Реальная виртуальность

Не знаю, в какой именно момент пришло состояние опьянения. После ссоры с Кириллом я перестала следить за содержимым бокалов, которые сменяли друг друга каждые пять минут. Кто-то говорил: «сок», —, а позже, когда им было видно, что я дошла до планки, была простая фраза «тебе это понравится». А мне и нравилось. Нравилось до тех самых пор, пока парень, находящийся рядом со мной последние полчаса и постоянно меняющий стаканчики с выпивкой, не положил мне руку на колено. Уж тут-то мне стало не до шуток. Какой бы маленькой и неосведомленной меня не считал Вишневский, я прекрасно знала, зачем парни так делают. — Как настроение? — спросил он, и я нервно подняла большой палец вверх, в панике начиная искать глазами Матвея. Он нашелся в другом конце зала, и его внимание явно было приковано не ко мне. На миг я забыла о стоящем рядом молодом человеке и позволила себе обидеться. Мой новый знакомый подошел ко мне, через минут двадцать после отъезда Кирилла. Я к тому времени как раз успела привести свое лицо в нормальное состояние, хотя оно до сих пор выглядело опухшим. Матвей сказал мне, что, раз уж я осталась, могу веселиться, но все равно должна пристально следить за окружающими. И, на всякий случай, он всегда будет рядом. Почему-то сейчас, когда он так мне нужен, парень был занят милой брюнеткой, залезшей к нему на колени, тем самым закрывая обзор на меня. — Ты красивая, —, а я действительно забыла про парня, чья ладонь, перестав стесняться, начала поднимать вверх по ноге. — Не трогай, не твое, — нервно дернула ногой и сбросила его руку с себя. Надо как-то сменить место локации. Желательно, чтобы оно было поближе к красноволосому. Я встала на ноги и поблагодарила Инну за то, что мне вручили босоножки без каблука. На них я бы просто не устояла. Хочу заметить, что меня вовсе не шатало из стороны в сторону. Просто сильно кружилась голова. Уже от этого меня, возможно, шатало, — Спасибо за приятную компанию, — я мило улыбнулась молодому человеку. — Ты куда? — видимо, зря улыбнулась. Он схватил меня за руку и повернул к себе. Нет, применения силы не было, но меня вновь посадили на высокий барный стул и приобняли за плечи. По-видимому, этот субъект решил, что на этот вечер я его спутница. Что ж, радует, что он молчит и ничего мне не предлагает. Я бы, конечно, отказала ему. Наверное, тогда бы и пошла агрессия и насилие. А последнего мне хвалило с запасом на всю жизнь. — Мне нужно уединиться на пару минут, — пробормотала я, стараясь справиться с головокружением, — Можно? — так как на мои попытки вновь встать всем было все равно, пришлось спрашивать. Конечно же, меня выпустили, чем я тут же воспользовалась и поспешила к Матвею, который теперь уже не просто болтал, но и вовсю целовался с брюнеткой. Да так, что я испугалась, что эта дамочка его съест. Обойдя диван, встала за спиной парня и толкнула его в плечо. — Матвей… — ноль реакции. Пришлось толкнуть его посильнее, и я, видимо, перестаралась, так как через секунду парочка с визгом оторвалась друг от друга. Брюнетка тут же прижала салфетку, лежащую неподалеку, к своему окровавленному языку. Конечно же, всем и так было понятно, что случилось, но она все-таки решила оповестить: — Белинский, придурок, ты мне чуть язык не откусил! — парни вокруг тут же весело заулюлюкали, но я так и не поняла в чью поддержку. Называемый Белинский, видимо, не захотел быть осмеянным, поэтому нагло улыбнулся и насмешливо произнес: — Детка, я бы не кусался, если бы ты не пыталась засунуть свой язык мне в глотку. Серьезно, народ, — он посмотрел на окружающих, — она меня прямо-таки вылизывала. Знаешь, милая, — снова к девушке, — с таким такими талантами тебе нужно податься в розовую расу… — наверное, он хотел сказать что-то еще, но получил по лицу. С моей точки зрения, заслужено. И вообще, это я виновата в произошедшем. — Матвей, — без желания еще кому-либо навредить я лишь дотронулась до плеча парня. Он тут же повернулся ко мне и, как ни бывало, улыбнулся. Либо он хороший актер, либо ему действительно не больно от пощечины, оставленной брюнеткой. — О, здарова! — воскликнул он и, взяв меня за ладонь, заставил обойти диван, чтобы сесть рядом с ним, — Как настроение? — припоминая, что именно так начался наш разговор с неудавшимся поклонником, я улыбнулась. — Если ты хочешь, чтобы я была твой спутницей вечера, то ты опоздал… — Ах, мне этого не пережить, — он схватился за сердце, — Но я могу стать твоим спутником на ночь… не надо бить меня по голове! Это важная для меня часть тела: я в нее ем! — завопил он, увидев мою занесенную