Стальные узы

Ещё секунда, и вся академия увидит, как её расплющит деревянная декорация. Наверняка, студенческий совет отправит официальное письмо её родителям с приглашением на похороны. Родители расстроятся, особенно папа — он больше мамы ждал встречи с Полиной, когда она повзрослеет. Стальнокрылая до сих пор помнила, с каким задором он рассказывал ей, какое будущее ждёт его смышлёную и сильную дочурку. Как она займёт высший пост в королевской страже, станет важной персоной и перевезёт родителей в Столицу. Как они будут завтракать в кондитерской каждую субботу, и ужинать мамиными панкейками каждое воскресенье. Ну ладно, может про это папа не упоминал и это уже Полина додумала. В любом случае этому будущему не суждено сбыться, ведь сейчас она останется без крыльев, головы и своей жизни. Она сощурилась, принимая неизбежное. Но солнце с ещё более оглушительным треском разлетелось на куски над головой застывшей на месте Полины. С опаской разлепив веки, она увидела металлические перья, раскинувшиеся над её головой. Она опустила глаза и поймала взгляд стоящего в полуметре от неё тяжело дышащего Тео. Полина ни разу не видела его таким испуганным, и уже через мгновение он потянул к ней руку и провёл мозолистой ладонью по щеке. — Ты цела, младшенькая? — дрожащим голосом спросил он и ощупал её голову, плечи и руки, ища ссадины или щепки. Ничего не обнаружив, он выдохнул впервые за минуту. Тео сложил крылья, а затем на мгновение крепко обнял Полину и ещё раз взволнованно посмотрел ей в глаза. А Полина искала Рея, который обещал за ней наблюдать. Он видел? Переживал? Сейчас он единственный среди музыкантов стоял и был готов рвануть на сцену, но осмотрев её с ног до головы, и видя рядом Тео, расслабился и облегченно выдохнул, показав Полине большой палец. Лучше бы он стоял рядом с ней, на месте Тео. У Полины пересохло горло и свело желудок. Она не успела понять, что произошло, но адреналин кипел в крови, и её начало трясти. Зрители что-то кричали со своих мест, но находились слишком далеко, поэтому их слов было не разобрать. Актёры разбежались как можно дальше от оставшихся декораций. Из-за кулис выбежала мадам Лукина, а следом за ней покрывшийся красными пятнами от волнения Густав. Со зрительских рядов подлетели мисс Дефо, мистер Льюис и даже мистер Уэствик. Последний сначала отчитал Тео, а затем по отечески осмотрел его крылья, проверяя не остались ли на них царапины. Густав, задыхаясь, рассказал Полине, что Тео в последний момент разрубил солнце крылом. Возможно, он просто хотел её закрыть, но не успел, так как стоял недостаточно близко. Густав боялся притронуться к Стальнокрылой, но без остановки спрашивал в порядке ли она. Мисс Дефо отчитывала техников, а мистер Льюис также, как и Тео минутами ранее, ощупывал Полину. — Нам надо работать с твоей реакцией, Кравцева. Это никуда не годится, — сетовал он. — Благодари всевышних за то, что рядом с тобой был Герц. Мальчишку жизнь уже потрепала, поэтому он больше не медлит. Сейчас Полина могла только хлопать глазами и механически кивать. Она всё ещё с трудом осознавала произошедшее и немного боялась, что её жизнь на самом деле закончилась, а сейчас она смотрит красивый сон, показывающий альтернативную реальность. Тео вроде был в порядке и уже улыбался окружающим его приятелям из театрального кружка. Через пару минут на зрительские места улетели преподаватели, настояв на завершении представления. До конца постановки оставались буквально две сцены, и директор посчитал, что спектакль стоит завершить. Техников, правда, попросили больше ничего не трогать. Солнце, которое должно было освещать сцену сейчас щепками было раскидано по полу. Из-за кулис высыпали актёры, Тео собрался и чуть менее пафосно, чем на репетициях зачитал свои слова о единстве и процветании ангельской расы. Маргарет, будто ничего не произошло, танцевала вокруг и благодарила божество за благословение. Настроение других актёров было скорее пасмурным. Музыканты продолжали слаженно играть, но Полина заметила, что их вдохновлённые лица посуровели. Взгляд Рея Полина больше не