Джиннистан

Утром меня разбудил восхитительный аромат, витавший в воздухе: запах кофе, корицы и ванили смешавшись между собой, создавали чудесное ощущение восторга и радости. Только сейчас я понял, как же мне не хватало этого волшебного напитка. – Ты мой спаситель! – втянув носом воздух, с благодарностью проворковал я. – Садись завтракать, подлиза, – улыбнулся мне Амир, явно довольный похвалой. – Одежду я постирал, высушил и повесил на спинку кровати. – Ты, что, стирал вручную?! – Да, а что тут такого? У меня не безграничные запасы энергии, как у джиннов, чтобы тратить её на всякие мелочи. – А-а-а… Понятно, – разочаровано протянул я, – значит работать мне всё же придётся… Амир присел ко мне на кровать и ласково сказал: – Не расстраивайся, я тебе буду помогать. Мне всё равно пока нечем заниматься, – и, печально вздохнув, друг продолжил: – Джамиль разрешил мне остаться на территории замка, но, как ты вчера заметил, мне здесь не очень-то и рады: родители отказались от меня, а родные братья чуть не убили… – Не расстраивайся, Амир, – я попытался поддержать его и взял за руку, – уверен, что они поймут и простят… Дай им немного времени. – Ты такой наивный, Альберт, – ответил Амир, сжимая крепче мою ладонь, – бывших кёли не бывает – я вынужден жить с этим позором всю оставшуюся жизнь. И, если ты захочешь, чтобы я ушёл, только скажи. – Прекрати, Амир, мы уже всё решили! – не терпящим возражений тоном пояснил я и заглянул в глаза друга: – Если уж Латиф даже не против… – Латиф? А… это твой джинн. Кстати, ты бы его выпустил – древних лучше не злить понапрасну! – Пф, – махнул я свободной рукой, – может, я ещё сплю… – Эм-м… вообще-то, он тебя видит. – Что?! – всполошился я и, обхватив рукой амулет, шёпотом уточнил. – Ты уверен? – Да, – для пущей убедительности покивав головой, ответил Амир и поспешил успокоить: – Он не слышит – только видит. – Уф-ф, тогда свободу джиннам! – облегчённо выдохнул я и нехотя потёр алмаз. И тут же из него вылетела искра, через мгновение превратившаяся в джинна. Латиф был, как всегда, не в настроении. Недовольный, скрестив руки на груди, он глазами пытался просверлить во мне дыру. Заметив наши руки, Латиф лишь поджал губы и, нарочито громко фыркнув, снова растворился в воздухе. Я тут же забрал свою руку и устало заметил: – Не удивлюсь, если этот джинн приготовит для нас какую-нибудь подлянку. А я уж надеялся, что мы ночью всё-таки договорились о перемирии… – Ночью? Как это? – Да я уже второй раз оказываюсь в его сне. Эх, и нет мне покоя ни ночью ни днем… – Хм, странно… Гении очень редко допускают кого-либо в свои сны. Дело в том, что они их не контролируют, а значит, становятся слишком уязвимыми, что для джиннов совершенно неприемлемо… Если только… Если только не замешаны чувства, причём чувства очень сильные… – тихо добавил Амир и слишком пристально посмотрел на меня, словно видел впервые. Мне не понравился этот взгляд и глупые намёки. Я резко встал с кровати и, пересев за стол, сделал, наконец, глоток живительного напитка и только потом спросил: – Чувство ненависти подходит?! – Возможно… но… – Всё, Амир, тема закрыта, – прервал я его. – Я ненавижу Латифа, а он мечтает меня убить – вот и все наши чувства! И кстати, хотел у тебя спросить, можно ли мне избавиться от него как-нибудь, не загадывая желаний. – Наверняка, есть способ, но о нём знают лишь шаиры. Есть у меня один знакомый, он бы точно сумел тебе помочь. – О, здорово! А как мне к нему попасть? – Он живёт на юге страны в городе Самоцветов. Я могу тебя к нему проводить. Я грустно покачал головой: – Ближайший месяц я вынужден работать конюхом у Джамиля, а потом… Латиф сказал, что заберёт меня к себе домой, – и, неожиданно вспомнив наш первый разговор с