Кровь Гримма

Она сидит в столовой, Пит понимает это, стоит ему сделать несколько шагов по коридору, попутно бросая ключи на одну из тумбочек. Неловкое чувство вины скребется где-то в уголке сознания, когда он нерешительно останавливается в проходе, не зная, что сказать в свое оправдание. - Прости, - тихо произносит он, не отводя взгляда от сидящей за столом девушки. Спина идеально выпрямлена, и тонкие хрупкие ключицы выглядят трогательно и невинно. За плечами, в окне, виднеются сверкающие звёзды. Её тёмно-серые глаза ничего не выражают, и кажется, будто их затянули плотные сизые тучи. – Мне действительно очень жаль, что я так опоздал. - Это твоя работа, - кивает она, медленно поднимаясь на ноги и оборачиваясь к окну. Висящая справа на стене картина будто насмехается над происходящим: пара на ней сплелась в страстном танце. – Я понимаю. Но… это сложно – ждать, зная, что каждую секунду тебе может грозить опасность… Пит подается вперёд, половицы едва слышно скрипят под ногами, а по губам обернувшейся темноволосой девушки скользит грустная улыбка. Тёмно-серое атласное платье подчеркивает её фигуру, и хочется подойти ближе, забыв обо всём, и притянуть её к себе. - Я боюсь, что однажды ты не вернешься, - она говорит тихо, словно сами слова причиняют ей боль. – Пит, ты… - Я вернусь, - твердо отвечает он, не позволяя ей завершить фразу, и делает последний шаг, уничтожающий разделяющее их пространство. Его рука ложится ей на талию, и девушка сама льнет к нему, оплетая гибкие руки вокруг его сильной шеи. Дыхания смешиваются, незримым облаком повисая меж ними. Мгновение – и губы встречаются в мягком, легком поцелуе. – Гриммы довольно живучи, знаешь ли. На её лице появляется улыбка – на этот раз в ней нет грусти, словно её обладательница вырывается из оков мрачного сна и вдыхает жизнь полной грудью, предлагая ему разделить это мгновение с ней. - К пороху я привыкла, но цемент… - она усмехается, проводя языком по губам, и в потемневших глазах появляются искорки веселья. – Необычно. - Прости, - повторяет Пит, нехотя разрывая объятия и отступая на шаг. – Убийца скрывался на заводе, а стоит зайти туда, как пыль въедается в кожу моментально. - Ничего, - девушка смеется в ответ на прозвучавшее в его голосе искреннее сожаление. Она подходит ближе. Высокий каблук, вопреки всему, не помогает ей преодолеть разницу в росте, и Пит, непонимающе моргая, смотрит на нее сверху вниз.– Плевать. Она вновь целует его – настойчиво, требовательно, словно желая возместить те два томительных часа ожидания и десятки, сотни – прежде. Пит ощущает, как она цепляется за его плечи, проводя по ним пальцами, и эти прикосновения обжигают даже сквозь ткань рубашки. Нежные подушечки её пальцев касаются его волос в тот самый миг, когда из его груди вырывается полурык-полустон. Знакомые изгибы фигуры под руками, скрытые плотной тканью платья, - так притягательны, но он все же отрывается, прерывая поцелуй и всматриваясь в отражающееся пламя свечей в темно-серых глазах напротив. - Я в душ, а ты… - Разогрею ужин, принесу вино обратно и буду ждать тебя, - соглашается она, улыбаясь, и протягивает руку, чтобы смахнуть незримую глазу цементную пыль с его щеки. – Десять минут, не больше. - Пять, - отвечает он, склоняясь и легко целуя её в уголок губ. – Слово детектива. Возможно, завтра он снова будет думать о том, что зря подпустил к себе кого-то настолько близко, подвергнув жизнь невинного человека бесконечному риску, возможно, когда-то ему придется корить себя за этот непозволительный поступок, но сейчас.