Behind the camera

Луи больше никогда, никогда в своей жизни не сдаст любимый фотоаппарат в гребанный багаж. Только ручная кладь. Только в салон самолета. Только рядом с Луи. Он уже тысячу раз успел пожалеть, что сделал это, переживая чуточку больше, чем ему на самом деле стоило. Наверное. Чехол от камеры остался в тур-автобусе в Копенгагене, поэтому Луи (по собственной глупости) запечатал устройство в чемодан еще в Лондоне, но там было так небезопасно. Камера могла разбиться или сломаться, а Луи не хотел ничего из этого. Слишком дорогая для него вещица. Гарри всячески пытался успокоить его, мягко поглаживая по руке. Сложно было злиться, когда улыбка Стайлса была такой заботливой, а каждое его прикосновение - нежным. - Это частный самолет, Лу, не волнуйся ты так, все будет в порядке. Луи только раздраженно закатил глаза, громко фыркая. Он отвернулся лицом к иллюминатору, в то время, как Гарри потянул за края шапки шатена, стягивая бини с длинных волос. Они сидели всегда рядом, всегда вместе, независимо от места и вида транспорта и Гарри не упускал ни единой возможности дотронуться до старшего. Быть может, они оба страдали этим? - Ты сам прекрасно знаешь, как обращаются с багажом, love. Они могут просто разбить ее. Томмо насупился сильнее, больше напоминая разозлившегося гномика, чем взволнованного парня. Черт, черт, черт. В его сумке могли оказаться острые предметы. Будет печально, если корпус помнется. Гарри только приободряюще улыбнулся ему, мягко целуя в губы. - Все будет хорошо, Лу, просто не думай об этом. Он прижал Томмо как можно ближе к себе, мягко щипая за бока. Луи поежился, вмиг озаряясь широкой улыбкой. Несмотря на улыбающегося во все зубы кудрявого, у него все еще было плохое предчувствие.

***

- Что б я сдох, - громко выругался Найл, выразительно широко раскрывая глаза. Он смотрел через плечо Луи на потрескавшийся объектив фотоаппарата, громко присвистывая. - Вот эта трещина! Где же ты так долбанул ее? Лиам осуждающе цокнул, смотря на Найла с явным разочарованием и молчаливым приказом заткнуться. Конечно же, Луи был прав, ее разбили. Томмо поражено вздохнул, разочарованно качая головой. Он знал, что все так и будет. Вот же блять. Гарри успокаивающе сжал его плечо в одной руке, мягко поглаживая другой талию. - Не знаю, - грустно проговорил Томмо, проводя пальцем по когда-то гладкому экрану. Интересно, что было таким твердым в чемодане Луи, что так хорошенько проехалось по объективу? Она даже не включается. Скорее всего, внутри полетела матрица. - На ремонт уйдет не мало времени. Томмо поджал губы, аккуратно убирая устройство в первый ящик шкафа. Подарок Стена. Нет возможности искать место, где смогут вставить стекло, наладить все настройки, если сам фотоаппарат в рабочем состояние, естественно. Уйдет не меньше нескольких дней, а уже завтра у парней концерт. Луи не на что было их снимать. - Лу... - Это всего лишь камера, Гарри, - честно ответил шатен, натянуто улыбаясь. - Все в порядке. Гарри лишь неуверенно кивнул, а Луи закрыл ящик шкафа, в последний раз кидая короткий взгляд на любимую вещицу. Новая обойдется ему в кругленькую сумму, которой у Луи всего на всего просто нет. Да, он зарабатывал неплохие деньги, помогал своей семье материально, и, в целом, ни в чем не нуждался, но бюджет Томмо был рассчитан только на покупки тех или иных сувениров в разных странах, никак не на покупку профессиональной камеры в Европе. Вторую половину суммы от М!М Луи получит только после выполнения всех условий контракта. - Ну раз все в порядке, то предлагаю спуститься на первый этаж и выпить что-нибудь в баре. Все-таки мы в Париже, крошки, город любви-и-и! - Найл радостно хлопнул в ладоши, на что Лиам стукнул его по руке, призывая успокоиться. Есть хоть какая-то капля сострадание в этом ирландском леприконе? - Ауч, Лиам, больно же, - взвизгнул блондин, таращась на друга широко распахнутыми глазами. - Я же ничего такого не сказал! Лиам только закатил глаза, собираясь снова шикнуть, но Луи развернулся в объятиях Гарри, уверенно кивая. - Полностью поддерживаю, - громко сказал он, выбираясь из теплого плена. Луи схватил свой кошелек и телефон с тумбочки, поворачиваясь к немного шокированным таким поведением музыкантам. - Ну что, вы идете или как? Губы Найла расплылись в довольной ухмылке, а глаза заблестели детским азартом. Он вскочил на ноги, поправляя козырек своей бейсболки так, словно принимает вызов. - Вот это по-нашему, чувак! Гарри только выжидающе посмотрел на старшего, пока тот не улыбнулся ему настолько убедительно, насколько был способен. «Все в порядке, Гарри. Правда. Это всего лишь фотоаппарат, не беспокойся, со мной все в порядке».