джинном, подпрыгнул от радости. – Да он же тоже живёт в этом городе! Похоже, что у меня всё-таки будет шанс увидеться с твоим знакомым! – Но он вряд ли возьмёт меня вместе с тобой. – Я что-нибудь придумаю, Амир, обещаю – я тебя не брошу! – Спасибо, малыш, но лучше не давай напрасных обещаний… *** Плотно позавтракав, мы наконец отправились в конюшню. Мне было ужасно стыдно смотреть в глаза благородным животным. Из-за этой драки и знакомства с Амиром я просто-напросто забыл покормить своих питомцев! Первым делом мой друг рассыпал овёс по кормушкам и, дождавшись, когда лошади наедятся, ловко справился с уздечками, вывел красавцев во двор и привязал к столбам. Затем, откопав где-то вёдра, принес тёплой воды и принялся чистить животных. Я же, обречённо вздохнув, взялся за лопату… Видели бы меня сейчас мои одноклассники – животы бы надорвали со смеху. Надеюсь, мы ещё встретимся. Бедный отец – он, наверное, с ума сходит от беспокойства… За этими печальными размышлениями я даже не заметил, как почистил все стойла. Выйдя на порог конюшни, я облокотился на дверь, с наслаждением вдохнул свежий воздух и увидел, что Амир уже загоняет лошадей в огороженный манеж. Он обернулся и радостно помахал мне рукой, улыбаясь во все тридцать два зуба. Я улыбнулся в ответ. Внезапно в его глазах промелькнул ужас, и он громко закричал: – Пригнись, Альберт!!! – Чего?.. Неожиданно перед носом просвистела стрела и намертво пригвоздила мою руку к двери – ладонь опалила адская боль, а из раны хлынула кровь. Через мгновенье подбежал обеспокоенный Амир и, шепча мне успокаивающие слова, без предупреждения резко выдернул стрелу. Вот чёрт! Это было неимоверно больно – я не смог сдержать жалобного крика. – Ты как, Альберт? Всё в порядке? – обеспокоенно спросил он и, оторвав от своей рубашки лоскут ткани, крепко прижал её к ране. – Нужно остановить кровь… – Стрела?! Амир, это стрела?! Откуда в вашей цивилизованной стране стрелы?!! Не проще ли тупо застрелить меня из пистолета?! А? – В Джиннистане запрещено огнестрельное оружие, а вот самодельные луки и мечи никто не отменял. – Тогда повезло, что в меня топор не метнули! А приложенная тряпка тем временем полностью пропиталась моей кровью, теперь она алым потоком текла на землю. - Вот чёрт! Стрела отравлена... похоже, яд нарушил свёртываемость – ты можешь истечь кровью как больные… этой… как её? А вот, гомофилией! Я не сдержал нервный смешок: - Ты думаешь, я теперь стану геем? – мои губы самовольно растянулись в глупой улыбке. – Вообще-то, эта болезнь называется гемофилией… - Ну, или так… Рад, что ты в такой момент ещё умудряешься шутить, но если ничего не предпринять, то уже минут через десять погибнешь от потери крови. - Амир потёр руки и, откинув черную прядь со лба, продолжил: - Я попытаюсь помочь - будет больно - терпи. Аккуратно взяв мою ладонь, друг несколько раз прикоснулся к ране пальцами: было ощущение, что её полностью опустили в кипящее масло. Корчась от боли, я попытался высвободить руку. – Альберт, потерпи… И так ничего не получается… Внезапно перед нами возник разгневанный Латиф. Оторвав от Амира, он подхватил меня на руки. – Ты хотя бы один день можешь прожить без приключений? – возмущённо поинтересовался он. – Да мне первый раз понадобилась твоя помощь! – Ага, а вчера тебя толпа испугалась, свирепый ты наш… – Так ты был там?! – Пришлось – мне для опытов живая жертва нужна… пока ещё нужна… И через секунду мы оказались около пруда. Поставив меня на ноги, джинн непререкаемым тоном приказал: – Иди помой руки! Мне ничего не оставалось, как послушаться, и я покорно отмыл всю грязь, налипшую во время работы на руки. Теперь только нескончаемый яркий поток крови окрашивал мою бледную кожу. – Вот, – махнул я рукой перед