Тихие воды

Пару дней после памятного визита к лорду Варрусу Лейла испытывала смущение перед Элррином, но потом смирилась. Пусть он знает, пусть он видел. Но он не смотрит на неё так же, как её брат — с жалостью и разочарованием. Нет. Он действительно хороший друг. Хотя, порой слишком нежен для просто друга. «Но,» - решила девушка, - «возможно для демонов такое в порядке вещей. Если это — моя крошечка счастья, я приму её с благодарностью. Большего мне и не нужно, только быть рядом и петь для него». Теперь она жила, как птичка, наслаждаясь каждым днём и боясь подумать о будущем. Для неё, еще меньше года назад стоявшей на крыше собора — самого высокого здания в городе — и пытавшейся сделать последний шаг за перила, сейчас не представляло значения, что будет с ней дальше. Она знала, что всегда успеет сделать этот последний шаг или, как и в этот раз, пережить невзгоды, одиночество, отчаяние и дождаться безоблачных деньков, наполненных теплом. Сейчас ей казалось, что уютная жизнь в замке гранлорда Кейтар никогда не закончится, по крайней мере, ей бы очень хотелось этого. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается, и несколько дней спустя, пристроив Юону в школе-интернате при столичной Академии Магических Искусств, Элррин заявил, что им пора перебираться в город. Лейла не сильно расстроилась, ведь там она тоже будет жить рядом с другом и — скрывать это от самой себя не представлялось возможным — возлюбленным. Даже если она ничего особенного для него не значит, ей всё равно хотелось быть рядом с ним. После обеда она зашла в библиотеку в последний раз, надеясь почитать еще стихов и поболтать напоследок с хозяином замка. Гранлорда не оказалось за его столом, и Лейла отправилась гулять вдоль стеллажей с книгами. Она с радостью обнаружила томик переводов эльфийской лирики на ашеррский, внутри которого на полях красовались детские каляки. Да, взрослым лордам ни к чему переводы, но ей пока было не до изучения эльфийского. По дороге обратно захватила еще один томик с легендами древнего Ашерра. Вернувшись к дивану, уже собиралась сесть, но невидимая сила буквально отодвинула её в сторону, и посреди дивана появился из ниоткуда отец Элррина, сидящий с закрытыми глазами. Лейла от неожиданности выронила книги, а Довиос разомкнул веки и приветливо улыбнулся. — Вы всё время здесь сидели? — глаза девушки всё еще были округлившимися. — Нет, только что вернулся. Встречался с женой. — А я думала, что для этого всегда нужны светящиеся порталы... — Лейла оправилась от потрясения и принялась поднимать книги. — Это несколько иное, потому как наши души связаны. — Эмм... В поэтическом смысле? — Нет, в самом прямом. Поэтому мы можем видеться в эрхейне, где бы мы ни были. — В эрхейне? — Лейла как обычно уцепилась за новое слово. — Эрхейн — это личное подпространство. Я пропадаю из этого пространства и становлюсь другим, словно наизнанку. И в то же время нахожусь там. Сложно объяснить... По факту — мы на время исчезаем из этого измерения и оказываемся в другом, способном вместить лишь двоих. Довольно удобно. Помимо всего прочего. Лейла мало что поняла, что отразилось на её лице. — Не пытайся вникнуть, для этого у тебя мало знаний. Садись, — он похлопал по дивану рядом с собой. Некоторое время они сидели в умиротворенной тишине, которую нарушали лишь шум листвы и щебетание птиц за распахнутым окном. — В столице всё будет иначе. И уже не так безопасно. Много разных рас, традиций. Можно наткнуться и на банальных воришек. Будь внимательна и не стесняйся обращаться к Элу, если что-то не так. Ночью одна не гуляй. Лейла смущенно улыбнулась. Такая отеческая