Divergent, Tobias's POV

- Четыре! Четыре, просыпайся! Я приоткрываю глаза. Лорен стоит рядом с моей кроватью. - Что ты делаешь здесь? Как ты сюда попала? - Ты не закрыл дверь. Это вообще безопасно? - Я Бесстрашный, Лорен. Я не боюсь незваных гостей. - Ну, наверное, это также значит, что ты не боишься, что Эрик выпустит тебе кишки. - Чего? - Сегодня ты должен отвезти перешедших к забору... Я выпрыгиваю из постели и начинаю выталкивать ее за дверь. - Спасибо, Лорен. Иди! Мне нужно подготовиться! - Подожди! – она ставит ногу в щель между дверью и косяком прежде, чем я успеваю её захлопнуть. – Как твоя перешедшая? Я свирепо смотрю на нее. - Она не моя. - Она могла бы быть. Ты же Четыре. Своди ее куда-нибудь, скажи, что она тебе нравится, поцелуй и стань ее парнем. Я просто вздыхаю. - Благодарю за миллион советов, Лорен, но Трис не похожа на тебя или на любую другую девушку. То, что работает во многих ситуациях, с ней не прокатит. - О, это так мило. Ты такой милый. Из тебя определенно получится прекрасный парень. Пригласи Трис. - Убирайся отсюда прежде, чем тебя кто-нибудь услышит. Она улыбается и делает вид, будто собирается меня поцеловать. - Поцелуй Трис! Я захлопываю за ней дверь. *** Я легко подтягиваюсь, запрыгивая в поезд, смотрю как Ал затаскивает туда Трис. Я гляжу на это и сразу же пытаюсь отвести глаза от нее. Понятно, что у нее остались травмы со вчерашнего дня. Это я должен был обнять ее, втянуть на поезд и прижать к себе. Но вместо меня это делает этот парень. Через некоторые время я замечаю то, что отражается на лице Ала. Я замечаю это, потому что это выражение точно такое же, какое я вижу каждую ночь в зеркале после тренировок. Я вижу, как он смотрит на Трис. Точно так же, как и я смотрю на Трис. Чувствую резь в желудке. Разумеется, я не единственный, кто заметил, какая она замечательная. Упираюсь ногами в пол и высовываюсь из поезда, чувствуя, как ветер треплет мою рубашку. Тогда я слышу их разговор. - Как себя чувствуешь? Может, ты немного Стифф? Я стискиваю зубы и ничего не говорю из того, о чем потом буду сожалеть. Пусть Трис сама себя защищает. - Нам всем внушает страх твое невероятное остроумие, - произносит Уилл. - Да, ты уверен, что не принадлежишь Эрудиции, Питер? – добавляет Кристина. – Я слышала, что они не возражают против маменькиных сыночков. Я ухмыляюсь. - Мне придется слушать ваши препирательства на протяжении всего пути до забора? – интересуюсь я, и чувствую растекающуюся по телу теплоту – Трис смотрит на меня. Это то уходит, то возвращается. Я чувствую себя летящим. Это не имеет значения, что ее сверстник, Ал, находился рядом с ней; что этот же Ал прикасался к ней, ведь она не может оторвать глаз от меня. Мне не всегда комфортно под пристальным взглядом, но с Трис все по-другому. Во мне разгорается желание подойти к ней, обнять, сказать, чтобы она игнорировала все эти гадкие слова; что она лучше, чем они все. Другие люди вызывают у меня только желание врезать им. Поезд замедляет свой ход и останавливается. Я спрыгиваю вниз и отдаю команду следовать за мной. Веду их к воротам, а потом разворачиваюсь к ним лицом. - Если в конце посвящения вы не войдете в пятерку лучших, то, скорее всего, вы окажатесь здесь в качестве охранников периметра. Есть, конечно, надежда на повышение, но совсем крошечная. Вам позволят патрулирование за пределами ферм Дружелюбия, но... - Зачем вообще нужно патрулирование? – встревает Уилл, который ранее защищал Трис. Я пожимаю плечами. - Полагаю, ты узнаешь, если окажешься в их числе. Как я уже сказал, по большей части те, кто в молодости охранял забор, так и охраняют его. Если тебе станет легче, некоторые из них настаивают на том, что это не так плохо, как кажется. - Какой рейтинг был у тебя? – требует Питер. Я сужаю глаза, глядя на него, по-прежнему ненавидя за то, что он сделал с Трис. - Я был первым. - И ты выбрал это? Почему ты не выбрал работу в правительстве? Работа в правительстве включает в себя общение с моим отцом, - категорично думаю я. - Работа в правительстве означает, что я никогда бы не встретил Трис. Работа в правительстве полностью изменила бы мою жизнь. - Я не хотел. Трис внимательно смотрит на меня, и я задаюсь вопросом о том, что она видит. Кого-то, кто принадлежит компьютерным экранам или же кого-то, пожимающего руку лидерам Отречения? Или же она видит во