Другая семья

Когда Бен пристегнул меня к ножке стола, Винс пододвинул мне полную тарелку риса. Он быстро ел, поглядывая на меня. Было очень вкусно: похоже на давно забытый вкус ризотто. - Спасибо! - я отодвинула пустую тарелку, и он передвинул ее на край стола. Налил вино и махнул в мою сторону бокалом, словно чокаясь. - Ева классно готовит. Решил тебя угостить. - Действительно классно, - кивнула я. У меня было много времени, чтобы обдумать свое поведение и смириться с каждым вариантом, который он решит со мной провернуть. Я так считала, по крайней мере. - Она вообще талантлива. Могла бы сидеть дома, но, мне кажется, я ей нравлюсь. Хотя два ухажера у нее уже есть. Хорошие ребята, трудный выбор. А она не торопится. Очень мудро, как считаешь? Они сейчас из кожи вон лезут, подарки, знаки внимания, все такое. Мне показалось, что он наслаждается этой светской болтовней, зная, о чем я думаю и каких новостей жду, как я нервничаю. - Как все прошло? - сразу капитулировала я. - Просто отлично! Чудесный день! Они не пикнули, отдали "Додж-Караван" в отличном состоянии. Черри счастлива, она давно искала себе такую машину. В нее можно очень много запихнуть, - его глаза насмешливо блестели. - Ты издеваешься? - я ласково улыбнулась. - Немного да, - он наклонил голову и откинулся на спинку стула. - Ты хочешь знать, наверное, как все прошло с твоими? Мы дали им список того, что мы хотим забрать взамен одной из вас. Колоритная компания. Женщина с мечом просто из комиксов. Дерек до сих пор не разговаривает, только мычит: она произвела на него просто неизгладимое впечатление. Рик ваш — немного сумасшедший, но это ему даже идет. Да и как по-другому в наше-то время? Мальчишка очень волновался, было заметно. Реднек с арбалетом — мне казалось, что он сейчас вцепится мне зубами в горло, но Рик постоянно успокаивал его. Это, по-видимому, ваша овчарка? Сторожит свое стадо? И азиат в бронежилете, интеллигентный такой. Они выглядели очень замученными, видимо, прочесывают окрестности, не спят. Нам пора убираться отсюда. - Ты им сказал, что не вернешь нас двоих? - голос внезапно сел. - Да, конечно, они поехали думать, - быстро ответил он, отвел взгляд и торопливо отпил. Что-то было не так. Он уже заинтересованно разглядывал бокал. Либо он лгал, либо он... лгал. Только в чем? - Если они выберут меня? Мне показалось, что он слегка удивился. - Думаешь? Не должны бы... И это ничего не изменит. Мы повезем утром Элис, отдадим ее, а ты поедешь с нами. Их ты не увидишь. Я приеду сюда, заберу тебя, и мы поедем домой. Дорога будет долгая. Тебе имеет смысл поболтать немного с ребятами, познакомиться. Мы замолчали. Я катала вино на дне бокала, пытаясь осознать все. Не так уж и страшно. Меня всего лишь хотели принять в другую общину. Я вздохнула и подняла на него глаза. Он наблюдал за мной. - Это то же самое вино? - Да, оно же. Все вывез. Моя слабость, а оно сплошь и рядом прокисшее. Но теперь будет запас. Что ты задумала? - уже знакомый жест: он наклонил голову набок, словно пытаясь угадать мои мысли. - Скоро его совсем не станет, хорошего вина. Ничего. Вернее...ничего нового. Приеду к вам, приживусь, сбегу. А ты будешь скучать, - я подняла бокал и в два глотка допила. Теперь он точно удивился. Он смотрел на меня, чуть прищурившись. Его глаза блестели при свете наших традиционных трех свечей. Мне было море по колено. Я ни на что не могла повлиять. И мне хотелось хоть немного выбить Винсента из колеи, посмотреть на него не спокойного и владеющего полностью собой, разговором и всей ситуацией. Он быстро взял себя в руки. - Я заложил виноградники в прошлом году. Буду делать свое вино. Хочу попробовать игристое, - он долил мне и продолжил как ни в чем не бывало. - Ты просто очень упрямая. - Думаю у тебя получится. Было бы здорово. Я не упрямая, я не люблю, когда меня увозят силой. Тебе бы тоже не понравилось. А кем ты был раньше? - Прокурором, - он усмехнулся. - А ты - рабыней-домохозяйкой? Мне кажется, ты слегка изменилась с тех пор. - Да, изменилась, - я криво улыбнулась. - Тебя боялись? - Кому нужно было, те боялись. А ты не боишься... - задумчиво протянул он. - Теперь уже можно не бояться. Правда? Он молчал, глядя мне в глаза. Потом отвел