Чего только не бывает в другом мире!

Всю ночь Телегей мучали кошмары. Она вспомнила, чем закончилась поездка на Иссык-Куль. Произошла страшная авария. Шизуй помнила грохот, как что-то очень большое и тяжелое упало с неба прям перед автобусом — судя по всему, начался камнепад, после которого раздался страшный звук, будто стекло взорвалось. А затем её окутала омерзительная боль, этой ночью вспомнившаяся телу судорогами. «Возможно, один из камней упал прямо на автобус, именно туда, где сидели мы… А вдруг я смогла перейти в этот мир, а Арууке и Айдай… не смогли?» Тёмные мысли посещали младшую Колоонзо, впервые проснувшуюся ни свет ни заря, в ненавистные шесть часов утра. Солнце выплыло из-за горизонта и постепенно своими лучами посылало тепло на шинобивскую землю. Таких птиц, что сейчас вовсю летали по небу, сидели на деревьях и пели свои песни, не водилось, а точнее, таких видов и вовсе не существовало в том мире, откуда прибыла Шизуй. В мире, в котором сейчас протекал двадцать первый век, а не застыло средневековье. Телегей целый час плевала в потолок, размышляя обо всём и ни о чём. Киоши дрых на полу, изредка что-то мыча себе под нос. Устало вздохнув и собравшись с силами, Шизу покинула теплую кроватку и как можно тише зашагала в ванную комнату. Она дошла до двери, как вдруг остановилась, заметив кое-что очень знакомое. «Сумки? Моя и Мицуми?» Ей действительно не показалось: на письменном столе Киоши лежали две сумки. От вчерашнего глубокого стресса Шизуй позабыла о них, а теперь, в два прыжка оказавшись возле стола, она схватила своё добро и пиратом поскакала в ванную. Там Тюка приземлилась на коврик, открыла сумки и выпотрошила на пол все находящиеся там вещи. Пара наушников, солнцезащитные очки, пустая записная книжка, ручка, два кошелька, спиртовые салфетки, ключи, расчески, зеркало, заколки и, конечно же, два айфона с необходимыми для них зарядками. Половина вещей принадлежала Айдай. Телегей предположила, что в автобусе, не заметив на себе свою сумку, заграбастала себе похожую чужую. Не долго думая, точнее, вообще не думая, Шизуй разблокировала свой телефон и по привычке попыталась выйти в интернет. «Нет сети» — чего и следовало ожидать. «Жалко… Гляди так и до Ику бы дозвонилась…» — наивно подумала она и обречённо вздознула. ― Шизуй-чан? ― Тюка вздрогнула. За дверью неловко топтался парень.― Ты там? ― Я тут, Киоши… э-э-э… кун. ― Непривычные суффиксы горчили ей язык. ― Выйду через минут… полчаса… ― Да-да, м-можешь не спешить! — По нервному, смущённому голосу Шизуй поняла, что парниша никогда ранее не приводил девушку в дом, что и было очевидно. Вспомнив о дурной, более не актуальной кыргызской традиции а-ля «привёл в родительский дом — женись!», Колоонзо поморщилась и, собрав вещи, взялась за водные процедуры. ― Доброе утро! ― поприветствовала семейку Телегей, когда зашла на кухню, пускай её утро и не было таким уж добрым. Хозяйка встретила её с радостным лицом и ароматным, пока ещё готовящимся завтраком на плите. Тюка села за низкий столик напротив Иошикэзу. ― Как спалось, Шизуй-чан? Она вспомнила о своих кошмарах и пожала плечами: — Хорошо, спасибо. ― Вот и отлично, ― довольно улыбнулся Иоши. — Часов в одиннадцать мы с тобой уже можем выехать. Акёми подала завтрак. Шизуй с натянутой улыбкой смотрела на глубокую тарелку с супом и плавающей в нём зеленью. Она была знакома с японской кухней, но получать с утра пораньше бульон с овощами было выше её моральных сил. Но ещё выше оказался этикет, потому Тюка с непробиваемым лицом кидала в пустой желудок имбирь, грибы и рис. Она ещё не дожила до обеда, а уже успела заскучать по кыргызским мясным блюдам, которых, увы, в этом мире больше не попробует. Через несколько минут прибыл Киоши, и на кухне завязалась беседа. Шизуй без подробностей и красочных описаний рассказали, как жестоко были вырезаны все ближайшие родственники Иоши и Акёми за то, что укрыли у себя беглеца. Убийцами были шиноби Скрытого Листа — «люди в звериных масках», как сказал глава семейства, похлёбывая бульон. Телегей поняла, что речь идёт об АНБУ или Корне и с будничным раздражением подумала: «Ох уж эта Коноха!». Страх и ненависть к ниндзя навсегда поселилась в сердцах этого семейства, и Шизу не могла их винить. Когда трапеза закончилась, Тюка под шумные отрицания Акёми всё же помыла посуду, а после решила прогуляться, захватив любовь своей прошлой жизни — наушники и телефон. — Я пойду с тобой! — воскликнул Киоши и замялся, когда ему задали простой вопрос: «зачем?». — Ведь там… — он стушевался, не в силах сразу придумать предлог, и покраснел. — Опасно! Но Шизуй хотела побыть одна и она ушла одна. «Опасности» предстали в виде чахлого сарая и конюшни. Тюка, качая головой, тихо посмеялась: — Мал ты для меня, Киоши, мал… Да и мне нравятся парни постарше… — Первым, о ком она подумала, оказался не её любимый голливудский актёр, а красноволосый кукловод из воспоминаний четырёхлетней давности. Шизуй в задумчивости зашла в конюшню. Здесь было грязно и неприятно пахло, но иномирянке с её любовью к копытным животным было всё равно. В ушах играла славная мелодичная песня, и Тюка, шевеля губами под стать тексту, подошла к лошадям. ― Ну, здрасьте, ― улыбнулась она им, стоящим каждая в своём загоне. Телегей обожала лошадок и с раннего детства вовсю скакала на пони. Она подошла к белоснежной кобылихе и погладила её по морде. Лошадь фыркнула не со зла и продолжила флегматично стоять. ― О, Шизуй! ― Иоши, заметив гостью, направился к ней. — Я-то тебя и искал! Плавная музыка наполняла сердце девушки любовью, но не давала услышать криков мужчины. Ему пришлось положить свою ладонь ей на плечо, чтобы заявить о себе. Она здорово испугалась и, над чем они потом вместе посмеялись, вскрикнула от неожиданности. ― Что это у тебя? — Он указал на наушники, которые Шизу с себя поспешно сорвала. ― Это для слуха, — Телегей снова пустила в бой стратегию с широкой улыбкой. Ей продолжали верить. — Я плохо слышу, а эта штука позволяет мне… — На этом фантазия закончилась. Она скорее сменила тему: — Так что вы там сказали? Когда мы отправляемся? Иоши простодушно ответил: ― Я планировал в одиннадцать, но, думаю, можем отправиться и пораньше. Поедем на лошадях. ― А они не замёрзнут? ― помня об их первом холодном пункте, спросила Тюка и прикоснулась к носу той же самой белой лошади. ― Ох, Ками, нет, ― Иошикэзу рассмеялся. ― Я уже много раз ездил на них в Страну Мороза. Особенно на этой красавице! Как она тебе? ― Да, красивая, ― улыбнулась Шизу. ― Беленькая такая, спокойная. У неё есть имя? ― Я называю её Пургой. ― Пурга? Звучит круто. Могу я поехать на ней? ― Конечно. Думаю, отправимся через час. Иди, собирайся. Попроси у Акёми тёплых вещей, а то, гляди, не переживёшь ты в своей одежде мороз! Шизуй оглядела себя. Футболка и джинсы действительно выглядели не особо пригодно для минусовой температуры. ― Она у тебя очень странная. — Иоши имел в виду броский цвет и принт. — Неужели в Амегакуре все так одеваются? ― Конечно. Это стильно, модно, молодёжно. ― Что же, мне не понять. Может, это из-за того, что я ничего не знаю об Аме — это ведь закрытая страна. «Закрытая? Как это?» ― Верно. Мы, амегакуровцы, такие… ― Шизуй натянуто улыбалась. — Непонятные, как и наша страна… ― Ладно, хватит с тебя болтовни. Иди уже. ― Хай. Телегей вернулась в дом. И без указаний мужа Акёми сердобольно дала девочке тёплые вещи, и оттого единственным делом для Шизуй осталось лишь забрать сумки — свою и подруги из комнаты Киоши. ― Уже уходишь? ― Парень вскочил с кровати. ― Да. Мне нужно домой. ― Тюка с болью поняла, что эта миссия для неё невыполнима. Она никогда больше не попадёт обратно в Кыргызстан. ― Спасибо за всё. Он хотел что-то сказать, но так и не осмелился. Лишь засмотрелся на иномирянку и, поникнув, кивнул в ответ. Минул час. Иоши ждал на крыльце. Позади него копошились две лошади: одна темно-коричневая, другая белая ― Пурга. Пришло время прощаться. Иошикэзу махнул жене и сыну рукой, заверив, что скоро вернётся. Телегей только кивнула, в мыслях отмечая, как это не по-кыргызски ― прощаться без поцелуев и даже объятий, ― поблагодарила добрую семью и, запрыгнув на свою лошадь, умчалась в будущее.

