Храм забытых богов

Ментальная волна сбила ее в высшей точке прыжка, гибрид рухнул на пол, суставы и мышцы болезненно заныли в местах, принявших всю тяжесть тела во время жесткого приземления. Соломея ошеломленно помотала головой, пытаясь придти в себя. — «Подчинись мне или умрешь» — раздался в ее голове властный голос, нечто давило на нее, не давая лишний раз вздохнуть, сам воздух казалось, превратился во врага, сжимая ее со всех сторон в своих незримых тисках. — «Никогда!» — прорычала мысленно она, зло сверкая глазами на неподвижно стоявшую над ней фигуру. — «Я знаю, ты хочешь отомстить тем, кто предал тебя, своим создателям. — Начал вкрадчиво самец, слегка ослабив ментальную хватку. — Тебе необходимо научиться управлять своим даром… я предоставлю тебе целую армию… научу как не прибегая к оружию, уничтожить всех твоих врагов.» Соломея растерянно внимала, пытаясь понять смысл сказанного… недоумевая, зачем такому могущественному как он нужна она. — «Почему?» — подумала она, стараясь вложить в эту мысль всю гамму сомнений и недоверия. — «Потому что ты уникальна, таких как ты больше нет. Ты королева, и ты научишься управлять ими…» — тут он взмахнул рукой и в воздухе появилась голограмма целых полчищ странных черных существ, покрытых хитином. Тут ее взгляд упал на собственный хвост и когти… значило ли это что эти чудища похожи на нее? — «Почему?» — Потому что я тоже хочу отомстить. — Произнес он вслух, холодно улыбнувшись. Соломея, уловив его эмоции, кивнула. Она хотела учиться… это было интересно и увлекательно, узнавать что-то новое за пределами прозрачных стен клетки. А еще она знала, что этот не запрет ее, она просто перестанет дышать, если он вдруг разозлится за ее плохое поведение. Она будет учиться, а потом придумает как убить их всех.

***

— Мой лорд, наши агенты не могут подобраться к наследнице — она принадлежит к одному из кланов Охотников. Повлиять на нее будет весьма затруднительно. — Что ж, тогда предоставим Охотникам повод для охоты, направьте зонды, пусть заразят несколько планет. Нашей королеве пора научиться управлять своей армией. Соломея поднялась на ноги, соскользнув со спальной платформы комфортабельной камеры, куда ее поместили. Теперь ее изящную фигуру прикрывала одежда: топ с открытой спиной, и юбка до середины бедра из белой прочной ткани. Ей принесли поесть, в течение многих дней приводили в один из отсеков. Посреди пустой комнаты стояло удобное кресло с высокой стенкой и подставкой для ног, сверху выдвигалось устройство с небольшим дисплеем, которое одевалось на голову. С его помощью гибрида обучали языкам, а также загружали необходимые знания по космологии, астронавигации, тактике и стратегии. Однажды ее привели в незнакомый отсек по иному пути. Дверь за спиной закрылась, над головой зазвучал голос главного. — Подчини их или умрешь. Стена напротив поднялась к потолку, открыв обширную нишу. Из глубины темного отсека выскочили некие страшные и непонятные существа, окружив замершую хрупкую фигурку. Но вместе с тем она чувствовала некое чувство, словно они были ей знакомы, виски запульсировали, испуская ментальные волны. Чудовища прекратили движение вокруг предполагаемой жертвы и замерли, «принюхиваясь» к незнакомому разуму, неким чутьем ощутив некую родственность, связь и это их настораживало. Они выросли в носителях, не зная связи с маткой, инстинкт велел им одному из них превратиться со временем в королеву, он же говорил им, что эта странно пахнущая особь имеет другой набор генов чужого улья. — Свяжи их волю, представь нити, тянущиеся к ним, связывающие вас воедино… Соломея напряглась, сосредоточившись, кончик хвоста нервно дергался из стороны в сторону. Существа тоже насторожились, озадаченно шипя. — Расслабься, нет напряжения, лишь покой… ветер, что объединяет вас, ваши мысли, желания, должны быть едины… почувствуй их… Она последовала совету, подчиняясь монотонному успокаивающему голосу, трое существ замерли, она чувствовала их как некую часть своего тела. Неожиданное откровение испугало ее, черные существа испуганно заверещали и стали биться о стены. Неимоверным усилием Соломее удалось успокоить и их, и себя наконец они успокоились и замерли, усевшись рядком напротив нее, обернув хвосты вокруг лап. — Довольно, можешь выходить, на сегодня достаточно… основы ты усвоила неплохо. Соломея робко улыбнулась, посылая волны дружелюбия существам, и направляясь к двери, помахала ладошкой на прощанье, они с точностью повторили ее жест, оскалив пасти в улыбке. Это было странно и в то же время удивительно. — Неплохо, — сдержанно похвалил ее он, когда она вышла. — Тренировки помогут тебе лучше понимать, их желания, стремления, их суть. Со временем ты поймешь, как управлять ими по отдельности, чувствовать каждого из них как отдельную сущность… идем, тебе нужно поесть.

