Осколки

В один прекрасный день все рухнуло. Темный Лорд решил, что он хочет продлить агонию семьи Малфоев, доверив заведомо невыполнимую задачу младшему из представителей рода. Единственный сын благородных волшебников был обречен, поскольку Волдеморт знал, что Драко не сможет убить Гарри Поттера. Тем временем повелитель Пожирателей Смерти искал способы уничтожения ставшего на его пути юного волшебника, ведь пророчество ясно говорило, что расправиться с Поттером ему придется лично. Вначале Малфоя-младшего охватило радостное возбуждение, как всегда, когда его безумная тетушка распаляла в нем и без того рвущиеся амбиции. Этим он напоминал своего отца около двадцати лет назад, когда тот только присоединился к Волдеморту. Похож был даже запах одеколона, не только ленивые и плавные движения и улыбка с высокомерным прищуром. Но Нарцисса не разделяла восторга своего сына и сестры. * * * После некоторых колебаний Гарри решил рискнуть. Ничего не сказав Сириусу, он перекинул ногу через подоконник и спустился по свисающим толстым веткам живой изгороди, сильными ветвями намертво вцепившейся в одну из стен старого дома. Гарри пустился в быстрый бег, затем, уже у самого конца улицы, замедлил шаги, морщась от боли в боку, но не позволял себе остановиться и отдышаться на месте. Перед ним возвышался старый обветшалый дом, самый неприметный из всех на этой улице. Окна были плотно занавешены, хоть еще только начало смеркаться. Сквозь тоненькие зазоры между окном и плотной тканью пробивался отчаянный лучик света — очевидно, этим холодным вечером в доме уже разожгли камин. Гарри нашел ракурс, при котором даже из небольшого зазора было видно, что происходит внутри дома. Снейп протягивал бокалы с вином двум своим гостям — бледной, как будто она была смертельно больна, Нарциссе Малфой и темноволосой женщине с тяжелыми веками и искрящейся безумием ухмылкой — Беллатрисе Лестранж. Гарри, как ни прислушивался, не смог услышать ни звука из беседы, происходящей за стеной. Он решил, что разговор защищен чарами против подслушивания. Гарри сейчас очень жалел, что не взял с собой удлинители ушей, поскольку уходил второпях. Возможно, стоило лучше подготовится к этой вылазке из дома, предоставленного ему Сириусом на время летних каникул. Глаза Гарри от удивления расширились, когда непоколебимая в своем чувстве собственного достоинства, вечно надменная Нарцисса, внезапно посреди разговора упала на колени и прикоснулась губами к руке Снейпа. Беллатриса, казалось, скучала и не проявляла особого интереса к разговору, лишь бросила что-то через плечо своей сестре и вновь повернулась спиной к двоим своим коллегам. Северус помрачнел, на его лице отразилась гримаса невыразимой утраты, но стоило Гарри уловить ее, как лицо зельевара вновь приобрело обычное холодное выражение и он безразлично согласился с чем-то. Гарри, как завороженный, наблюдал за летящими из палочки Беллатрисы тремя огненными змеями, обвивавшими плотными цепями сцепленные запястья двух коленопреклоненных фигур. Вскоре Нарцисса и ее обезумевшая сестра покинули дом Снейпа, да и сам зельевар вышел из комнаты. Гарри жадно вглядывался в небольшую щелочку, пытаясь разобрать, что теперь будет происходить в доме, для того чтобы подгадать наиболее уместный момент, чтобы объявиться на пороге. — В чем дело, мистер Поттер? — окликнул его голос Снейпа, полный отвращения. — Вы что-то потеряли в моем доме? Гарри, прежде уткнувшемуся носом в стекло, пришлось с оборвавшимся сердцем оторваться от своего наблюдательного поста. — Нет, сэр, — поспешно ответил он, едва не хлопнувшись в обморок от неожиданного появления Снейпа за своей спиной. — Но я кое-что искал. Гарри круто развернулся лицом к Снейпу. — Мне очень нужно поговорить с Вами. Кое-что требует срочных объяснений. Снейп молчал. Затем со вздохом ушел к себе, но не запер за собой дверь. Гарри не мог понять, что может означать такое поведение профессора. Но, поскольку он был все еще жив, то решился войти в этот дом, даже если он кишит змеями и крокодилами. Глубокий вдох, как перед прыжком со скалы в воду, и его встретило неприветливое окружение мрачных стен. Снейп с внезапным интересом смотрел на юношу, который стоял в нескольких шага от входа, не решаясь поднять голову и почему-то позабывшего все, что он хотел сказать и спросить. — Как вы думаете, Поттер, в чем причина того, что Вам нельзя одному покидать единственное безопасное место, кроме Хогвартса? — спросил он. — Может, просто странные капризы старших и более обремененных разумом людей? Мое удивление при виде Вас под своими окнами сейчас уж слишком конкурирует с желанием раз и навсегда покончить с малолетним недоразумением, присмотр за которым не способен осуществить весь состав Ордена Феникса. По злой иронии судьбы, именно покончить с Гарри только что поклялся Нарциссе Малфой Снейп в случае провала ее сына. — Я знаю, просто на мои письма так и не пришло ответа, и я не знаю, получили ли Вы хоть одно из них с тех пор, как… — Гарри в ужасе прервался, бегло взглянув в ничего не выражающее лицо Снейпа. Убедившись, что Авада ему не грозит, он продолжил, но куда более внимательно стал подбирать слова: — С тех пор, как мы в последний раз виделись. Мне жаль, что я снова влез, куда не следовало. Снейп нервно дёрнул щекой, не зная, как ему реагировать на такое нелепое заявление. Причина внезапного появления подростка в стенах старого дома могла бы быть даже забавной — настойчиво искать разговора с ненавистным преподавателем мог только сумасшедший. Тем не менее, Снейпу сейчас, как никогда прежде, было больно видеть мальчишку, живое напоминание об ошибках юности, с которым он должен был распрощаться совсем скоро. Не найдя лучшего выражения своих эмоций, чем прикрытие бурлящего в нем водоворота маской злости, он прошипел на оторопевшего Поттера: — День за днем Вы становитесь все больше похожим на своего отца! Поттер, как же Вы мне надоели! Больше ни слова! На каминной полке Вы найдете банку с летучим порохом. Адрес собственного дома Вы знаете.