забота была и приятной и забавной. Довиос сощурил глаза и задумчиво протянул: — Хмм... Затем встал, подошел к столу и достал из ящика продолговатый прозрачный камешек, внутри которого мерцала белая искорка. — Вот, — он протянул камешек девушке, и та подскочила, чтобы принять его в свои ладони, — магии в тебе нет, и потому я не смогу с тобой связаться. Но, если нужна будет помощь или совет, просто разбей его, и я вскоре приду. Он довольно хрупкий, достаточно уронить на пол. Девушка тут же осторожно закрыла его в руках. — Спасибо. — Ступай, вам пора собираться. Книги можешь забрать с собой. Вещей у Лейлы набралось на небольшой чемодан — три платья, кое-какая другая одежда и несколько книг и тетрадей. Элррин поднял его и жестом пригласил девушку в портал, появившийся прямо посреди её комнаты. Прощаться они ни с кем не стали, и эта традиция её слегка расстроила. Спустя мгновение они очутились напротив входа в двухэтажный домик, плотно примыкавший боковыми стенами к другим невысоким домам на узкой, но опрятной улочке. Фасад был выкрашен в цвет терракоты, имел четыре широких окна, одно полукруглое чердачное и небольшой балкон с белыми металлическими перилами, завитыми в причудливые узоры. Кое-где их начинали обвивать цветы, свисающие из горшков. Девушка залюбовалась цветущим балкончиком — лето здесь только начиналось. Элррин поднялся по каменным ступеням и отворил дверь. Внутри их ждали светлые комнаты с белой мебелью на изогнутых ножках. «Кто бы мог подумать!» — с улыбкой подумала Лейла. — «Светло и уютно... Очень неожиданно.» — Нравится? — Элррин опустил чемодан на пол в гостиной. Девушка кивнула. — Это будет твой дом. — Мой? — она изумленно обернулась, желая увидеть в его глазах, что это всего лишь шутка. Но на лице демона была лишь грустная полуулыбка, которую можно было часто наблюдать в последнее время. Лейла стремительно осознавала, что Элррин не хочет, чтобы она и дальше гостила у него. «Да, разумеется... Нельзя гостить у кого-то вечно. Как я раньше не догадалась? У него своя жизнь, и я буду ему мешать.» Она вспомнила, что за её реакцией наблюдают, а улыбка уже давно сошла с её губ. — Но... это слишком дорогой подарок. — Это не совсем подарок. Это арендованный дом. Когда станешь на ноги, а это случится весьма скоро, сможешь платить за него сама, если захочешь. Это не дорого, а мне совсем не обременительно. Так что, не переживай. Стараясь скрыть растерянность, она развернулась и снова окинула взглядом гостиную. Теперь она казалась ей холодной и наполненной одиночеством. — А ты хотела бы продолжать жить у меня? В замке это не было проблемой, но в городе породит слухи, которые могут тебе не понравиться, — взгляд из под полуопущенных ресниц. Намёк был вполне ясен. — Вот как... Понимаю... — Но, если ты не против, то можно и у меня... Он выжидательно уставился на профиль девушки, но та лишь покачала головой, сцепив пальцами опущенные перед собой руки. Что-то мешало решиться на то, что еще несколько минут назад было для неё приемлемым и желанным. После уединения в замке, вдали от общества, они вновь оказались во власти общепринятых норм. «Мы ведь не родственники. И я не ребенок, как Юона.» То её положение, которое несколько минут назад казалось естественным и не зазорным, теперь обрело в её голове неприятное название — «содержанка». Девушка окончательно погрустнела, хоть и пыталась не показывать этого. — Что ж, а сейчас нам пора посетить одну твою знакомую... Где тебя ожидает еще один сюрприз. Сюрприз. После первого сюрприза было уже страшновато увидеть второй. Лейла сделала несколько неуверенных шагов к Элррину и светящейся воронке перехода.

