новым звуком выстрела. Через несколько секунд Себастьян нажимает кнопку под креслом и спинка сидения резко падает назад, скрывая мужчин за пуленепробиваемыми дверьми. Как раз вовремя, потому что от следующего выстрела стекло трескается и распадается. -Ближе... ближе...- словно в бреду повторяет Джим, не снижая темпа движений,- Подойдите ближе... давайте... Моран затыкает его поцелуем, хотя это скорее изнасилование языком. Грубо, властно, даже несмотря на то, что Мориарти сейчас лежит на нем. Горячий, влажный, то и дело проезжающийся твердыми сосками по груди. До сознания долетают звуки, прорывающиеся из разбитого окна. Их не разобрать, особенно когда машину наполняют стоны, а движения становятся настолько оглушающе резкими, что серной кислотой уничтожают любые мысли в голове. Но Джим все равно помнит план, ему удается все просчитать. Он вытягивает руку и, хоть и не с первого раза, хватает мобильный телефон с соседнего сидения. Вслепую открывает сообщения, набирает короткое "Давай" и отправляет. Себастьян сжимает его бедра и с силой насаживает на себя до упора. Но он не слышит стона, потому что уши обжигает сотрясающий машину взрыв. Джим кончает вместе с ним, в восторге распахивая глаза и поднимая голову. Все вокруг горит, и в карих глазах отражается это пламя, превращая брюнета в настоящего безумца. Он улыбается до боли в щеках, испытываемые ощущения не сравнить ни с каким наркотиком. Ему не нужны эти суррогаты. Адреналин, секс и Моран - вот та триада, способная раз за разом разносить гениальный мозг на куски.