Behind the camera

- Я не могу принять его, не могу, - быстро бормотал Луи себе под нос, аккуратно опуская совершенно новый, уже распакованный фотоаппарат на дно коробки. - Это слишком дорогой подарок, я не могу. Он отодвинул вещицу от себя в сторону, нервно кусая губы. Это была та самая фото-камера, на которую Луи буквально пускал слюни в специализированном магазине Лондона пару недель назад, когда он и Гарри незапланировано гуляли по окраинам. Камера имела высокое разрешение, разного диаметра и толщины стекла и еще множество дополнительных функций для профессиональной фото-съемки, которые делали работу фотографа в несколько раз легче и интересней. Луи знал, что, возможно, был слишком очевидным, когда с большим любопытством расспрашивал консультанта о понравившейся ему технике, но едва ли мог представить, что Гарри слушал тогда, а главное, помнил об этом все это время. Луи качнул головой, все еще пристально смотря на подарок кудрявого, который, кстати говоря, безусловно, безумно понравился ему. Но он не мог. - Луи? Томмо вздрогнул, пугаясь неожиданно прозвучавшего рядом с ним голоса стилистки. Он нахмурился, поворачиваясь лицом к подруге. - Разве ты не должен быть возле сцены? Луи моргнул, на мгновение выпадая из реальности, но затем смущенно улыбнулся, кивнув головой. - Я... Да, уже иду. Он оттянул края своей толстовки вниз, направляясь в сторону выхода на трибуны. - Хэй, Луи? - Шатен оглянулся. - Ты забыл. Тисдейл указала рукой на небольшую коробку, на что Томмо качнул головой. - Это не мое. Девушка хмыкнула, бесцеремонно открывая крышку и доставая со дна фотоаппарат. Она окинула вещицу в своих руках заинтересованным взглядом, разочарованно говоря: - Гарри расстроится, если ты не примешь его. Луи вздохнул. - Я не могу это сделать, Лу. Он слишком дорогой. Ты знаешь. Стилистка закатила глаза, стремительно сокращая расстояние между ними. - Это подарок, милый. То, что хочет подарить тебе Гарри просто потому, что ему хочется сделать это. Знак внимания, да? - Девушка нежно улыбнулась. - Лучше возьми его и поблагодари Гарри после, не будь таким засранцем. К тому же, я думаю, он хотел сделать тебе приятно. Ему не важно, сколько стоила эта вещица. Лу широко улыбнулась, безоговорочно вручая шатену то, что по право должно было принадлежать ему. Она мягко подтолкнула его в спину, не давая шанса протестовать. Спустя каких-то пару минут Гарри широко и счастливо улыбался в камеру. На протяжение всего выступления он не отрывал влюбленного взгляда от довольного и благодарного Луи. Стайлс мог бы поклясться, что видел, как вокруг Томмо летают искорки чего-то поистине прекрасного.

***

Луи лежал на кровате в своем с Гарри номере, вновь отсеивая неудачные фотография на лэптопе. Он лениво щелкал мышкой, в то время как младший сидел на балконе, разговаривая со своей мамой по телефону. Его густой голос едва доносился, смешиваясь с порывали ветра и монотонным бормотанием в телевизоре. Парни были уже в Амстердаме. До концерта оставалось чуть менее двух дней, а это означало, что у них было время на исследование некоторых переулков. Томмо устало потер переносицу двумя пальцами, издавая тихий измученный стон. Он упал лицом в одеяло, растягиваясь на поверхности всего матраса. Ему нужен был отдых. Выйти из замкнутого помещения и прогуляться по жарким улицам, не привлекая к себе лишнего внимание. - Лу? Все хорошо? Гарри невесомо коснулся лодыжки старшего, садясь у него в ногах. Он провел пальцем по икре шатена, невесомо щекоча кожу. - Мне надоело сидеть в номере, Хазз, - пожаловался Луи, хныкая, как маленький ребенок. Гарри улыбнулся. - Тогда, я думаю, тебе стоит прогуляться? Луи повернул голову в сторону кудрявого, хмуря брови. - Я не хочу один. Гарри легко шлепнул Томмо по заднице, победно ухмыляясь. - Мы можем пойти вместе. На самом деле, выходить из отеля было не самой лучшей идеей по мнению Луи. Он не хотел привлекать излишнего внимание СМИ. Также он знал, что шумиха по поводу их с Гарри так называемого романа достигла самого пика. Менеджмент уже пытался всячески намекнуть им обоим быть как можно более скрытными, иногда переходя на угрозы. Но Гарри стойко держал оборону, запрещая M!M вмешиваться в их жизнь. - Ты знаешь, мы не можем, sweetcheeks, - в ответ покачал головой Томмо. На лице Гарри отразилась грусть. Он слабо сжал ногу шатена в своей руке, как бы говоря, что ему жаль. - Ты можешь взять с собой кого-нибудь из парней. Я думаю, Найл не будет против. Луи шире улыбнулся, переворачиваясь и приподнимаясь на локтях, с обожанием заглядывая в зеленые глаза младшего. Возможно, то, что он чувствует по отношению к Гарри - это любовь? Он действительно влюблен в него? Их губы соединились спустя пару мгновений, а дыхание сбилось, и сердце застучало предательски быстро в груди у обоих, когда поцелуй превратился в прикосновения. Может быть, Луи и не вышел из номера в тот день. Может быть, он остался с Гарри в их кровати, бесцельно тратя время на глупые фильмы, долгие поцелуи и теплые объятия. Может быть.