ловила, ей было стыдно даже смотреть в его сторону. А ещё она вдруг поняла, что Рей мог видеть, как Тео потянулся к ней после её спасения. Но Тео был просто другом, можно сказать, её старшим братом. Она привыкла, что он называет её мелочью, постоянно подкалывает и видит в ней сомнительного соперника. Да и ей Тео ни капельки не нравился. Но Рей об этом не знал, поэтому неизвестно, что мог подумать. Сильвана рассказывала, что существуют два типа мужчин — те, что добиваются, и те, что уходят. А Полина бы не хотела рисковать, поэтому решила сразу после спектакля объясниться с Реем, чтобы он не ушёл. Финальный танец поставил точку в спектакле, и если бы не маленькие кусочки солнца, которые приходилось интуитивно огибать, представление завершилось бы без сучка и без задоринки. Зрители неуверенно аплодировали, часть из них уже покинула свои ряды, так как даже актёры не ожидали, что всё-таки завершат выступление. После третьего поклона актёры окончательно остановились за сценой и облегчённо выдохнули. Мадам Лукина похвалила всех за хорошую работу, даже обняла нескольких актеров, а Полину похлопала по плечу и добавила: — Сама вселенная против того, чтобы ты выступала, — она вяло усмехнулась. — Спасибо, Кравцева. Ты хорошо постаралась, спасибо что выручила нас. И я рада, что с тобой всё в порядке. Затем она расхвалила Тео, уже оказавшегося рядом, объявила, что всю следующую неделю занятий кружка не будет, и в октябре они начнут ставить новую пьесу. Но уже без Полины. — С тобой точно всё в порядке? — ещё раз, но уже менее напряжённо уточнил Тео. Он взял её за плечо и развернул лицом к себе. Его глаза цвета остывшей ночной пустыни внимательно разглядывали её вымазанное сажей лицо. — Я правда в порядке, — улыбнулась Полина и сняла его тяжелую ладонь с плеча. — Чего ты так переживаешь? — Ты по ходу вообще не поняла, что сейчас произошло, — начинал сердиться Тео. — Твоя жизнь была в огромной опасности. Металл, текущий по твоей крови не выдержал бы такого веса. Ты могла умереть, Полина. — Зато на сцене, — пыталась сгладить его испуг Стальнокрылая. — Да всё обошлось же, незачем волноваться. — Тео, можно тебя на пару минут? — юноша в форме техника, лицо которого было смутно знакомо Полине, похлопал Тео по спине. — Прямо сейчас? — гаркнул Тео. — Думаю, тебя заинтересует кое-какая информация. Тео последовал за техником, оставив Полину одну. Она собиралась уже последовать за другими актёрами в гримёрку, чтобы хотя бы смыть с лица грязь, но её снова остановили: — Полина, как ты себя чувствуешь? Видимо, выждав подходящий момент, к ней приблизился Рей со взглядом, полным сочувствия. — Всё в порядке, — промямлила Полина. Сейчас она снова почувствовала себя счастливой, ведь Рей переживает о ней. — Я… Помог мне. Он. — У Теобальда всегда была хорошая реакция, — резюмировал Рей, назвав при этом имя своего бывшего друга. — Я счастлив, что ты в порядке, Полина. Она порозовела и опустила взгляд. — Знаешь, среди музыкантов ходила сплетня о том, что твоя роль проклята, и каждый играющий её актёр попадал в передряги, иногда серьёзные. Когда я узнал об этом, очень испугался за тебя. А когда ты оказалась под солнцем, я почувствовал себя виноватым, ведь не поймал тебя ранее и не отговорил играть. Я уже терял друзей: одних безвозвратно, других как-будто бы навсегда. Больше не хочу, — он сжал её ладони в своей руке. У Полины закружилась голова и слова застряли в горле. — Я не пропаду, — выдавила из себя Полина хрипящим голосом, а Рей хмыкнул и, улыбнувшись, обнял её за плечо и проводил до раздевалок. Видимо он решил не пропадать. Полина была счастлива. На следующий день Тео замучил её на тренировке. Всё выделенное время, и даже больше он потратил на отработку реакции. В этот раз он взял маленькие кинжалы, которые давно купил в городе и запретил Полине снимать доспех. Ей нужно было уклоняться от его ударов, будучи в нагруднике, сковывающем движения. Отражать двуручный меч в такой броне было гораздо легче, поэтому к концу занятия доспех Полины походил на решето, и она заранее пустила слезу, представляя, что ей