руку. Я тут же улыбнулась, как и все остальные, находящиеся недалеко от нашего дивана. На вечеринке было весело, но все равно не хватало чего-то. Конечно же, я знала, что этим чем-то был Кирилл. После того, как он уехал, бросив меня здесь, я почувствовала себя незащищенной. Пусть раньше он не находился рядом, я все равно знала, что Вишневский прибудет и защитит меня…, но так же я не могла забыть того, что сказал мне парень там, на веранде. Он оскорблял меня, совершенно наплевав на то, что его выводы и мысли неправильны. Он вовсе не был добрым мальчиком, коим его считали все вокруг. Мне были непонятны и интересны его перепады настроения и различные маски, которые он надевал на себя. Я поклялась себе, что обязательно разберусь в этом. Но нужно ли Кириллу, чтобы я лезла в душу? .. Ну и черт с ним, мне тоже не хочется, чтобы он трогал меня. Перетерпит, не маленький. — А, если серьезно, где ты была? — нахмурился Матвей и окинул серьезным взглядом помещение, показывая зевакам, что концерт закончен, — Я тебя не видел. — По-моему, ты видел только нос своей экс-спутницы, — недовольно сказала я, получая недоуменный взгляд от Белинского. — Чего ты такая смелая, а? Кстати, дыхни-ка, малыш, — поманив к себе пальцем, парень принюхался, — Ты когда нахрюкаться успела? — Когда ты якобы следил за мной, — пожав плечами, я начала качать в такт какой-то клубной музыке. Танцпол потихоньку начал освобождаться: кто-то решил занять комнаты на втором этаже, а кто-то присоединился к толпе и пошел к огромному костру высотой в два метра с лишним, находящемуся за домом. — Кир меня угрохает, если узнает, что ты напилась, —, а потом Матвей по-матросски выругался, я даже на несколько секунд забыла о том, что мне нужно возмутиться.  — И вовсе я не напилась! .. — Да ну? — парень оценивающе посмотрел на меня, — По прямой пройти сможешь? —, а вот тут я решила обидеться, но снова ненадолго: — Ты что-то сказал про Кирилла? — Что? А, ага, — Белинский стал с энтузиазмом говорить: — Он попросил меня приглядеть за тобой и попросил… попросил не говорить тебе об этом… черт! — энтузиазм пропал так же быстро, как и возник. Я нахмурилась. Смысл бросать меня здесь, а потом просить кого-то присмотреть, за мной же. Что же ты за фрукт такой, а, Вишневский? — Да ладно тебе, Лера, — Матвей подтолкнул меня к концу дивана, — Пошли к костру, там сейчас самое веселое будет: обязательно кто-нибудь загорится, — приподняв брови, я мысленно приказала себе сесть в последнем ряду. POV Кирилл Остановив свой мотоцикл у ворот, я вошел на участок. Все собрались у костра, и мне пришлось идти именно туда. Сразу же нашел глазами Белинского: его трудно не заметить. Но Васнецовой рядом с ним не было. Я быстро пересек задний двор и, подойдя к Матвею, поднял его на ноги. Конечно же, моего друга мотало во все стороны, поэтому ему приходилось опираться на плечо рыжей девчонки, сидящей рядом с ним. — Где Васнецова? — я сжал в кулаке его джинсовую куртку и приподнял его за грудки, отчего Белинский охнул, но все равно оглянулся. — Упс, опять исчезла, — он пьяно улыбнулся, и мне пришлось отпустить его, чтобы хорошенечко не врезать. Вдруг поумнел бы. Я еще раз оглянулся. Ее действительно нигде не было, и от этого ярость внутри меня разгоралась все сильнее и сильнее. Я никак не мог понять: у этой идиотки кудрявой действительно мозгов нет или она меня любит доводить? Поняв, что ее вообще нет на улице, я побежал в дом, где раз за разом открывал двери в комнаты и заставал парочки. Но Леры нигде не было. Дверь, дверь, дверь — все они смешались у меня в глазах. Я открывал их и заглядывал в помещение за ними уже по второму кругу. И не находил ее. От души пнув очередную дверь, я уперся в нее лбом и прикрыл глаза. Все внутри меня горело огнем, выжигая остатки нервов, которых у меня и так осталось донельзя мало. Надо было успокоиться и понять, что ее нет и в доме. Но ноги сами рвались в очередной раз на поиски. Вздохнув поглубже, я пошел вниз по лестнице на первый этаж, где осталось не больше десятка человек (и те — все парочки), которые, покачиваясь из стороны в сторону, танцевали в обнимку под уже еле слышную музыку. Среди них Васнецовой тоже не было. Мне хотелось удавиться и удавить кого-нибудь. Это же я ее сюда привез, а теперь стою и думаю: «зачем?». — Кто знает номер Вишневского? — прокричал спускающийся с чердака парень. Меня удивило, что кто-то меня ищет. Да и знало, что я сегодня приеду, достаточно мало людей. А этого я вообще не знаю. — Я здесь вообще-то, — повернувшись к нему, я сжал кулаки. Что ему-то от меня надо? Я занят. — О, отлично, — он