***

― Ненавижу-у-у… ― Шизуй постукивала зубами от холода. ― Этот-т… г-гребаный… мир! ― Ты что-то сказала? ― Из-за мощного ледяного ветра Иоши ничего не услышал. ― Ненавижу-у-у! ― ругала это место Тюка. ― Что-о-о? Что говоришь? Ты вообще как там? Нормально всё? ― Божественно, Иоши-сан! Прекрасно! Погодка просто супер, в самый раз под моё настроение! ― Что-о-о? С того самого момента, как Иошикэзу и Телегей выехали на лошадях из дома, прошло около пяти с половиной часов. Они недавно оказались на территории Шимо но Куни ― Страны Мороза. Название страны оправдало себя, было и вправду морозно. Шизуй не заметила, когда именно начался снег. Ну ладно, снег так снег: и во Франции, и в Кыргызстане тоже снегопады бывают. Поэтому Тюка промолчала, спокойно ехала верхом на лошади и наслаждалась прохладной, но завораживающей погодой. Но когда всё это переросло в нечто более масштабное, а именно в настоящую суровую пургу, Колоонзо пожалела, что переродилась в этом мире. Ветер вперемешку со снегом давал бедной иномирянке пощёчины. Курточка со свитерком, данные Акёми, никак не спасали ситуацию. Тюке было адски холодно. ― Глупая Мицу! ― Шизуй бросалась ненавистью направо и налево. ― Если бы она не предложила ехать на это чёртово озеро, мы бы сейчас втроем сидели в кофейне и пили горячий шоколад. Но нет же! Надо было уговорить нас! И теперь что? Я еду на Пурге в пургу в нарисованном японцем мире! ― Что ты сказала? Я из-за ветра не слышу! ― прокричал Иоши, вырвавшийся вперёд. ― Говорю, что ненавижу этот мир! ― Что-о-о? Ты хочешь рыбий жир? Тюка глубоко вздохнула и оттого закашлялась. Она уже была сыта по горло холодом. Когда отпустило, Колоонзо вновь насупилась и, пряча лицо в шарфе, чтобы ветер не хлестал его, продолжила бурчать себе под нос не самые лестные слова в адрес чужого мира. А Пурга всё шла в непрекращающуюся пургу…