***

За два пьяных вечера в компании самых известных парней планеты, Луи понял одну вещь: Найл Хоран - был тем самым сатаной с внешностью ангела и потрясающей способностью оставаться самый трезвым независимо от количества выпитого им алкоголя. А блондин пил много. Очень много. За три часа, проведенных в баре, Хоран умудрился заказать девять кружек пива, семь из которых были опустошенны, как самый обычный яблочный сок. Да ладно? Серьезно? Луи искренни удивлялся абсолютно вменяемому состоянию блондина, что, к сожалению, нельзя было сказать про него. Когда они с Гарри вернулись обратно в их номер (никто точно не знал, с какого момента они стали жить в одной комнате), Томмо был в хорошем настроение. Его глаза были немного красными, волосы - растрепанными, а на щеках розовел очаровательный пьяный румянец. Он тихо хихикал Гарри в плечо, широко улыбаясь и лепеча какую-то едва различимый чепуху. Луи почти никогда не напивался до такого состояние раньше. После всего одного случая с арестом в центральном парке, когда его загребли в тюрьму из-за того, что тот купался в общественном фонтане шатен знал свою меру. Но сейчас его ноги подкашивались, а земля словно качалась, и он прятался в теплых и больших руках Гарри, который крепко держал его за талию. - Я не должен был столько пить. Прости меня, Ха-а-аз. Почему из всех вас только я выгляжу настолько надравшимся? Мы ведь все пили одинаково? Гарри только мягко засмеялся, помогая Луи зайти в номер так, чтобы тот не встретился лицом с полом. В отличие от шатена, Стайлс выглядел на удивление трезвым. Он оставался заботливой мамочкой для Луи, вовремя останавливая свое чудо. - Ты выглядишь просто очаровательно, Лу, - с усмешкой, ответил он, заботливо поправляя взъерошенные волосы. - И ты не надравшийся, тебе просто хорошо. Да и у Найла слишком большой опыт, чтобы пьянеть так быстро. Луи широко улыбнулся, заглядывая в зеленые глаза с плохо скрытым восхищением. Он уже собирался возразить, но кончики его губ только дрогнули, изгибаясь в нежной и искренней улыбке. Они никогда не обсуждали, что происходило между ними и кем они были друг другу. Их отношения до сих пор оставались без ярлыков. Просто Луи и Гарри. Сколько бы времени не прошло, сколько бы дней, недель и годов не пролетело с того момента, как Луи впервые заглянул Гарри в глаза, он с каждым разом находил что-то новое в пленительной зелени. Словно вся вселенная, все красоты необузданного космоса и далеких пейзажей находились там, в невозможно зеленых изумрудах Гарри Стайлса. Где лилась вода, горел огонь, шуршали листья и сыпался песок. На это можно было смотреть вечно. - Потанцуй со мной, Гарри? - все также обворожительно улыбаясь, интимно прошептал шатен, а его ресницы очаровательно затрепетали. Гарри усмехнулся, нежно притягивая Луи к себе за талию одной рукой, а другой - обхватывая его ладонь. Он тихо засмеялся, когда Томмо неуклюже наступил ему на ногу, сразу же извиняясь. Гарри прошептал что-то тихое и успокаивающее, начиная петь своих низким, хриплым голосом то, что слышал слишком часто за этот вечер. - Six on the second hand till new year's resolutions / Секундная стрелка показывает шесть секунд до начала Нового года, There's just no question what this man should do / Уже нет вопросов, что он будет делать. Take all the time lost, all the days that I cost / Возьми всё время, которое я потерял, все дни, которые я потратил, Take what I took and give it back to you / Возьми то, что я брал и теперь возвращаю тебе. Луи закрыл глаза, прижимаясь к телу кудрявого как можно ближе. Возможно, эта песня звучала довольно часто в ресторане на первом этаже гостиницы, или, возможно, это было не так, но Гарри нравилась оберегать Луи. Расстояние между ними всегда казалось слишком большим, каким бы маленьким оно не было на самом деле. Томмо