***

Никто на просторной площади не обратил особого внимания на вспыхнувшие языки белого пламени, из которого на светлую брусчатку ступили двое. Лейла повертела головой и по трёхъярусному фонтану в центре признала в этом месте центральную торговую площадь. Не зря она рассматривала карту города. Неподалёку над крышами домов возвышались тёмные башни императорского дворца. Ожидаемых палаток и торговцев здесь не оказалось, но разноцветные фасады домов по периметру площади украшали изящные вывески. Народу здесь было не слишком много, и все весело прогуливались в хаотичных направлениях. Заглядевшись на двух проходящих мимо юных демониц со свежими цветами в маленьких витых рожках, Лейла не сразу отреагировала на предложение Элррина взять его под руку. Они двинулись вперед. Здесь все были такие разные! Гостье столицы стоило большого волевого усилия не повернуть голову вслед женщине-орку в облегающих брюках и высоких ботфортах. Глубокое декольте её блузки сзади сменялось и вовсе голой спиной. Природное любопытство требовало остановиться и хорошенько разглядеть окружающих, но она не хотела привлекать к себе внимание, к тому же, в её родных краях это считалось невежливым и её бы сразу сочли за неотесанную деревенщину. А тут? Она еще не была знакома со всеми местными обычаями и правилами приличия. Вдруг какая-нибудь её оплошность плохо отразится на Элррине? Девушка тихо вздохнула, послушно следуя за мужчиной. Они остановились у двери под черной с золочеными буквами вывеской. — «Золотое что-то», — прочитала Лейла. — Второе слово означает «кружево», — отозвался демон и пригласил её в означенную лавку. Их встретила девушка с ярко-голубыми волосами и сопроводила их в комнату, заставленную манекенами и вешалками с одеждой. В пышных джунглях из камзолов и платий, Лейла не сразу заметила уже знакомую ей портную, посещавшую её в замке. Та заправила струящуюся светлую прядь за ухо, обнажив едва приметные золотистые чешуйки на скуле, и сдержанно улыбнулась вошедшим. Будучи младшей в небогатой семье драконов, Веанора все же нашла способ окружить себя сверкающей красотой. Здесь, среди золотого шитья, переливающихся шелков и блеска камней, она чувствовала себя хозяйкой горы сокровищ. — Лорд Кейтар, Лейла, рада видеть, — и уже своей помощнице, — Роуз? Голубоволосая Роуз тут же возникла перед ними держа в руках светлое платье на плечиках. С нижней перекладины свисали длинные перчатки в тон. Гладкая золотая ткань лифа повергла чужеземку в культурный шок и лишила каких-либо слов. Вместо неё отозвался Элррин: — Великолепно, Веанора! Я и не сомневался, но Вы снова превзошли все мои ожидания. Дракониха лишь поджала тонкие губки — сам демон никогда у неё не одевался, предпочитая более неброские ткани. — А ты что скажешь? — обратился он к своей спутнице. Лейла по-прежнему не находила слов, но теперь уже по причине замеченного декольте, узкий вырез которого уходил подозрительно низко. «Это она еще о разрезе не знает» - насмешливо проследила за её взглядом хозяйка салона. Она уже была знакома со страстью чужестранки закутываться от пят до самой шеи в невзрачные платья. Ей даже пришлось пойти на уступки, и, проигнорировав моду и собственные вкусы, сшить этой клиентке весьма скромные наряды. Но теперь-то она была отомщена! Платье сверкало незамутненным золотом в верхней части, от которой водопадом спадали белые складки юбки. — Роуз, проводи гостью к примерочной. — А может не надо? — Лейла ударилась в панику. — Надо, непременно надо. Вечером мы идем во Дворец Реолей, — в ответ на непонимающий взгляд мужчина пояснил, — реоли — местные певчие птицы, раньше считалось, что их пение самое красивое. В честь них и назвали место, о котором я тебе уже рассказывал, помнишь? Где лучшие певцы выступают, а гости просто сидят и слушают. Ты ведь хотела там побывать, я правильно помню? Лейла неуверенно кивнула. — А там свои традиции, и без вечернего платья никак не обойтись. И не делай такие глаза, — Элррин мягко подтолкнул её вслед уходящей Роуз, — всё равно платье уже сшито и уже твоё. Смирись. Ох уж эта привычка решать всё за других! Девушка шла как на казнь, переживая, что грудь, которую она так старательно утягивает и запаковывает, просто вывалится из этого декольте. Из примерочной вернулась только