***

― Ты там как? — обеспокоенно кричал Иошикэзу. ― Ветер усилился! ― А я и не заметила! ― закричала сарказмом Тюка. Мужчина ничего не услышал. ― Мы уже несколько часов в пути! Нужно остановиться и отдохнуть! ― Зде-е-есь?! ― Телегей нисколько не привлекал толстый слой снега на земле. ― Прямо здесь?! ― Я говорю, что нужно остановиться и отдохнуть! Мы зайдём к Моширо! ― Кто такая Моширо? ― Я сказал, что мы зайдём к Моширо! ― Я поняла, но что за Моширо? Как далеко она?! ― Моширо-о-о! ― срывал голос Иоши, а после, вспомнив, ругнул себя: ― Точно, забыл, у неё же проблемы со слухом… ― И поехал дальше, не внимая вопросам кричащей Шизуй. Через какое-то время Шизуй и Иошикэзу подъехали к деревянному домику. В окнах горел свет. Из трубы, что находилась на крыше, вовсю валил дым. Они слезли с лошадей, и Иоши повёл животных куда-то за дом, а Колоонзо велел побыстрее заходить в дом и ждать его там. Телегей походкой пингвина доковыляла до большой входной двери. Все конечности отмёрзли ― даже руку поднять, дабы постучаться, не получилось. Благо, Шизуй повезло: её увидели из окна и в нужное время открыли дверь. ― Тепло-о-о! ― Иномирянка с усладой ввалилась в дом. Мужчина, пустивший её, поспешно закрыл дверь и завопил: ― Совсем сдурела, девчонка, в такую погоду шастать?! Тьфу, больная! ― Неправда! ― обиделась было она, но прервалась: ― Апчхи-и-и! Шизуй, игнорируя крики хозяина дома, усатого мужичка в свитере, припала к батарее, как котик. Моширо со злостью дивился ненормальной гостье, как вдруг снова раздался стук в дверь. Иоши отвёл лошадей в укреплённый сарай и теперь тоже просился в дом. ― Моширо! ― Внутрь таким же, как иномирянка, пингвином зашёл Иоши. ― Иошикэзу! ― радостно поприветствовал друга детства усатый. ― Ты чего так неожиданно заявился? Давай, проходи, погрейся! «Так Моширо не женщина…» — понятливо закивала Тюка. Потребовалось полчаса, чтобы гости отогрелись. До сих пор подрагивая от холода, они вместе с Моширо сидели за столом и, трясущимися руками держа кружки, пили чай. ― Иоши, кто эта юная леди? ― Усатый прищурился. ― Неужто невеста твоего Киоши? Телегей поперхнулась и, подавляя кашель, хрипло издала: ― Да вы чего… Я слишком… Я же слишком Колоонзо для него… кхе-кхе! ― Что-о-о? — У друзей детства явно было много общего. Тюка изобразила на лице измученное простодушие. ― Говорю, меня зовут Шизуй Колоонзо. ― Твоё имя и клан мне также ничего не говорят! — выкинул Моширо, откидываясь на стуле. Своими длинными утончёнными усами и старикашеским характером он походил на вышедшего на пенсию дерзкого матадора, но Шизуй с еле подавляемой улыбкой сравнила его с Сальвадором Дали. ― Она из Амегакуре, ― полушёпотом открыл Иоши страшную тайну. Затем прибавил звук: ― Каким-то образом оказалась в Стране Молнии, вот, помогаю девочке добраться до дома. ― Из Страны Дождя? — Усатый приблизился к столу грудью и вытянул, как гусь, шею, чтобы получше разглядеть иномирянку. ― Видел я шиноби из этой страны. Не похожа ты, Шизуй Колоонзо, на них. ― Да я это… не шиноби. Я гражданская. — Шизуй пошла в лживую атаку с улыбкой. — Гражданка. Гражданинка. Обычная. ― Не шиноби, значит? Вот оно как… ― Моширо недоверчиво хмыкнул, а затем снова откинулся на стул, скрестив руки. Поверил. ― И какая же она, Страна Дождя? ― Мокрая… ― Колоонзо пожала плечами. ― Имею в виду, какая она изнутри? ― И там тоже мокрая… — Кроме того, что в стране Пейна есть высокие башни и непрекращающийся дождь, Шизуй ничего не знала. Начав мяться от подобных вопросов, она пошла в нападение: — А зачем вам это вообще знать? ― Любопытно, ведь я никогда не был в Аме, ― признался Моширо. ― Да и не побываю. Страна закрытая, чужих не пропускают. Насколько знаю, Ханзо Саламандр лично следит за всем этим. Иоши и, как ни странно, Шизуй в удивлении дёрнули бровями. ― Это так правителя зовут, что ли? ― Иошикэзу тоже не ведал. ― Естественно! Старина, как это можно не знать? ― Усатый захохотал. ― Ханзо ― один из самых сильных и опытных ниндзя. Очень известная личность. Не думал, что ты не в курсе. ― Я не разбираюсь в ниндзя, как и в «белых пятнах» на карте, — буркнул мужчина, намекая на закрытость страны. Тем временем у Шизуй кипела крыша: «В смысле Ханзо правитель Аме?! С какой стати ему сейчас править страной? Я думала, он давно того… А Пейн что, получается, вообще не при делах сейчас?!» ― Ты когда-нибудь видела его лично, Шизуй? ― Приятели воззрились на девушку. ― Да нет… — Она замялась. — Никогда лично его не видела. — А что там с войной? ― С войной? ― Телегей чуть ли снова не подавилась. Сюрпризы о её «доме» не переставали заканчиваться. ― В Амегакуре ведь гражданская война уже который год идёт, — подозрительно хмурился усатый. — Разве нет? ― А, война… Да, хорошо идёт! ― Тюка мысленно хлопнула себя по лбу. ― То есть… Да, война у нас продолжается. Но, надеюсь, всё скоро закончится. На самом деле, давайте-ка сменим тему. ― Да, хватит с тебя вопросов, ― произнес Иоши, кладя чашку уже допитого чая на стол. «Какая ещё к Пейну война?! ― Шизуй сокрушалась в мыслях. ― В каком я, черт возьми, отрезке времени? Сколько сейчас лет Наруто? Какой правит Хокаге? Нужно срочно разузнать это, тогда всё точно прояснится…» ― Мы долго ехали без перерыва, не помешало бы и отдохнуть чуток… ― принялся договариваться Иоши. ― Моширо, не приютишь нас с Шизуйкой до завтрашнего дня? «Сальвадор» махнул рукой, мол, делайте, что хотите, мне до лампады. Иошикэзу, смеясь, похлопал друга по спине. Тюка в благодарность издала скромный поклон — тело и рефлексы подействовали без её ведома — и от этого замерла в диком ступоре. ― Впрочем, вы не единственные гости сегодня, — лениво и устало проговорил Моширо. — Ко мне часа четыре назад пожаловали шиноби, довольно шумные, я вам скажу. Очень странные люди. Даже немного жутковатые. ― Шиноби? ― Иоши омрачился. ― Что же, надеюсь, мы с ними не пересечемся. ― Вы можете поселиться в третьей комнате. Помнишь ведь, где она? ― Конечно. Ладно, спасибо за чай. Мы, наверное, пойдем. Они встали из-за стола и вышли в коридор. Шизуй насчитала в нём восемь дверей. Судя по всему, дом Моширо был чем-то вроде гостиницы для путников в Стране Мороза, платной или нет — Тюка не стала спрашивать. Вторая дверь с конца оказалась их конечным пунктом. Комната не представляла из себя ничего особенного: два футона и шкафчик. ― Переночуем здесь, а завтра с новыми силами отправимся в путь! ― Мрачный Иоши исчез, оставив бодрого себя. Изнеможённая этим миром Шизуй не разделяла его бурного потока энергии и еле стояла на ногах. ― Нам нужно всего-то дойти до границы и пересечь Страну Горячих Источников. После мы и окажемся в Стране Огня… ― Ага, «всего-то», ― протянула Тюка. ― Так «мало». Подумаешь, две страны надо пересечь на лошадях. Да я так каждое лето делаю — моё скрытое хобби. ― Не зазнавайся, а лучше иди ложись спать. Лично я сейчас так и сделаю! ― С преогромной радостью! ― Телегей едва воздержалась от саркастичного реверанса. ― А где здесь ванная комната? ― Она в коридоре. — Иоши загоготал над исказившимся в ужасе лице иномирянки. — А ты думала у каждого будет своя личная ванная? Это тебе не Амегакуре! Здесь на всех жильцов — только одна! Шизуй ничего не ответила, лишь с глубоким вздохом закатила глаза, спрашивая потолок, когда же этот ужас закончится и она наконец проснётся, и потащилась в коридор. Найти нужную дверь не составило труда: среди всех тёмно-коричневых она выделялась серой покраской. У Тюки не было зубной щётки и пасты, но и это её не огорчало. Главное — просто смыть со своего сникшего лица весь этот день. Потому она, схватившись за ручку, дёрнула дверь на себя и зашла внутрь. Однако там уже кто-то был. — У-у-упс! Сорри! — вырвалось из Колоонзо по рефлексу. — То есть… Извините! Я это… не знала, что здесь занято… В небольшой комнатке перед раковиной стояла девушка возрастом на пару лет младше иномирянки. Шизуй удивилась её длинным каштановым волосам, которые, в отличие от её джирайевских не торчали во все стороны света. Незнакомка была в белой футболке и красных штанах — она, как видимо, тоже готовилась ко сну. ― Ничего, ты не виновата, здесь дверь просто не закрывается. Замок сломался, уф! ― зло выговорила она. ― Заходи. Тоже умыться нужно? ― Ага. Пока Шизуй умывалась, девушка возилась со своими волосами и спустя долгие минуты наконец смогла сплести два милых пучка. Тюка наблюдала за ней краем глаза и думала, что знает её, но никак не могла вытащить из памяти имя. ― Выглядишь усталой. Тяжёлый день? — Незнакомка, в свою очередь, тоже успела глянуть на бледную иномирянку. Та кивнула. Водные процедуры закончились. Девушки вышли из ванной комнаты. — Давно здесь? Шизуй промямлила: ― Нет, час назад где-то приехала с одним дядькой. ― Везёт, а я вот с чудилами прибыла… Знала бы ты, как они меня достали! Телегей признала этот момент подходящим для нормального знакомства: ― Я, кстати, Шизуй. Шизуй Колоонзо. ― А я Тентен Такахаши! ― Девушка мило улыбнулась. И Шизуй улыбнулась, побледнев. ― Выглядишь совсем никакой, — побеспокоилась Тентен за самочувствие как громом поражённой иномирянки. — Думаю, уже время спать. Встретимся завтра! Куноичи Скрытого Листа и ученица Майто Гая — небезызвестного джонина в зелёном трико — в одном лице скрылась за дверью своей комнаты. Кто знает, сколько минут Телегей смотрела в бесконечность, прежде чем смириться со всем происходящим и зайти в свой номер. Иошикэзу уже давно дрых — Шизуй решила взять пример у старшего. Она плюхнулась на кровать, не переодеваясь, и в чувствах отключилась.