положил свою голову на твёрдую и широкую грудь кудрявого, чувствуя его сладкий, знакомый и такой пьянящий запах, пока теплые ладони кудрявого нежно сжимали его талии. - All this time we were waiting for each other / Всё это время мы ждали друг друга, All this time I was waiting for you / Всё это время я ждал тебя, We got all these words, can't waste them on another / Все эти слова не могут быть потрачены на что-либо другое, So I'm straight in a straight line running back to you / И поэтому я бегу прямо, прямо к тебе. Шаг за шагом, они двигались плавно, их тела идеально подходили друг другу и каждое легкое прикосновение, дыхание, строчка, - дополняло и создавало то самое, идеальное и неповторимое, словно не было ничего более совершенного, чем они. - I don't know what day it is, I had to check the paper / Я не знаю, какой сейчас день. Нужно проверить газету. I don't know the city but it isn't home / Я не знаю, какой это город, но это не дом. You say I'm lucky to love something that loves me / Ты говоришь, я везучий, потому что люблю того, кто любит меня, But I don't as I could be wherever I roam / Но это не так, ведь я мог оказаться в любом месте своих странствий... Oh, I would travel so far / буду далеко странствовать, I would travel so far / Я отправлюсь очень далеко, To get back where you are / Лишь бы прийти к тебе...* Голос Гарри звучал тихо. Он пел едва слышно, мягко раскачиваясь из стороны в сторону, делая маленькие шаги навстречу старшему. Медленный танец, тот, которому учила его мама, больше напоминал эпизод из тех самых дешевых мелодрам, когда главный герой получал свою принцессу. - Ты такой невероятный, Лу, - тихо прошептал Гарри, касаясь губами макушки старшего. Луи только слабо улыбнулся, игриво кусая Гарри за воротник шелковой рубашки. Он поднял голову, смотря прямо на розовые губы кудрявого. И это произошло неожиданно, но сладко и хорошо. Спустя мгновение немного сухие и тонкие губы Томмо аккуратно касались алых губ младшего. Это был ленивый, но нежный поцелуй, наполненный искренним желанием. Когда Гарри оторвался от Луи, его улыбка была счастливой. Он снова склонился, невесомо касаясь лба Луи своим. - Ты пьян, Лу, давай ложиться спать? - тихо прошептал он, обдавая кожу напротив своим горячим дыханием. - Ммм, ты так думаешь? - сонно протянул тот, прикрывая глаза. - Да, думаю, ты прав. Гарри лениво кивнул, не сдвигаясь с места вопреки всем «да», как можно сильнее прижимаясь к чужому теплу. Он ласково поцеловал Луи в макушку, мягко толкая его в сторону кровати. Они слишком привыкли заботиться, волноваться, ухаживать и любить друг друга, что, кажется, уже совершенно этого не замечали. Гарри достиг края матраса, аккуратно укладывая шатена на мягкое покрывало, затем оставляя быстрый поцелуй на губах. - I believe I can fly, I believe i can touch the sky! - пьяно пропел Луи, раскидывая руки в разные стороны. Гарри усмехнулся, в притворном возмущение скрещивая руки на груди. - В одежде будешь спать, летающее недоразумение, или все же потрудишься снять обувь? Луи выпятил нижнюю губу, словно вымаливающий что-то у матери ребенок. - Раздень меня, если сможешь, - с вызовом протянул он, двигая бровями. Гарри лишь закатил глаза, молча стягивая с Томмо джинсы, тихо посмеиваясь над совершенно обаятельным и ничего не соображающем парнем. Когда Луи оказался под теплым одеялом, он раскинул свои руки в разные стороны, призывая «немедленно согреть» его. Кудрявый вновь самодовольно усмехнулся, стягивая с себя одежду. Совсем скоро, после того, как их дыхание сбилось, а на спинах и шеях появились новое красные пятна, он крепко обнимал шатена, вдыхая родной запах. Он оставил целомудренный поцелуй на затылке старшего, прежде чем провалиться в сон под тихое сопение Луи. Хорошо, кажется, это вновь ничего не значило для каждого из них.

