Бледная немочь

Комната, которую мне выделил будущий Наставник, не была детской в строгом смысле этого слова. На то, что здесь живёт ребёнок, указывали только параметры мебели и некоторые детали интерьера: простая кровать была крайне широкой, но низкой, у стены письменный стол с регулируемым стулом, три стеллажа с книгами шли в комплекте с лесенкой, невысокий, зато очень широкий шкаф, стеклянная дверь, ведущая на балкон, с которого видно лужайку дома, открывалась автоматически после прикосновения к небольшой панельке рядом на стене. С одной стороны, будь я постарше, эта комната была бы идеальной, но с другой строны для маленькой девочки обстановка слишком... серьёзна что ли. Приводит к мысли будто детство кончилось. Амелия довольно быстро разложила мои вещи по местам, уточнила, не проголодалась ли я и, получив утвердительный ответ, велела располагаться. Ужин будет доставлен в комнату. Я залезла в постель. Она оказалась неожиданно мягкой и удобной, тихо пружинила под моим весом. Одеяло толстое, но мягкое, приятная большая подушка. Так и хотелось лечь, закрыть глаза и поспать, но живот упрямо бурчал. Взгляд также притягивали книги на полках. Очевидно, что их мне, рано или поздно, придётся прочитать. Было любопытно, но не настолько, чтобы вылезать из под тёплого одеяла. Вскоре вернулась Амелия, неся в сухих, но крепких руках небольшой поднос с какао в большой белой кружке, картофельное пюре и жаренного мяса. Мясо было необычным, это было заметно сразу, ибо дома кормили традиционно только курицей или свининой, но мне рассказывали, что в некоторых странах чаще употребляют в пищу мясо местных животных, не имеющих ничего общего с обычными зверьми. Флора и фауна этого мира даже через чур разнообразна, но на вкус бывает приятна, да. Хм. Странные мысли лезут в голову. Может, из-за сонливости? Как только тарелка и кружка опустели, Амелия забрала посуду, потом вернулась и заставила меня пойти умыться и почистить зубы (ванная оказалась буквально через две двери от моей комнаты). После этого меня вернули обратно в спальню и, наконец, уложили спать. Следующим утром моё высочество разбудили служанки, на вид совсем незнакомые. Одна повела меня на утренние водные процедуры (хотя я запомнила, где тут ванная ещё с первого раза), а вторая предложила на выбор завтрак: либо кашу, либо омлет. Хотелось каши. Еда была доставлена прямо в постель. Красота. Вышколенные служанки застыли у дверей, с любопытством на меня поглядывая, я же кушала какую-то молочную кашу с маслом, меланхолично размышляя о некоторых странностях происходящего. Временами накатывало ощущение, что всё неправильно. Например, с этой кашей: мне её хочется, но одновременно кажется, что я не должна её любить, потому что она некрасиво выглядит. С другой стороны, она вкусная, однако какая-то часть меня всё равно упрямо и по-детски считает, что это гадость, отрицая очевидное. Однако я уже определилась твёрдо, что являюсь маленькой девочкой, то есть логично, что эта каша должна мне не нравиться, но она нравится, только не всей мне… В общем, был какой-то внутренний диссонанс: я и наполовину взрослая и наполовину маленькая. Очень странное ощущение. Самая здравомыслящая часть говорит мне, что так быть не должно и, вероятно, до комы не было, но теперь всё так, как есть. Осталось решить, какой из двух своих частей стоит чаще отдавать предпочтение. К слову говоря, разве сейчас работает не самая моя рассудительная часть?.. А, ладно. Будем жить, как умеем, а там будет видно. Под философские размышления каша была съедена, после чего настал черёд бутербродов с маслом и чёрного чая. Пить его было приятно. Только няня прекрасно знает, что я люблю чёрный, хотя подавляющее большинство людей как дома, так и вообще в стране