взгляд и пробормотал, хмыкнув: - Ты сумасшедшая... - Подумай, нужны ли тебе сумасшедшие? - подхватила я. - Но я могу попробовать напугаться, хочешь? - Нет, хватит, не хочу, - он тихо рассмеялся, словно я действительно выдала удачную шутку. - Я люблю сумасшедших. С ними не скучно. Поверь, если бы я не думал, что тебе у нас будет хорошо, я бы не забирал тебя. - Ты не знаешь! Возможно, это просто твоя прихоть? - Возможно... Бен отвел меня в другую комнату, туда, где накануне ночевали другие заложники. Они изолировали меня от Лис. Скорее всего, не дадут даже проститься. Я лежала, глядя в потолок, и размышляла, как вести себя дальше. Вряд ли он поверит, если я сразу стану покладистой и милой с его людьми. Все постепенно. Найти себе там работу, не приближаться к воротам или к калитке, или что там у них ведет на свободу. Просто жить. День за днем усыпляя подозрения. Все мне поверят, кроме него. Он не будет спускать с меня глаз, будет следить. Но он ездит в долгие рейды. И однажды он не найдет меня там, где оставил. Может, через полгода. Может, через месяц. Я жива, и моя семья - тоже. Дэрил жив. А значит, есть надежда. Все очень неплохо. *** Высокий холм, на котором я стояла, был покрыт осенней жухлой травой. Слева возвышался над землей какой-то фундамент с остатками арок из кирпича, которые когда-то были окнами. Что-то старинное, мрачное и притягательное. Но не сейчас. Дул ветер, я видела, как волновалась трава, но я его почему-то не чувствовала. Внизу был сказочный городок. Бетонный забор огораживал жизнь, безопасность. Много деревьев, игрушечные домики, цветники, ровные дорожки, пара пасущихся черно-белых коровок. Как на старинной картинке, висящей над камином. Красиво и спокойно. Мне нужно было туда. Тяжелая рука опустилась на плечо: - Пора уже, идем, в четыре нас ждут! Неудобно опаздывать! - мягкий низкий голос. Я кивнула. Все было таким правильным. Он взял мою руку и потянул к началу пологой тропы, которая сбегала вниз. Я сделала шаг и запнулась, остановилась. Поднесла наши руки к лицу и поразилась контрасту. Моя ладонь казалась такой узкой, такой хрупкой и светлой в его — смуглой и крепкой. Это было так красиво... Как рисунок акварелью. Я переплела наши пальцы - черное и белое - и залюбовалась. Он усмехнулся, понимая, что меня заворожило, и сжал руку еще сильнее. Я охнула, но почему-то обрадовалась. - Сумасшедшее создание... Это был комплимент. Он склонился, и поцелуй обжег тыльную сторону руки. Я ласково коснулась его волос, пока он выпрямлялся. Винсент! *** Задыхаясь, пытаясь привести мысли в порядок и вытряхнуть остатки этого сна из головы, я сидела, прислонившись к стене. Проклятье! Что мне лезет в голову? Как он это делает? Я ведь не подросток, чтобы мимо проходящий доморощенный маг околдовал меня. Мы редко встречались с другими людьми. Это было опасно и непредсказуемо. Просто пойти и познакомиться в нашем мире было уже нереально. А он был очень необычным человеком. Такая харизма, уверенность в себе, ум, да и внешность... Я и раньше не могла припомнить, чтобы кто-то так быстро произвел на меня такое сильное впечатление. Но этот дурацкий сон заставлял чувствовать себя предательницей. Мне было стыдно. Как будто я сделала что-то ужасное. И я просто боялась спать, боялась, что сон продолжится. Да и рассвет уже брезжил. Так и сидела: ждала, когда начнется этот жуткий день. Утром я не увидела ни Лис, ни Винса. Только Еву, которая отвела меня в туалет, и Бена, который поставил бутылку с водой и вскрытую банку фасоли. Собрались они очень быстро, почти не переговариваясь. Захлопали дверцы машин, заурчали двигатели, и наступила полная тишина. Они меня оставили одну. Невнятная тоска навалилась на меня. Я уговаривала себя, что все могло быть гораздо хуже, что над нами могли издеваться. Время тянулось, и все становилось хуже. Я ведь не видела своими глазами, что они вернули Лис целой и невредимой. Да и меня, в общем-то, впереди ждало неизвестно что. Может, отъехав подальше, они просто прикончат меня в первом же лесочке. Может, Лис уже мертва; может, они ее увезли к себе, а меня бросили. Может, перебили моих людей во время встречи. Или просто не вернутся за мной. Я дернула цепь, и она громко зазвенела. Тихий