помощница, растерянно сообщившая: — Госпожа отказывается выходить. — Хм! Я предвидела нечто подобное! Троица проследовала к занавеске, и женщины юркнули внутрь, откуда незамедлительно послышалось: — И что? Отлично сидит, всё в пору. Пойдём. — Ни за что! Такое заявление возымело на Элррина будоражащий эффект, было невероятно приятно, что она стесняется показаться именно ему. До его чутких ушей донёсся настойчивый шепот драконихи: — Лейла, ты не можешь появиться на представлении в своём привычном виде! Это ударит по репутации лорда Кейтара! Его спутница должна быть одета по последней моде! — Я всё слышу, если это кого-нибудь интересует. И моей репутации вряд ли кто-то навредит больше, чем я сам. Так что... Придётся что-то придумать, если уж совсем не нравится... — Ох! Что ж, на этот случай я приготовила накидку, — демон еще не видел эту накидку, но она уже стала его личным врагом, он-то надеялся на менее радикальные исправления, — Вот так... Можно сделать вид, что тебе просто холодно. Летом! — в голосе портнихи отчетливо слышалось недовольство, — Иди. Минуло несколько длинных секунд тишины и из-за занавески показалась Лейла. В элегантном платье с очень и очень глубоким вырезом. Без накидки. Элррин от неожиданности замер. Кроме естественных причин взгляд приковывал еще и научный интерес: «Как это держится?» — Накидку мы всё же возьмём... — он с трудом оторвал взгляд от груди девушки и начал малодушно жалеть об идее сводить её в Дворец Реолей, — Вечером может быть прохладно. Как, к лешему, он будет отгонять от неё толпы мужчин?! Ведь никоим образом нельзя пройти мимо такого сокровища! А он никому не позволит подойти к ней близко, он понял это сейчас, в этот самый момент. Будет стараться ради неё же самой, и его чувства тут совершенно не при чём — они скоро утихнут, так он решил. Но он привёл её в этот чуждый для неё мир и теперь должен позаботиться, чтобы никто не причинил ей вреда. Демоны бывают столь сладкоречивы, что могут заманить в свою спальню кого угодно, и кто знает, чем всё закончится? А орки? Эти вообще не церемонятся, наплевав на местные законы! Элррин угрюмо направился к выходу, полностью погрузившись в невеселые мысли. Лейла растерянно посмотрела ему вслед. — Уже ревнует! — с видом знатока шепнула Веанора и, подмигнув, всучила ей накидку. Поблагодарив, девушка поспешила за демоном. Едва она ступила на порог, порыв ветра непривычно лизнул холодком её левое бедро, а юбка, как в страшном сне, стала улетать вбок. Сдавленно пискнув, Лейла попыталась вернуть её на место. — Кажется, оно не дошито! — смущенно пожаловалась она Элррину, готовая развернуться и бежать обратно к портной, но из-за спины послышалось чрезмерно довольное: — Писк сезона! И это еще самый скромный вариант!

***

Лейла завороженно слушала. Статная женщина на сцене заполняла переливами божественного голоса весь огромный полукруглый зал. Девушка не могла понять почти ни слова, но это не мешало ей наслаждаться. Ничего подобного она в жизни не слышала! Она даже смогла забыть о паре сотен других разодетых слушателей, о смущении, когда Элррин здоровался со знакомыми, об императорской чете в отдельной ложе... Сейчас были только она и музыка. Сверкающие радужные перья на платье певицы колыхались и дрожали в согласии с вибрацией голоса, Элррин прикрыл глаза, чтобы не рассмеяться от этого зрелища. Данной примадонне вкус часто отказывал. Иногда он поглядывал на свою спутницу, получая ни с чем не сравнимое удовлетворение от её восторженного вида. Ему действительно нравилось доставлять ей удовольствие, любыми способами, раз уж его излюбленный метод был ей неприятен. После того, что он увидел в памяти Ашуна, он перестал удивляться её пугливости и больше не делал никаких намёков. Нежные, почти невинные поцелуи — вот и все шалости, что он себе позволял. Но как теперь оградить её от остальных? Можно было бы назвать её своей любовницей, но девушка была явно против такой славы. Наконец все певцы исполнили свои партии и получили заслуженные аплодисменты. Лейле хотелось хлопать громче всех, но ладони быстро воспротивились её рвению, отзываясь болью. Выходя из зала она вновь увидела, что некоторые приветственно машут им рукой или чинно кивают, давая понять, что заметили возвращение лорда