носом Латифа, – что дальше? Неожиданно на меня навалилась слабость: голова закружилась, ноги подкосились. Джин ловко поймал меня почти у самой земли. Из воздуха материализовалась удобное кресло, и Латиф заботливо усадил меня. Когда он встал передо мной на колени, наши взгляды встретились. Уверенным движением он раздвинул мне ноги и придвинулся плотнее. Я увидел, как его глаза засверкали и губы сложились в лукавой улыбке. – Ты ведь знаешь, что слюна джина – это панацея от всех ядов? Я громко сглотнул и дрожащими губами еле слышно прошептал: – Ты же не собираешься?.. Не дав договорить фразу до конца, Латиф взял мою руку в свою и медленно провел языком от запястья до кончика среднего пальца, не переставая смотреть мне в глаза. Дрожь прокатилась по всему телу, и я тут же попытался выдернуть свою ладонь. – Пожалуйста… не надо… Но джинн только сильнее сжал моё запястье и с упоением продолжил зализывать рану. Вот я влип!!! Вид Латифа, стоящего между моих ног и так самозабвенно "лечившего" мою несчастную конечность, слишком возбудил меня, и я свободной рукой попытался прикрыть свой стояк. Чёрт, когда же это закончится?! Капельки пота проступили на моей коже, дыхание стало частым и прерывистым. Латиф сделал вид, что ничего не заметил, и, хорошенько облизав в завершение мой средний палец, отпустил мою руку. Затем развернул, не пойми откуда взявшийся, белоснежный платок и аккуратным движением – очень изящно – вытер мою кровь с уголков губ и подбородка. – Ну, как? – осипшим от желания голосом поинтересовался я, понимая, что выдал себя с головой. – О, твоя кровь для меня как бокал хорошего вина перед обедом! – Не знал, что джинны пьют человеческую кровь. – Не переживай, у джиннов в ней нет ни потребности, ни зависимости. Просто иногда любим побаловать себя… десертом… Уж такие мы, гении, кровожадные, – нагло ухмыльнувшись, объяснил он и вопросительно уставился на меня. – Ты ничего не хочешь мне сказать? – Эм… Спасибо? – Так-то лучше, а то я уж собирался поучить тебя хорошим манерам. Я удивленно разглядывал свою руку – на ней не осталось и следа от былого ранения! Как будто ничего и не было! Опустив глаза, я всё же нашёл в себе силы твёрдым голосом сказать: – И ещё… Латиф, я хотел попросить тебя, не приглашай меня больше в свои сны… Договорились?.. Высокомерно окинув меня взглядом, джинн раздражённо произнёс: – Я сделаю всё возможное, чтобы не видеть тебя в своих снах – мне это тоже не доставляет особого удовольствия. Затем схватил меня за руку, и уже через мгновенье мы оказались возле конюшни. Амир сидел на корточках у манежа, прислонившись спиной к столбу. В руках он беспокойно теребил изодранные полы своей рубахи. Увидев меня, он резко вскочил на ноги и чуть ли не вприпрыжку подбежал ко мне, обняв за плечи, радостно затараторил: – Как хорошо, что с тобой всё в порядке! Я уже начал беспокоиться! – и, обернувшись к Латифу, искренне поблагодарил: – Спасибо, Латиф! Если бы не ты… – Ты видел, кто это сделал? – на полуслове оборвал его джинн. – Да, это был джанн, но я никогда раньше его не встречал. Возможно, его наняли совсем недавно… Чёрт, как же вовремя ты появился, Латиф!.. С громким "Пф-ф" джинн, не дослушав моего друга, исчез в туманной дымке. – Вот ведь самодовольный, надменный придурок… – только начал распаляться я, как был бесцеремонно прерван Амиром: – Остановись, Альберт! Он спас тебе жизнь! Ты должен быть благодарен ему за это! – Кто знает, какие он готовит мне пытки?.. Возможно, умереть от потери крови было бы даже лучше. – Не вешай нос, друг, мы обязательно что-нибудь придумаем! А сейчас нужно загнать лошадей обратно и насыпать им корм. Да и самим было бы не плохо пообедать и передохнуть… Ты как считаешь? – О! Я всеми руками - «за»!