предпочитали зелёный. Не знаю, как здесь. О, а вот и Амелия. Безукоризненно аккуратная, как всегда, она жестом отпустила служанок и присела рядом со мной на кровать. - Доброе утро, маленькая госпожа. Надеюсь, Вы спали хорошо? Уже осмотрели комнату? – со скупой, но тёплой улыбкой поздоровалась и сразу же поинтересовалась Амелия. – Прошу прощения за то, что она не отвечает требованиям настоящей леди из благородного дома, но Господин Барра настоял на некоторых жёстких правилах проживания. - Всё хорошо, Амелия, - улыбнулась я, прожевав кусочек бутерброда. Мы с няней были знакомы достаточно давно, чтобы было видно её смущение. – Это очень красивая комната. Мне нравится! А что за правила? - Их немного, но они важны. О самых главных я расскажу прямо сейчас, - довольная моим аппетитом и реакцией на обстановку ответила няня. – Первое. Как видите, в доме совсем нет игрушек, и Господин Барра считает, что их не должно быть много, поэтому в ближайшее время мы с вами отправимся по магазинам, чтобы закупить всё необходимое, в том числе и их. Но не более десяти. Второе. Господин – сторонник воспитания в детях самостоятельности с ранних лет, - заметив мой весьма удивлённый взгляд, Амелия пояснила. - Это значит, что разные дела, которые до этого делали служанки, вам теперь придётся делать самостоятельно. Например, убирать разбросанные вещи и игрушки в вашей комнате. Конечно, стирать и мыть полы с тарелками вас никто не заставит, но какой-то порядок вам придётся научиться поддерживать. – не переставая поедать бутерброд, я серьёзно кивнула. – Третье. Господин Барра уже подготовил для вас насыщенную программу обучения. Но с этим проблем не будет, думаю? – на этот вопрос я усиленно закивала, глотая вкуснейший сладкий чай. – Главная сложность – необходимость рано вставать и физические упражнения. Как я и предупреждала, Госпожа, будет очень трудно, особенно поначалу. Не сдавайтесь, прилагайте все силы и увидите результат. Может быть, не сразу, но он будет, это я вам обещаю. К слову говоря, физической подготовкой с вами будет заниматься сам Господин, а начальное образование останется за частными учителями. Этикет, как и раньше, буду преподавать вам я. Более того, пока Господин Барра занят своими исследованиями, мы с вами будем всё время вместе. - Мы и так всё время вместе, Амелия. – хихикнула я. – Ничего не поменялось! А когда мы поедем за игрушками? - Как только вы помоете руки и оденетесь, - немножко «растаяла» няня, её лицо прямо просияло. – Райли уже подготовила машину. - Кататься, кататься! – радостно подскочила я, спрыгнув с кровати. - Сначала помыть руки, - притворно строго нахмурилась Амелия, и я мгновенно сменила направление от шкафа к двери, открыла её и оказалась в коридоре, запоздало отмечая, что в данный момент «детская» часть сознания как-то очень легко перехватило управление. А, какая разница, мне же купят игрушки! Вообще в доме Го… в смысле, учителя было множество комнат. Моя располагалась на втором этаже, справа и слева тоже были спальни (по крайней мере, так сказала вчера Амелия, пока мы шли), одна из которых принадлежит Доктору Барра, остальные пустуют. Горничные и вся остальная прислуга живут либо на первом этаже, либо в коттедже рядом с домом, который я, правда, ещё не видела. Ещё на территории есть отдельные помещения для лаборатории и спортивная площадка. И да, это правда, что учитель – единственный мужчина в доме. Ассистентка Доктора по имени Висса имеет свой дом и приезжает каждое утро, кроме субботы и воскресенья. Минут через десять, одев меня и обув, мы с Амелией сели в жёлтый спорткар, Райли завела мотор, и мы выехали в город. Я даже не спросила, как он назывался. Город, как город, большой, но зданий действительно высоких было немного: Падокия