In sickness and in health.

Лекса была счастлива, когда ее взяли в помощницы командующей. Долговязая, нескладная, худая, оборванная девочка, таскающая тяжелое оружие, приносящая воду и обед в покои командира и выполняющая мелкие поручения. Лекса гордилась своей должностью: она была легендой среди своих друзей и у нее появился шанс когда-нибудь стать храбрым воином и, быть может, даже лидером. Лекса была счастлива, когда ее взяли в помощницы командующей, но вскоре пламя восторга потухло, а на его место пришло осознание всей тяжести этой должности. Ее не воспринимали всерьез, шпыняли и нагло эксплуатировали. Вечером, приходя в свою лачугу, где когда-то она жила вместе с родителями, она ложилась на подстилку, укрывалась одеялом с головой и успокаивала бешено колотящееся сердце. Ей было так неуютно, так плохо среди взрослых воинов, но она понимала — она должна быть сильной. Только так она станет великой. Со временем Лексе удалось смириться с неудобствами ее должности. Она свыклась. И даже начала получать удовольствие. Девочка понимала, для чего она это делает. А когда у нее была цель – она готова была идти до конца. Единственное, с чем не могла свыкнуться Лекса, так это охота. Она искренне ненавидела это занятие, но вот командующая любила сие времяпрепровождение. Раз в две недели собирался отряд лучших охотников во главе с командиром и они отправлялись в чащу леса, выслеживать какое-нибудь животное, гордо гарцуя на лошадях. Лекса же плелась сзади, сгибаясь под тяжестью лука командующей и спотыкаясь о каждую кочку. После таких приятных прогулок, Лекса еще неделю с трудом вставала по утрам, так как все тело изнывало от тупой боли. Но делать было нечего, выбора у нее не было, так что она безропотно плелась за командующей, стиснув зубы. ~ Сегодня был как раз один из таких дней – день официальной охоты. С раннего утра Лекса металась по лагерю, собирая провизию и оружие. Плащик из дубленой кожи, которую ее заставляли надевать по таким случаям, тащился за ней по земле, мешая спокойно передвигаться. Лекса уже закончила все приготовления, осталось лишь дождаться, когда командующая и другие воины будут готовы выдвигаться, и присела в тени большого сарая, чтобы немного отдохнуть перед долгим и трудным днем. Она закрывает глаза и наслаждается мгновениями покоя. Лекса вслушивается в тихий гул лагеря: гомон голосов, стук лошадиных копыт, криков детей, играющих где-то вдалеке. Девочка грустно улыбается. Сейчас она могла бы быть одной из этих детей. Если бы только ее родители были живы... Но родители мертвы. Их бой окончен. И ей придется выживать самой. Добиваться всего самой. Привычный негромкий гул лагеря внезапно прерывает жалобный протяжный крик, и Лекса тут же открывает глаза, выискивая источник шума. Этим самым источником шума является маленькая девочка, сидящая в центре поляны. Лекса поднимается на ноги и направляется к малышке. Девочка продолжает оглушительно кричать, растирая кулачками слезы, текущие по щечкам. Сальные пряди светлых золотистых волос в хаотичном порядке свисают на плечи и лоб, старое мешковатое платье, местами залатанное и заляпанное грязью, явно досталось девочке от старшей сестры или подруги. Лексе хватило лишь одного взгляда, чтобы понять – это девочка одна из них. Из брошенных. Ее родители погибли и малышка осталась один на один с жизнью, выживая только благодаря тому, что ее подкармливают добрые жители лагеря. – Привет, – говорит Лекса и пристально рассматривает малышку. Теперь она понимает причину ее слез – разодранные коленки. Девочка неудачно упала и теперь на худеньких ножках красовались две огромные кровоточащие ссадины, – Не плачь, настоящие воины не плачут из-за такого пустяка. Ты же у нас воин? Малышка кивает и перестает кричать, но в голубых глазах застыли слезы. – Давай так, – Лекса роется в своей сумке и извлекает оттуда флягу с водой, – Я сейчас промою тебе рану, чтобы не было заражения. Малышка снова кивает, но, кажется, она не понимает о чем идет речь. Девочка завороженно смотрит на Лексу и позволяет делать с собой все, что угодно. Лекса же начинает поливать ссадины водой, смывая грязь и песок. Малышка снова хнычет. – Тише, – шепчет Лекса и уверенным движением отрывает от подола своей рубашки кусок ткани, чтобы забинтовать раны. Главное, чтобы никто не обратил внимание на ее внешний вид, иначе ей будет плохо... Она разрывает тряпицу на две части и обматывает колени, – Вот и все. Малышка смотрит на Лексу затравленным взглядом, сжимает в кулачке свое платьице и молчит. – Как тебя зовут? – Кларк, – говорит малышка тоненьким голосом и внезапно улыбается. – Лекса! – громогласный голос разносится по лагерю и девочка вздрагивает. Ее хватились. Ой, попадет ей за это. – Be yuj*, Кларк, – Лекса поднимается с колен и со всех ног бросается к палатке, чуть не падая под тяжестью оружия и сумки. Малышка так и остается сидеть на земле, глядя вслед своей новой знакомой. Be yuj. Она запомнит. *** – Кларк, – командующая оборачивается и смотрит на молодую белокурую девушку, которая уверенно держится в седле и едет позади нее, – Ты в порядке? Девушка кивает в ответ и благодарно улыбается. Командующая выбрала ее на роль своей помощницы и она безмерно счастлива. О таком она могла только мечтать. Ее жизнь – голодная, одинокая, после смерти родителей, прошла, теперь в ее жизни наступила новая полоса – полоса света. У Лексы тоже в жизни новая полоса. Теперь она стала командующей, на ее плечи возложена тяжелая ответственность за свой народ. И она изменила многие привычные устои и изменит еще больше. А начала она с отношения к девочкам-помощницам. Теперь их уважают, теперь они личности, а не запуганные и забитые малышки... Когда-то, уже довольно давно, Лексе выпал шанс изменить свою судьбу. И она с гордостью приняла его, пройдя много ужасов и пережив десятки трудных моментов. Теперь, когда в ее жизни все по другому, она не может не дать шанс этой белокурой девчонке. Девчонке со шрамами на коленках. * Be yuj – будь сильной.