***

Вероника сидела на кушетке и с тихим шипением вертелась в попытках намазать себе спину. Рядом стояла вместительная баночка с целебной мазью. Пока они с Ярезом отлеживались в медкапсулах, записи с их масок были тщательно просмотрены Старшими и вынесено взвешенное решение о наказании. Вожак сдержал слово и привел наказание в исполнение лично. Обоих ослушавшихся приковали к столбам в кхерите и выпороли на глазах всего клана. Веронике досталось меньше лишь потому, что она пыталась образумить Яреза, выручить его, пусть даже ценой своей жизни. В медотсек пошатываясь, ввалился Ярез и с маху сел на кушетку рядом, его спина была залита зеленоватой кровью. — Давай помогу тебе обработать спину, выглядит жутко. — Сочувственно произнесла Вероника, прикрыв груди чистой тряпкой. Взяв с полки специальную жидкость, смочила тампон и осторожно принялась стирать вокруг ран кровь. Закончив, она принялась, зачерпывая мазь пальчиками, наносить ее на рваные полосы, Ярез стоически терпел боль, не издавая ни звука. — Все, я чувствую, что мазь начинает действовать, не трать лишнего, повернись, намажу тебя. — Ворчливо произнес яут хрипловатым от сдерживаемой боли голосом. Мазь, схватываясь на воздухе, застывала гибкой корочкой, покрывая рану защитной пленкой. Кое-как перевязав друг друга, они понуро поплелись по направлению к своим отсекам. Вероника, прижимая части брони к груди, брела к верхним уровням. — Ларвеш, твой отец желает тебя видеть. — Произнес Тхарн-тал, выйдя ей навстречу. — Карк’клей, я, что голая к нему пойду? — устало протянула Вероника, закатив глаза. Тхарн-тал хмыкнул, окинув взглядом стойкую уманку. — Он уже прибыл, и ожидает тебя в моем отсеке, накинь какую-нибудь одежду. — Ладно… походу от нотации папы мне не откосить. — Он беспокоится о тебе… скажи, ты действительно единственный его детеныш? — Ну, насколько мне известно, то, наверное, да. По крайней мере, я — единственный законнорожденный ребенок, зачатый в браке. Об остальных отпрысках мне неизвестно, папа не говорил о своих женщинах до мамы, но наверняка их было немало. — Объяснила Вероника, пожав плечами, она понимала недоумение яута. Ведь у него самого было не меньше сотни разновозрастных отпрысков, и уклад жизни людей его удивлял. — То есть, ты единственный детеныш его Ши? — Да… мама не захотела больше рожать, она ведь ученый. У людей все иначе, чем у вас, каждый год на счету и время женщин течет немного по-другому, рождение и воспитание отнимает очень много времени… — Хм… понятно, идем, нечего тебе в таком виде по кораблю разгуливать в одиночестве. Вероника кивнула, сдержанно улыбнувшись, последовав за Вожаком. Она ненадолго зашла в свой отсек, кинула доспех на кровать, порывшись в вещах, нашла старую рубашку и накинула ее поверх повязок, болезненно морщась, когда ткань задевала следы от кнута. Превозмогая усталость и боль после порки, Вероника вошла в отсек Тхарн-тала, состроив на лице невозмутимую мину, стараясь не выдать отцу своего не самого лучшего самочувствия, держась прямо. — Привет пап… — Вижу, тебе досталось, что ж жизнь жестока — мы несем наказание даже за добрые побуждения и поступки. — Произнес Влад с грустной усмешкой, заметив не самое лучшее самочувствие дочери. — Но я не мама, и пришел сюда не для того, чтобы тебе тут многочасовые нотации читать. У меня к тебе предложение — ты можешь стать полноправным Волком, что упрочит твой статус среди науду и со временем твой промах забудется. Мы с Тхарн-талом уже обсудили эту возможность. — А разве так можно? — Разумеется, многие Воины различных кланов могут проходить обучение определенному навыку фактически где угодно в зависимости от выбранного пути. Юнцов с первого Посвящения направляют к выбору стиля боя и его роли в клане, если же по какой-то причине в клане будущий Воин не может получить знаний по выбранному направлению, его отправляют на атолл, искать свой путь и учителя, который обучит его. Поразмысли, в каком направлении ты хочешь развиваться в дальнейшем,  — произнес Тхарн-тал. — Я пока и сама еще не знаю… хотелось бы иметь собственный корабль, путешествовать, сбор трофеев меня как-то не очень вдохновляет. — Что, Вожаком хочешь стать? — усмехаясь подколол ее яут, хохотнув. — Не-ет, — мотнула головой Вероника, тем не менее, оценив шутку. — Это слишком круто, да я никогда и не рвалась к власти. Просто хочу небольшой кораблик как у Странников-яутов. — Хмм… тогда тебе предстоит немало потрудиться, навыки навигации и пилотирования очень важны, но даются они не всем. Что ж Клинок отличный навигатор, он займется твоим обучением, вход в библиотеку для тебя свободный. И