***

― Какого чёрта… ― сквозь зубы прошипела Телегей, проснувшаяся с раздражением и головной болью. Кажется, это стало делом привычки — встречать утро со злым настроем. Хотя утро давно миновало, уже был обед. Однако у Тюки по жизни были проблемы со внутренними часами и расторопностью, потому она ещё долго дремала, пока не собралась с силами — моральными и физическими, — чтобы оторвать свою голову от подушки. Она потянулась к своей сумке, лежащей под кроватью и, кое-как нащупав там свой телефон, медленно преподнесла его к лицу. Гаджет из родного мира дал Шизуй понять две вещи: у него остался лишь один процент заряда и сейчас десять утра. ― Десять? ― удивленно проговорила Тюка и не смогла сдержать зевок. Довольная тем, что сейчас слишком рано и есть ещё целых два часа до того момента, как в комнату залетит Арууке и начнёт пихать её, чтобы та соизволила себя поднять и пойти на утреннюю трапезу, Телегей улыбнулась и, положив голову обратно на подушку, обратно уснула. Через несколько минут опять проснулась. Точнее, вскочила. ― Ику-у-у! ― Подорвавшись с кровати, Шизуй начала судорожно оглядываться. Никакой Икуроми рядом не было. Как и перед сном, Тюка всё также находилась в тесной комнатке в доме «Сальвадора Дали», друга Иошикэзу. Самого Иоши, к слову, не было. Кровать его была аккуратно заправлена, походный рюкзак мирно лежал где-то в уголке. Тюка молчала, до сих пор ища глазами сестру — она так и не появилась. ― Чёрт, точно же… ― застонала Шизу, когда вчерашние воспоминания выпали ей на голову, как жёлудь с дуба на землю. Телегей, разочарованная с самого утра своей судьбой, угрюмо поплелась в ванную. Прополоскав рот и умыв лицо, Колоонзо замерла у замызганного зеркальца, разглядывая своё отражение. Ей не нравился вид новой себя. — Это не я, — плюнула она в лицо той девушке, что смотрела на неё в отражении, и ушла в столовую, где вчера беседовала с Моширо. ― Соизволила проснуться, неужели! ― Усатый, вскочив, захлопал в ладоши. ― Я думал, до вечера спать будешь! Видела-то, который час? ― Одиннадцать? Хозяин дома рассмеялся. ― Уже два часа дня, девочка! «Время на телефоне неправильное, что ли? ― усомнилась Тюка. ― Или это в том, в моём мире, сейчас одиннадцать утра?» Много думать об этом было бессмысленно — ответа ей так или иначе не узнать. До сих пор прибывая в утренне-обеденной прострации, Шизуй села за стол. Моширо прокашлялся и, завладев её вниманием, качнул головой. Тюка посмотрела в сторону и едва не грохнулась со стула. ― Утречка, Шизуй-чан! ― Тентен, до этого терпеливо ждущая, когда же её заметят, улыбнулась. ― А мы тут уже обедаем! За столом сидела небезызвестная Тюке команда из Конохагакуре. Присутствие не стильных причесок под горшок, жутко густых бровей и упоротых зелёных трико дало Колоонзо понять, что вчера она действительно познакомилась с Тентен и теперь сидит за одним столом с командой Майто Гая в полном составе. На голодный желудок такую информацию нельзя было подавать. У Тюки произошло короткое замыкание. ― Здравствуй! ― воскликнул Рок Ли, обнажив белоснежные, как Пурга, зубы, и помахал рукой. Хьюга Неджи поздоровался кивком и продолжил кушать рисовый шарик. ― Ну что же вы, Моширо-сан, не вините девушку! ― Голос Гая, громыхнувший на всю комнату, вытащил Шизуй из шокового состояния, а Сальвадора заставил поморщиться. ― Девочка ещё так молода! Чтобы быть в хорошей форме и пылать силой своей прекрасной юности, она должна отдыхать и высыпаться! Я прав, Ли? ― Вы правы, Гай-сенсей! ― Парень активно закивал. ― Э-э-э… ― Шизуй постепенно отходила от шока. ― Ох, снова вы за своё! ― Такахаши грузно покосилась на учителя и товарища. ― Шизуй-чан, не обращай на них внимания. Они всегда такие странные. ― А-а-а… ― Телегей закивала. Что-то в голове щёлкнуло, и она наконец смогла выдавить из себя не междометие: ― Я… Это… Колоонзо… из Амегакуре… и ещё Шизуй. То есть я это, просто Шизуй из Аме. Дождливая Шизуй. Шизуй Колоонзо. Команда Конохи смотрела на иномирянку с удивлением и восторгом. Было в ней что-то необычное и интересное, впрочем, как и в них самих. ― Меня зовут Рок Ли, и я из Конохи! ― воскликнул густобровый-младший. ― А я прекрасный зелёный зверь Скрытого Листа — Майто Гай! ― Густобровый-старший выставил большой палец вперёд и ослепительно улыбнулся. ― Неджи Хьюга, ― кинул носитель додзюцу. ― А я Тентен Такахаши, если подзабыла! ― представилась и куноичи. Телегей улыбнулась, на этот раз искренне, а следом и тихо рассмеялась. Настолько неординарных людей, как Ли и Гай, ей не приходилось встречать никогда: они выглядели так нелепо, но свежо и уникально, что это даже в хорошем смысле впечатляло. ― Приятно познакомиться. — Шизуй не могла подавить в себе улыбку. Теперь даже та встреча с Акацуки теперь казалась ей менее странной, чем с этими. ― А куда вы направляетесь? В Лист? ― Да, мы идём с миссии, ― ответил Ли. ― Уже месяц не были в Конохе! ― А ты куда