Grenze: Высшая Немецкая Школа Магии

      Первым уроком у шестого курса стояла боевая магия. Профессор сей славной дисциплины, несмотря на свой почтенный возраст, весьма уважал физические нагрузки и утреннюю пробежку, а потому весь курс стоял построенный на заднем дворе ровно в 6:00. Был там и Вальтер. Сонный и недовольный. Нет, если подумать здраво, то ему было на что обижаться. Когда ты шестнадцатилетний мальчик – жизнь ужасна. Когда ты шестнадцатилетний мальчик в нацистской Германии – жизнь неприемлема. Когда ты шестнадцатилетний мальчик, не принятый в Гитлерюгенд в нацистской Германии – жизнь превращается в ад. Но, по крайней мере, он мог быть уверен, что никто не прирежет его во сне. Комната у него была отдельная от всех остальных парней. Но это совершенно не мешало ему не высыпаться и не любить ранние побудки.       – А ну все, шевелитесь, стоите как сонные мухи! – рявкнул появившийся словно из ниоткуда преподаватель. – Расслабились за лето как… – судя по всему, он не придумал достойного сравнения.       – Где ваш староста? Почему не проведена разминка?!       – Я здесь, герр, – сделал шаг высокий черноволосый юноша, с неприятным прищуром. Он был похож на какого-то зверя. Вопрос лишь на какого.       – Какого гризли они еще сонные? – рявкнул преподаватель, окончательно выходя из себя.       – Они сонные всегда, герр.       – Наказание после завтрака. А теперь немедленно провел разминку. У тебя десять минут.       Парень начал делать глупые упражнения сначала на разминку шеи, потом рук... В общем-то, это были и правда самые обычные маггловские упражнение. Вот только кому какое дело до магглов, если они помогают?       – Достаточно. Десять кругов вокруг озера и перейдем к уроку. Девушки, – восемь кругов, – наконец профессор прервал эту экзекуцию и перешел к не менее жуткой. Через четверть часа весь поток, кто бодро (они удостаивались благосклонного взгляда), а кто и вяло (этих ждал взгляд, полный ярости) снова выстроились в две шеренги перед преподавателем.       – Теперь, возможно, вам и стоит узнать еще парочку заклинаний, которые так и не задержатся в ваших пустых башках. Хоффманн!       Ну конечно же… Кто еще мог стать материалом для демонстрации, как не самый презренный ученик школы? Вальтер привычно вышел из строя и встал напротив своего профессора.       – Мне доложили о твоей стычке в поезде. Так ли это?       – Так точно, герр Рихтер, – согласился парень. Конечно же, ему доложили! Фишер или, что скорее, его подружка.       – И ты вышел из этой схватки победителем. Так ли это?       – Так точно. И магию я не применял.       – Прекрасно. А теперь вопрос, – его взгляд обратился к остальным студентам, или, вернее сказать, солдатам. – Почему Хоффманн смог это сделать?       Ребята мрачно на него посмотрели, понимая, что очевидный ответ о волке-одиночке вряд ли удовлетворит требовательного преподавателя.       – Возможно, потому, что он любит драться? – предположил староста.       – Фишер не менее. Еще варианты?       – Он грамотно строит бой и просчитывает все варианты. И осторожен, – выступила Ингрид. – Но самое главное – не поддаваться на провокацию.       – Нет, хотя это важно.       Больше смельчаков, готовых высказать свои мысли не нашлось, и дети молчали, уныло потупившись в землю.       – Хоффманн. Палочку, – требовательно произнес мужчина, протянув руку к юноше. Тот резко выхватил свое оружие и сделал полшага назад.       – Извините, профессор, но нет.       – Теперь? – после небольшой демонстрации мужчина, обернулся к остальным. В его глазах читалась усталость и легкое презрение: “Какие же вы все идиоты...”       – Постоянная готовность к бою?       – Нежелание подчиняться? – в один голос произнесли Ингрид и староста. А через несколько минут нашелся еще один смельчак, который предположил следующий вариант:       – Наглость?       – Das ist ja unerhört!* Идиоты. Беспросветные. Donnerwetter!**. – раздался резкий голос преподавателя. – Хоффманн победил лишь потому, что у него был нож. Сейчас – он не отдает свое оружие даже мне. Он – живой наглец, а вы – мертвые идиоты.       Класс молча проглотил поток брани и несколько ребят усиленно закивали.       – Профессор, позвольте с вами не согласиться. Ножи были у парней с восьмого, но ни один из них не пустил его в ход, – не выдержала девушка. – У Вальтера его нет… по известной причине, он смог добыть оружие прямо в пылу схватки. Может быть, главное – не наличие оружия, а готовность без колебания пустить его в ход и умение правильно обращаться?       – Нет, фройляйн. Он вряд ли бы смог пустить его в ход. И он это знал. Но у него был нож, а остальные даже не достали свои. Потому что Хоффманн – идиот, а остальные – фееричные идиоты. Сегодня мы будем учить заклятие обезоруживания. Ребята переглянулись и послышались выкрики:       – О, нет!       – Опять?!       – Опять!       – Каждый год одно и то же!       – Да кому нужно двадцать вариаций?!       Но их крики так и не остались услышанными... На этот раз преподаватель заставил Вальтера испробовать заклятие. На каждом из них. Чтобы каждый понял, какое оно и зачем. Естественно, заклинание оказалось с подвохом. Те, у кого в руках были волшебные палочки, вскрикивали от странного покалывания, роняли свое оружие и жаловались на резкую боль, словно от слабого Круциатуса, а те, у кого было холодное оружие, долго красочно описывали ощущения ожога.       – Полагаю, последний вопрос можно считать снятым? – иронично уточнил преподаватель.

***

      – Это не урок, а просто какие-то пытки! – возмущались старшекурсники, попутно запугивая малышню. – В следующий раз он притащит плаху и будет учить нас рубить головы?       – Ну я бы некоторым не отказался, – слегка повысил голос брат избитого накануне Фишера.       За столом факультета воцарилось молчание. Несколько человек напряглись, не без оснований полагая, что драка может вспыхнуть прямо за столом и вопреки присутствию учителей.       – Удачи, – совершенно спокойно произнес Вальтер, даже не отвлекаясь от своей тарелки.       – Им когда-нибудь надоест? – риторически спросила сидящая напротив Ингрид. – Вон, уже даже малым рассказали кучу чепухи. Куда только смотрят старосты?       – Боюсь, что никогда, – вздохнул юноша, едва слышно. – Это как чума.       – Может, после Зельеварения пойдем в грот? Это будет последний урок на сегодня, а герр Шульц никогда не дает задание в первый учебный день.       – Можно, – улыбнулся юноша. Его рука дернулась к ее ладони, почему-то Вальтеру захотелось накрыть ее и крепко сжать, но он сдержал свой порыв. Девушка улыбнулась и довольно кивнула. * Das ist ja unerhört! - Это черт знает что! ** Donnerwetter! - Черт возьми!