***

Найл ржал. Он откровенно, бессовестно задыхался от беззвучного хохота, сворачиваюсь пополам. В уголках его глаз собирались слезы, и он держался за свой живот, стоило ему только взглянуть на Луи. Сначала Томмо не понимал, что вызвало такую бурную реакцию у ирландца, сначала даже усмехнувшись над очаровательно розовыми щеками блондина, но потом, когда его глаза зацепились за фотографию на экране планшета - все встало на свои места. - Лу... - все, что смог сказать Зейн, прежде чем Луи накинулся на него с яростным «ах ты ж маленький ублюдок», заваливая их на, как ни кстати оказавшийся позади диван. - Малышке Лу-Лу очень идут платья с декольте. Томмо, ты такой горячий в кружевном розовом лифчике. Найл дрожал, его голос срывался, и он делал глубокие, частые вдохи, пытаясь успокоиться, но смех вновь и вновь одолевал его. Лиам и Гарри сохраняли подозрительное молчание. - Каково, блять, хуя? - прищуривая глаза, раздраженно прошипел Луи, хватая Зейна за грудки. Он был готов в любой момент ударить лучшего друга. - Ты обещал мне! - Это не я, приятель, - парировал брюнет, широко раскрывая глаза. - Клянусь, не я! Кто-то выложил эти фотки в сеть пару часов назад. Найл все ещё громко смеялся, когда Лиам толкнул его в бок, призывая наконец заткнуться. Хоран осекся, понимая, что никому, кроме него, не было смешно. Он виновато посмотрел на Луи. В один момент воздух в помещение стал тяжёлым, а атмосфера давящей, заставляя каждого в комнате напрячься. - Лу? - аккуратно позвал его Гарри, выглядя при этом напуганным и виноватым. Луи скрипнул зубами, тяжело выдыхая. Он отвёл взгляд от Зейна, ослабляя хватку, а затем и вовсе спешно отстраняясь назад. Кровь яростно кипела в его висках. Он не хотел быть знаменитым. Никому не нужно лезть в его жизнь, потому что это полное дерьмо, когда кто-то так безнаказанно выставляет его полным кретином. Что за пиздец? Луи не обратил внимание на обеспокоенное лицо Лиама, взволнованный голос Найла и сожалеющий взгляд Зейна, когда вылетел из комнаты. Он не хотел, чтобы Гарри нашел его, прекрасно зная, что тот пойдёт за ним. Не хотел, чтобы кто-то пытался успокоить его, потому что он злился. Луи был в ярости. Не стало лучше после звонка Лотти. Обычно голос кого-то из членов его семьи успокаивал парня, но в этот раз странная интонация Шарлотты заставила Луи насторожиться. В первые пару минут Лотти воодушевленно рассказывала о том, как младшие близнецы делали первые попытки вставать и ходить самостоятельно, но потом, когда разговор зашел о новостях Томмо, он мог отчетливо слышать плохо скрытую жалость. Он, блять, ненавидел это. - Ты можешь сказать мне прямо? - потребовал Луи, начиная раздражаться из-за двусмысленных фраз своей сестры. Шарлотта вздохнула, замолчав на какое-то время. Неловкая тишина, казалось, тянулась целую вечность. - Мама переживает за тебя из-за того, что пишут в интернете, Луи. Она просила узнать, как ты, потому что вокруг происходит много всяких вещей. Ей нужно знать, что ты в порядке. Возможно, раньше Луи не задумывался о своей ориентации. Возможно, он не любил вешать ярлыки и, возможно, ему было все равно, когда в журналах и на телевидении его относили к представителям сексуальных меньшинств. Возможно, он никак