подошел ко мне и протянул руку, которую мне пришлось пожать, — Братан, девчонку такую кудрявую знаешь? Кажется, Верой зовут… — Лера. — Точняк. В общем, ее закрыли в чулане, а она теперь выходить оттуда отказывается. Только и вопит: «Позовите мне Кирилла Вишневского!» — честное слово, как еще голос не сорвала… Я его не дослушал, быстро побежав наверх. На чердаке тоже сделали ремонт, не оставив его сплошным этажом с мусором. Одну половину, действительно, оставили для старого хлама, а вторую обустроили как комнату отдыха. Я знал, куда мне нужно идти, поэтому уже через минуту открыл дверь и сразу же наткнулся на затравленный взгляд Васнецовой. Этот взгляд не помешал мне облегченно вдохнуть в себя пыльный воздух чердака. Васнецова сидела в темноте, поэтому я поспешил щелкнуть выключателем, но свет не загорелся. Тогда я включил фонарик на телефоне и тут же присвистнул. Лера сидела мокрая, вся облитая водой. Тушь потекла по ее лицу, а сама девчонка дрожала, обхватив себя руками в попытке согреться. — Кирилл? .. — сипло спросила Васнецова; видимо, действительно, сорвала голос. Я кивнул. Выглядела она точно не как королева красоты, но мне было все равно. Я испытал истинное облегчение от того, что застал ее здесь, а не в койке с кем-то. Надо выбирать меньшее из зол. И, согласитесь, чердак — не самый плохой вариант. Я подхватил ее на руки, чтобы вынести с чердака и отнести до ванной комнаты. Васнецова вцепилась в мою футболку мертвой хваткой, поэтому позже было затруднительно отцепить ее от меня. Я посадил ее в ванну прямо в одежде и включил горячую воду, чтобы отогрелась, а сам пошел искать ее сменку. Пакет нашелся на первом этаже за диваном. Когда я поднялся, Лера сидела в той же позе, в какой была, и когда я ушел. Она больше не дрожала, но и не смотрела на меня. Убавив температуру воды, я сел рядом с ванной и стал ждать, пока девчонка отомрет. — Почему вы такие жестокие? — тихонько спросила она, привлекая мое внимание как раз тогда, когда я готов был воткнуть наушники в уши, — Чего вам не хватает? У вас же все есть: семья, деньги, дом – все. Зачем издеваться над другими? — я повернул голову в ее сторону и увидел, что она тоже смотрит на меня, — Зачем придумывать игры, от которых страдают другие? Что, думаете, вам все дозволено? Косметика смылась с ее лица, волосы стали похожи на сосульки, а сама она, я уверен, плакала, но из-за воды, падающей на нее, этого не было видно. Лера смотрела на меня и опять молчала, а я хотел, чтобы она говорила. Говорила, не останавливаясь, потому что это молчание угнетало меня и заставляло чувствовать вину хуже всех обвинений мира. Но она молчала, а когда заговорила, я уже и не надеялся на это: — Я не хотела играть в эту игру, я просто наблюдала со стороны. Но бутылочка показала на меня, и никого не волновало, что я не хочу, чтобы все пододвигали меня поближе к костру. Мой шарф и волосы вспыхнули в одну секунду, но я испугаться даже не успела толком, как меня окатили из шланга. Так холодно было, и мне так хотелось убежать и спрятаться, чтобы поплакать. Но они, твои друзья, отвели меня на чердак и закрыли там. Кирилл? .. — я оторвал взгляд от стенки напротив, — Разве это похоже на игру? Нет, конечно же нет. Это не игра, это традиция, из-за которой я стараюсь пораньше уходить с вечеринок в этом доме. Каждый раз, волей случая, выбирается один неудачник, с которым делают что-то мерзкое. Зачем? Никто не может ответить. Просто. — Забудь про это, ты сюда больше никогда не приедешь, — сказал я и засунул руку под душ, проверяя температуру воды и затем, прибавляя горячую, чтобы Васнецовой было теплее, — Это не лучшая компания, я и сам знаю. Но, поверь, все здесь знают об этом, и все равно ходят на вечеринки. — Зачем? — просто спросила Лера, глядя на меня. Я тоже смотрел на нее, прищурив глаза, и не знал, что ответить. Никто не знает, зачем приезжает сюда. Даже я не знаю, почему потащился на вечеринку сегодня. Зачем? Неужели богатым нужно дружить только с богами, а бедным — с бедными? Неужели это своего рода сообщество, в которое входят золотые детишки, которым нужно держаться вместе? .. — У богатых свои причуды, — чуть улыбнувшись, я пожал плечами, — Как я уже говорил, не забивай голову ненужным. Утром мы уедем отсюда, и ты забудешь произошедшее, как страшный сон. — А ведь кошмары не забываются, Кирилл… — Лера вздохнула и оглядела ванную, — Ты так быстро пришел. Ты приехал сюда? — я кивнул, — Вернулся за мной? — подумав, я вновь кивнул, — Жаль…. — Что «жаль»? — Жаль, что завтра ты вновь станешь таким, как они… Ну если ты так просишь…