мне кого-то вроде Эрика - кого-то жестокого и брутального, кто живет только ради крови и зрелищ? Или, может, кого-то совершенно другого? Въезжает грузовик, полный Дружелюбных. - Беатрис? – спрашивает парень, выбираясь из машины и направляясь к Трис. Я замираю. Беатрис. Неплохое имя, но ей оно совершенно не подходит. Я понимаю, почему она сменила его. Он подходит к ней, а затем обнимает. До сих пор я прикасался к ней, чтобы помочь выбраться из сетки, чтобы заставить ее напрячь живот и когда я нес ее без сознания, невесомую, в лазарет. Я никогда не обнимал ее. - Беатрис, что с тобой случилось? Что с твоим лицом? Я едва заметил, как Питер разукрасил Трис в бою. Мне полегчало уже от того, что на ней нет крови. Видимо, выглядит она плохо. - Ничего, - быстро отвечает она. – Просто тренировка. - Посмотрите, кто это у нас здесь. Четыре. Я поворачиваюсь к Бесстрашной девушке-охраннику с ружьем на плече. Она широко улыбается и прищуривается. Я узнаю ее по своей инициации. - Эмили! Как ты? Она тогда почти что стала афракционером, так что эта незавидная работа - единственный возможный выбор для нее. У меня никогда не было хороших друзей, но Эмили милая и почти что относится к тому типу людей, с кем я могу водить дружбу. Она вздыхает и пробегает пальцами по ружью. - Я в порядке. Как ты? Не могу поверить, ты завел себе зверушек! Я улыбаюсь. - Они не мои зверушки. - Я тебя умоляю! Они именно зверушки. Ты говоришь им прыгать, и они прыгают. - Мне казалось, поговорка звучала несколько иначе. Я говорю им прыгать, а они спрашивают насколько высоко. - Прекрати. Они не будут возражать непобедимому Четыре. Я посмеиваюсь. - С каких пор Бесстрашные и Дружелюбные друзья? Я смотрю через плечо на Трис, разговаривающую с Дружелюбным парнем. - Это Трис. Она не любит следовать правилам, - вздыхаю я. Эмили улыбается мне. - Тем не менее, ты не выглядишь рассерженным. Ты похоже... Я не знаю, обеспокоен. - Это может плохо отразиться на ней. - С каких пор ты заботишься о том, что хорошо для людей? - Я должен. Я тренирую их. - Не-ет, ты не должен. Ты хочешь сказать, что Эрик заботиться об их благополучии? Я пожимаю плечами. - С каких пор меня сравнивают с Эриком? - Не уходи от темы, Четыре. Она нравится тебе. Неужели это так очевидно? Это по-прежнему кажется мне странным, но похоже, я ношу свои чувства к Трис на своем лице. - Я... Нет. Мне нужно идти. Мои... мои инициируемые нуждаются во мне. - Твои зверушки нуждаются в тебе, - ухмыляется она. – Не будь таким чужим, ладно? Меня не так-то и трудно найти, и я буду рада с кем-нибудь поговорить. Хочешь или нет - мы поговорим о твоей маленькой особенной инициируемой. Я качаю головой. - Увидимся. Я разворачиваюсь и иду к Трис. Бросаю взгляд на Эмили и вижу, что она осторожно наблюдает за мной. Великолепно. Я останавливаюсь в нескольких шагах от Трис. - Я беспокоюсь, что у тебя есть склонность к принятию неразумных решений. Она сразу же скрещивает руки на груди, как будто защищаясь. - Это был двухминутный разговор. - Не думаю, что кратость вашей беседы делает ее более разумной, - я хмурюсь, замечая то, о чем говорил Дружелюбный мальчик. Моя бедная Трис покрыта синяками. Не моя бедная Трис, - поправляю себя. Бедная Трис, просто бедная Трис. Я бездумно протягиваю руку и прикасаюсь к ее лицу. Мои пальцы покалывает. Она отстраняется от меня, и мне становится неприятно, но я не убираю руку, потому что она - мой наркотик. Прикосновение к ней - новая доза. Я наклоняю голову, позволяя мои глазам встретиться с ее, и вздыхаю. - Знаешь, если бы ты научилась атаковать первой, могла бы справиться лучше. - Атаковать первой? – Трис смотрит на меня, и я просто рад тому, что все еще прикасаюсь к ней и она не отстраняется. – Как это поможет? - Ты быстрая. Если сможешь сделать несколько мощных ударов прежде, чем противник вообще поймёт, что происходит. Ты могла бы выиграть, - пожав плечами, я опускаю руку. - Я удивлена, что ты вообще в курсе. Ты ведь ушел на середине моего первого и единственного боя, - ее слова должны уколоть меня, но ее голос мягкий. - Это не было тем, что я хотел бы видеть, - ты понятия не имеешь, насколько больно на это смотреть. Ее брови сходятся, и я понимаю, что в то время как мои чувства видны для всех остальных, Трис, моя Трис, не видит их. Я прочищаю горло. - Похоже, следующий поезд уже здесь. Пора идти, Трис.