Кейтара. Ничего удивительного, ведь он наследник рода! А родов, как она уже знала, всего семнадцать. Лейла изо всех сил старалась не посрамить Элррина, напряженно следя за всеми своими движениями. Выйдя на улицу и оказавшись относительно далеко от других, она наконец дала выход эмоциям: — Это было потрясающе! Но я, к сожалению, почти не разобрала слов и ничего не поняла... — Не волнуйся, никто не понял, — он усмехнулся в ответ на полный удивления взгляд, — Кроме знатоков, знакомых с текстом. Этот вид искусства давно превратился в соревнование голосов, а остальное никого не заботит. — Вот как... Мне всё равно безумно понравилось... А тебе? — Мне... Мне больше нравится, как поёшь ты, — он мягко улыбнулся девушке, которую вёл под руку, — Что ж, давай попьём у меня чайку. Ты ведь еще не была у меня в гостях. Он начал разворачивать огненный портал, но Лейла схватила его за руку: — Постой! Давай... пешком прогуляемся. — Хорошо. Я думал, ты устала. — Нет, совсем нет! — заверила она его с чувством. Демон хмыкнул. — Хочешь посмотреть город? - метко предположил он, и Лейла кивнула в ответ. - Тогда завтра погуляем как следует. А сейчас только до дома. Идёт? Магические огоньки уже зажглись в фонарях центральных улиц, зажглись и звёзды на небе. Лейла привычно отгоняла от себя любые мысли о том, что ждёт её дальше, и просто любовалась городом. Один из прохожих обогнал их и весело поприветствовал: — Привет, Эл! Давненько не виделись! Когда вернулся? — Недавно, — они по-дружески ударились кулаками, — Знакомься, это Лейла. Лейла, это Верн Эйркан. — Очень приятно, — пролепетала девушка уже, наверное, в двадцатый раз за вечер. Беловолосый и коротко остриженный молодой демон склонился к её руке, и Лейла засмотрелась на светлые прямые рога, устремлённые назад. «Небольшие» — с видом знатока заключила девушка, едва не отдернув руку от его губ — просто от неожиданности. Парень, казалось, не заметил её порыва. — Прекрасная госпожа Лейла, Вы случаем не заморская принцесса? «Какая-какая принцесса?» — словарный запас явно был еще недостаточным, и она обернулась к Элррину, ища поддержки. — Не обращай внимания, он шутит. — Шучу? Я? Но разве не принцесса? — не унимался Верн. — Лейла действительно очень издалека, поэтому полегче, пожалуйста, — он посмотрел на приятеля крайне убедительно. — Окай, скоро увидимся! Я спешу, — улыбка Верна отчего-то выглядела хитрющей, — Был очень, очень рад познакомиться, — он не упустил возможности чмокнуть девичью ладонь еще разок и с ехидцей глянул на недовольного Элррина, после чего быстро пошел дальше. Едва демон снова взял под руку спутницу, как сильный порыв ветра заставил Лейлу ловить свою юбку, которая почему-то устремилась вверх. Элррин кисло глянул на подмигнувшего ему Верна, чьей стихией как раз был воздух, и мысленно вздохнул: «Ну вот, началось. Мог бы и более реалистично, что это еще за ветер снизу?» Ветер почти утих, а девушка всё еще судорожно сжимала ткань на уровне коленей. — Расслабься, у тебя очень красивые ноги, — другие аргументы за сегодня уже исчерпались. Лейла покраснела. — Не смотри! — Ну да, конечно! Всем можно, а мне нельзя? — Никому нельзя! — Да ладно тебе, это же всего-лишь ноги... Хочешь, я тебе свои покажу? — Нет, спасибо! — фыркнула девушка и оба тихо засмеялись. Они продолжили путь, иногда подолгу останавливаясь возле фонтанов, статуй или красивых зданий. После очередного поворота демон замер и прищурился. На пустынной улице возле высоких ворот собралась разношерстная компания из дюжины парней и девушек. После секундного изучения сцены он хмыкнул, и они двинулись дальше. — Элр-р-р-р-рин!! — навстречу им из толпы бросилась особа с длинным хвостом, ноги её сгибались странным образом, а на голове Лейла разглядела ушки, похожие на кошачьи, но чуть круглее. Таких существ демон ей не показывал. — Почему ты не сказал, что вернулся?! — Я вернулся, — невозмутимо сообщил демон. — Аррргх! Говорят, ты уже неделю тут! А друзьям ни слова?! — она, пружиня, кружила вокруг парочки, выражая бездну негодования. — Четыре. — Что? — Четыре недели. Раздался взбешенный рёв и всеобщий смех. Их тут же окружили и осыпали шумными приветствиями. Лейла заметила среди них Верна. А потом и второго... — Теперь понятно, куда ты так спешил, — Элррин хотел