***

- Нет, Зейн, боже, успокойся, я всего лишь не привык к этому, вот и все! Завязывай со своими шуточками, - раздраженно заключил Луи, кусая и без того истерзанные губы. - Я не «зазнавшаяся принцесса». Ты ведь сам прекрасно знаешь, как я чувствуя себя, когда происходит что-то подобное. Все теряются, в конце концов! Это нормально. Брюнет по другую сторону провода обреченно вздохнул, скорее всего, устало потирая лицо ладонью. Никто не обещал, что будет легко. - Томмо, ты знаешь, я всегда был на твоей стороне. Даже тогда, когда на самом деле ты был неправ, но в этом случае... Ну правда, что плохого в том, что тобой интересуется люди? Ты ведешь себя, как поп-дива, когда просто сбегаешь от журналистов и паппараци. Луи покачал головой, с громкий стоном прикладываясь головой об деревянный стол. Саундчек шел полным ходом, пока он прятался в дальней гримерке, жалуясь лучшему другу на свою «никчемную жизнь». - Ты не понимаешь, Зи, просто не понимаешь. - Ох, ладно, тогда давай разберемся во всем по порядку, с самого начала, хорошо, раз я ничего не понимаю? В голосе Зейна была слышна насмешка, но он сразу же продолжил, не давая Луи шанса передразнить его. - Твою камеру разбили в самолете, поэтому ты пошел с парнями в бар, где надрался чуть ли не до потери памяти. Луи фыркнул, на что брюнет самодовольно усмехнулся. Все-таки это была правда, хоть и не в такой грубой форме. - Затем, на следующее утро, ты решил поискать хорошую камеру в магазинах Парижа, хотя мог позвонить мне и попросить съездить к Дейву, который может найти прекрасный фотоаппарат за приемлемую цену. Зейн остановился, ожидая запоздалого подтверждения шатена. Черт, почему Луи не додумался до этого раньше? - Ох, я ведь правда мог позвонить тебе. Брюнет усмехнулся, закатывая глаза. Все так очевидно. - Но ты не сделал этого. Томмо только поджал губы, кусая внутреннюю часть щеки. Вот почему он так сильно любил Зейна. Тот всегда был прав, и его мнение оставалось для Луи слишком важным. Зейн умел давать правильные, а самое главное, дельные советы. - Итак, после того, как ты не нашел ничего стоящего, отправился обратно в отель, где фанаты узнали тебя и окружили, выпрашивая автограф, верно? Но ты позорно сбежал от них. Просто взял и свалил. Голос Зейна приобрел осуждающую интонацию, на что Луи раздраженно закатил глаза. - Это было слишком неожиданно, ясно? Не начинай снова, Зейн. Я просто был немного удивлен, шокирован, да что угодно. Со мной редко кто просит сфотографироваться, не считая семьи и друзей, знаешь? Я просто не знал, что делать в таких ситуациях. - Не пробовал быть вежливым? - подразнил его Зейн. Луи еще громче застонал. - Или хотя бы тактичным? - Пошел ты знаешь куда? Я выбрал карьеру фотографа, а на футболиста или актера, только... - Только потому что «ты вроде как знаменит, а вроде как и нет», - цитирую слова лучшего друга, перебил его Зейн. - Да, я знаю, Луи, это, конечно, все очень хорошо, но твой парень - Гарри Стайлс, известный на весь мир певец самого крутого бойз-бенда планеты! Понятное дело, людям не все равно, кто стал второй половинкой именитого бабника Великобритании. Друг, сам подумай, ты бойфренд самого заядлого дамского угодника, который променял ноги самой Тейлор Свифт на твою задницу, так что, конечно, черт возьми, всем интересно знать о тебе все. Это нормально. Луи качнул головой, поджимая губы. - Я не парень Гарри, Зи, - тихо прошептал он, закрывая глаза. Холодная поверхность стола приятно охлаждала его кипящую, и готовую взорваться в любой момент голову. Все не так просто. - Мы только друзья. И все. Зейн, видимо, ударился лбом обо что-то твердой, потому что в динамиках телефона раздался шум, а затем тихий шорох. Он издал усталый писк. - Вы спите в одной кровати, Томлинсон, - чуть более раздраженно ответил он, прерывая уже собравшегося возразить шатена. - Вы постоянно целуетесь, обнимаетесь, трахаетесь. Вы живете в одном чертовом номере и выглядите настолько по уши влюбленными друг в друга, что мне хочется блевать от того, как мило вы выглядите вместе. Честное слово, Лу, если ты этого не видишь, то это не значит, что все остальные настолько же слепые. Вам обоим следует понять это наконец. И если этого недостаточно, то советую тебе заглянуть в твиттер или просто посмотреть о том, что про вас говорят, потому что ... - Зейн! - строго перебил его Луи, заставляя брюнета резко замолчать. - Мы просто друзья, ясно? Гарри не любит меня как парня, и все, что пишут в соц. сетях - полный бред. Просто прекрати это. Пожалуйста. - А ты любишь Гарри, Луи? Любишь как парня, ведь так? Луи неосознанно сжал челюсть, напрягая каждую мышцу своего тела. - Просто давай не будем об этом. Перестань все усложнять еще больше, хотя бы только потому, что я итак ничего не знаю. Прекрати. Зейн замолчал на какое-то мгновение, пока мозг Луи переваривал все то, что навалилось на него таким неожиданным снежным комом. Когда все вышло из под контроля? Когда все стало таким сумасшедшим? - Ох, ладно, Томмо, - спустя минуту согласился Зейн, а его голос звучал неуверенно. - Тогда позвони Дейву. Я заберу камеру завтра утром. - Спасибо, Зи, - искренни поблагодарил его Луи, поджимая губы. - Поздравляю с завершением записи, кстати. Ты огромный молодец, горжусь тобой. - Спасибо, детка! - ответил брюнет, вновь возвращая задорный тон. - Жди меня завтра вечером, думаю, мой самолет прилетит прямо к началу второго концерта. А, и не стоит париться по поводу того, чтобы встретить меня. Один из друзей Лиама приедет в аэропорт, так что созвонимся чуть позже, ладно? Луи вздохнул, коротко соглашаясь. Сегодня он будет впервые находиться рядом со сценой не в качестве фотографа группы, а как обычный зритель. Насколько это будет странным? - Да, бро, я люблю тебя. Зейн мягко засмеялся, заставляя Луи невольно улыбнуться в ответ. Он правда любил этого идиота. - И я тебя тоже, друг. Просто сделай мне одолжение: не будь таким слепым придурком и позволь случится тому, что должно произойти. Луи знал, что Зейн имел в виду, поэтому только кивнул, молча обещая себе не думать слишком много. В конце концов, Гарри не был обеспокоен этими слухами, так почему Луи должен? - Будь хорошим мальчиком, Томмо. Еще созвонимся. Послышали короткие гудки по другую сторону провода и Луи заблокировал экран, опуская телефон на стол рядом со своей головой. Он сделал глубокий вдох, неожиданно чувствуя чьи-то теплые, большие ладони на своей спине. Гарри. - Лу? - Все в порядке, Хазз, - с мягкой улыбкой ответил старший, поворачивая голову в сторону кудрявого. Как давно Гарри был здесь? С какого момента он слышал разговор Луи и Зейна? Что он думает по этому поводу? Возможно, это волновало Луи, но все вопросы перестали иметь хоть какое-то значение. Он позволил себе расслабиться, вновь утопая в родных объятиях. - Я начал переживать, когда не нашел тебя на площадке. Пошли, вернемся к парням? Привезли машинки для картинга, думаю, это интересно? Луи вновь очаровательно засмеялся, игриво взъерошивая кудрявые волосы. Как можно не влюбиться в такое чудо? - Да, звучит здорово, love.