наполовину горная, а город располагался где-то в предгорьях, как и дом Д… Учителя. Особой сейсмической активности нет, но с таким действительно крутым рельефом высоток не построишь. Куча магазинов одежды смешивались в моей памяти в одно унылое пятно. Веселее стало только в магазине игрушек, но, помня наставления Амелии, я наступила на горло своему желанию скупить сразу всё, и после тщательного осмотра взяла большой конструктор, красивую куклу и пазл, самый сложный, который был (2 тысячи элементов), с красивым фэнтезийным пейзажем. В комплект к последнему ещё взяли соответствующую раму, чтобы потом результат на стенку повесить. Хотя Райли, сопровождавшая нас, оценила набор и на кассе смотрела на меня с нескрываемым сомнением. Вернулись домой уже около трёх часов дня. Я была уставшей и зевала так, что, кажется, могла ненароком вывихнуть челюсть. Встретившие нас в гараже служанки споро унесли покупки, а Амелия решила, что наступила пора тихого часа. Проснулась я где-то ближе к шести часам. Скоро был ужин, но я выползла наружу из под одеяла и сунулась, наконец, к книгам, лишь на пару секунд задержавшись около коробки с пазлом. Книжный шкаф был высоким, но интереснее всего, в каком порядке там стояли книги: самые простые занимали нижние полки, самые сложные, в названиях которых отсутствовали понятные слова, стояли наверху. И, конечно, я потянулась к той, где что-то было написано про Нэн, чтобы с ней вернуться на кровать и почитать. Книга очень толстой не была: автор во вступлении сказал, что это только самые основы для детей и подростков, поэтому сложных рассуждений о природе Нэн нет, зато есть подробно описанная техника безопасности и какие-то упражнения для развития способностей. Поскольку до ужина было даже немного больше часа, я внимательно вчиталась. Если обобщить написанное, то Нэн – это не энергия, а собирательное название техники управления человеческой аурой. В свою очередь аура – это жизненная энергия всего живого, излучаемая всем телом равномерно. Ну, в обычном состоянии. И если верить книге, то на теле есть специальные точки, сквозь которые жизненная энергия изливается наружу. Их называют сёко. Что-то вроде пор, как я поняла. На секунду появилась мысль о том, что маленькая девочка пяти лет не должна знать, что такое поры, особенно если биологию мне никто не преподавал. Но книга была интереснее, поэтому мысль просто выветрилась из головы. Так вот. Нэн, как техника, начинается с умения закрывать и открывать сёко – поры – по желанию. Так сказать, базис. Автор книги настаивал на длительной подготовке к этому, на аккуратных тренировках, чтобы добиться плавного прогресса и успеха в конце. Для этого надо развивать свою ауру посредством медитаций и активного самосовершенствования. Всё дело в том, что ауру можно усиливать, так сказать, природным способом. Конкретного рецепта для этого не было, но был проверенный принцип: аура сильнее и отзывчивее у тех, кто развивает свои таланты. Любые, от длительных философских размышлений до прополки огорода, всё годится при условии, что этот род занятий заставляет тебя концентрироваться и мобилизировать свои силы, хоть моральные, хоть физические. У людей, давно занимающихся своим делом, внезапно могут обнаружиться способности к Нэн – это считалось нормальным. Впрочем, выше головы не прыгнешь, и если нет таланта к Нэн, помимо других талантов, конечно, ни на какую силу рассчитывать не придётся. Кроме того, аура очень отзывчива и зависит от наших эмоций. Если мы злимся – она одна, если радуемся – другая, влюблены – третья и так далее. Этот принцип, кстати, лежит в основе некоторых специфичных техник Нэн, о которых, впрочем, автор книги особо не говорил. После освоения управления порами-сёко начинались более