Право на счастье.

- Я тебе устрою сладкую жизнь, - негодованию Итана не было придела. Он сидел в своей комнате и метал молнии. Встреча с друзьями накрылась медным тазом, но к этой радости добавился и его домашний арест на все выходные. *** - Ты не думаешь, что это слишком, он же ещё подросток и понятно, что он всё воспринимает так бурно. К тому же он не привык тебя делить с кем-либо, а тут я такой нарисовался, да ещё и с чемоданами, - пытался успокоить любимого Том. - А мне кажется, что я его разбаловал. Нет, ну где такое видано! Да что он себе возомнил, щенок! – злости Эрика не было предела. - Ну, хватит, правда. Лучше помоги мне разложить вещи и покажи, на какие полки могу сложить одежду, - решил перевести тему блондин. - Вот, - открыв створку шкафа, сказал Эрик, и взору Тома открылся целый ряд полок и выдвижных ящиков, которые были пусты, говоря о том, что он может ими воспользоваться. - В ванной тоже освободил место для тебя, посмотришь по возможностям шкафчиков, если места не будет хватать – дай знать, я что-нибудь придумаю. - Спасибо, - повис на шее у своего альфы Том, целуя его в щёку. Парень был настолько рад, что просто не смог сдержать своих эмоций. Еще никогда в жизни он не был так счастлив. Судьба подарила ему любимого, пусть и не истинного, но самого замечательного, того, кто любит его и готов ради него горы свернуть, а ещё у них будет ребёнок, их общий ребёнок. На глазах омеги появились слёзы, когда тёплая и такая заботливая рука начала гладить его по голове. - Ну что ты, родной, ведь всё хорошо. А с этим шалопаем я поговорю, не переживай. Касательно моей командировки, то тоже не волнуйся, я же буду в соседнем городе, так что один звонок, и в течение двух часов я буду рядом, - обнял любимого Эрик. *** Ужин был весьма тихим, можно сказать – загробным. Тишина резала слух, даже звуки столовых приборов не облегчали атмосферу. Присутствующие за столом время от времени поглядывали друг на друга: Итан - метал молнии, Том – страдальчески тупился в тарелку, поглядывая на всех из-под до лба, а Эрик был как надзиратель. - Я уезжаю в понедельник, надеюсь, за время моего отсутствия ничего не случится, - прозвучал твердый голос альфы. - А что должно случиться? - с ехидной усмешкой спросил Итан. - Зная тебя – всё что угодно, - Эрик был явно не в настроении. Он все ещё не мог простить сыну концерт, который тот устроил при знакомстве с Томом. - Да ладно тебе, я уже привык жить сам, так что не переживай. - Вот поэтому и переживаю. С этого дня ты будешь жить не сам, – сказал Эрик, пристально посмотрев на сына. - Нет, ну то, что ты живешь тут, я же не отрицаю. Не злись, отец, - улыбнулся омежка и захлопал чёрными ресницами. Итан был маленькой копией отца: смуглая кожа, весьма не приемлема для омег, большие карие глаза в обрамлении пушистых, чёрных ресниц, точёное личико, с пухлыми губками и чёрные волосы, которые доставали до середины шеи с косой челкой, которая слегка прикрывала один глаз. Весь его образ весьма мог походить на альфу, вот только его тело было хрупким и изящным, что сразу подчеркивало его принадлежность к омегам. А еще запах, омежка пах, словно карамельная конфетка, маня своим сладким ароматом. - Я говорю не о себе. А о Томе. - А причем тут эта блонда? – не сдержав язву, выпалил Итан. - Прикуси язык! Я требую, чтобы ты относился с уважением к Тому! Он мой возлюбленный, моя пара! И тебе придется принять это в независимости от того нравится тебе это или нет! – альфа был на взводе. Он всегда становился агрессивным, когда речь касалась его родных и близких, но сейчас ситуация паршивей некуда. Что делать, когда в перепалке главными героями являются твой единственный сын и любимый. - Не нужно, дорогой, - попытался разрядить обстановку Том. - А ты вообще рот закрой! Ты здесь никто! Так