добавить к этому крепкое словцо, но передумал. — Я не первый вас заметил, поверь! — Он не первый! — вклинился его близнец и тут же обратился к Лейле, — Ирн! — Очень приятно. Лейла. Ей пришлось повторить это еще раз десять, знакомясь с остальными друзьями Элррина. Тот открыл ажурные ворота, и дружная толпа незваных гостей следом за хозяином ввалилась в дом. Элррин, конечно, был рад их видеть... Но не сегодня. «Хотя...» — он обвел гостей оценивающим взглядом, — «Неплохая публика. И такая болтливая...» На расспросы о Лейле, он поспешил поведать о том, как был очарован её песнями, и практически выкрал её из далёкой страны, чтобы остальные тоже могли иметь возможность насладиться. — Дворец Реолей может уходить на пенсию полным составом, — самозабвенно нахваливал он свою находку, — Поверьте мне. Туда больше незачем ходить. — А мне очень понравилось... — растерянно пробормотала Лейла. — Ну разве что за компанию с тобой! — тут же исправился демон. Но Верн всё же воспользовался его оплошностью: — Я! Я буду счастлив сопровождать Вас к реолям в любое время, прекрасная принцесса. Заодно прокачу под облаками. Хочешь полетать? — И я! — снова встряла его точная копия, с чуточку более длинными рогами, — Прокатим с ветерком! Как насчет двойного проникновения? Элррин молниеносно схватил Ирна за шиворот и процедил тому прямо в ухо грозное, но тихое «Заткнис-сь!» Лейла непонимающе хлопала ресницами, а Верн молча потешался. — Оу... — Ирн выразительно прикрыл рот ладошкой, — Так вы всё же встречаетесь... — Нет, — процедил Кейтар, оттаскивая его подальше от остальных. — Тогда по какому праву? — Ирн сузил глаза, — Она сама может выбирать и... — Не смей к ней прикасаться! — необдуманно резко припечатал Элррин, — Я не посмотрю на то, что ты друг. В ту же секунду уши заложило, а воздух словно стал в пять раз тяжелее, Элррин уже не знал как убедить этого парня. Больше всего маги ветра не терпели запреты и глупые ограничения. От этого они начинали беситься и делать всё наперекор просто из принципа. И резкая перемена в лице Ирна сулила именно такой исход. Надо было как-то втолковать ему, не раскрывая главной причины. — Послушай, — начал лорд Кейтар уже спокойнее, как и подобает лорду, — Даже если тебе каким-то чудом удастся меня убить, она не станет твоей. И уж тем более — вашей. — Дуэли уже полгода запрещены, — мрачно сообщил Ирн, — и всё же, по какому праву нельзя даже немного пофлиртовать? Что еще за новости?! — Потому что... Потому что, как только она узнает, что такое это ваше «двойное проникновение», то грохнется в обморок и захочет вернуться обратно. У неё свои представления обо всем и... и... Нужно уважать чужие традиции! — Но она сейчас здесь, — вмешался незаметно подошедший Верн, — Это она должна смириться с местными традициями. — Непременно! Но не в первый же день! — обреченно взвыл Элррин, — Могу я ожидать хоть немного понимания хотя бы от друзей? Ну хоть чуточку поделикатней, а? — Ты меня только что убить грозился, — уже спокойней заметил Ирн. — Я? Судя по тому, что у меня до сих пор заложены уши... — Прости, взбеленился... — А где-то сейчас небольшой смерч!.. — Верну как всегда было весело. Они вернулись к компании, которая, к счастью, обсуждала исключительно музыку. Похоже, оттащенный в сторону Ирн послужил хорошей подсказкой гостям в каком направлении беседы лучше не заводить. Чтобы не быть голословным в своих заявлениях, хозяин дома пригласил всех проследовать в другую гостиную, в которой внезапно имелся клавесин. — Что-то не припомню тут такого, — с издёвкой шепнул всё еще надутый Ирн братцу, усаживаясь на один из диванов. — Зато я припоминаю шикарное полотно с эротическими мотивами во-о-он на той стене, — Верн хихикнул и многозначительно подергал бровями, — Надеюсь, оно не пострадало. — Да-а, я б выкупил эту картину... Сейчас на неё должна быть огромная такая скидка... Из уважения к чужим традициям. Остальные тоже опустились на стулья, диваны и прочие пригодные для сидения поверхности. Гостья с другого континента смущенно прошла к инструменту. Задумавшись, что бы такого сыграть, она стала медленно стаскивать длинные перчатки. Все собравшиеся замерли, наблюдая за её плавными движениями. Мужская половина глубоко вдохнула. Воцарилась гробовая тишина. Лейла настороженно