продвинутые техники Нэн. Стоит овладеть ими, и ты уже считаешься среднестатистическим пользователем Нэн, но это, как говорит автор книги, так сказать, обязательный минимум, которые знают все, у кого есть хотя бы средний уровень МУН и РУН. МУН – Максимальный Уровень Нэн – это вроде как общий запас жизненной энергии, который есть у человека. А РУН – Реальный Уровень Нэн – это такое количество жизненной силы, которое может выделить пользователь единовременно, то есть за раз. Первое, вроде как, важно для того, чтобы знать, как долго можно пользоваться Нэн, а второе важно для эффективности, силы применения Нэн. Дальнейшее изучение теории прервал стук в дверь. Вошла одна из незнакомых служанок, приятная на вид блондинка, хрупкая, худенькая и зелёноглазая. Вообще они все такие: хрупкие и худенькие. Если подумать, то только Амелия была высоковата, а все остальные, как на подбор, примерно одного невысокого роста, а внешность – на любой вкус и цвет. - Госпожа Кимилиса, вы проснулись? – немножко удивлённо спросила служанка, заметив книгу. – Через десять минут подадут ужин. Позвольте помочь вам одеться? - Да, пожалуйста, - вежливо и доброжелательно ответила я, слезая с кровати. За пять минут переодев меня в домашние серые штанишки и бежевую майку (не забывая про носочки), мы пошли кушать в столовую на первый этаж. По дороге я спросила, как зовут милую блондинку. Оказалось, Мирене, с ударением на последнем слоге. Обеденный зал был именно что залом. Белого цвета функциональный и очень длинный стол занимал большую часть помещения, и как в каких-нибудь фильмах про аристократию (это каких, интересно?) и как было дома, за столом нам прислуживали всё те же служанки. Ужинали мы втроём, кстати: Учитель, Амелия и я. Доктор Барра в этот раз тоже не снял лабораторный халат. И вообще был одет в клетчатую рубашку навыпуск и джинсы. Очевидно, что в лаборатории он дорогую одежду не носит, и его понять можно. Его шикарная коса растрепалась слегка, что неведомым образом сделало Учителя даже ещё более симпатичным. Девушки рассказали мне между делом, что Доктор реально на самом деле человек крайне ответственный: комнату, в которой я живу, он обставлял сам, литературу сам подбирал, даже то, чем меня кормили в его доме – это диета, лично Учителем составленная для моего физического восстановления. И остальных преподавателей по предметам он сам подбирал. От осознания этого было даже как-то неловко. Мама, когда нанимала мне репетитора, возлагала основные надежды на спецшколу, поэтому дома меня обучали только основным вещам, каким вообще учат пятилетних детей: цветам, зверушкам и прочим развивающим вещам. Только моё упорство и умение накапать на мозги позволили выдавить из репетитора цифры и буквы, а также немного географии. Правда, после этого он настучал на меня матери, и та, обсудив проблему с ним в спальне, разрешила ничему больше меня не учить. По крайней мере, после этого ни капли информации из гада вытянуть не получилось, а тот совал мне «развивающие» головоломки для детей до шести лет и гордо докладывал результат отцу. Поэтому научиться читать и считать раньше школы мне помогла Амелия. Что бы я без неё делала? Объект моих дум, кстати, чинно сидела напротив меня, являя собой образец аристократических манер и аккуратности. Периодически Амелия поглядывала на меня. В такие минуты требовалось держать спину прямо, вилку и нож – правильно, с набитым ртом не говорить, на стуле не ёрзать. В общем, обед проходил почти что в тишине. Только закончив с основным блюдом (какое-то мясо, название которого постоянно вылетает у меня из головы и гарнир из макарон под соусом), Учитель решил прервать молчание. - Как прошёл ваш день, Амелия? – немного откинувшись на спинку стула, спросил