еще… чтобы странствовать тебе необходимо заслужить титул Воительницы, а это не так-то просто … Помимо всего прочего следует знать устный язык в совершенстве и нашу письменность. — Мне нравится учиться, — улыбнулась Вероника. — Ну вот и хорошо, — удовлетворенно кивнул Влад. — Я предоставлю тебе гостевой допуск к архивам «Искажающего», это будет не лишним. Через четыре года надеюсь, увидимся. — Четыре года?! Так долго? — изумилась Вероника, переводя взгляд с одного на другого. — Именно столько длится Сезон Охоты. — Задумчиво щелкнул жвалами Тхарн-тал, усмехаясь. — Время пролетит быстро, ты даже не заметишь, — постарался обнадежить дочь Влад. — Учись хорошо и не дай себя сожрать.  — Хорошо, пап. — Через силу улыбнулась Вероника. Она уже однажды утратила отца, когда считала его причастным к убийству жениха, и вот стоило только им хоть немного узнать друг друга, судьба снова разлучает их. Тхарн-тал и Волк поклонились друг другу, они направились к стыковочному отсеку, где Влада ожидал челнок, который доставит его на «Длань». — Здесь наши пути расходятся, но ненадолго, мы будем поддерживать связь с вами, Тхарн-тал. — Произнес Влад, выразительно посмотрев в глаза яуту, намекая на их недавнюю договоренность. — Разумеется, Волк, наш союз остается в силе… — проурчал Тхарн-тал, кивнув в знак того что он намек понял. Вероника, проводив отца, отправилась в кхерит на среднем ярусе, чтобы хотя бы на время тренировки забыться и избавиться от тяжких мыслей и сомнений. Взяв со стойки оружия хлыст, она, приблизившись к одному из неподвижных манекенов в дальнем углу, попыталась ударить, раздался щелчок, но жало болезненно хлестнуло по бицепсу. Болезненно зашипев, Вероника потерла ноющее место, хорошо, что хлыст был не боевым, иначе одним ушибом она бы не отделалась. Данное оружие требовало от Воина крайней степени сосредоточения и умение владеть своим телом в совершенстве. Во второй раз жало чуть не заехало ей по лицу, мгновенно среагировав, Вероника дернула головой, и оно пролетело мимо уха. Кʼтан решил понаблюдать за мучениями уманки, прислонившись спиной к стене, для нее оставаясь незамеченным. Девушка минут через двадцать наконец приноровилась к оружию и с энтузиазмом хлестала манекен. — Ты не сосредоточена. — Произнес Кʼтан, решив что уманка уже достаточно выпустила пар и способна воспримать наставления. Вероника вздрогнула от неожиданности, обернулась и постаралась спрятать хлыст за спиной, густо покраснев, понимая, что наставник уже довольно долго наблюдает за ней. Приблизившись к уманке, он указал ей на манекен. — Покажи мне как ты стоишь. Бей! Жало хлыста, едва не зацепив его плечо, ударило в основание шеи манекена. Кʼтан мысленно закатил глаза, и попросив у Кетану дать ему терпения, принялся поправлять ее. — Слишком широкий замах, ноги ставь не так широко, — он пинком подвинул ее стопу в необходимое положение, — плечи расслабь, локти не задирай, расслабь свои сочленения, у тебя там все заблокировано… не забывай про зазин, чувствуй не только рукоять, но и все тело хлыста, пусть оружие станет частью тебя, продолжением твоей руки… Так он гонял ее около часа, заставляя менять стойку, положение тела, в завершение тренировки он приказал уманке бегать между манекенами, снял с пояса свой боевой хлыст и устроил ей жестокий тест — сколько раз он коснется ее тела жалом деактивированного хлыста, пока она будет пытаться его атаковать, столько и будет отжиматься. Раны на спине еще не до конца затянулись, и некоторые снова начали кровоточить. Вероника после подобной экзекуции чувствовала себя вконец вымотанной и закончив отжиматься, едва могла шевелиться и связно думать. Кʼтан, удовлетворенно кивнул и приказал уманке отправиться отдыхать. — Гнев затмевает разум, никогда не забывай об этом, ты должна довести свой зазин до совершенства. Ступай. — Поучительно произнес Клинок напоследок. Механическим движением смотав хлыст, и неосознанно сжимая его рукоять в ладони, Вероника обнаружила что ей уже не так тяжело идти по коридору, даже боли в спине почти не чувствовалось, разум словно погрузился в некое отрешенное состояние, при этом воспринималось все окружающее невероятно четко и ясно. — Ясно, понятно — меньше заниматься нытьем и жалеть себя. — Пробормотала Вероника, уверенно поднимаясь по лестнице на верхний уровень. Зайдя к себе, она повесила свернутый хлыст на крюк у стойки для доспехов, задумчиво посмотрела на спальную платформу, смертельная усталость постепенно отступала. — А не вздремнуть ли мне немножко… не, не хочу, или хочу… — девушка рухнула пластом на ложе, почти мгновенно погружаясь в мир сновидений.