обернулась, так и застыв на середине процесса. Элррин начал беззвучно ржать в кулак. — Что?.. Что-то не так? — Нет-нет, всё хорошо, — заверил её Элррин. — Без перчаток — неприлично? — пыталась дознаться девушка, начиная паниковать. — Нет, прилично. Но сам процесс снятия перчаток в твоём исполнении выглядит очень... Эротично. — Как? — А... Не бери в голову, — он криво улыбнулся и прикрыл лицо рукой, — продолжай, тут все свои. Она отвернулась и быстрыми движениями соскребла оставшееся. Послышался всеобщий огорченный выдох. «Да что с ними со всеми?!» Так как песни на ашеррском были только в намётках, пришлось спеть на своём родном. Коронное про сфинксов. Как ни странно, но всем понравилось, а одна кудрявая демоница даже поняла слова в общих чертах. Она, как ни в чем не бывало, сообщила, что её любовником долгое время был человеческий маг, от которого она и «понахваталась» слов. У Лейлы от таких фривольных разговоров чувство реальности отказывало куда сильнее, чем когда Элррин на полянке показывал ей иллюзорных драконов и гоблинов, и, к несчастью, помимо музыкальных, ей стали задавать и такие вот вопросы. Как нынче Элррин в постели? Лейла могла ответить лишь округлившимися глазами. Кудрявая демоница шептала ей на ухо, что она многое теряет и должна срочно восполнить пробел, ведь «Эл был хорош даже на первом курсе», в чем она убедилась когда-то лично. Лейла начинала терять самообладание. Настроение стало стремительно катиться вниз, и последней каплей стала беседа с полу-кошкой Норсой. Будучи отличной охотницей, гениальным следопытом, и просто веселой и дружелюбной особой, умом и тактом Норса, тем не менее, не блистала (как и большинство её сородичей). Она не снисходила даже до шепота. Лейла радовалась, что Элррин стоит далеко, и в общем шуме их мало кто услышит. Получив от Лейлы второе, уже максимально твёрдое заверение, что они вовсе не любовники, а всего лишь друзья, охотница выдала удивлённое: — Ничего себе! Серьезно? В это сложно поверить! Хм... Должно быть... Неужели он все ещё влюблён в неё?.. — В неё?.. — девушка повторила за ней словно безжизненное эхо. — В Миару. Ты не знала? Ой! — она прикрыла рот ладошкой, но тут же продолжила, — Да это было такое феерическое шоу на несколько месяцев. Двое друзей не могли поделить даму, а та и сама никак не могла определиться. Та еще особа! — И чем закончилось? — Выбрала не Эла. Но он никак не мог смириться, пока те не поженились. — Бедный Элррин... — только и смогла выдавить из себя Лейла. — Тогда принято было говорить «бедная Миара». Эл не упускал случая попытаться её соблазнить. Ой, как вспомню! — захихикала Норса, прижимая ушки. Лейле представилось, как Элррин с соблазнительно расстегнутой рубашкой на каждом углу караулит эту девушку и манит указательным пальцем, как и её в тот раз, в лесу. Она тихо засмеялась, прикрыв рот ладошкой — но смех этот был скорее истерическим, её била дрожь. Ей было не то жарко, не то холодно, и больше всего хотелось оказаться в одиночестве, где-нибудь далеко-далеко, на берегу маленького лесного прудика. «Скорей бы этот день закончился,» — девушка сумела ускользнуть никем не замеченной на просторный балкон и прислонилась спиной к стене, — «Будто земля ушла из под ног. И я всё падаю, падаю, падаю...» Тёплая ладонь легла ей на плечо. Даже голову не надо было поднимать, она и так знала, кто это. — Устала? Дождавшись положительного кивка, Элррин предложил: — Давай я отправлю тебя домой. Время уже позднее, а день выдался насыщенным, — он открыл портал, и Лейла не стала отказываться. Она сделала шаг и очутились в кромешной тьме гостиной. Следом почему-то вышел и демон. Не успела новоиспеченная хозяйка подумать, где же здесь найти огниво, как свечи зажглись сами. Лейла понимающе усмехнулась, глядя на мага. — Спасибо тебе за всё. — Тебе спасибо, и извини за эту толпу идиотов. Я не ожидал, что они нагрянут сегодня, да еще и все разом. Но, возможно, это будет полезно. Через пару дней они уже разболтают о твоих талантах половине города. Девушка хмыкнула. — Не понимаю. Они ведь не знают слов... Чувствую себя очень глупо. — Об этом не волнуйся. Ты поёшь очень красиво и... Не знаю, как сказать... Трогательно? Слова понимать не обязательно, так даже загадочней. Лейла смущенно отвела взгляд