путь держишь? ― поинтересовался Гай. ― Неужто в Аме? ― Да, в Дождь. Мы вместе с Иоши-саном, который… кхм, которого здесь почему-то нет, но да ладно, направляемся туда. Он проводит меня до Страны Огня, а там я как-нибудь сама доберусь до своей деревни. Ну, по крайней мере попытаюсь… ― А ты ориентируешься в местности? ― спросила Такахаши. Телегей неловко покачала головой. ― Тогда пошли с нами, Шизуй-чан! ― загорелся энтузиазмом Рок. ― Мы проводим тебя и твоего друга до Страны Огня, а может, и до Амегакуре! ― Серьезно? ― по-настоящему удивилась Колоонзо. Такого заманчивого поворота событий она от судьбы не ожидала. ― Это было бы просто замечательно! Надеюсь, вам это не доставит проблем? ― Пф-ф-ф! ― отмахнулся Майто. ― Моргнуть не успеешь, как мы из Страны Мороза переберёмся в Страну Огня! Так ведь, Ли? ― Ещё как, Гай-сенсей! ― улыбнулся парень. ― Мы обязаны проводить Шизуй-чан до её дома! Ведь ты же не шиноби, Шизуй-чан, так? ― Верно. Я не шиноби. Чего уж там, во мне даже чакры нет. ― Нет чакры? Такого быть не может! В тебе определенно есть чакра, она во всех нас! ― Гай сжал руку в кулак. ― Тебе необходима вера в себя! Залог успеха ― это сила воли! Упорный труд! Годы тренировок! И, конечно же, сила юности! Телегей рассмеялась. ― Да заткнитесь же вы, сенсей! ― многострадально закатила глаза Тентен. ― Хватит уже про эту вашу силу юности. Не пугайте Шизуй своей странностью! ― Поубавьте пыл, молодые люди! ― шикнул на гостей Моширо. ― Пей чай, Колоонзо. Когда вы там собрались уезжать? Сегодня? ― Не знаю. Раз господа из Конохи решили проводить нас, то я должна сказать об этом Иоши-сану. Кстати, а где он? Усатый в своём стиле махнул рукой, мол, кто его знает. Шизуй решила решить этот вопрос позже и сначала позавтракать. Она налила себе чай и потянулась к печенью, не замечая, как Неджи, сидящий через стул справа, пристально наблюдает за ней краем глаза. «Что за чувство… ― Хьюга настороженно прищурился. ― От этой девчонки веет странной чакрой. Но разве она не говорила, что та у неё отсутствует?» Парень, конечно, мог «просканировать» подозрительную девушку из Аме своим додзюцу, но правила поведения не позволяли ему сделать это в открытую: таращиться на человека бьякуганом — как-то не комильфо. Решив дождаться нужного момента, Неджи обратил лицо в непробиваемый эмоциями кирпич и вернулся к рисовому шарику. Прошло два часа. Иошикэзу соизволил появиться, но, где он пропадал с самого утра, так и не сказал. Шизуй поведала ему о благородных зелёных ниндзя Конохи, которые вызвались проводить их мало того, что до Страны Огня, так и до самого Амегакуре. Ответ Иоши вызвал в Тюке волну недоумения и злости: ― В смысле «езжай с ними одна»?! ― Думаю, ты доберёшься быстрее до Амегакуре, если пойдёшь с этими… ― Иоши скукожил мину. ― …шиноби. А мне же что? Мне в Страну Горячих Источников нужно, а доберусь я туда быстро и пойду по своим делам. Как считаешь? Шизуй вздохнула и была вынуждена согласиться. Она снова, как кораблик, пуститься в свободное плаванье уже по другому течению. — Спасибо за всё, Иоши-сан. — Она поклонилась. На этот раз по своей воле. — Вы и ваша семья спасли мне жизнь. Мужчина улыбнулся и положил свою ладонь ей на плечо, напомнив Телегей отца, который тоже никогда не обнимал дочерей и сына, а только гладил по голове, плечу или спине, когда хотел показать свою любовь. Команда Гая была на выходе. Тюка, забрав свои сумки, присоединилась к ним. — Спасибо большое, Моширо-сан, что приютили нас! Сальвадор, как обычно, отмахнулся, говоря то ли «не за что», то ли «валите уже с глаз моих долой». Компания вышла из домика и попала в снежный рай. Светлое небо легонько сыпало снежком, чья белизна на земле ослепляла. Шизуй, на всю округу хлопнув массивным чехлом, надела на себя солнцезащитные очки — хоть что-то из родного мира пригодилось здесь. — Шизуй-чан такая стильная! — восхитился Ли. Тюка в чёрных авиаторах, вязанном бежевом свитерке и громоздких тёплых шароварах с благодарной улыбкой кивнула ему. Гай же, в очередной раз что-то сказанув про силу юности, дал команду и, оттолкнувшись, исчез как самый настоящий ниндзя. Телегей припустила очки от удивления: ― Гай-сан такой быстрый! ― А я могу быть быстрее! ― бордо проговорил Ли и присел на одно колено. ― Залезай ко мне на спину, Шизуй-чан, я донесу тебя до Конохи в считанные секунды! Колоонзо недоверчиво покосилась на зелёного паренька. ― Не бойся, не уронит, ― заверила её Тентен, улыбнувшись. ― Давай свои сумки, я их понесу. — Ну, раз не шутите… — Отказываться было бы глупо. Шизуй приняла помощь ребят: отдала Такахаши сумки, залезла на спину Ли, обвив руками его шею, чтобы не слететь, и приготовилась к дороге. Миг — Рок подскочил и под испуганные, но в то же время и восторженные визги Тюки на невообразимой для неё скорости понёсся вслед за сенсеем. Тентен с Неджи переглянулись и, кивнув друг другу, отправились за товарищем.