залётный, на недельку до второго, и то, не факт, что дотянешь! А пара его умерла еще 13 лет назад! Пара одна единственная и другой быть не может! – выпалил Итан, вскакивая со стула и, словно цепной пес, уставился на Тома. - Да как ты смеешь! – терпение альфы лопнуло, - Пошел вон! Я кому сказал, иди в свою комнату, и пока я не позволю, и носа своего не высовывай! - Вот и уйду! Пусть этот сладеньки-и-и-й, - ехидно протянул омежка, - скрасит твой вечер и успокоит нервы. Может после того, как ты ему вставишь пару раз, то сразу подобреешь. - Ах, ты ж…- но больше ничего не успев сказать, так как Итан вылетел из столовой как ошпаренный и помчался по лестнице. Потом послышался хлопок двери. Эрик плюхнулся на стул и с силой сжал ножку бокала, опрокинув содержимое того одним глотком. Вечер был безнадежно испорчен. Том был на иголках, так как понимал, что завтра - воскресенье, а в понедельник Эрик уедет, что делать он и представить не мог. Оставаться наедине с этим омежкой ему совсем не хотелось. Даже то, что он подросток и не привык делить отца ещё с кем-то, как оправдание, работало весьма плохо. Хотелось выть от безнадежности. Уже домывая посуду, он решился поговорить с Эриком. Уже тогда он знал, что просто не будет, но и отказываться от любимого он тоже не станет. Но главный вопрос оставался не решен. Он так и не знал, как ему быть, когда любимый уедет, да ещё и на месяц. Тяжело вздохнув, он вошёл в кабинет, куда ушёл Эрик сразу после ужина. Нет, он, конечно, предложил свою помощь в уборке на кухне, но Том хотел побыть один и подумать, да и когда нервничал, у него просыпалось дикое желание что-либо делать и чем больше этих дел, тем лучше. Омега открыл дверь и подошёл к креслу, в котором удобно устроился альфа и присел на быльце. - Может мне стоит пока пожить у себя? Аренда за этот месяц проплачена, а когда ты вернёшься, тогда попробуем ещё раз поговорить с Итаном, думаю, к этому времени он все обдумает, и не будет так относится к этой ситуации. - Нет – твердо и бескомпромиссно ответил Эрик. - Но… - Я сказал нет! Ты думаешь, что ты первый, кому он устраивает такие манси? Да он каждого изводил. Нет, в некоторых случаях я ему весьма благодарен, так как он помог избавиться от всякого мусора, который зарился на мои деньги и только, но в данном случае, ему придётся смириться! Я сделал свой выбор и точка. - Да, но… - Ты хочешь быть со мной? - Это риторический вопрос? – удивился Том. - Нет, вполне прямой. - Ведь ты же знаешь, что хочу. Больше всего на свете хочу быть с тобой, хочу иметь семью и, - он запнулся и погладил живот. - Вот это меня тревожит больше всего, - произнес уже заботливым голосом альфа, притягивая свою омегу ближе и усаживая к себе на колени, - я боюсь, что ты будешь нервничать и переживать из-за этого сорванца. Но и ты пойми меня, я не смогу всегда ограждать тебя, - печально добавил он. - Я понимаю. - Тогда попытайся. Я знаю, ты сможешь, я в тебя верю, - шепотом в губы произнес Эрик и запечатлел легкий поцелуй на столь желанных губах. Все, что мог сейчас Том – это ответить на поцелуй, уговаривая себя, что он со всем справится. *** Воскресенье прошло незаметно и пугающе быстро. Итан, после долгого разговора, помирился с отцом, обещая, что будет вести себя достойно. И вот всё новоиспеченное семейство стояло на крыльце у парадного входа, давая друг другу наставления и прощаясь на долгий месяц. Когда машина Эрика скрылась из виду, маленький монстр повернулся к Тому и сказал: - Ну что, папочка, держи штаны крепче, - с этими словами омежка развернулся на пятках и пошёл в дом. Том вздохнул и погладил живот. «Этот месяц будет весьма не простым и, походу, очень длинным» - подумал он, закрывая за собой дверь, и слыша, как из комнаты Итана доносится какофония, которую он называет музыкой.