он, потягивая из кружки, судя по всему, чай. - Мы с Госпожой Кимили утром отправились в город, Господин, - с готовностью отозвалась няня. – Купили всё необходимое, после чего вернулись. - Какие-то новости? – поинтересовался Учитель, а я почувствовала что-то вроде досады на себя. Надо было в городе внимательнее по сторонам смотреть. - Нет, Господин, пока что никаких изменений, - спокойно отрапортовала Амелия. - А тебе, Кимили, понравилось в городе? – неожиданно спросил Доктор Барра у меня. - Конечно да, Учитель! – радостно откликнулась я. – Правда, больше всего понравился магазин игрушек… И не понравилось покупать одежду, - хмуро закончила я, надув щёки. - Я тебя понимаю, - рассмеялся Доктор приятным и вовсе не злодейским смехом. – После ужина нужно провести твой осмотр, а завтра начнутся первые занятия… Мирене сказала мне, что ты уже начинаешь читать книги? - Да, я нашла ту, где рассказывают о Нэн, - честно призналась я. – Наверно, ещё рано этим интересоваться, но просто очень любопытно… Простите. - За что ты извиняешься? – удивлённо поднял брови Учитель. – Это совершенно нормально. Конечно, я ещё не скоро разрешу тебе тренировки с Нэн, но знать о них тебе никто не запрещает. Не пытайся самостоятельно заниматься упражнениями из этой книги. Сначала нужно привести тебя в надлежащую форму, затем мы будем вместе развивать Нэн. Понятно? – я поспешила кивнуть. – Отлично. Выпивай свой сок, и пойдём. Подгонять меня не было нужды. Выпив сок в несколько глотков (Амелия смотрела крайне неодобрительно), я почти выскочила из-за стола и пошла вслед за Доктором. Мы вышли на задний двор. Справа была лаборатория аж в два этажа и размером с нормальный такой частный дом. К нему вела дорожка из разноцветной плитки. Ещё несколько дорожек вели к бассейну, ещё парочка – к дому для прислуги. Между дорожек лежал зелёненький ровный газон. Лаборатория была защищена: прежде чем войти, Учитель приложил руку к сканеру отпечатков, после чего какой-то другой сканер просветил Доктора с ног до головы. И только тогда дверь открылась. Вообще – очень странно. Тут компьютеры ещё не у каждого есть, а в доме Учителя техники напичкано какой угодно в любом количестве. Только телевизор один, зато какой! И у меня компьютера нет… но так наглеть нельзя. Точно. Интересно, а что сделала бы Амелия, если бы в городе я попросила не куклу, а компьютер? Эх, надо было раньше догадаться. В лаборатории неожиданно оказалось, что это не лаборатория. Десять коек в зале, шкафы с лекарствами, какая-то аппаратура. Это больница! - Учитель, - дёрнула я Доктора Барру за рукав. – У вас есть своя больница? - Я занимаюсь частной врачебной практикой, - сообщил мне Доктор, не переживая о том, что я могу не знать таких слов. – Конечно, это гораздо проще, если есть своя клиника. Мой профиль - тяжёлые увечья и травмы, полученные в результате воздействия Нэн. Я надеюсь, что и ты когда-нибудь откроешь в себе какой-то талант. - То есть я могу не становиться врачом? – прямо задала вопрос я. Эта тема немного волновала меня с самого начала. - Я был бы рад, если бы ты стала, - честно ответил Учитель, глядя на меня сверху вниз. – Но, знаешь, лучше вырастить Хантера-кулинара, любящего свою работу, чем Хантера-врача, который ненавидит своё дело. Такой врач будет опасен для пациентов. - Не волнуйтесь, Учитель, я постараюсь быть хорошим доктором, - большими и наивными глазами глядя на Наставника, сказала я. И что бы вы думали? Он «поплыл»! Улыбнулся так расслабленно, по голове меня погладил, потом аккуратно поднял и усадил на одну из кушеток, взяв с меня слово, что никуда лазить не буду и посижу на месте пять минут. Теперь я знаю страшный секрет Доктора: он любит детей. Вообще, с таким отношением я удивлена, почему он всё ещё холост.