не реагировал на грубые замечания и угрозы в твиттере. Его не волновало это. Но, в момент, когда его младшая сестра напомнила обо всем негативе, что обрушился на него огромным снежным комом, он всерьез задумался: в порядке ли он? Луи качнул головой, выгоняя прочь дурные мысли. Он всего лишь не привык к такому излишнему вниманию. Желая придать своему голосу большую убедительность, он прочистил горло: - Все в порядке, Лотти. Не переживайте по этому поводу. Я навещу вас через пару недель. Привезти тебе что-нибудь, милая? Шарлотта добродушно посмеялась, отмечая неудачную попытку брата сменить тему. Луи слышал её улыбку, когда она сказала, что самым лучшим сувениром будет он сам. - Я люблю тебя, братишка, - призналась она в конце разговора. - Жду не дождусь, когда ты познакомишь меня со своим бойфрендом. Луи улыбнулся. Он слишком устал, чтобы спорить с ней. Гарри всегда был рядом и Томмо любил его (он был уверен в этом), но они никогда не говорило о них. Были ли они парой? - И я люблю тебя, дорогая. Маме огромный привет от меня. - Передам. Послышались короткие, телефонные гудки, и Луи ссутулился, смотря на черный экран мобильного. Он услышал чьи-то тяжелые шаги позади, выдавливая из себя преувеличенно бодрое: «я в порядке, love, в порядке». - Я тоже люблю тебя, Томмо, - добродушно усмехнулся Лиам. Луи повернул голову, смиряя друга быстрым взглядом, ожидая увидеть на месте Пейна долговязого, кудрявого парня. Луи натянуто улыбнулся. Лиам сел рядом, молча смотря на многочисленные крыши домов вдалеке. - Я ожидал увидеть Гарри, - сказал Луи, принимая оборонительную позу. Лиам пожал плечами. - Он ищет тебя. Повисла неловкая тишина. Луи тяжело вздохнул, разглядывая свои пальцы. - Я правда в порядке, - солгал он. Лиам печально улыбнулся. Он поджал губы, смотря в пространство перед собой. - Когда мы стали популярными, мы были ещё подростками, которые ничего не понимали. Естественно, каждый имел за спиной некий опыт, который мы бы предпочли похоронить вместе с собой, но так уж вышло, что если ты знаменит, то ты не можешь ожидать какой-нибудь приватности. Пейн цокнул, качая головой. Он вздохнул: - С этим сложно бороться, Луи. У Найла была долгая депрессия, а Гарри едва справлялся со всем давлением, особенно, когда осознал свою ориентацию. Он очень ранимый, ты знаешь. В такие моменты мне хочется врезать людям, которые позволяют себе поносить других за то, какие они есть. Я понимаю твою злость. Мне знакомо это чувство. И я бы хотел тебе помочь и утешить, сказать, что все наладиться, но, приятель, все станет только хуже. Журналисты будут копать под тебя, поэтому я хочу, чтобы ты был готов к этому. Не ради себя, а ради Гарри, потому что он видит, что тебе больно, и ему больнее вдвойне. Луи посмотрел на Лиама, прикусывая нижнюю губу. Он покачал головой, впиваясь пальцами в свои волосы. - Что если я не готов раскрывать своё прошлое, даже если это будет ради него? Что если я не хочу? Лиам внимательно посмотрел на него. - Тогда тебе стоит сказать об этом Гарри. - заключил он. Пейн встал, окидывая Луи сосредоточенным взглядом. Он ушёл, а Томмо уставился на свои ноги, слегка покачиваясь. Он задумался: Готов ли он ради Гарри бороться с обществом? Хватит ли у него сил?