***

Потребовалось несколько часов, чтобы выйти из Страны Мороза и пересечь всю Страну Горячих Источников. Всё-таки Иошикэзу был прав: останься Шизуй с ним, то добрались бы они до Страны Огня в лучшем случае через неделю, а то и две. Команда Гая неслась со скоростью гепарда. Тюка за эти часы хоть и привыкла к такому стремительному бегу, однако всё равно жмурилась от страха каждый раз, когда Ли делал очередной прыжок с одной ветки на другую. Ей казалось, что он вот-вот её уронит, и она полетит куда-то туда, вниз — в самую бездну деревьев. — Не волнуйся, Шизуй-чан, я никогда в жизни тебя не уроню, а если и уроню, то обязательно поймаю! Доверься мне! — Ли блеснул улыбкой, и Шизуй ответила ему тем же. Она доверилась ему. Дорога, несмотря на скорость ниндзя, была долгой. Телегей терзалась мыслями об Арууке и Айдай. Где они сейчас? Живы ли вообще? Интуиция злорадно шептала: «Ты их никогда больше не увидишь». Шизуй этому лишь горько усмехалась: в отличие от сестрицыной, интуиция Тюки постоянно подводила её. Этим довыдом иномирянка и грела себе своё неспокойное, одинокое сердце. ― Сенсей, а разве Коноха не в той стороне? ― Голос Ли вывел Шизуй из её очередных размышлений о прекрасном. ― Да, Ли, в той! ― Гай уверенно бежал. ― Но девушке нужно добраться до Амегакуре, а не до Конохи. Вот я и решил немного срезать путь. Фон менялся с каждым морганием Телегей. Вот они бегут по полю, а вот уже скачут по деревьям. Шизуй любовалась природой чужого мира, невольно сравнивая её с родной. Она смотрела на красоты Мира Шиноби, но перед глазами видела любимые горы Кыргызстана. ― Ого-о-о! ― воскликнул Ли. ― Я даже не помню, когда в последний раз был здесь! Тюка заинтересованно выглянула из-за плеча густобрового. У неё перехватило дыхание. ― Это… ― Глаза Телегей блестели от восторга. ― Долина Завершения! ― вознёс свой крик до небес Гай. ― Это место, где сражались Мадара Учиха и Первый Хокаге — Хаширама Сенджу, ― на случай, если иномирянка не знает, сказала Тентен. Перед командой Гая и Шизуй распростёрся вид на могучие скалы, глушащий крик парящих в высоте хищных птиц водопад и две легендарные статуи двух не менее легендарных ниндзя, с которыми, как подумалось Тюке, она, возможно, встретится, если доживёт до времён Четвёртой Мировой Войны Шиноби. ― Мадара и Хаширама? ― переспросила Шизу. В голове всплыли эпизоды арки, в которой рассказывалось о детстве двух великих шиноби, об их первой встрече, а затем и завершающей одну из глав жизни этого мира битве. «А ведь это одна из самых любимых арок Ику и Мицу…» ― Тюка опустила глаза. Ей безумно хотелось, чтобы и сестра с подругой увидели это прекрасное место, где мало того ещё сражались и в будущем сразятся в последний раз Наруто и Саске. ― Мадара Учиха был очень силён, ― произнёс Гай. ― Настолько, что на равных сражался с нашим Шодай Хокаге! ― Надо же… ― протянула Колоонзо без удивления, завороженно глядя на статуи. «Ах, Гай, знал бы ты, что будешь сражаться с этим самым Мадарой и хорошенько наподдашь ему, почти победив!» ― Ладно, не будем терять времени зря! ― воскликнул Майто. ― Вперёд, дети, во имя силы юности мы обязаны добраться до Аме за шесть часов! ― Гай-сенсей, шесть часов — это слишком много! ― заверил его Ли. ― За пять! ― За четыре! ― сказанул джонин Листа. ― За три! — продолжал снижать время и завышать планку Ли. ― Чего-о-о?! ― Глаза уже лезли на лоб. Такахаши вскричала: ― Это невозможно! Вы вдвоём вконец спятили! До Страны Дождя нам три дня идти! ― Решено, за три часа! ― проигнорировал ученицу Гай и тут же ринулся в путь. ― Мы обязаны уложиться в этот срок, сенсей! ― горячо прокричал Ли и вместе с Шизуй бросился вслед. Тентен и Неджи вновь переглянулись, обреченно вздохнули и побежали за «зелёными зверями» вдогонку. ― Слушай, Ли! — крикнула парню Шизуй. Воздух от столь быстрого передвижения нещадно бил прямо по лицу, но, так как девушка была у шиноби прямо над ухом, слышно её было прекрасно. ― Да, Шизуй-чан? ― слегка повернув голову, приготовился Рок. ― Хотела спросить… сколько тебе лет? ― Тюка понадеялась, что спрашивать такое у ниндзя приемлемо. Она хотела разобраться, в каком времени живёт. Хотя догадаться было не так уж и сложно, ведь на вид ведь ученикам Гая было по пятнадцать лет. ― Шестнадцать! ― Ли не посчитал это странным и улыбнулся. «Так и знала! ― мысленно хмыкнула Телегей, довольная своими догадками. ― Команда Гая старше почти всех тех нарутовцев на год. Значит, Наруто и остальным сейчас по пятнадцать… Ага! Значит, есть целый год до начала Шиппудена! Ещё чуть-чуть, и Акацуки начнут свой коварный план по захвату биджу и Глаза Луны!» ― А тебе сколько, Шизуй-чан? ― спросил Ли. Тюка зашлась в кашле — ей в рот, кажется, залетела мошка. ― Ну… Мне… ― Колоонзо замялась, впервые оказавшись в ситуации, когда называть свой настоящий возраст было неловко. Она убрала себе два года: ― Немного за девятнадцать, ага. ― Ого! А на вид ты, Шизуй-чан, моя ровесница! ― Да-да, я неплохо сохранилась. «А и вправду… В этом мире я выгляжу немного моложе. Да и вообще, моя внешность кардинально изменилась здесь. Встреть меня Ику или Мицу, они бы узнали меня? А я… я бы узнала их?» ― Ли! — послышалось где-то позади. Тентен и Неджи пытались догнать своего товарища. ― Куда ж ты так несёшься?! ― Напротив, я очень медленно передвигаюсь! Вон, Гай-сенсей уже, наверное, далеко отсюда! Мы должны его догнать! ― Да куда мы так спешим? ― прошипел Хьюга, на автомате перепрыгивая с ветки на ветку. Так и передвигались они, то набирая скорость, то наоборот. Неджи внезапно вспомнил, что хотел «просканировать» Шизуй бьякуганом. Под непонимающий взгляд Тентен, бегущей наравне с ним, он активировал своё додзюцу и обомлел. ― Что это за… ― Парень сверлил взглядом спину ничего не подозревающей Тюки. Неджи отчётливо видел каналы чакры Ли, который нёс на себе Колоонзо. По ним протекала обычная синяя чакра. А вот у девушки каналы чакры были плохо видны, будто только-только формировались, а в районе груди, где смешиваются энергия духа и энергия тела, у Шизуй горело нечто красное и еле видное синее. ― Красная чакра? ― Хьюге вспомнился его бой с Наруто на экзамене на чуунина. Тогда, он отчётливо помнил, Узумаки прибегнул к чакре Лиса и тело его начало выделять ужасающую демоническую чакру. Однако, от Шизуй таковой не веяло: чакра хоть и была необычного красноватого оттенка, но страху не нагоняла. «Может, это Кеккей Генкай?» ― предположил Хьюга, всматриваясь. ― Что ты делаешь, Неджи? ― никак не понимала Тентен. ― Что-то заметил? У Колоонзо, помимо красной чакры, была и обычная, синяя. Но её, по сравнению с другой, было ничтожно мало… ― Нет, ничего. ― Парень прикрыл глаза, отключая бьякуган.