… Сейчас, глядя на то, как она открыто и искренне ему улыбается, как тепло и влюблено смотрит на него, он может думать лишь о том, что больше всего на свете хочет, чтобы она оставалась рядом как можно дольше. Очнувшись, Пит тяжело дышит, пытаясь схватить пальцами клочки ускользающего сна, окутывающего своей теплой атмосферой. Девушка, которую он видел в своем кошмаре три дня назад, нисколько не изменилась – темноволосая, с темно-серыми, глубокими глазами и кажущаяся одновременно такой знакомой и столь чужой. Что это? Отголоски туманного будущего – ещё один дар, как тот, что позволяет увидеть вред, причиненный существом, при соприкосновении. Или же что-то другое? Видел ли он её прежде? Он задумчиво приподнимается на кровати, только сейчас заметив, что спал в джинсах и рубашке, расстегнутой на несколько пуговиц. Мысли беспорядочно кружат в его голове, будто подгоняемые порывами сильного ветра, и пару минут спустя Пит понимает, что никогда раньше не видел её. Почти феноменальная память на лица не позволила бы забыть столь привлекательную девушку. Сердце пропускает удар за ударом, и в царящей в комнате тишине они слышны особенно отчетливо и, кажется, эхом отражаются от стен. Встряхнув головой, Пит вновь откидывается на подушку, вглядываясь в потолок и пытаясь вспомнить события вчерашнего дня. Рука неосознанно тянется к щеке, касаясь пальцами пластыря, скрывающего обработанную неглубокую царапину. Силы на то, чтобы сделать это, он все же нашел. Пит хмурится, но в следующую секунду вспоминает, что первый сон с таинственной девушкой он видел до того, как схлестнулся с ведьмой. Возможно, даже способности Гримма здесь ни прич ём – это обычный сон, чей-то образ, случайно выхваченный когда-то взглядом на улице и не стершийся из памяти. Почти уверившись в этой простой, рациональной мысли, он вздыхает, переведя взгляд за окно и вглядываясь в иссиня-черное, ночное небо. Несмотря на то, чем бы ни были вызваны эти сны, Пит вдруг понимает, что хотел бы увидеть эту девушку снова. - Кто же ты такая? – хрипло произносит он, прикрывая глаза. Усталость вновь наваливается на него, окутывая плотной пеленой, а веки словно наливаются свинцом. Уже минуту спустя он проваливается в сон.

***

Звук дверного звонка разносится по всему дому, заставляя детектива судорожно вздрогнуть и подскочить на постели. Несколько долгих мгновений Пит озадаченно моргает, пока звон не повторяется вновь. Он спешно тянется к стулу в поисках халата, но, переведя взгляд вниз, замечает, что, вернувшись от ведьмы, завалился спать, так и не раздевшись. - Иду, - бормочет он, обращаясь скорее к себе самому, чем к раннему гостю, продолжающему измываться над звонком. Оправив рубашку, Пит застегивает одну из пуговиц, поправляет воротник и едва не падает. Удивленно посмотрев на стоящий прямо посреди гостиной стул, он хмыкает, тут же морщась от головной боли – очередная волна мелодичного перезвона проносится по первому этажу. - Да? – не скрывая раздражения и открыв дверь, он выглядывает за порог, от всей души надеясь, что причина, из-за которой прервали его отдых, очень весома. – О. Джоанна проскальзывает в обшитый деревянными панелями коридор, окидывая его с ног до головы взволнованным взглядом. - Ты в порядке? – протягивает ведьма, даже протягивая руку, чтобы коснуться его предплечья. – Я видела, как Марс уехала полчаса назад на забитой вещами машине, подумала, может она что-то сделала с тобой? - Я в порядке. Только небольшая царапина, - зевнув, отвечает он, слегка улыбаясь тому, как Джоанна снова касается его руки – только теперь немного выше. – Оливия Марс больше не причинит никому вреда, можешь не беспокоиться. Ведьма неверяще хмурится, но ничего не говорит, следуя за ним на кухню. - Кофе? – интересуется он, вспоминая, наконец, о гостеприимстве и прогнав прочь остатки сна. Дождавшись положительного ответа, Пит ставит турку на огонь, доставая из подвесного шкафчика две чашки. – Как там Марджери, ей уже лучше? – вспомнив имя жены древогрыза, спрашивает он. - Лучше, - эхом отвечает Джоанна, прислоняясь к стене и внимательно наблюдая за его действиями. Пит чувствует её взгляд кожей, даже когда поворачивается к плите. – К вечеру уже будет полностью здорова, я зайду к ним к обеду с ещё одной порцией зелья… Ставя фарфоровые чашки рядом с кофейником на поднос, он оборачивается к ведьме, замечая, что она с любопытством оглядывает его кухню, и не зная о том, что всего миг назад она отвела не менее заинтересованный взгляд от него самого. - Спасибо тебе за помощь, - произносит он, улыбаясь и кивая головой в сторону коридора. – Идём. Было не слишком странно помогать