и улыбнулась. — Да, и насчет завтра... Ребята позвали меня помочь завалить биркона, — начал он с извиняющимся видом, — Поэтому обещанная прогулка по городу будет вечерней, если ты не возражаешь. Утром тебе доставят завтрак, а к обеду я уже должен вернуться. Никаких возражений у девушки не было, а в голове отчаянно запульсировала мысль: «Надо срочно найти работу!! Любую! Меня кормят как домашнего питомца!» — А эти бирконы... они опасны? — Смотря для кого! — хохотнул демон, — Наш маленький отряд ему точно не по зубам. Чешуя скальных бирконов высоко ценится, поэтому надо поспешить, пока нас не опередили. Эти ящеры — редкость в наших краях. Надеюсь, ты не успеешь заскучать. — О, я не умею скучать! Обустроюсь тут, и у меня же есть книги. Мысли её путались после такого насыщенного эмоциями и событиями дня. «Миара... Интересно, какая она?» — впервые девушке захотелось быть красивее, лучше чем кто-то другой, — «Но ведь не в красоте тут дело, и не в чём-то еще...» — пыталась утихомирить она свои чувства, — «Если он её любит, то всё остальное уже не имеет значения. Элррин, такой милый Элррин не должен страдать! Но, может быть, я смогу его утешить?.. » — на краю сознания промелькнуло, что такое вряд ли возможно, но часто ли люди обращают внимание на этот самый «край сознания»? Элррин приблизился, чтобы коснуться её губ легким «поцелуем на ночь», как часто делал в замке. Сейчас она казалась особенно великолепной, такой близкой, и такой «его». Без накидки, без перчаток. Взор сам упал в ложбинку между грудей. Он заставил себя поднять глаза на лицо девушки. Её взгляд был странным, словно ожидающим чего-то... Повинуясь порыву, демон прильнул к её губам, проникая вглубь языком, и Лейла сразу же ответила ему. Он с восторгом ощутил как тонкие руки обнимают его за шею, и пальчики зарываются в волосы, нежно взъерошивая их на затылке. От этих невинных ласк внутри всё загорелось, он жарко выдохнул, и поцелуй превратился в настойчивый, требовательный, выбивающий все мысли. Его руки скользнули со спины вниз и крепко сжали мягкие ягодицы, прижимая девушку к своим бедрам, давая почувствовать силу и твёрдость своего желания. В тот же миг его резко пихнули в грудь, отталкивая. Он успел увидеть панический, совершенно безотчетный страх на бледном лице, а секунду спустя девушка опустила голову, пряча лицо. — Тогда, спокойной ночи... Лейле послышалась обида в этом тихом хриплом голосе. Шум пламени — и всё, тишина. Чёртова тишина. Дрожа, на ватных ногах она поплелась в спальню. Как же она была зла на себя! Она даже не понимала, как это получилось. Едва она почувствовала себя чистой и достойной хоть капельки счастья, как прошлое вновь напомнило о себе. Руки, которые крепко держат её бедра, вжимая в чужое тело — словно повторяющийся кошмар. Фантом боли, пронзающий тело, ужас, сжавший горло и не дающий издать какой-либо звук. Всего пара секунд злосчастного наваждения — но всё уже непоправимо испорчено. Подарить всю себя Элррину, утешить его? Как она могла подумать, что сумеет быть с мужчиной? Просто смешно! Лишь обидела его в благодарность за всё. Она грохнулась лицом в постель, зарываясь в подушки, пытаясь скрыться от боли, стыда и целого мира. — Проклятый страх, ненавижу тебя! — вырвалось у неё безотчетно. «Проклятый страх... Оставь меня в покое!» Слёзы текли и текли в тишине. Слова стали складываться в рифмы. Но нет, не сейчас. Она напишет эту песню завтра. Элррин не стал зажигать свет. Ночного светила, заглядывающего через окно, было вполне достаточно. Он не смог заснуть и потому вернулся. И да, он никогда не чувствовал себя обязанным спрашивать разрешения на визит у своих подопечных. Своего рода - синдром будущего гранлорда. Поэтому без зазрения совести он уселся на кровать рядом со спящей девушкой. То есть, совесть его мучила, но совершенно по другому поводу. Он корил себя за то, что всё-таки позволил себе, не сдержался, не остановился на поцелуе... С сожалением смотрел он на Лейлу, спящую поперек кровати, прямо в платье и в обнимку с декоративными подушками. Демон вспомнил её страх и вплёл эту эмоцию в замысловатую защиту. Покорпев еще немного над заклинанием, он, не долго думая, закрепил его на цепочке амулета. Уж с этим амулетом от чтения мыслей девушка точно не расстанется.