скажут в кузне. Но тренировка не прошла даром. Нагнувшись к скамье, чтобы взять бутылку воды, Полина услышала за спиной крик: — Ненавижу-у-у тебя-я-я! — тянул скрипучий женский голос, приближающийся к ней. Боковым зрением Полина увидела тонкую фигуру с чёрными крыльями, несущуюся к ней с коротким блестящим мечом в руке. В голове Полины пронеслось только: “Да какого архангела происходит в этой академии?!” Маргарет занесла меч над её шеей, намереваясь навредить стальнокрылой. Полина ловко, насколько позволял доспех, развернулась и сбила углекрылую с ног. В зале помимо неё было не меньше трёх десятков человек — вроде все видели, что она защищалась. Маргарет плюхнулась на колени, и, заливаясь слезами, видимо от безысходности, направила нож на себя. — Совсем спятила, — разозлилась Полина и выбила клинок из её рук. Он со звоном отлетел к стене. — Это что за сумасшедший дом?! — к ним приблизился мистер Льюис, а следом вернулся Тео, который отлучался за двуручным мечом. Он кинул меч рядом и с отвращением разглядывал рыдающую Маргарет. — Она всё испортила, — заикалась и хлюпала носом Марго. — Да что я тебе сделала? — взмолилась Полина. — Ты забрала то, что принадлежит мне! А теперь из-за тебя меня переводят в другую академию, в академию больных изгоев! — скулила углекрылая. — Ты уверена, что это из-за неё? Ты давно уже выжила из ума, Марго, — выплюнул Тео. — И забыла, с кем имеешь дело. Это не она, а я узнал, почему вчера упало солнце. А ещё это я пообщался с твоими бывшими и нынешними подругами, которые от упоминания твоего имени сразу начинали нервно трястись. Я знаю про твои угрозы им и ей, — Тео указал на Полину. — Тебе нужно лечиться, ты теряешь связь с реальностью. — Я не знаю, что здесь происходит, — вмешался мистер Льюис, — но вы, юная леди, не имеете права находиться в тренировочном корпусе с оружием, которым пользуетесь без соблюдения техники безопасности. Я направлю письмо директору с просьбой отстранить вас от учёбы. — Меня уже исключили! Мне плевать! — Маргарет перевернулась на бок, обхватила колени и, содрогаясь всем телом, плакала. Вокруг столпились студенты, удивлённо разглядывающие хлюпающую Марго, продырявленный доспех Полины, хмурого мистера Льюиса, не ожидавшего таких сюрпризов в свою смену и буднично потирающего свой меч Тео. — Покиньте тренировочный зал, юная леди, — мистер Льюис поднял Маргарет с пола и вывел из помещения, оставив Тео и Полину одних. — В смысле, ты узнал, почему упало солнце? — Помнишь вчерашнего техника, который отвлёк меня? — Полина кивнула. — Он сказал, что ему известно, что я экспедитор, и за одну вещь с земли он готов поделиться информацией. В итоге всё оказалось куда интереснее — ему самому было выгодно рассказать мне о солнце. Как ты, надеюсь, уже поняла, всё подстроила Маргарет. На этого парня она давила косвенно — угрожала его подруге, ещё одной стальнокрылой с первого курса. Она обещала, что подставит девчонку, если он не сделает то, что она скажет. — Она и мне также говорила, — Полина поджала губы. — Я уже знаю, поэтому немного зол, что ты не рассказала сразу, — Тео нахмурился. — Но вчера я был ещё злее, поэтому весь вечер искал других несчастных девушек и , собирал письменные доказательства, подтверждающие её недобрые действия, а потом вместе с Аленом составлял большую жалобу на эту полоумную ангелицу. Утром отнёс это всё Уэствику, и, видимо, недавно он сообщил Маргарет о её переводе. — Это как-то жестоко, — нахмурилась Полина. — А по твоему не жестоко покушаться на жизни других ангелов и шантажировать половину академии? — Ну, ладно, ты прав. — И в следующий раз сообщай, если кто-то будет тебе угрожать, мелочь. Я не готов каждый раз жертвовать своими крыльями ради твоего спасения. Вчера повезло, но так часто везти не будет. Полина потупила взгляд и виновато кивнула, хотя сама понимала, что вряд ли будет сообщать Тео о своих сложностях. Он ей кто, папочка, чтобы решать за неё все проблемы? Маргарет сослали с острова буквально через пару дней, и среди учеников снова поползли слухи. Полина с некоторой гордостью различала самые правдивые