тем, кто всего двадцать минут назад напал на тебя? Вошедшая за ним в столовую ведьма становится неожиданно серьезной, благодарно принимая протянутую ей чашку, и отвечает: - Знаешь, их можно понять. Навреди так кто-то моим близким, я бы тоже потеряла голову. Более того, очень сложно отказать Гримму, - она делает крошечный глоток, неотрывно смотря на него. Кофе обжигает, но даже он не может сравниться со ставшим вдруг пылким взглядом ведьмы. Когда Пит отнимает край чашки от губ, Джоанна оказывается всего в шаге от него, а её чашка стоит на столе. - Ты… Её дыхание касается лица – смесь свежести мяты с корицей, а её губы почти касаются его подбородка. Боясь, что подошедшая ещё ближе ведьма выбьет чашку из рук, Пит ставит её на стол, незаметно отступая на шаг. Краем зрения он замечает ту самую картину, и поцелуй из сна заставляет прикрыть глаза всего на миг. - Сложно отказать во всём, - шепчет Джоанна, касаясь его губ, но тут же судорожно вздыхает, когда он прерывает поцелуй, мягко, но решительно отталкивая от себя. – О, понимаю. Чем я вообще думала, ты ведь видишь мое истинное лицо – тебе даже смотреть на меня противно, что уж говорить о большем… Я – отвратительна. По её лицу идёт рябь, на тонких губах появляется горькая усмешка, искажающая их. - Нет, это неправда, - перебивает он, не отводя взгляда и с трудом сдерживаясь, чтобы не измениться в лице. Резкие, хищные черты исчезают, уступая место обычным, человеческим, и с каждым его словом в карих глазах Джоанны появляется неверие. – Ты не ужасна. Ужасна та, кто поддалась инстинктам своей сущности и принесла окружающим одни лишь страдания. - Ты правда так считаешь, Гримм? - Да, - отвечает Пит, ободряюще улыбаясь ей. – Но не думаю, что нам стоит… - Да, прости, - не дослушав, соглашается Джоанна, кивая головой. – Мне не нужно было тебя целовать. Она берёт в руки чашку, делая несколько глотков, и начинает нервно крутить её в руках, прежде чем задать вопрос, который, как ему кажется, она хотела озвучить, едва переступив порог его дома: - Что ты сделал той ведьме? Пит хватает свою чашку и подносит её к лицу, чтобы скрыть вздох облегчения. Судя по тому, как ведьма быстро сменила тему и уже не выглядит такой уж расстроенной, он понимает, что произошедшее минутой назад было не более чем всплеском чувств, её секундным влечением к нему. Несмотря на то, что многие из книг, находящихся в подвале, он ещё даже не открывал, Пит ясно усвоил из уже прочтённого, что хуже влюбленной в тебя ведьмы ничего нет. - Лишил её колдовских сил, - твердо отвечает он, видя, как широко распахиваются глаза Джоанны, а пальцы, сжимающие чашку, вцепляются в неё ещё сильнее. – Кровь Гримма имеет определенную власть над некоторыми существами, а мисс Марс имела неосторожность укусить меня в ответ на поцелуй. Джоанна молчит, недоверчиво глядя на него, но, видя, что он не шутит, моргает. - Не стоит целовать Гримма, вполне возможно, что это ловушка, а внутреннюю сторону его щеки покрывают крошечные порезы, или и вовсе просто прокушена губа… Он усмехается, примиряюще поднимая ладони, и наблюдает за тем, как ведьма обходит стол, опускается на стул, и сделав несколько глотков, полощет рот кофе. Закончив, Джоанна поводит рукой, и кофейник взвивается в воздух, расплескивая из носика остатки темной жидкости по подносу. - Прости, - тут же извиняется она, очередным взмахом заставляя кофе исчезнуть. – Просто у тебя действительно прокушена губа, и хоть я и не чувствовала привкуса крови, но… Пит кивает, подходя к столу и, допив кофе, ставит чашку на поднос. Отставив стул, он опускается на него, смотря на над чем-то размышляющую, самую необычную ведьму из тех, что он видел. - После того, как я… - произносит она минуту спустя, указывая пальцами на свои губы, а затем – на него, и смущенно продолжает: - Мы ведь друзья? У меня их не так много, тем более таких, как ты. Когда он с улыбкой слегка склоняет голову вперёд, на губах Джоанны появляется широкая ответная улыбка, а продолжающий кружить в воздухе кофейник от её эмоционального всплеска падает на пол, разбиваясь о паркет десятками осколков.