рык раздался под окном. Я подскочила и выглянула. Ворота были закрыты, но во дворе шаталось трое ходячих. Видимо, моя охрана. А я даже не знала, закрыли ли они двери в дом. Мое вчерашнее спокойствие улетучилось. Я больше ни в чем не была уверена. Удар в дверь заставил подпрыгнуть от страха. Я судорожно заметалась, растянув цепь на всю длину, пытаясь понять, что я могу сделать. Ничего! Я осматривала стену, шарила вокруг, под матрасом, надеясь найти хоть что-то наподобие проволоки, чтобы расковырять замок наручника. Пара соломинок не помогли никак. Меня накрыло чувство, как будто меня похоронили заживо, и паника заставила метаться, рвать эту цепь, подвывая, глотая бессильные слезы. Я сорвалась. Обессилев, прижимая к себе ноющую левую руку, которую, видимо, травмировала, я села под окно и закрыла глаза. Я слышала только свои всхлипы, неровное дыхание и шарканье ходячих во дворе. Я потеряла счет времени и просто сидела, стараясь не поддаваться новому приступу. У Мерла была хотя бы ножовка. Но ему надо было просто подождать, просто поверить в своего брата. И мне надо просто подождать. Время тянулось и тянулось. Я впала в какое-то подобие транса. Заскрипела входная дверь, и раздались тихие шаги. Как же я рада была его видеть. - Эй, что с тобой? - видимо, с моим лицом было что-то действительно не так. - Что с рукой? Винс присел, расстегнул наручник и неожиданно мягко взял меня за запястье, ощупывая. - Чем ты тут занималась? - Я испугалась, - с трудом прошептала я. - Чего? Ходячих? - он нахмурился, глядя мне в лицо. Я покачала головой. - А чего? Ты решила, что за тобой не вернутся? Бросят? Боже, ты настоящая женщина. Впасть в панику на ровном месте. Я же сказал... - он обеспокоенно смотрел на меня. - Ты бы, конечно, героически держался, не сомневаюсь, - пробурчала я, на самом деле дико радуясь, что он вернулся за мной, что меня не забыли. Он насмешливо глянул, как на ребенка, который огрызается: - Ладно, поехали отсюда. Машина за воротами, ходячих я успокоил. Я попыталась встать. Ноги держали не очень хорошо: видимо, выброс адреналина забрал много сил. Я уцепилась за подоконник, покачнувшись. Он что-то буркнул и подхватил меня одной рукой. От него совсем чуть-чуть пахло каким-то парфюмом. Надо же! Кто-то сейчас этим еще пользуется?.. - Держись за меня! В машине придешь в себя, надо уходить. Я взяла себя в руки уже на улице, пытаясь отстраниться. Он хмыкнул и отпустил, но тут же схватил за руку и быстро повел к приоткрытым воротам. Машина стояла в начале поселка, и ему пришлось пристрелить пару ходячих, пока мы шли до нее. Он открыл мне пассажирскую дверь. Сев за руль, он открыл подлокотник и достал оттуда крохотную плоскую бутылку. - Сделай пару глотков, поможет. Настойка с запахом трав обожгла горло. Я закашлялась, пытаясь поймать ртом воздух. - Да, крепкая штука, сразу приводит в чувство, - он смеялся, пока заводил машину и трогался. Вдруг я поняла, что на мне нет больше наручников. Он либо забыл, что было невозможно, либо считал меня безвредной. Он, словно прочитав мои мысли, коснулся пальцами запястья. - Наверное, потянула. Ссадины надо обработать. - Где все? - я уселась поудобнее вполоборота к нему. Дорога предстояла длинная, еще успею шеей покрутить. Убиваться, вцепляясь в руль, или исполнять еще какие-нибудь фокусы на скорости я не собиралась. Он это знал. - Мы отвезли Элис, отдали, забрали выкуп. Ребята ждут в условленном месте. - Хорошо, - я кивнула. Он ехал быстро, сосредоточенно глядя на дорогу. Мне показалось, что мы едем не туда, но я просто пыталась расслабиться, глядя на его почему-то уже хмурое лицо. Меня везут - я еду. Я теперь член другой общины. Осталось познакомиться. - Что хорошо? - вдруг резко спросил он, поворачивая голову. - Что именно хорошо? Колючий взгляд, сжатые губы. Он злился? На меня? - Все вышло по-твоему, и это хорошо. Разве нет? Почему ты злишься? Он резко ударил по тормозам, и машина, клюнув, остановилась посреди дороги. Я успела упереться здоровой рукой в приборную панель. И теперь его лицо выдавало эмоции, которые я так хотела вызвать у него вчера. Раздражение? - Я везу тебя к ним, они ждут, - глухо проговорил он. Я сразу поняла, о чем он, и мое спокойствие