из них, но свой рот держала на замке. — Тебе не кажется, что к тебе липнут неприятности? — снимая каску, расправляла волосы Крис. — Я же не специально, — надулась Полина. Они оказались в тренировочном зале поздним вечером буднего дня. Полине поставили несколько дополнительных нудных уроков, чтобы начать готовиться к предстоящим экзаменам, а Кристина засиделась в классах мадам Долговой — её с новой силой увлекла резьба по дереву. А так как мистеру Льюису было сильно плевать на их школьные дела, и его интересовали исключительно их тренировки и галочки в журнале, заниматься пришлось до самого комендантского часа. — Просто держись от меня подальше, я не хочу ни во что влипать вместе с тобой, — с долей серьёзности попросила Крис. — Я в душ. Я серьёзно, не иди со мной в общежитие. Полине такая просьба показалась довольно странной, ведь идти им в одну сторону и в одно время. И коменданту будет проще объяснить, почему они пришли так поздно. Но Крис была немного себе на уме, поэтому Полина не задавала лишних вопросов и, как ответственная младшая, навела порядок на их тренировочной зоне — забрала пустые бутылки из-под воды, поправила сбившийся ковёр и выровняла скамью. И лишь после этого последовала за Крис в душевые. Белокрылая насухо протирала голову и перья, когда Полина вошла в помещение. Было радостно осознавать, что она не ошиблась и душевая действительно женская. Пока Полина стягивала сапоги и снимала детали костюма, Крис поглядывала на часы и наносила довольно много косметических средств на своё лицо. Может, хочет чтобы уличные призраки запомнили её в самом лучшем виде, подумала Полина. Когда она мокрая вышла из душевой, Кристина уже ушла. Полина неспешно распутывала волосы, разглаживала складки на одежде. И заметила на ней маленький клочок карамельной шерсти — как там поживает Ириска? Время до комендантского часа ещё оставалось, поэтому можно попробовать навестить маленькую кошечку, которая заметно подросла за прошлые месяцы. Свернув в узкий проход за тренировочными корпусами, она оказалась в кошачьей обители. Благодаря Рею, коты не были агрессивны и спокойно отозвались на её голос: — Привет, пушистики, — Полина присела на корточки и гладила подходящие к ней тарахтящие комки меха. Было тяжело отличить небокотиков друг от друга, но Ириска зацепилась когтистыми лапками за её бедро. Взвизгнув от внезапной острой боли, Полина радостно погладила свою маленькую воспитанницу и щекой прошлась по её гладкой шёрстке. Чтобы сократить путь до общежития, Полина выбрала не центральную дорогу, а закоулки острова. Она задумчиво шла по неосвещённым тропинкам, пока не услышала звонкий женский смех, доносившийся из-за угла очередного технического здания. Громко пробили часы, и Полина решила, что ей послышалось. Но следом донёсся тяжёлый мужской хохот. Ещё одни нарушители правил, подумала Полина. Ничего, пару минут подождут со своими нежностями, пока она пройдёт мимо к общежитию. Вынырнув из-за угла, она встретилась взглядом с недавно оставившей её Кристиной. Находящейся в объятиях мистера Чарльза. Глаза Кристины пугающе расширились, и она резко оттолкнула учителя. Полина замерла, а ещё не заметивший её мистер Чарльз, мурлыкая, произнёс: — Ты чего, цветочек? Затем он медленно развернул голову в сторону Полины, и, увидев её, устало потёр лоб. — Я же попросила тебя, — зашипела Крис. — Ты притягиваешь к себе проблемы и впутываешь в них всех вокруг. — Я никому не скажу, — виновато выставила руки вперёд Полина и попятилась. — Ты никому ничего никогда не скажешь, — повторила Кристина. Она сделала несколько шагов в сторону Полины. — Это единственный человек на всём острове, который любит меня и которому на меня не плевать. И ты не посмеешь его у меня отобрать. — Но мне тоже на тебя не плевать, — прошептала Полина. — Я понимаю, что ты ко мне не очень хорошо относишься, но ты для меня важна. Я клянусь всеми небесными и земными мирами, что никто во всей вселенной не узнает о вас. Простите. Она низко поклонилась, и, прежде чем совершить ещё больше ошибок, убежала в общежитие под второй звон часов.