Сокровище

      Как только дверь в каюту закрылась, Люси моментально спрыгнула с кровати. В голове было очень много вопросов, но не было ответов. Каспиана хотели убить? В Нарнии остались люди Мираза? Она теперь сестра своего возлюбленного? Ну и каша заварилась. Люси вспоминала разговор, не упуская не единой детали.       Получается, она больше не Люси Певенси, и даже не Люси отважная. Теперь она Кейт, дочь короля и королевы Нарнии, прожившая всю жизнь в крестьянской семье. М-да... "Меня хотят убить за то, что я помогла наследному королю Нарнии взойти на трон, а теперь оказывается, что я его сестра. Неплохо для десятилетней девочки..."       В каюте было очень темно, лишь из узенького окошка, ведущего на палубу, на кровать падала узенькая полосочка лунного света. Люси показалось, что в каюте очень душно. Она на ощупь подобралась к двери, посадив на себе примерно пять синяков, и с тихим скрипом начала её открывать. На девочку сразу подул морской ветерок; он рассказывал о приключениях, чудесах и опасностях, что таило в себе морское путешествие, но, как ни странно, Лу это не заинтересовало; в голове у неё были тяжкие думы.       Люси, словно тень, бесшумно вышла из каюты и встала у носа корабля. Волосы её были заплетены в тяжёлую косу; девочка только сейчас это заметила, когда ветер, как обычно, не растрепал ей волосы. Правильно, ведь когда она думала, что вернётся в Англию, сразу прибрала себе причёску, а то дома у Юстэса дома её бы назвали лохматой девчонкой. Люси улыбнулась своим мыслям, расплела косу и выкинула голубую ленту для волос в море. И ветер прикоснулся к её волосам: сначала нежно и аккуратно перебирая её пряди, но потом он осмелел и уже вовсю развевал их. Люси попыталась представить себя со стороны, но ничего не получилось, так как Лу вспомнила отрывок из разговора Каспиана и Дриниана, про то, что нарнийцы сравнивают внешность детей Адама и Евы с Божьей. Один раз девочка слышала про себя такое, словно её глаза — как два пруда, волосы густые и длиной до пола, что губки пухлые и цвета распустившейся розы. Так Люси вспоминала, как её описывают, и она невольно подумала, что её словно списали со Сьюзен... "Нет, нельзя об этом думать!" — Лу злилась на себя, ведь урок с волшебной книгой заклинаний не должен пройти даром. Сьюзен... Эдмунд и Питер — имена такие родные... как она могла бросить их? — Ради любви, ради этого чувства, которое я каждый раз испытываю при Нём. Ох, за что мне это! Почему при нём? Судьба смеётся надо мной — теперь я его сестра! — Хотелось прямо сейчас броситься с корабля, утонуть и стать русалкой, как те, что она видела вчера, но не позволяла привязанность к Нему, ведь тогда она не сможет видеть его. Ладно, теперь она хотя бы сможет видеть Его каждый день и слышать Его смех. Это немножко приободрило Люси, но не уменьшало её горя. Она вспомнила Англию, братьев и сестру — бросила всё это, чтобы каждый день пялиться на того, кто воспринимает её как сестру. — Ну это же я, - усмехнулась Люси. Но всё-таки какая-то часть её сердца осталась там, — в Англии. Она даже не спросила Аслана, вернётся ли она обратно, а дома будут скучать, очень сильно скучать... Она вдруг представила такую картину: Эдмунд стоит перед мамой, а она спрашивает, почему, мол, ты вернулся без Люси. Интересно, что он ответит? Извини, мам, но Лу осталась в картине. Девочка выдавила нервный смешок: да уж, она тогда даже не думала об этом. Какая же она была эгоистка, но вспомнив, ради кого она здесь осталась, всё это показалось ей пустяком. Ведь она, во чтобы то ни стало, заставит Каспиана обратить на себя внимание, как на девушку.       Ободрённая такими мыслями, девочка уже собиралась пойти обратно в каюту, как услышала у себя за спиной голос: — И куда это мы собрались?