***

― Вот мы и пришли! ― радостно объявил Ли. ― Так ведь, Гай-сенсей? Это ведь Амегакуре? Вся команда пыталась отдышаться. Шизуй сочувственно глядела на них, будучи на спине у Рока. Они все компанией стояли на мосту, а впереди их молчаливо ждал туман. ― Д-да… Ли-и… ― выдавил Майто, еле показывая большой палец. Старость — не радость. ― Но мы не уложились в срок, сенсей! ― в досаде крикнул он. ― Хотели за три часа, а получилось всё же шесть! ― Это вообще… рекорд… ― пыхтя, говорила Такахаши. ― Никто, кроме нас, не смог бы добраться до Страны Дождя за такое короткое время! ― Наоборот, Тентен! ― продолжал возражать Ли. ― Мы ведь могли и быстрее! Когда будем возвращаться, то давайте ускоримся и перейдём на наш максимальный предел в скорости! Неджи с Тентен обречённо завыли от такого заявления. Гай вздохнул: — Стар я для этого… Мне не хватает силы юности! Шизуй подняла глаза на небо. «И когда оно успело посереть?» Без грома и других предупреждений начался дождь. Настроение Тюки вдруг погасло. ― Ли, опусти меня, пожалуйста. Почувствовав под собой твёрдую землю, Тюка сжала зубы от боли. Ноги затекли, и сейчас будто тысяча иголок вонзились ей в кожу. Но жаловаться она не смела и потому взяла себя в руки: ― Спасибо огромное, что помогли мне так быстро добраться до моей любимой деревни. — Она поклонилась. — Как видите, родненький Аме встречает меня слезами радости. ― Всегда пожалуйста, Шизуй-чан! ― хохотнул Гай. ― Для нас это было что-то вроде тренировки! ― Нас ведь не пропустят в Аме, верно? ― неожиданно задал вопрос Неджи, смотря туда, где начинался туман и, как видимо, была сама деревня. Тюка совершенно не любила вопросы о своём «доме», но информация, полученная через вопрос-ответ Сальвадора помогли ей отбиться: ― У нас в деревне сейчас неполадки… политические. Гражданская война, Ханзо, не Ханзо — все дела… Вид Гая был не на шутку серьёзным. Он, как и остальные, всматривался в туман, как барьер, скрывающий за собой селение. Спустя полминуты джонин изрёк: ― Ладно, Шизуй-чан, думаю, здесь мы и разойдёмся. Будь осторожна и удачи. Тюка всё не забывала, что в этом мире не особо жалуют объятия в знак приветствия или прощания. В памяти всплыло выражение лица Пейна, когда Икуроми обняла его в день отбытия Акацуки сюда, в их родной мир. Телегей подавила в себе смешок и только расплылась в улыбке, вспоминая те выпученные от удивление риннеганы. — Конечно. Ещё раз спасибо. Я у вас в долгу. Она пожелала команде удачного пути обратно в деревню. Когда те пропали из виду, Тюка зашла в туман. Сумки, которые она не забыла взять у Тентен, болтались у неё на плече. Несмелыми шагами иномирянка шла по мосту. Ей стоило поразмыслить над тем, что она скажет Пейну и как вообще найдёт его, раз в деревне война, но ведь это же Шизуй — она, как всегда, всё пустила на самотёк. «Война» — такое страшное слово… Телегей произнесла его в мыслях и тут же выбросила, не придавая особого значения. Она ещё не знала и не понимала, что таится за этим словом. Она прошла сквозь «барьер». Амегакуре, наконец, предстал перед ней. Он был, как ёжик, утыкан бесчисленным иголками в виде высоких башен. Здесь не было ярких рекламных стендов, не шумели машины, не суетились люди — Амегакуре был мрачным, тёмным и молчаливым селением. Завороженная и одновременно напуганная видом деревни, Шизуй шла вперёд. Аме, такой величавый и пафосный, походил на самого Пейна. Она смотрела на будто бы острые вершины башен, и не заметила, как впереди показались люди. ― Стоп! ― Громкий крик заставил Телегей вздрогнуть, придя в реальность, и в ту же секунду остановиться. Шизуй наконец-то заметила небольшую арку, которая являлась, скорее всего, подобием главных ворот деревни. Она представляла из себя два высоких столба, соединённых меж собой вершинами. Проход через неё преграждал красно-белый шлагбаум. В левом столбу, внизу, находилось что-то вроде охранной кабинки, а сами охранники, четыре мужика в соломенных шляпах, синих плащах, белых шарфах и банданах с символом Дождя, стояли и с суровым выражением лица глядели на незнакомку. Впереди стоял мужик с козлиной бородкой, он громко произнёс: ― Кто ты? С какими намерениями пришла в нашу деревню? ― Здрасьте… ― это всё, что в растерянности смогла выдать Тюка. Она не ожидала пограничного контроля. На её приветствие никто не отреагировал, разве что бородатый мужик ещё больше нахмурился. ― Я Шизуй Колоонзо. Пришла поговорить с вашим президентом… то есть… с правителем! ― Да как ты смеешь! ― Все четверо разом направили свои копья в сторону Тюки, отчего та испуганно пискнула. ― К Ханзо Саламандра не может приходить кто попало и просить встречи с ним! ― Ханзо? — Телегей нахмурилась. «Снова этот хмырь! Но где тогда Пейн? Что же мне делать, если рыжего здесь и вовсе нет?» ― С какой ты деревни? — спросил главный из охранников — тот самый с бородкой. ― Я из… — Шизуй запнулась. Версия с Амегакуре здесь пролетала.― Э-э-э… Впрочем, неважно, это вас не должно волновать! Требую аудиенции с вашим правителем! ― Хочешь убить его?! ― Чего?! Да сдался мне ваш Саламандр или как там его! Пейна мне подавайте! Лица охранников внезапно переменились. Они потерянно переглянулись между собой. ― Повтори, ― велел один из них. ― Я говорю, что мне не нужен ваш Ханзо, я пришла к Пейну! Знаете такого? ― Ты… ты не можешь знать про Пейна-сама! ― прокричал другой. ― Эта информация не могла просочиться в другие деревни… Кто, кто тебе рассказал про него?!