***

Фарзен-дхан’кл прервал свою медитацию, почувствовав напряжение в окружающем ментальном поле, раньше, чем его чувствительный слух уловил приближение к узилищу. Взмах широкой ладони, и каким-то образом силовое поле вновь приобрело свою прозрачность цвета светлого янтаря. По коридору вели странного умана, ментальные жгуты спеленали его почти до самого пояса, не позволяя пошевельнуть руками, все его тело было покрыто замысловатыми рисунками, выполненные черной краской. Пленника втолкнули в соседнюю ячейку, и тут же за его спиной засияло силовое поле. Но за секунду до этого один из существ ловко кинул какой-то камешек внутрь камеры. «Камешек», отскочив от пола, прилип к противоположной стене, растекся кляксой, вытянулся по периметру, и преобразовался в черную линию. Через мгновение в стену, вспыхнув багровым, впечаталась строка, состоящая из мелко написанных рун. Фарзен-дхан’кл с интересом оглядел умана, который выругавшись на гортанном языке, бросился назад, но заметив надписи на стенах, немного приуныл. Высокий для этой расы рост, крепкое телосложение, высокий лоб, лицо с крупными чертами и квадратный подбородок, неплохой экземпляр для Охоты. Внезапно, уман обернулся в его сторону, и яуту стало слегка не по себе, он никогда не наблюдал у представителей этой расы такой странной радужки — белков глаз не видно, глаза полыхают желтым цветом, лицо умана искажено гневом. Уман, изменил мимику, перейдя в состояние покоя, выразив заинтересованность, из одежды на нем не было ничего кроме брюк, крепкие мышцы буграми перекатывались под смуглой кожей. Повадками он напомнил Фарзен-дхан’клу земного полосатого хищника из семейства кошачьих. Самец сложил руки на груди и усмехнулся, глядя на яута. — Ну, привет, ты вообще с какой планеты к ним свалился? Я таких как ты еще не встречал. — Я Охотник — коротко ответил Фарзен-дхан’кл, не меняя позы и ничем не выдавая собеседнику своей заинтересованности. — И на кого же ты охотишься? — На таких как ты — рыкнул яут, собираясь возобновить медитацию, сейчас у него не было желания болтать с любознательным уманом. У них будет еще время поговорить. Один из существ задержался напротив камеры яута и указав на умана, прошелестел: — «Будь с ним осторожен, этот экземпляр весьма опасен. Видишь его татуировки? Они не дают его духу покинуть физическое вместилище. Не верь тому, что он говорит». — Ой, да брось! Эти бесчувственные сволочуги нашелестят тебе с Андромеду… я просто оказался не в том месте и не в то время… Фарзен-дхан’кл тем не менее отметил, что уман прибегнул к ментальной технике, которую использовала, пусть и неосознанно, Верр-на, что натолкнуло яута на определенные размышления. Яут подал знак силовому полю вновь обрести непрозрачность, и огородить его от внешних звуков и странного соседа по заключению.