***

Глаза Луи невероятно широко раскрылись, когда Гарри достал откуда-то из-за своей спины небольшую квадратную коробку с причудливым фиолетовым бантиком в самом центре картонной крышки. Шатен в непонимание нахмурился, тупо смотря на руки младшего в то время, как тот стоял спиной к своему персональному выходу на сцену, заглядывая глубоко в серо-голубые глаза. Он с какой-то детской преданностью и искренностью расплылся в самой смущенной улыбке, на которою только был способен. Парень молча протянул подарок старшему, загадочно ухмыляясь. - Что это? - медленно протянул Луи, а глубокая морщинка пролегла между его бровями. Гарри безучастно пожал плечами. - Открой. Он выглядел довольно. Его глаза искрились и переливались в искусственной освещение ламп, приобретая темно-зеленый оттенок, а губы растянулись в дьявольски прекрасной улыбке, заставляя глубокие ямочки образоваться на слегка розовых щеках. Вокруг носились люди, разбегаясь в разные стороны и возвращаясь обратно, едва различимые голоса сливались в один неразборчивый гул, и Гарри хотел сказать что-то еще, но один из организаторов шоу увел немного ошеломленного Луи в сторону, напоминая о скором выходе младшего. Концерт должен был начаться с минуты на минуту. Гарри все еще улыбался, когда Луи поймал его взгляд, переминаясь с ноги на ногу в пару метрах от него. Кудрявый многозначительно кивнул на коробку в руках шатена, прежде чем Найл окликнул его, призывая занять свое место. Он исчез за выдвижной стенкой спустя какое-то мгновение и Луи спешно развязал ленту, заглядывая внутрь картонного ящика.