***

В тёмном кабинете в самой высокой башне Амегакуре стоял рыжий мужчина с глазами, имеющими кольцеобразный узор. Пейн держал в руке маленький прямоугольный красный предмет, в середине которого было изображено солнце с сорока лучами и красный крест ― тундук. Рыжий приблизил брелок к лицу. Он будто впервые видел эти странные буквы на предмете. Хоть русский язык и забылся сразу же, как только он и его организация вернулись в свой мир ещё тогда, год назад, но Пейн отчётливо знал, что там написано. «Кыргызстан» ― гласила надпись на подарке. «Это сувенир на память. Купила специально для тебя недавно, чтоб ты, когда прибыл в свой мир, сидел и, смотря на этот брелок, вспоминал о нас, о нашей стране, о нашем мире…» Пейн пристально разглядывал подарок, данный ему старшей Колоонзо в день, когда они покидали их мир. Всё это время он хранил его у себя в кабинете, на письменном столе. Особо не вспоминал про него, однако сейчас… Сейчас брелок вновь начал светиться красным цветом. Вновь начал излучать красную чакру — энергию того мира. Когда Акацуки только вернулись, брелок ещё два дня пылал красной чакрой, а затем также беспричинно потух. Спустя столько месяцев еле видное красное свечение снова появилось. Это сразу бросилось Пейну в глаза, как только он сегодня зашёл к себе в кабинет — подобное от риннегана не скроешь. ― Пейн, ― раздался женский голос. Нагато обернулся и увидел Конан, стоящую у балкона, где он любил сидеть, свесив одну ногу, и оттуда наблюдать за любимой деревней. ― В чём дело, Конан? ― Мне доложили, что в деревню пришёл чужак, требующий встречи с тобой, ― она хоть и умело скрывала это, но всё же была сильно удивлена. ― Со мной? ― Пейну это не понравилось. ― Так и сказал, что хочет встречи с Пейном. Что прикажешь делать? Нагато вернулся взглядом к брелку, лежащему у него в руке и излучающему красную энергию. ― Пусть пропустят его, ― наконец выдал Лидер Акацуки. ― Встреть чужака, проведи его к третьей башне. Стойте там, я подойду туда. ― Хай, ― Хаюми кивнула. Миг — и она рассыпалась на листочки. Носитель легендарного додзюцу сомневался в том, что пришедший из этого мира. ― Возможно ли, что… ― Пейн запнулся. ― Нет, это невозможно. Нагато прикрыл глаза, усмехнувшись над своей глупой мыслью, что кто-то из Шикуцуёми оказался здесь, в Мир Шиноби. Однажды их мирам, может, и получилось столкнуться, но второй раз такой трюк вряд ли возможен. Они не могут быть здесь. Не могут. Сжав брелок в кулаке, рыжий быстрым шагом направился на балкон. Окинув Аме кратким строгим взглядом, он спрыгнул с башни, намереваясь направиться в назначенное им место.

***

Пейн хмурился, находясь на вершине третьей башни и глядя на Конан, стоящей внизу вместе с какой-то девчонкой. Её промокшие тёмно-каштановые волосы, даже во время дождя торчащие в разные стороны, напомнили Нагато причёску его учителя Джирайи. Лица не разглядеть — нельзя сказать, знает он чужачку или нет. Конан почувствовала друга и подняла голову вверх, встречаясь с ним взглядом. Вид у неё был взволнованный — это не понравилось Нагато. Девчонка последовала примеру Хаюми и также запрокинула голову. ― Пейн? Он долго молчал. Ошибки быть не может. Хоть внешность и изменилась, но голос, который Нагато узнал сразу, остался тем же. ― Телегей. Не думал, что ещё раз увижу тебя.