как ветром сдуло. Я подскочила. - Ты отдаешь меня?! Моим?! Он кивнул и опять покривился. - Ты передумал? Почему? - я начала задыхаться от волнения. - Успокойся! Все теперь действительно хорошо, - он мягко коснулся моей руки пальцами. - Я слушал тебя и слышал. Я разбираюсь в людях... немного. Ты сбежишь, чтобы доказать... чтобы наказать меня. Я хочу по-другому. Чтобы ты пришла сама. Решила и пришла. Это важно. Но я сделаю еще попытку. Я обещаю, если ты согласишься сейчас поехать со мной... Если тебе не понравится, я сам привезу тебя к твоим людям, когда ты скажешь. Я была тронута, но боялась, что он передумает. Опять передумает. Я схватила его руку. - Если ты это сделаешь... Если сделаешь... - я пыталась найти слова, которые убедили бы его, что он делает правильно, хорошо. Для меня хорошо. Он просто смотрел на меня, а потом, мягко освободив свою руку и грустно усмехнувшись, повернулся к дороге и нажал на газ. Мы ехали молча, и я старалась не выказывать открыто свою радость. Думаю, у меня плохо получалось. Вдруг он снова заговорил. Тихо, вдумчиво: - Если бы я знал, что у тебя там есть мужчина, я бы увез тебя. Дал бы себе шанс, несмотря ни на что. Из тех, кто приезжал из тюрьмы, на эту роль никто не подходит. Слишком мало времени, чтобы уговорить тебя. Или очаровать... Во дворе дома, где мы вас держали, стоит ржавый рыдван. Под водительским сиденьем я оставил для тебя карту и записку. Это не координаты общины. Но если ты захочешь со мной связаться, там написано, как... Мое сердце пропустило удар. Рано было расслабляться. - Ты один? - Да, Рик гарантировал мою безопасность. Встречусь с ребятами в другом месте. - Как называется эта штука, когда заложнику начинает нравится захватчик? - Стокгольмский синдром, - он покосился на меня и улыбнулся. - Я тебе говорил, что ты сумасшедшая? - Да, вчера ты мне поставил диагноз, - я хихикнула, потому что он как-то смешно это сказал. Мило. А может, нервы уже совсем стали сдавать. Я видела, как они появились на горизонте. Пятно на дороге, превращавшееся в две машины и группу людей. Моих людей. Я не могла не улыбаться. Когда я взглянула на Винса, он кивнул и тоже улыбнулся. Он остановился метрах в пятидесяти и обошел машину, чтобы открыть мне дверь. - Иди, ты свободна! - по его лицу уже ничего нельзя было прочесть. Глаза стали холодными. Я смотрела на своих. Они стояли настороженной кучкой, словно ожидая подвоха. Рик, Дэрил, Мишонн, Марк, Гленн и Крис. Мои люди. Он - один. Теперь мне ничего не угрожает. Я повернулась к нему и взяла его за руку. - Спасибо! Ты очень хороший! Пожалуйста, береги себя! Его взгляд потеплел, и еле заметная улыбка, которая вдруг показалась мне очень важной, ценной, появилась и быстро исчезла. Он поднес мою руку к губам и поцеловал. Кожу обожгло дыхание. Я была как в тумане. - И ты! Я шла, почти не различая лиц. Мишонн бросилась навстречу и обняла меня. Она не пахла страхом. Нас обеих обнял Рик. Потом Марк, счастливо улыбаясь, что-то приговаривая, вцепился в меня. Я смеялась, стараясь не расплакаться. Не сейчас. Последним меня загреб Дэрил. Вдыхая родной запах, я закрыла глаза. Я дома. Можно было уже поджать ноги и упасть. Он подхватит и унесет, спрячет, защитит. Он вдруг напрягся всем телом, и его щека, только что прижатая к моей, исчезла. Я подняла голову. Он не отрываясь смотрел на Винса. Я дернулась, чтобы освободиться, но он еще крепче сжал меня. - Дэрил, отпусти меня! - прохрипела я. В следующую секунду он впился поцелуем в мои губы. Это было неуместно, довольно грубо и почти больно. Самое плохое, что я не могла трепыхаться, это было бы просто смешно. Я просто терпела и ждала, когда ему надоест этот спектакль. Спас Гленн: - Ребят, может дома этим займетесь? Дэрил наконец оторвался от меня и выпустил из рук. Шагнув к соседней машине, он забрался на пассажирское сидение джипа и громко хлопнул дверью. Мишонн, обняв меня за плечи, повела в другую машину. Я обернулась. Винсент стоял, облокотившись на дверцу, и смотрел на меня. Черт! Я не хотела, чтобы так все было... Я прикусила губу и кивнула, прощаясь уже окончательно. По его лицу ничего нельзя было прочесть, но мне стало чуть легче, когда он кивнул в ответ. Он умел проигрывать. Как и я.